Часть 10

Этой ночью, эсэсовцы жестоко избили и изнасиловали девушку по имени Бина, та, что была медсестрой и работала бок о бок с Орловой. Она была Еврейкой. Лера, узнав об этом по утру, впала в глубокое отчаяние и горько плакала. Она не могла поверить, что именно тех людей, к которым она привязывается лишают жизни. Тех, кто добр к ней и лишён всякого эгоизма. *** До обеда у Леры глаза были на мокром месте и она была не в состоянии работать, поэтому пропадала в сарае, тихо сидя за скоплением хлама. Девушка вспоминала семью. Она до последнего верила, что брат всё таки жив и если она сможет выйти из Освенцима, то обязательно найдёт его, обнимет, расцелует и никогда больше не отпустит от себя. Всё, что Лера имела, потеряла, она не могла потерять и его. Семья Орловых не была большой, зато дружной и крепкой, но война разрушила всё и сейчас, последняя надежда оставалась на красную армию, которая пробивалась как могла, но и им, не менее тяжело, чем узникам сегодня. Орлова сложила глаза на колени, впитывая слёзы в грязную ткань. И как только она ещё жива? Вдруг, в сарай взъерошенный забежал Ганс. Он, не заметив Леру под кучей хлама, окликнул её. -Валерия! —Орлова вытерла слёзы и выбралась на поле зрения. -О, вот ты где! —Обрадовался мужчина. -Пойдём со мной, там у женщины, славянки, роды начались. —Лера недопонимая покосилась на Мюнха. -А я то здесь при чём? Ищите доктора Менгеле. -Он где-то пропал! —Отмахнулся Ганс. -Как это? —Мужчина хмыкнул и подбежал к узнице, схватив её за руку. -Идём, как будто у тебя ещё есть выбор… *** Ганс привёл Орлову в приёмную, где на кушетке лежала кричащая женщина, а рядом с ней, не знающие, что делать, две медсестры. -Господи, что за детский сад? —Возмутилась Орлова, натягивая перчатки и маску. Мюнх развел руками. -А вы почему не можете принять роды? —Поинтересовалась Лера, с презрением смотря на Ганса. -Так.. я не умею роды принимать. -Мужчины… —Махнула Орлова. —Девушка подбежала к Славянке и схватила её за руку. Женщина сконцентрировалась на Орловой, тяжело дыша. -Так, послушайте меня сейчас. —Лера склонилась к ней, пытаясь утихомирить. -Пришло время и вы дарите новую жизнь тому, кого выносили почти 9 месяцев… —Ребёнок из-за не периодического питания был недоношенный и Орлова знала это. -Вы должны сделать всё возможное, чтобы роды прошли успешно и я тоже сделаю всё, что в моих силах. —Женщина, доверенно закивала головой, сжимая ладонь Леры. -Поехали. *** —Через 20 минут в приёмную ворвался взбалмошный Менгеле, а за ним Хёсс. —Комендант яростно просмотрел на Йозефа, после того, как застал родившегося ребёнка на руках у матери и задёрганную Леру, на которую Мюнх махал платком. Орлова отмахивалась от назойливых медсестер, которые так и норовили то стакан воды ей протянуть, то успокоительное. —Комендант прошёл ближе к кушетке и воззрел младенца. -Прекрасно. Мальчик славянских корней. –Ухмыльнулся он. -Из него ещё можно сделать человека. —После чего, мужчина вернул взгляд на улыбающегося Йозефа. -Доктор Менгеле, а почему холопы принимают роды за вас? —Застал врасплох его Рудольф. —Менгеле стёр улыбку и немного замялся. -Ну..Она прекрасно справилась, Сэр… -Вы не ответили на мой вопрос. —Хёсс с подозрением подошёл к доктору. -Я надеюсь, вы знаете, что делаете. —Менгеле, поглядывая на Орлову, которая в данной ситуации с сочувствием смотрела на него, кивнул головой. -Хорошо. —Комендант нагнулся к уху Йозефа. -Женщину в газовую камеру, а ребёнка послезавтра отправьте поездом. —Услышал Менгеле и поджал губы. Рудольф покинул приёмную. *** Поздно вечером, Орлова ухаживала за младенцем, тепло его одев и накормив. Менгеле возился рядом, осматривая глаза, уши и рот ребёнка. Слушая его фонендоскоп. —Мужчина отстранился от мальчика и взял в руки ручку, начав что-то записывать. -Помни, что организм у младенца крайне чувствителен. —Орлова кивнула. -Раз мы заменяем грудное вскармливание, на искусственное, важен режим и правильность. —Лера озадаченно взглянула на доктора. -А у его матери нету молока? —Менгеле вдруг замешкался, перестав писать, но всё же пришёл к ответу. -Да. —Йозеф не хотел огорчать Орлову, что его мать была отравлена, зная, какая она ранимая. —Лера склонилась к младенцу, широко улыбаясь ему. -Какой ты красивый, малыш… —Менгеле слушал это и не мог скрыть улыбку. Он дописал режим питания и протянул листок Лере. -Вот, держи. —Орлова не раздумывая взяла лист. -Будешь за ним следить, пока он… —Менгеле поджал губы, чуть ли не выдав правду. Однако, Лера не подала этому значения. -Пока его мать набирается сил. —Лера с улыбкой кивнула доктору, а затем, поднесла свой палец к ручке младенца, который сразу сжал его. —Йозеф улыбаясь, впритык приблизился к Орловой и приобнял её за талию. Та аж озябла. -Как будто мы с тобой женаты, а это наш ребёнок. —Сморозил Менгеле и Орлова, не выдержав, обаятельно рассмеялась ему в ответ. -Скажете тоже.. *** Август выдался тёплым, однако, на пороге осень и пусть она, злодейка, не надеется, что дым Орловой развеется над этим адским местом…