Глава 2. "Пока ты сам юн, и юны они"

Папа разговаривал с Сестрой, приходясь по территории главной церкви, в которой главной была она, да и собрания и призыва гулей проходило именно здесь. Сам Папа не любил это месте, душное и со стороны кажется, что всегда тёмное. Гули, служители этой церкви закрытые и тихие в присутствии кого-то другого. Именно в этой церкви и призвали его маленьких гулей из самой низины. Посланные дьявольские существа, из которых он вырастил, как ему кажется, прекрасных служителей, как церкви, вне гастрольного времени, так и продолжителей дела. - Мне действительно важно, - Сестра опережала Папу, стуча каблуками по кирпичному асфальту. – Чтобы ты передал их в руки Терцо. - Ему стало мало Омеги или что? Зачем ему мои гули, скажи пожалуйста? Почему именно они? - Есть молодые квинтэссенция и мульти. Поэтому они, - отвечала на поставленные вопросы женщина. - С Омегой всё хорошо, но подручный ему нужен, а… Эфир же, да? Вот, а Эфир опытный, как и надо. - Если мой ответ нет? - Не беги вперёд паровоза, Кардинал. За тебя немного решили, как будет лучше, - Сестра поправила пиджак. – Сейчас дойдём до моего кабинета, там я тебе передам кое-какие характеристики, на новеньких, изучи их. Терцо не до всего этого, поэтому как согласишься, тебе доставят сосуды новых, приготовь Эфира и…, - она протянула слово, посмотрев на мужчину, ожидая подсказки. - Саншайн. - Да, подготовь Эфира и Саншайн. Сделаешь всё сам, потом сам перевезёшь их. Понял? - Да, чего уж тут не понять, - с недовольством ответил Папа. - Слышу счастье в голосе, - достав из кармана связку ключей, она принялась искать нужный. – Смотри, самое главное, не повреди игрушки. Ни одна ниточка не должна торчать, ничего. Потом не вытащим их оттуда и считай, что сам своих гулей и убил. Будет иронично, но зная то, как ты о них печёшься, тебе явно не понравится такой исход событий. Ветер здесь был прохладным, не сильно, но поддувал сквозь ткани пиджака. Когда Папа III объяснял ему физиологию дьявольских существ, пока те бегали на небольшой площадке, которую построили на территории его Аббатсва, он не думал о том, что с гулями так легко играть. Казалось, вот только вы разговаривали о делах насущных.

***

Маленькие гули любили гулять во дворе. Казалось, будто для них простроили небольшую площадку, на которой каждый смог найти развлечение ему по душе. Циррус не слезала с качели, заявив выдуманные права на них. Особо против не были, потому что в какой-то-то момент ей надоедало сидеть, и она убегала играть с другими. Верхушка горки была занята Дью, который с разбегу залезал на неё, видимо, компенсируя этим свой низкий рост. Свисс смеялся над Дьюдропом, дёргая его за хвост, пока Кумулюс просилась залезть к Дью. - Маунтин, помоги, пожалуйста построить замок из песка! – кричала Саншайн, делая маленькие куличики из ведра. Маунтин ей не отказывал, не мог устоять перед большими глазами гуллеты, что стучала лопаткой по дну ведра. - Обмен гулями не страшен, дорогой, - Папа смотрел на спокойное небо над их головами. – Обещали дождь, но видимо с прогнозом снова наврали. - Дьюдроп, - отвлекшийся от разговора Копиа окликнул гуля. – Осторожно! Свисс, не дёргай его за хвост, иначе я издёргаю тебя за рога. - Слишком возишься с ними, вырастят сопляками. - Как родитель я беспокоюсь о их сохранности, Папа, - запротестовал младший. – Они ещё не понимающие ничего дети, которые хотят играть. - Ты не их родитель, - с недовольством ответил тот. – Они лишь рабочие силы, которые пригодятся позже. Если ты не понял этого до сей пор, то разговаривать с тобой не о чем. - Хватит, - разговор перевалил в негатив, поэтому прекратить тему было лучшем решением. – У тебя есть обменные гули? - Заинтересовало? – с усмешкой ответил Папа. – Да, я менял... как его звали, не вспомню. Я сменил его почти сразу, как тот подписал контракт, на Ифрита. Не нравился он мне. Сразу отвечу, что Ифрит прижился хорошо с самого начала. - А если бы не прижился? Теоретически. - Тогда бы заточил его и все, - спокойно ответил Папа. – Я не такой садист, возможно, которым показался тебе когда-то. Я тоже люблю своих гулей, поощряю их за выступления и общаемся мы на равных, правда в узком кругу. Я тоже беспокоюсь о них и вожусь как с малыми детьми, даже сейчас. Что смотришь на меня? Я не считаю себя их родителем, но каждого за рога я оттаскал в их детстве, а то слишком ёрничали много. Я говорю тебе это всё лишь в твоё благо, Копиа, пока ты сам юн, и юны они. - Я не отдам своих, никому. Сердце не позволит, ведь сначала смотришь как они растут, а потом избавляешься как от мусора. - Особо не спрашивают, хочешь ты этого или нет. Если предложат более выгодный вариант гуля, то ты закроешь на это глаза. Копиа не ответил ничего. Не укладывалось у него в голове, как можно отдать того, кого ты растил сам. Это не просто малыши, которые растут на территории Аббатсва, а дарованные гули для больших свершений, чья цель жизни была написана.

