Школьный фестиваль (Лини/Люмин, AU:Школа, Признания в любви)

— Люмин, ты просто чудо! Я так, так тебя люблю! — Да ладно тебе, — улыбается девушка в ответ, — всегда пожалуйста. Мне не сложно побыть твоей ассистенткой на один раз, мы ведь друзья. — Не «да ладно»! Ты меня просто спасла! — подмигивает Лини, делая очередную запись в блокноте. Через пару дней у него вместе с Линетт запланировано выступление на школьном фестивале. До сегодняшнего дня все шло просто замечательно — у близнецов даже не было ни единой ошибки на репетициях — но сработал закон подлости. Сегодня утром Линетт неожиданно проснулась с сильной лихорадкой. Изначально девушка хотела наплевать на свою болезнь и пойти в школу — на важную для нее и брата репетицию — но внимательный Лини вовремя заметил недомогание сестры и заставил ее померить температуру. И не зря. Термометр показал тридцать девять градусов с небольшим, а громкое восклицание Лини, пребывающего от этого в ужасе, слышали все жители их большого дома. Линетт немедленно уложили обратно в кровать, а Лини пришлось пойти в школу одному. Точнее, его туда прогнала приемная мать, прибежавшая на крики. Сам парень изначально хотел остаться вместе с сестрой, но ему этого сделать просто не позволили: — Я ее мать, пусть и приемная. Ухаживать за детьми — моя обязанность, а твоя — получать образование. Не волнуйся, я присмотрю за ней. Все будет хорошо. Эти слова немного успокоили Лини. Но, к сожалению, в школе довольно быстро нашлась новая причина для беспокойства. Строгая классная руководительница была недовольна произошедшим, и не стала даже слушать Лини, который говорил, что справится и без ассистентки, «только не отменяйте выступление!». Но учительница, к сожалению, на уступки не пошла. — Вам уже выделено два костюма, и выступление в документах оформлено тоже на двоих человек. К тому же, я прекрасно знаю, что сам ты с таким количеством реквизита просто не управишься! Так что либо ищешь себе помощницу, либо не выступаешь вовсе! — строго отчеканила женщина, после чего ушла, не желая больше ничего слышать. «Кажется, я просто выбрал неудачное время», — вздохнув, подумал Лини, наблюдая за тем, как его классная руководительница тут же принялась орать на других участников фестиваля. Не повезло, конечно, но ничего не поделаешь… . . . — Мне кажется, это была… Все-таки не совсем удачная идея. Мне с самого начала не везет, это не очень хороший знак. Последнюю репетицию перед завтрашним выступлением было решено проводить в пустом актовом зале после занятий. Сегодня классная руководительница даже выдала им костюмы — чтобы ребята из клуба успели подшить их, если вдруг что — и, как оказалось, не зря. — Ты расстроилась из-за того, что костюм все-таки перешивать пришлось? — осторожно спрашивает Лини, подходя ближе к Люмин. — Не переживай, ты просто выше Линетт! Она у нас с самого детства плохо растет. — Все равно, — хмыкает Люмин, — мне кажется, что я что-то сделаю не так. У меня совсем нет опыта в этой сфере. Наверное, есть в школе люди и поопытнее. — Ты сотню раз была на моих выступлениях перед классом. Мне кажется, что ты уже знаешь мои фокусы лучше, чем я сам! Не бойся! Лини осторожно кладет руки на плечи Люмин, а девушка поднимает голову. — И этот прием я тоже знаю, — недовольно хмыкает она. — Пользуешься своим прекрасным взглядом, чтобы околдовывать невинных девушек вроде меня… Лини издает смешок. — А что, у меня получилось, прекрасная леди? Люмин не спешит с ответом, делая вид, что ей на это все равно. Вместо этого она неторопливо осматривает карты для трюков, которые ей пару минут назад выдал лично Лини. Ровно пять штук. Одна — с утенком, вторая — с пингвиненком, третья пустая, и четвертая… С двумя ярко-красными сердцами. — Эх, кажется, одна все-таки потерялась, — произносит Лини, совершая какие-то махинации за ухом Люмин. — Ну надо же, какая ты фокусница! А вот и она! В руках девушки появляется пропавшая пятая карта с двумя силуэтами влюбленных. Люмин тяжело вздыхает. «Слишком много сегодня случайных признаний для шутки, — думает она. — Но, с другой стороны, Лини редко бывает серьезным, и сейчас-то он явно в игривом настроении… К тому же, я рада, что он хоть немного расслабился после того ужасного разговора с учительницей утром». — Ну, раз пропавшая карта нашлась, то нам нужно поскорее вернуться к репетициям. А то не хотелось бы мне, чтобы мы возвращались домой по темноте… Подожди немного, я сейчас! С этими словами Лини отходит за кулисы, оставляя Люмин на некоторое время наедине со