1988 год. Часть 6

      День Рождение для Маши был всегда особенным днём. С нетерпением отсчитывала дни до тридцатого июля и искренни верила, что в этот день произойдут чудеса. Похлеще чем на новый год. И каждый год в этот день была некая традиция празднования. Сначала обед с мамой, а потом уже гуляния до утра с ребятами. Уже прошло то время, когда друзья поздравляли в полночь. Но из-за всех этих недавних потрясений, Романова даже перестала считать через сколько она станет старше.       Только открыв глаза, даже ни на секунду не вспомнив какой сегодня день, просто лежала и смотрела в потолок, плавно напрягая мыслительные процессы.       «Вот только вроде через месяц в школу, а уже устала.»       Громко выдохнула, словно впахивала весь день и всю ночь на заводе, перекатилась на бок и взгляд зацепился за вешалку с джинсовым комбинезоном. Свой подарок на день рождение.       Ещё год назад, Маша бы выпрыгнула из кровати, подбегая к маме спрашивая по детски « а какое сегодня число?». Но сейчас, просто спокойно приняла наступивший день. Слишком много накатилась за последние месяцы.       Мама. Елисеева. Витя.       Маша стала чаще ловить себя на мысли, что чувства к Пчёлкину с каждой встречей крепнут и крепнут. И ревность стала только больше разжигаться. Старалась не показывать, молча наблюдала, а внутри душу рвала себе, молилась не заплакать.        Обидно, больно.       Видела, как Витя смотрел на своих дам, даже если они были на одну ночь, видела их касания и будто сама чувствовала его горячую мужскую руку на своих плечах, щеках, голове. Мигом мурашками покрывалась. Иногда смотрела на него и желание было подойти к нему со спины и обнять крепко крепко, в одно целое сливаясь. Но не подходила. Могла конечно, тысячу раз обнимала, но понимала, что прикосновения другие будут. И боялась.       Космос тему ту, больше не поднимал. Даже глаза не косил на иногда странное поведение подруги. Всё было как раньше. Почти.       Заставив себя встать с кровати, умыться и надеть обновку, шаркая ногами пошла на кухню. Мама будто только всё это время её и ждала, с улыбкой встречая дочь.       - С Днём Рождения, Машунь. - поцеловала дочь в щёчку и протянула пакет картонный.       - Спасибо, мам. - в пакете оказался торт. Блинный, так любим Романовой. Улыбка тронула губы. - Ого, спасибо большое. Сейчас тогда им позавтракаем.       - Оставим десерт на обед. Что приготовить сегодня?       - А ты разве не уедешь?       Вопрос мог прозвучать грубо, но он стал таким обыденным, что никого не задел. От такой обыденности хотелось кожу себе разодрать. Не должно быть такого в семье.       Мать повела плечами, словно сама не знает, что будет делать дальше. Но зная её, есть большая вероятность, что после несколько прожевывании обеда, мать уедет.       - Ну мы же всё равно отметим с тобой.       - Знаешь мам, на самом деле, у меня уже были планы на сегодняшний день. Давай в следующий раз?       На самом деле планов никаких не было. Она изначально ничего не планировала и не собиралась. Может ответила так, чтоб мать зацепить, показать собственное поведение. Или просто не хочет чувствовать себя снова брошенной в свой день.       - Какие планы?       - А мы с Витей, Космосом и Валерой шашлыки устроим. Давно планировали, но решили всё совместить.       И это тоже не правда. Ребята приняли новость, что Романова праздновать не собиралась бурно. Каждый хотел перекричать друг друга, навязывая девушке, что отпраздновать она должна в любом случае. Их не останавлоивал ни уставший вид и возможность финансово проставиться. Но потом просто перестали уговаривать девушку, не поднимая больше эту тему.       - Ну ты можешь и позже с ними встретиться. Мать кидаешь? - фраза была кинута беззлобно.       - Должна же я хоть раз также поступить.       Романова старшая недовольная зыркнула на дочь, но та продолжала лезть в душу своими зелёными глазами. И может она ждала ответа матери, дабы продолжить кидаться колкостями, но подсознательно понимала, что конфликт хотя бы в этот день разжигать не хочется.       «Не смей взгляд отводить, она стыдиться должна, а не наоборот.»       