***

Сидя у себя в кабинете Папа IV перекладывал один документ за другим. Не мог он так поступить, как его просили. Он не раз слышал об обмене гулей, когда их души помещали в сосуды и перевозили в другие Аббатства. Со своими порядками и не раз он слышал, что гули не приживались, начинали бунтовать, что в итоге приводило к вечному заточению их души. Самый редкий был момент ещё при Папе Нехиле, когда гуллета не смогла привыкнуть к новому Аббатсву и к тому, кому принадлежала теперь и чуть не перегрызла глотку упрекнувшему её старшему. Нет, навечно заточенной в игрушке она не стала, но пленницей в поместье, где её заперли на веки веков да. Для неё это было наказанием хуже, так как она ненавидела место, где находилась. У Папы II были под обмен несколько гулей, двоих из которых он забрал ещё в маленьком возрасте, впервые за историю обмена. Один не прожил долго, не отошедший от долгой изнурительной поездки. Второй остался слаб здоровьем, что стал для Папы испытанием. Оба гуля были огненными, что удивило ухудшению их здоровья, имея горящий элемент. С того момента на каждое поместье было одно главное правило, не менять малышей между Аббатствами, а лишь достижения возраста контракта, когда обмен проводился сосудами. - С одной стороны предложенные гули имеют некоторое преимущество, в отличии от моих. Например, этот Фантом, - мужчина размышлял вслух, так ему было удобнее считать и сделать верный выбор, особенно если это касалось важных решений. – Навыки игры на гитаре есть, что не составит труда быстро обучить его. Пластичный и намного изворотливей Эфира. В голове вспомнились слова сестры: «Ни одна ниточка не должна торчать, ничего. Потом не вытащим их оттуда». Мысль о ранее сказанных Папой словах возникла следом, как и понимание того, о чём раньше не понял. «Пока ты сам юн, и юны они». - Аврора, - начал Папа. – Как-будто совершенно никакой разницы нет, но они совершенно разные. Саншайн не выглядит совершенно тускло на её фоне.