своими мыслями. А если поточнее, то с одной, но назойливой и даже несколько сбивающей с толку. «А может ли это вообще не быть шуткой?..» . . . Выступают Лини и Люмин на фестивале одни из первых, но подготовка сцены к празднику почему-то идет слишком уж долго. Все участвующие стоят в небольшом коридорчике за кулисами — здесь же была своеобразная общая гримерка — поэтому в шуме голосов Люмин не слышала даже собственных мыслей. И как это их еще на сцене не слышно, интересно? Девушке все кажется, что к ним вот-вот придет классная руководительница и гаркнет что-то вроде: — Позорники! Вас вся школа слышит! Выпускной класс называется, даже язык за зубами держать не умеете! Но этого, к счастью, не происходит. Рядом с Люмин на деревянном ящике сидит Лини, тасуя карты. — Вот же!.. Они то и дело вылетают из его рукавов — не по волшебству, а просто из-за дрожащих рук. Люмин как раз поднимала выпавшую карту, когда рядом упала еще одна. — Ты… В порядке? — интересуется девушка, садясь обратно на ящик. — В полном! — активно кивает Лини, раскрывая карты в ладонях. — Просто тренируюсь. Из-за шума сосредоточиться не могу, вот и все. Люмин с прищуром смотрит на парня. «Не можешь сосредоточиться из-за шума? Да ты всего неделю назад на перемене выступал в шумной толпе побольше этой!» — Дай угадаю — переживаешь из-за нашей строгой классной? Лини мгновенно отвлекается от своих карт. — Вау! И что это за магический прием ты только что применила? — усмехается он. — Посчитаю это за «да». Вся школа знала, какой суровой женщиной была руководительница класса «3-1». По совместительству она же была ответственна за фестивали и другие культурные мероприятия, и директор постоянно хвалил ее перед всеми учителями за оперативный подход к организации праздников. Но ученики были совершенно иного мнения о ней. «Конечно, ее мероприятия всегда проходят на ура, но то, с каким скандалом она отсеивает большую половину участников в процессе, совершенно того не стоит, — мысленно рассуждает Люмин. — А еще она не дает вторых шансов, и терпеть не может отговорки, которыми считает даже серьезные проблемы…» — Если она скажет, что наше выступление провальное, то моя мать прислушается к ней… Представляешь? Лини говорит совсем тихо — так, чтобы никто, кроме Люмин, не услышал. — Ей просто нужно знать, насколько мы серьезны, поэтому она сказала, что именно по оценке классной руководительницы будет решать, поддерживать нашу с Линетт мечту или нет. А нам бы не помешала ее поддержка — сама знаешь, насколько у нас влиятельная мать. «Я… Я и подумать не могла, что все так серьезно. Почему он ничего об этом не говорил?» — Конечно, если вдруг что, то мы и сами справимся. Ни я, ни Линетт не планируем сдаваться перед трудностями, но… Линетт хотела прийти сюда даже с высокой температурой, знаешь? Я не могу ее подвести. Люмин огорченно вздыхает. Сестра-близнец Лини тоже была ее хорошей подругой, и поэтому она вполне себе может представить, насколько Линетт — даже лежа дома с высокой температурой — сейчас переживает, что ничем не может помочь брату. «Наверное, она еще и знала, что Лини будет так сильно волноваться. А я вот не догадалась». — У нас все получится, — тихо отвечает Люмин. — Я сделаю все от меня зависящее, клянусь. Все будет хорошо. А если нет… То я сама уговорю твою маму. Уверена, большая часть учеников нашей школы без ума от ваших фокусов, так что все вместе мы ее точно убедим. От одной только мысли о том, насколько это мероприятие важно Лини и Линетт, Люмин и самой становится не по себе от возложенной на близнецов ответственности. Разве настоящая мать не должна безусловно поддерживать все начинания своих детей, а не делать такие суровые испытания? Тем более, что всем известно, как сильно и долго Лини и Линетт любят фокусы. Это буквально их страсть. — Ты так редко говоришь нечто подобное, что мне даже немного неловко, — с легкой улыбкой отвечает Лини, поднимая взгляд на Люмин. — Я абсолютно серьезна, — поджав губы, отвечает девушка. «Хотя он прав, я действительно редко так откровенничаю…» Но после ответа Лини Люмин почему-то хочется говорить так почаще. «Если его это так обрадовало, то… Ну, мне ведь не сложно совсем, к тому же я это искренне… Так что плохого?» И почему ей теперь самой стало неловко?! — Я запомню. И спасибо… За поддержку и за понимание. Правда, спасибо. Ведущая на сцене громко объявляет о начале мероприятия, и толпа за кулисами начинает понемногу рассеиваться. А Люмин мысленно молится всем богам, чтобы их с Лини выступление прошло на ура.