Глава 3. Переговоры в песках

Этот дворец напоминал Саре школу Бине Гессерит на далёком теперь Валлахе: тот же желтоватый камень и очень дорогое здесь дерево, сложенные в массивные геометрические формы. Барельефы на стенах изображали местную фауну, звёздное небо в разные сезоны, известные исторические события. Было, правда, и одно важное отличие. Громадные пространства убежища гессериток были величественны, грандиозны. Их целью было показать, какая сила сокрыта в их обитательницах. А здесь царил покой. Маленький город стоит, окружённый пустыней, и большую часть дня в нем тихо, на улицах — ни души. Дворец, который ещё на Каладане выбрали Сара с отцом, был правительственной резиденцией при старой империи. Их обоих, и Сару, и Лето, привлекла идея сделать Арракин новой столицей. — Это место построили задолго до Харконненов, — говорил тогда Лето, — для местных он — символ традиций. Мы можем сыграть на этом. Если правильно преподнести, в глазах народа мы станем освободителями. — А ещё его будет легче защищать, — задумчиво сказала Сара. — Маленький город, немногочисленное население. Но мне кажется неразумным связывать себя с символами старой империи. При ней-то Арракис и потерял независимость, хоть об этом редко вспоминают даже местные. Не будем ли мы очередными захватчиками? — Это зависит от нас. В любом случае, Арракин — лучший из доступных вариантов. В нем есть древность. Нам останется только воспользоваться ею. Сара видела, что Лето говорил с ней серьёзнее и откровеннее, чем с кем-либо другим. Ее он не боялся посвящать в свои планы. Это было приятно и неожиданно: сама Сара никогда не ощущала близости с отцом. С матерью её связывал общий опыт гессериток, с братом — видения будущего. А отца она почти не знала, проведя все детство на Валлахе. Но Лето ей верил. Более того: он считал её, девушку, без пяти минут Дочь Гессера, достойной собеседницей, он всерьёз интересовался её мнением по важнейшим вопросам! Это было редкостью для глав Великих Домов. Ландсраад — крайне консервативная организация. Новые веяния в обществе доходят до него в последнюю очередь. Сара задумалась о том, что теперь предпримет Ландсраад. Император прошёл по грани дозволенного, передав Дюну Атрейдесам. Ещё немного — и Дома сочтут, что он им угрожает. А это опасно. Харконнены имеют большое влияние среди Великих домов. Сколько времени им понадобится, чтобы спровоцировать императора? Или Атрейдесов? Сара оглядела голые каменные стены своего нового дома. Её разум, потонувший уже в хитросплетении интриг, посетила новая ужасная мысль. А могли ли Харконнены знать, где Лето устроит свою резиденцию? Ясно же, что Атрейдесы не остановятся в Карфаге, построенном их врагами. Сара мельком видела этот город, когда их корабль летел к Арракину. Карфаг был пыльным, металлическим, словно кусочек родной Харконненам Гайеди-Прайм. Индустриальный ад, умирающий в собственной грязи. Круг сокращается. В конце концов, Харконнены владели этими местами десятки лет. Они могли подготовиться на случай смены владельца. Сара слышала, что в маленьком поселении к югу от Арракина произошёл несчастный случай. Пострадал слуга, следивший за пустующим дворцом. Что именно произошло, Сара не знала. Интересно, сколько ловушек оставили после себя Харконнены? Их последние отряды ещё на планете. Стоит ли ждать неприятных сюрпризов здесь, в Арракине? Дом следует осмотреть.