***

- Где эти двое? Мы ждём их уже больше часа, а они так и не смели явится, - Циррус была недовольна. - Малышка, ты же знаешь, что их задерживает Копиа, - успокаивал подругу Свисс. - Их бы не держали там, если бы Эфир не был безотказной и доброй натурой, - Дью помешивал остывший кофе, который приготовил специально для ритм-гитариста. – Но они всё-таки задерживаются, обещали не больше полу часа. - Это что волнение за нашего здоровяка от Дью? – Свисс любил играть с огнём. – Мне стоит это записать на камеру, где мой телефон. - Пошёл ты. Маунтин, оперев голову на руку, наблюдал за очередными перепалками гулей. Со стороны было смешно наблюдать за этим, хотя все прекрасно понимали, что это шутки и никто ни на кого не сердится. Они вообще старались не ругаться, держать дружную атмосферу в коллективе, хотя если стычка произойдёт, то оттаскивать затейников было непросто. Кумулус сидела и пролистывала сводку новостей, подперев щёку кулаком и не обращая внимания на остальных. Рейн в сороковой, наверное, раз перечитывал содержание фильма, не зная, чем себя можно занять. Приготовленные закуски уже давно остыли, да и прикасаться к ним без участия остальных не хотелось. Телефон он оставил в комнате, надеясь провести вечер в дружной компании. - Может сходить за ними? Отпросить на просмотр фильма, если Папе они так сильно нужны, - предложила Циррус, уставшая от ожидания. – Дью, пошли, а вы пока подогрейте еду по новой, а то остыло всё. Не знаю, как вы, но желания есть холодный попкорн у меня нет. Спасибо! - Давай я позвоню им, зачем бегать то туда-сюда. - Я уже собралась идти, Рейни, не переубедишь, грей мне еду. Дью фыркнул, вставая с насиженного на кресле места, которое, стоило тому отойти, занял Свисс и показал язык. Циррус взяла за руку огненного гуля, слегка сжав и направилась дальше по коридору. Дью спокойно шёл за ней, не возражая, хотя рука начинала заметно потеть, как от волнения. - Всё хорошо, огонёк? – немного обеспокоено спросила Циррус. - Да, не беспокойся. - Ты можешь мне всё рассказать, ты знаешь. Мы же друзья! - Но на площадке ты меняла меня на качели, - усмехался гуль, видя недовольное лицо подруги. - Да, дорогой, качели и сейчас мне были бы дороже тебя, - подбавляла огню гуллета. Её улыбка была широкой, демонстрируя два белых клыка. – Давай ускоряйся, ты сам знаешь, его кабинет аж в самой церкви. - Может стоило переодеться из пижам? - Черт с два я буду переодеваться, когда у нас чёртов вечер фильмов! Я намерена забрать их сию минуту! Ещё никто не видел новую пижаму Солнышка! В это время Рейн грел попкорн в микроволновке, слушая доносящуюся музыку из гостиной. Свисс сумел вытащить подругу из телефона, устроив небольшую дискотеку. Маунтин занёс на кухню последнюю тарелку из-под чипсов, ставя её на стол, но стаскивая одну чипсу из неё. Рейн выдохнул, вечер фильмов превращался в вечер уныния и кажется, что можно складывать всё обратно. - А я хотел съесть этот несчастный кусок торта, он же шоколадный! - Можешь съесть его сейчас, ничего не случиться, - спокойно ответил земляной гуль, украв ещё одну чипсу из тарелки. - А потом смотреть на вас, конечно, - убирая торт в холодильник сказал Рейн. – Когда поедем в следующий тур, надо будет больше сладкого увезти с собой. Может взять лишнюю сумку. - Сначала доешь всё то, что привёз ранее, испортиться. Твой личный тайник ломиться от сладкого, - слегка упрекнул того Маунтин. - А если ты не будешь у меня подъедать их, то их хватит ещё на дольше!

