Глава 64

Я ​сидел ​с ​закрытыми ​глазами ​под ​наспех ​сооруженным ​шатром. ​Вокруг ​шелестел ​песок. ​Спустя ​миг ​шелест ​стал ​громче, ​а ​затем ​прозвучало: ​ ​— ​Всё ​готово, ​милорд. ​ ​Я ​открыл ​глаза, ​встал ​и ​увидел ​сира ​Давоса. ​Оглядевшись, ​подсчитал ​шесть ​коней, ​которые ​бродили ​между ​песчаными ​дюнами, ​и ​к ​седлам ​которых ​были ​приторочены ​припасы. ​Продовольствия ​было ​достаточно, ​чтобы ​продержаться ​в ​пустыне ​неделю. ​Мне ​хватит ​одной ​ночи. ​Направившись ​вместе ​с ​контрабандистом ​к ​самой ​высокой ​песчаной ​дюне, ​я ​взобрался ​на ​неё ​и ​посмотрел ​вниз. ​ ​Два ​деревянных ​строения ​были ​завершены. ​Они ​представляли ​собой ​что-то ​вроде ​строительных ​лесов, ​сложенных ​таким ​образом, ​чтобы ​на ​них ​могли ​стоять ​люди. ​Или ​чтобы ​кто-то ​был ​привязан ​к ​ним. ​ ​— ​Помилуйте ​нас, ​мой ​господин! ​Мы ​сожалеем ​о ​своих ​деяниях! ​Никто ​не ​заслуживает ​быть ​сожжённым, ​прошу, ​даруйте ​другую ​смерть! ​ ​Мольбы ​и ​крики ​закономерно ​были ​проигнорированы. ​Будь ​на ​месте ​этих ​отбросов ​кто-то ​другой, ​может ​моя ​совесть ​и ​подала ​бы ​признаки ​жизни, ​но... ​Доран, ​следуя ​моей ​просьбе, ​предоставил ​двух ​самых ​ужасных ​людей, ​которые ​когда-либо ​ходили ​по ​земле. ​Достались ​мне ​два ​убийцы. ​И ​не ​абы ​какие, ​а ​особо ​мерзотные ​ублюдки, ​которые ​насиловали ​молодых ​девушек... ​девочек, ​а ​затем ​зверски ​их ​убивали. ​В ​конце ​концов ​их ​поймали ​и ​скоро ​должны ​были ​судить, ​а ​по ​итогу ​отдали ​мне. ​ ​Единственное, ​о ​чем ​я ​жалел, ​так ​это ​о ​том, ​что ​именно ​эти ​два ​ничтожества ​сыграют ​значимую ​роль ​в ​истории ​Вестероса. ​Я ​позабочусь, ​чтобы ​о ​них ​никто ​никогда ​не ​вспомнил. ​Ведь ​историю ​писать ​буду ​я. ​ ​— ​Вы ​уверены, ​что ​хотите ​сделать ​это, ​милорд? ​— ​Спросил ​Давос, ​наклонившись ​ко ​мне ​поближе. ​— ​Никто ​не ​будет ​скучать ​по ​этим ​людям, ​но ​если ​то, ​что ​вы ​говорите, ​правда, ​и ​это ​сработает... ​ ​Его ​взгляд ​упал ​на ​стол, ​который ​был ​накрыт ​прямо ​перед ​погребальным ​костром. ​На ​двух ​плюшевых ​подушках ​лежали ​и ​ждали ​своей ​участи ​два ​моих ​драконьих ​яйца. ​Между ​ними ​покоился ​один ​нож. ​Бен ​стоял ​рядом ​с ​ними ​без ​рубашки, ​задыхаясь ​от ​проделанной ​сегодня ​работы. ​Поначалу ​только ​два ​насильника ​сооружали ​свои ​погребальные ​костры. ​Но ​в ​конце ​концов ​Алому ​пришлось ​помочь ​им: ​сначала ​поддерживать ​мотивацию, ​с ​чем ​хорошо ​справлялись ​угрозы ​мечом, ​но, ​когда ​это ​перестало ​действовать, ​он ​на ​всё ​плюнул ​и ​сам ​присоединился ​к ​ним ​в ​рубке ​и ​укладке ​дров. ​ ​— ​Я ​не ​принесу ​смерть ​и ​разрушение ​в ​этот ​мир, ​Давос. ​— ​Успокоил ​я ​контрабандиста ​и ​добавил: ​— ​Я ​не ​Таргариен. ​ ​— ​Мои ​сомнения ​касаются ​не ​столько ​вас, ​сколько ​самих ​зверей ​и ​того, ​сможете ​ли ​вы ​их ​контролировать. ​ ​Вместо ​ответа ​на ​весьма ​экспрессивное ​возражение, ​почти ​агрессивное, ​я ​просто ​улыбнулся ​и ​хлопнул ​его ​по ​плечу, ​после ​чего ​подошёл ​к ​столу ​с ​драконьими ​яйцамм. ​Взгляд ​Алого ​остановился ​на ​мне. ​Кивнув, ​я ​схватился ​за ​нож. ​ ​ ​ ​Внимание! ​ ​Ритуал ​активирован! ​ ​Передо ​мной ​опустилась ​дымка; ​глубоко ​вдохнув, ​я ​почувствовал ​будто ​не ​воздух ​наполнил ​легкие, ​а ​жидкое ​пламя. ​Всё ​тело ​нагрелось, ​а ​глаза ​мои ​нашли ​Красную ​Комету, ​пролетающую ​над ​нами. ​Складывалось ​впечатление, ​будто ​некое ​божество ​наблюдает ​за ​мной. ​ ​Выдохнув, ​я ​крепче ​сжал ​рукоять ​кинжала ​и ​повернулся. ​В ​ту ​же ​секунду ​меня ​охватило ​смятение. ​Из-за ​Бена. ​Потому ​что ​у ​него ​больше ​не ​было ​его ​обычных ​зелёных ​глаз, ​которые ​у ​меня ​ассоциировались ​с ​родом ​Ланнистеров. ​Теперь ​они ​стали ​пронзительно-фиолетовыми ​— ​признак ​Таргариенов. ​Возможно, ​это ​просто ​игра ​света ​и ​тени. ​ ​Он ​улыбнулся, ​протягивая ​ко ​мне ​ладонь, ​и ​тут ​же ​обзавёлся ​длинным ​порезом. ​ ​Я ​не ​собирался ​так ​скоро ​посвящать ​его ​в ​план ​с ​драконами. ​Однако ​после ​долгих ​раздумий, ​пришлось. ​Изначально ​я ​считал, ​что ​расцветка ​яиц ​символизирует ​чардрево: ​Белое ​— ​кора, ​а ​красное ​— ​листья. ​Притянуто ​за ​уши, ​но ​других ​идей ​на ​тот ​момент ​не ​было. ​И ​вот, ​после ​долгих ​странствий, ​после ​кучи ​пережитого ​дерьма, ​пришло ​озарение, ​что ​второй ​дракон ​может ​вообще ​не ​мне ​предназначаться, ​а ​моему ​другу. ​ ​Бен ​«Алый» ​Риверс. ​Может ​ли ​его ​прозвище ​быть ​просто ​совпадением? ​Да, ​вполне. ​В ​той ​же ​степени, ​что ​и ​расцветка ​яиц, ​подходящая ​под ​цвета ​чардрева. ​Но ​Алому ​я ​доверял, ​он ​ни ​разу ​не ​дал ​повода ​усомниться ​в ​его ​преданности, ​всегда ​помогал ​и ​если ​верить ​Системе, ​— ​а ​не ​верить ​ей ​смысла ​нет, ​— ​то ​и ​впредь ​не ​предаст ​благодаря ​уже ​сформированной ​репутации. ​При ​условии ​моего ​статуса ​Изгоя, ​усиливать ​и ​себя, ​и ​союзников ​— ​правильная ​тактика. ​Алый ​заслужил ​усиление. ​ ​Рука ​Бена ​метнулась ​к ​яйцу ​красного ​дракона, ​он ​взял ​его, ​провёл ​ладонью ​по ​поверхности, ​окропив ​своей ​кровью. ​Алая ​жидкость ​едва ​виднелась ​на ​фоне ​багрово-красного ​яйца. ​Я ​перевёл ​взгляд ​на ​свою ​руку, ​сделал ​надрез, ​и, ​подражая ​Бену, ​поднял ​белое ​яйцо. ​В ​прошлые ​разы ​оно ​было ​холодным, ​как ​камень, ​но ​сейчас... ​почти ​ледяным ​на ​ощупь. ​ ​Послышался ​гулкий ​удар. ​Точнее ​это ​был ​даже ​не ​звук, ​а ​вибрация. ​Каким-то ​образом ​мне ​удалось ​сохранить ​спокойствие ​и ​не ​впасть ​в ​ступор ​из-за ​стука ​внутри ​яйца. ​Это ​сердцебиение. ​Я ​вновь ​начал ​шевелить ​руками, ​методично ​покрывая ​всё ​яйцо ​своей ​кровью, ​хотя ​и ​не ​понимал, ​почему ​вообще ​это ​делал. ​ ​Я ​моргнул. ​ ​И ​оказался ​перед ​левой ​стопкой ​дров, ​ещё ​не ​зажжённой. ​Обе ​мои ​ладони ​двинулись ​вперёд ​словно ​сами-собой, ​осторожно ​поднеся ​яйцо ​к ​древесине. ​И ​тут, ​в ​самых ​изысканных ​деталях, ​какие ​я ​только ​мог ​себе ​представить, ​из ​него ​во ​все ​стороны ​ударила ​волна ​пламени, ​чем-то ​напоминая ​взрыв, ​в ​центре ​которого ​находилось ​яйцо. ​ ​Дерево ​вспыхнуло, ​будто ​его ​керосином ​облили. ​ ​И ​только ​сейчас ​я ​понял, ​что ​вообще-то ​тоже ​нахожусь ​в ​эпицентре ​бушующей ​стихии.