***

— Как прошёл поиск сокровищ? — с лёгкой усмешкой осведомился Дункан. — Плохо. Ничего не нашла. Они летели в орнитоптере над бесконечной пустыней. Весь предыдущий день Сара посвятила осмотру дома, заняв этим же делом половину прибывших людей, чем вызвала крайнее недовольство Дункана. Мечник был наивно уверен, что раз один старик-слуга с ядоискателем обошёл комнаты перед их прибытием — значит, там безопасно. Но и выбора у Айдахо не было. Сара прибыла на Арракис тихо, не оглашая свой титул, и формально главным был Дункан. Однако, по договорённости с Лето, Айдахо был обязан во всем подчиняться молодой герцогине Атрейдес. К его удовольствию, Сара ничего не нашла, и была вынуждена признать, что дом чист. Несмотря на это, девушку не оставляла смутная тревога. Но она не могла забывать о более важных сейчас делах. Лето позволил ей переселиться сюда раньше срока не просто так. Она должна была выполнить свою часть работы. Переговоры с фрименами. Отец Сары справедливо полагал, что честный храбрый Дункан произведёт на местных вождей приятное впечатление, но одного мечника пускать на переговоры было рискованно: в бою он все же был намного лучше, чем в политическом по своей сути процессе. Поэтому Лето послал с Айдахо Сару. После трех дней круглосуточной проверки на преданность и компетентность (а Сара не сомневалась, ее проверяли), герцог был готов доверить дочери любое сколь угодно важное поручение. Восстановление давно разрушенных связей пришельцев из внешних миров с фрименами было наиболее важной из всех задач, стоявших перед домом Атрейдес. Но Сара сомневалась. Орнитоптер нёс её, Айдахо, и ещё нескольких человек к условному месту, где они встретятся с фрименами. И Сара не была уверена, что местные вожди согласятся обсуждать с ней будущее Арракиса. Дело даже не в том, что она не с этой планеты, все куда хуже. Она была женщиной. На протяжении столетий это оставляло бы ей очень узкую щель возможностей. Максимум — служанка или наложница, других перспектив быть не могло. С учётом того, что Сара происходила из знатного рода, ей судьба также могла предложить «карьеру» жены главы Дома. Но о том, чтобы этот самый Дом представлять на переговорах как самостоятельный политик, не могло идти и речи. Как, собственно, почти о любом другом деле. Бине Гессерит в своих корыстных целях прилагали титанические усилия, чтобы исправить этот недостаток системы. Потребовались столетия, чтобы облегчить работу сестёр, но все то, на что претендовала теперь Сара… это не было исключительным случаем, но от него веяло дерзостью. Подобное могли счесть подозрительным свободомыслием. На многих планетах, особенно в слабо цивилизованных племенах, Сару бы все еще просто не приняли. Старые устойчивые системы, вроде нынешней империи, очень не любят что-то менять. Особенно что-то базовое, вроде деления на социальные группы. Это же так привычно, так понятно. Орнитоптер мягко приземлился в скалах. Сара с Айдахо вышли в пустыню. Их уже ждали. Фрименские вожди оправдали ожидания Сары. Высокие, худые, бородатые. Сара сразу отметила: среди них были две женщины. Жены? Или полноправные главы племён? Один из них, по-видимому, выбраный главным, приветствовал Сару и Дункана. Дункан ответил ритуальной фразой, как положено в таких случаях. Стилгар, а именно так звали того из фрименов, что заговорил первым, пригласил их в убежище для продолжения разговора. Пещера была большая, вытесанная прямо в желтоватой горной породе. Это была старая, теперь заброшенная стоянка фрименов, пересекавших пустыню. Конечно, в настоящий ситч незнакомцев не пустят, но это место могло дать представление о том, как выглядят настоящие укрытия народа пустынь. Сара поблагодарила Стилгара и представилась. Она специально не использовала полный церемониальный титул, назвав себя просто Сарой Атрейдес, дочерью герцога Лето. Глава какого-нибудь Великого дома счёл бы подобное нарушение этикета оскорблением, но вот Стилгару и остальным фрименам наоборот пришлось по нраву. Первым и главным вопросом были поставки специи. Фримены, в целом справедливо, считали её своей, как и все, что давала пустыня. Поэтому Саре было необходимо получить их разрешение на добычу специи. Это было непросто, а потому все предыдущие владельцы Дюны предпочитали воевать с пустынным народом. Атрейдесы так не делают, и Сара не раз подчеркнула это в своей речи. Лето хотел, чтобы фримены стали их союзниками. По-началу Стилгар ей не поверил, а некоторые из его окружения и вовсе рассмеялись, когда Сара сказала о необходимости сотрудничества. Девушка понимала: в их глазах она — чужая. Глупая, не приспособленная к жизни дворянка, сошедшая с небес. Нельзя не признать: отчасти все обстояло именно так. — …Я надеюсь, что мы сможем стать вашими союзниками на этой планете. — говорила Сара. — Не исключено, что Дом Харконненов попытается вновь завладеть ею силой, и мы рассчитываем на вашу помощь. Ведь Харконнены — наши общие враги… — Мы не союзники пришельцам, — усмехнулся кто-то из толпы. — Единственный, с кем нам по пути — Лисан аль-Гаиб, но его, может, ещё нет на свете. — Лисан аль-Гаиб? — вежливо переспросила Сара, — Кто он? — Сказка для дураков, — ответила какая-то девушка. — Чани! — грозно прервал её Стилгар. Чани… девушка-фрименка. Она была самой молодой из собравшихся, и все это время молчала. Сара только теперь обратила на неё внимание. И сразу узнала. Эта Чани часто появлялась в видениях Пола. *** Орнитоптер поднялся в воздух. Все прошло лучше, чем Сара ожидала, что она и сказала Дункану. — От местных можно всего ожидать, — согласился тот. — Но они люди честные. Я им верю. — Я больше боялась, что они примут меня за твою наложницу. Дункан удивлённо посмотрел на неё. — С чего бы? — Именно так подумали бы в каком-нибудь из малых домов Ландсраада. И говорить со мной никто тоже не стал бы. — Ну так понятное дело. — Дункан пожал плечами. — Ты же не глава дома. Сара нахмурилась. Это, конечно, не то, что она имела в виду, но Дункан по-своему прав. — …И главой дома мне не быть, — задумчиво заметила Сара. — Только если найдёшь мужа с собственным феодом, который вовремя умрёт. Ну что же, это можно устроить. — О, смотри — Дункан ткнул пальцем в маленькое окно. — Харконнены. И правда: длинный строй войск тянулся из Карфага к огромному кораблю. Сара прищурила глаза, пытаясь разглядеть стремительно пустевший город. Отвратительное зрелище, ночной кошмар урбаниста. Но в нем была отражена сама суть Харконненов. Удобство жителей не имеет значения. Важна только работа, причём на износ. И с жертвами.