***

В кабинете почётного Папы IV стояли два упыря, заметно нервничающие, как и сам хозяин. Упыри на обмен казались совсем юными, непонимающими, что им предстоит пройти. Хотя они были прекрасно осведомлены, но явно подготовленными на лучший расклад. Гуллета поджимала хвост ближе к ногам, как будто боялась лишится его, а гуль осматривал кабинет, стараясь не переключать взгляд на вышестоящего перед ним. - Меня не стоит бояться, гули, - начал Папа, хотя самому было не совсем уютно. – Я, как вы уже знаете, Папа IV и с этого момента вы под моим началом. Вам здесь неуютно, я вижу, но со временем вы привыкнете в обстановке, к работе и к коллективу. Кстати о нём, коллектив дружный, ссоры происходят, но стараются сразу их прекратить. У них, как теперь и вас есть дозволенность, есть свобода, в пределах разумного, конечно. - А что будет с ними? – гуллета головой указала на стоящий позади мужчины кейс. - Аврора, правильно? – гуллета кивнула. – За них не беспокойтесь, это уже моя проблема. - Они были плохими, да? Если вы их отдаёте. - Нет, они были замечательными, но время не стоит на месте и нужно развиваться и давать дорогу молодым. Верно? Фантом и Аврора посмотрели друг на друга, затем медленно перевели взгляд на мужчину. - Вы не были знакомы раньше? – ответа не последовало. – Значит нет, но не переживайте, в любой момент вы можете прийти ко мне, и я вам обязательно помогу. Это касается также взаимодействия с другими гулями, если на вас будут давить, то не бойтесь говорить мне. - Когда мы сможем познакомится с коллективом? И насколько это будет сложно? - Они будут в замешательстве, как и вы, но примут вас хорошо. Какими бы, возможно, дьяволами вам их не описывали, я знаю про слухи, но потребуется время для всех. Аврора даже улыбнулась, предвкушая новые знакомства, а также полномочия, что ей будут даны. Фантом же, наоборот, держался неким особняком. В старом Аббатстве авторитетом он не был, да и общался он не со всеми. Переход в новую церковь может стать глотком свежего воздуха, а также вечной пыткой, если верить слухам. Кстати о слухах. Слухов было, конечно много и по большей части они были спровоцированы на почве зависти. Из-за вольности, которую им присвоили ещё в маленьком возрасте гули других поместий нередко пускали ложную информацию. Например, Маунтин казался лишь добрым и понимающим, на деле прижимал любого к стенам поместья для своих целей. Дикость. В коридоре церкви были слышны торопливые шаги и громкий женский голос. Папа не перепутает его ни с чем, голос Циррус, который по тону был недоволен. - Папа! – дверь кабинета распахивается, ударяясь ручкой об стену. - Дьюдроп, да снеси ты уже эту дверь, - недовольно откликнулся мужчина. - Да не снесу, не бойся, можешь повесить тюль, - гуль выглянул в коридор, подгоняя подругу, а после вернул голову в кабинет, видя представших гостей. – Здрасте. - И так, мы хотели посмотреть фильм и…, - приостановила свою речь гуллета. – Добрый вечер. - Милости просим, - мужчина устало выдохнул, смахивая невидимый пот со лба. – Аврора, Фантом, знакомьтесь, раз так получилось, - рукой указал на вошедших в домашней одежде подчинённых. – Циррус и Дьюдроп. Циррус, Дьюдроп, это Аврора и Фантом. - Ага, приятно познакомится, - неуверенно сказала Циррус, не ожидав увидеть чужих в столь поздний час. – Извините, что в таком виде и извините, что познакомится выйдет позже. - Да, где Эфир и Саншайн? Договаривались на 8, а их всё нет и телефоны молчат. Они должны быть у тебя. - Да, должны были, но сегодня посмотрите фильм без них. - Чего? А как это? – гуллета недовольно замахала хвостом. – Ты знаешь, как для сплочение нашего коллектива — это важно. - Да, но я позже объясню вам это. Сейчас идите, - мужчина сохранял серьёзный тон, хотя все его планы начали рушиться, не успев начаться. - Погоди, ты нам лапшу не вешай. - Дьюдроп, ругаться не будем, - Циррус по недовольному взгляду Папы поняла, что сейчас к ним лезть точно не стоит. - Я не ругаюсь, я просто спрашиваю, почему нам смотреть фильм без них. Просто ответ, ничего большего.

***

-Сука, - дверь в поместье хлопнула с силой, что задрожали стены первого этажа. - А чё происходит? – оживились ожидавшие остальных члены группы, которые за время ожидания повторно грели еду. – Они там подцапаца успели? - Сворачивайте лавочку, - без эмоционально ответила гуллета, не обращая внимания на хлопнувшую дверь, как она поняла, уже в комнату самого Дью. - Так, по чесноку сели все и объяснитесь, пожалуйста. – Кумулус откинула лежавший на полу плед. – Сходите кто-нибудь за Дью. - Не надо, пожалуйста. - В смысле не надо? Так, что произошло? Он с Эфиром поссорился что ли? Где Санни? - А ничего не произошло, никто ни с кем не ссорился, почти, - Циррус тёрла вспотевшие ладони. – Просто Эфира и Саншайн больше нет. Гробовое молчание во царило в гостевой, даже со второго этажа, где располагались жилые комнаты, не доносилось ни звука. - Дью, - первым с места подорвался Рейн, который хоть и находился в замешательстве, но подумал о состоянии друга, особенно вернувшийся злой. - Погоди, шутка отвратительная, - Свисс отказывался понимать всю серьёзность намерений. – Это вам старик сказал? У него крыша поехала. - Как это больше нет, - Кумулус тарабанила себя по коленкам, не заботясь о последующих синяках, которые на серой коже смотрелись чёрными пятнами, как обугленное место. – Блять, если реально шутка, то она совсем не смешная. Это ведь правда шутка, да? Что вы нас разыграли таким образом. - Успокойся, - казалось добрый Маунтин сейчас тоже располагался не в счастливом духе. – Ты хоть мозгами соображай, что Дью в такие спектакли играть не будет. Когда ты в последний раз видела таким его? - А ты не ори! – гуллете не понравился повышенный не с чего тон. – Голос прорезался или что? - Не перетягивай всё на себя. У Свисса не было желания выслушивать ссору друзей, но и разнимать желания не было. Аккуратно подняв с пола подругу, он отвёл её на кухню, куда закрыл дверь, дабы хоть немного заглушить нарастающую ссору пуще прежнего. - Почему Маунтин так сорвался? Кумулус тоже взъелась, а она же в гневе может бросать предметы, а что если... - Так, не надо нам тут этого. Никто никого убивать не собирается, - мульти гуль отодвинул стул и сел рядом. – А взъелся он так сильно, потому что до этого разлад у них был. Они же не разговаривали весь вечер, не заметила? - Заметила, но я не думала, что что-то серьёзное. - Забей, серьёзно, они успокоятся, - повисло минутное молчание, которое нарушилось звуком разбитого стекла, кажется экран телефона разбился. – Что случилось? - Ты же знаешь, что гулей активно меняют. - Можешь не говорить. Я понял, - гуль поднялся со стула, подходя к столешнице, проверяя воду в чайнике, прежде чем поставить на плиту. – Чем они ему не угодили? Чем? - Новые члены нашей команды уже здесь. - Вы их видели? - Да, но он разрешит с ними познакомится позже, когда тот же Дью успокоится и не будет кидаться на остальных. Но его заметно трясло там, в церкви. Рейн поглаживал друга по голове, пока тот молча смотрел в потолок, не выражая никаких эмоций. Не может такого быть, ну просто не может. Они же только… Да что только, если ход событий уже предначертан и их, гулей, состав этой группы и не собирались спрашивать. Холодно рядом, сразу жёсткая кровать, чужой и неприятный запах в комнате, хотя комната только проветривалась. - Я могу остаться сегодня ночью с тобой, если позволишь, - чуть шёпотом говорил водный, боясь сделать что-то не то. - Я… Да, мне нужно будет чувствовать кого-то рядом. Но не прижимайся сильно, пожалуйста. - Да, хорошо, я всё сделаю. Могу расправить кровать или ещё так побудем? - Пока так, я… я не хочу менять положение, пока что. - Хорошо. Тихое спокойствие нарушали лишь посторонние звуки с первого этажа. Кажется, Маунтин и Кумулус, наконец, успокоились. Возможно решили наладить отношения или просто разошлись по разным комнатам. Им всем действительно нужно спокойно переварить эту информацию. На первом этаже только недавно кипела жизнь. Сейчас в общей гостиной горел свет, разбросаны по полу подушки и плед, который накрыл собой тарелку с закусками. На кресле остался телефон Кумулус, а рядом с диваном лежали тапочки Свисса и скинутая впопыхах кофта Рейна. На кухне свет не горел, но на столе остались две недопитые кружки чая, на столешнице стоял оставленный шоколадный торт и несколько стаканов, на каждого участника. В общей прихожей был вышвырнут придверный коврик. Именно такую картину наблюдал Папа IV зайдя в дом. Новых участников состава он оставил в гостевых при церкви, прекрасно понимая, что сейчас никому сталкиваться не стоит. Беспорядок его не удивил, хотя его гули были воспитаны чистоплотными, но бывали дни, даже у него самого, когда сил на уборку просто не было. Он понимал, его гули не спят, не уснут так просто. Не хотел он так, хотел спокойно всех познакомить, но выстроил своих же против себя. - С другой стороны, познакомь я их в другой обстановке, никто не обещает, что реакция будет другая, - рассуждал вслух мужчина, складывая плед. – Что они хоть смотреть собрались. Скорее очередной ужастик, с которого бы потом смеялись. Папа хорошо знал своих упырей, прекрасно знал, что те не спят и слышат его, но не выйдут. Они будут сидеть в своих покоях, как загнанные звери, будут переваривать всё. Похожая ситуация была, когда они сами занимали посты своих предшественников. Когда тот же Дью держал гитару, на которой раньше играл Ифрит, от которой призрачно уходило ощущение тепла чужих рук. Или, когда Зефир только учил Циррус набирать клавиши, но здесь ей самой предстоит. Он давно не Кардинал, но как будто всё осталось как прежде. Он и вправду юн, которой не может разобраться со своими же гулями, надавить на них. Они его тень, такие же юные, которые прячутся в своих комнатах.