***

Посещение пустыни не прошло даром. Здесь, на Арракисе, специя была буквально под ногами. От неё было невозможно уберечься, но это не страшно, пока у тебя нет пророческих видений. И на следующее утро, Сара понимала: то, что она видела — только её. Пол к этому непричастен, но неизвестно, мог ли он увидеть то же. В видении Сара убила людей своего отца. Один только вчера сопровождал её в пустыню, других девушка узнала по отличительным знакам. Когда последний упал мёртвым, Сара оглянулась, и увидела двоих настоящих врагов. Харконнены. Судя по символам власти — правящая семья. Сара хотела убить и их, но вместо этого сделала реверанс и протянула окровавленный нож. — Прошу, — с презрением в голосе сказала она. — Или мне убить ещё кого-нибудь? Наверное, это недостаточный знак преданности, да? — Недостаточный. — ухмыльнулся тот, что стоял чуть ближе. — Может… — Господи, тогда вы тут до вечера застрянете! — театрально протянул кто-то. Сара резко обернулась. В дверях стоял ещё один, но вот его лица девушка различить не могла. Кажется, вошедший был её ровесником, его можно было бы принять за Пола, если бы не особенности ситуации. — Вас ждут послы гессериток, — неизвестному было явно приятно видеть отвращение на лицах обоих Харконненов. — Ещё немного, и мне наскучит отвлекать их на себя. Глоссу, они просто жаждут тебя, не иначе, — в его голосе появилась неприкрытая издевка. Все плыло перед глазами Сары. Её мутило от вида людей, лежавших в лужах крови. — Уберите эту дрянь, — распорядился все тот же голос, и кто-то унес прочь тела погибших… Сара понемногу приходила в себя. К этому времени в комнате остались только она с тем неизвестным. — Молчишь? А я-то рассчитывал на благодарность. Сара одним шагом пересекла разделявшие их пару метров и отвесила незнакомцу пощёчину. — Не надейся. — холодно сказала она.