***

Фантом и Аврора разместились в одной комнате, не желая разъединятся. Они новенькие в коллективе и прекрасно понимают, что им пока не рады. Так как они из разных мест, они решили познакомиться поближе, хоть спинами друг к другу. - Значит ты квинтэссенция, - усмехнулась гуллета. – За своё существование я не часто встречала таких, как ты. Обычно всё огонь, да вода и воздух. А ещё земля, они у нас были очень привязаны к саду. - Мульти гули намного реже встречаются, нежели квинтэссенция. Но мне приятно, что своей особенностью я смог привлечь к себе внимание. - Тебе и стараться было не нужно, потому что мы в одной лодке. Я действительно не ждала, что нас примут тепло с порога. У нас все знали, что гули Пап дружные, а то, что Папа IV вообще не хотел никого менять ходил слух. Меня даже удивило, когда меня поставили перед фактом. - Не переживай об этом, нам нужно просто подождать и всё уляжется, - молодой гуль взял за руку новоиспечённую подругу. – Предлагаю завтра поговорить с ними, сами, не ждать помощи от Папы и просто не прятаться за его спиной, как нашкодившие щенки. Гуллета задумалась. Предложение, действительно было отличным, ведь так они могут показать, что им не страшно, что они не прячутся за спинами, а сами иду в наступление. Теперь они часть коллектива и им нужно показать, что они могут быть этой частью коллектива. - Я согласна, Фантом. Новые друзья сначала смотрели друг на друга, а потом разразились смехом. Ситуация, в которой они оказались, для них была комичной. То тряслись, как косули, то заимели выдумавшейся храбрости и были готовы свергать всех и вся. Их дружескую идиллию прервала возня под дверью, а затем нерешительно открывшееся дверь, в проёме которой стояла молодая гуллета и гуль. Фантом и Аврора замолчали, не решаясь отвести взгляд от нежданных гостей, да и те были не особо решительными, начиная что-то говорить, но прекращая. Было видно, что те не могут сформулировать свои мысли, поэтому Аврора решила уладить ситуацию. - Мы громко смеялись, - вобрав в грудь побольше воздуха. – Мы будем вести себя тише, извините, что потревожили вас в столь поздний час. - Нет, что вы, - ответила Циррус, на секунду замолкая, переведя взгляд на Свисса. – Мы же в разных зданиях, и вы ни в коем случае не потревожили никого. Мы… Мы хотим извинится, что встретили вас так…Свисс, ну ты хоть что-то скажи, ну рогатый ты чёрт. - А что я? Я их впервые вижу, - возмутился мульти гуль. – Не я послал их с порога папиного кабинета. - Не позорь меня! Перепалка друзей вызвала небольшую улыбку на напряженных новичках. - Вот вы сами видите, - Циррус указала на товарища. – С кем приходится иметь здесь дело. - Ладненько, - вернулся к теме их визита Свисс. – Мы правда не хотели, чтобы так получилось, но и вы поймите нас правильно, что такой исход для нас неожиданный и мы явно не ждали такой… Подставы? В общем, пошли с нами, вернее к нам… - Нам стоит вместе посидеть и решить всё, да. Фантом и Аврора явно не ожидали такого исхода. Они запомнили Циррус и в кабинете Папы она была не рада их видеть не меньше, чем огненный на стихию и характер Дьюдроп. А здесь она зовёт их на разговор, в этот же вечер, как прибыли они. - Недоверие, - сказала поникшая гуллета. – Я встретила вас не лучше Дью, не отрицаю. Вам нужно просто осмотреться, отдалённо познакомится с остальными. - Разве вы сейчас не в разладе? То есть всем нужно остыть, а не разжигать огонь. - Просто идите и всё, потому что я не хочу выяснять отношения здесь, - немного повысила голос Циррус. – Простите, возможно нам и правда стоит подождать до утра. Просто я…Вы видели их? Они при вас… - Нет, мы тоже увидели их уже в кейсе, наверное, чтобы мы не чувствовали себя неуютно. - Всё в порядке, малышка, - Свисс приобнял подругу за плечи, слегка потряхивая. – Мы пойдём, а завтра ждём вас у себя на завтрак. Мы собираемся к 9. Хорошего сна. Гости покинули помещение, а новые гули не проронили не слова, пока звуки шагов не становились всё тише. - Они странные. - Я не один смотрел на этот взгляд? Мне кажется, что они выпили, - предположил гуль. - Никто не знает, может они правда хотели успокоить нас, но им самим не просто. Мы же и правда упали как снег на голову в тёплое время года. Это знаешь, как… - Я тебя понял. Надеюсь мы не устроили им сильных проблем. - Мы не виноваты, самих также затащили сюда, особо не спрашивая хотим этого или нет.

***

-Могу расправить кровать? – Рейн начинал клевать носом, но его друг всё еще не смыкал глаз. - Да, давай расстелем, ты уже засыпаешь сидя, - Дью встал с кровати и потянулся, разминая спину. Рейн встал следом, откидывая край одеяла в сторону, немного взбивая подушку. Дью не торопился повторять за другом, подойдя к шкафу, открывая его дверцу и взглядом выискивая что-то. - Что-то потерял? - Нет, - ответил огненный гуль, доставая футболку. - Просто решил переодеть футболку, кажется я завозил её слюнями. - Да? –решил развеять грустную атмосферу водяной гуль. – Я конечно знал, что я хоть куда, но так, чтобы у самого Дьюдропа текли на меня слюни. - Да иди ты, - улыбка появилась на его лице. Рейн кинул подушку в друга, А Дью словил её не убирая улыбку с лица. Да, его друг смог развеселить. Но в голове крутилась дикая мысль, мысль, навязанная эмоциями, а не здравым смыслом. Поэтому он решил прошептать свою идею: - Мне нужно в кабинет папы. - Зачем? – так же шёпотом спросил Рейн. - Я хочу забрать у него Эфира, его куклу. Я не отдам его просто так. - Ты с ума сошёл? Дью, тобой манипулируют эмоции. - Ты поможешь мне? Он не отправит их никуда, пока не наладиться обстановка здесь, поэтому я смогу поговорить с остальными, и мы заберём Санни. Мы подменим сосуды на других, он даже не поймёт этого. - Это поймут там! Когда призыв на извлечение душ из кукол не сработает. Поймут, что сосуды пусты! - Это произойдёт не сразу, у нас будет время. - Дью, мы не вытащим их, у нас нет такой возможности. - Ты со мной? – огненному гулю надоело препирания друга, но он не мог повысить на него голос. - Да, я с тобой, куда денусь то. От разговора их отвлек пришедшее на телефон уведомление из рабочего чата. -"Завтра вечером я познакомлю вас с новыми членами группы. Уважительная просьба не вести себя как последние... Вести себя нормально и днем уладить свои конфликты и разногласия. - отправленное Папой сообщение не нуждалась в ответе. В отличии от сообщения, которое пришло с небольшим отрывом от папиного, только в общем чате самих гулей. -"До тура чуть больше двух месяцев. Есть план действий? - это была Кумулус, которая не дождавшись ответа сразу отметила всех в чате. - До тура чуть больше двух месяцев, - повторил Рейн, отводя взгляд от телефона Дью. - Я думаю нам пора ложиться. -And when I dose my eyes tonight, To symphonies of blinding light! - вместо ответа Дью пропел строчки из песни, которые обычно напевал перед сном Эфир.