Стуки в дверь заставили Машу дёрнутся, чуть не выпуская пакет из рук, не обращая внимание на уход матери в прихожую, всё пыталась сердце успокоить.       - Мария Артёмовна, соизвольте встретить граждан Холмогорова, Пчёлкина и Филатова для получения поздравлений. - громкий бас Космоса по настоящему заставил улыбнуться и чуть отпрыгивая от пола поспешила в прихожую.       - Приветик. - вмиг появилось стеснение, увидев большой букет пионовидных роз.       - С днём рождения, малая. - расталкивая друзей, Космос первым двинулся к подруге, протягивая подарок в праздничной упаковке. - вот ты уже взрослая стала, а вроде только недавно на руки постоянно просилась. Быстро как-то всё. Даже грустно немного.       - Кос, у меня вроде день рождение,а не поминки. - парень с ожиданием кивнул на подарок, который ждал распаковки. - Ничего себе, спасибо!       Девушка с интересом рассматривала подарок. Книги с созвездиями она давно видела на полках в квартире Космоса и перечитывала пожалуй каждый раз, когда на долго оставалась в гостях, не обращая внимания на разговоры друзей. Но этот экземпляр, она видит впервые и мечтала когда-нибудь её приобрести.       -Где ты её нашёл? Говорил же, что это утерянная часть.       - Где нашёл, там уже нет. Потом будем с тобой дискутировать.       - Так, ну подвинься, моя очередь, - Валера широкими плечами сдвинул Холмогорова и всучил подарок подруге. - Машунь, ты для нас родная и единственная, спасибо за всё. Мы одна семья, помни это.       - Ну она скоро тут слезами всё зальёт. - Маша с дрожащими руками доставала подарок из пакета, а глаза уже стали собирать влагу, уже не особо чётко смотря на друзей.       - О боже мой! Ты серьёзно?       С детским восторгом она рассматривала краски в своих руках, которые давно хотела, но ценник очень кусался и Романова просто отложила мысль их покупать. На данное время это были качественные краски и по большому счёту, их можно купить не везде, но Филатов давно видел, как загорались глаза Маши, смотря на них.       - Спасибо большое. Правда. - она прижала подарки к груди, готовая уже разреветься, но конечным для неё был букет протягиваемый Витей.       Всё. Сейчас только навзрыд.       - С днём Рождения, Марусь. - Пчёлкин поцеловал девушку в висок, поглаживая подругу по спине, давая время ей избиваться от слёз. Но даже на эти слёзы было приятно смотреть, на слёзы радости.       - Это как будто сон. Ай, блин, Кос. - парень ущипнул девушку по руке, причём довольно таки больно.       - Зато убедилась, что не сон. Ставь цветы и поехали, у нас программа на сегодняшний день намечается.       - В смысле?       - Ты же не думала, что мы просто так от тебя отстанем? - Пчёлкин не дожидаясь когда подруга оклемается, взял цветы уходя на кухню к матери.       - Давайте, Мария Артёмовна, пройдёмте в карету. - Валера положил её руку к себе на локоть, выводя из квартиры.       - А Витя?       - Никуда не денется Витя твой, догонит. - Космос первым побежал по ступенькам вниз, не дожидаясь друзей.       Не успев выйти на улицу, на весь двор заиграла песня ABBA. Маша сильнее вцепилась в руку Филатова, чуть прищуривая глаза от яркого солнца.       Этот день уже можно вносить, как самый лучший день рождение, хотя так говорила про каждый. Ребята всегда делали сюрпризы, как то удивляли. Но осознанность и понимание ценностей, стали ощущаться только сейчас.       - Ну давайте, поехали, чего встали. - Пчёлкин пробежал мимо них, заняв водительское сидение, поторапливая танцующего Космоса садится, и Валера с улыбкой пропустил девушку в машину.       - А куда мы едем? - нет, ну всё таки она должна хотя бы примерно понимать, что будет происходить.       - На дачу мою. Так что у нас по плану шашлыки, речка и хорошее настроение. Завтра обратно приедем.       - Что значит завтра? Я перед мамой не отпросилась, у меня даже с собой вещей нет никаких.       И вот как это понимать?       Пчёлкин всегда отличался некоторой наглостью. Просто всегда ставил перед факом. И если иногда это было немного приятно, то в остальном просто раздражало. Романова не любила, когда ей не давали право выбора.       - Не кипишуй. С тёть Инной договорился пока вы спускались, а шмотки это вообще не проблема. У меня там столько футболок, зарыться можно.       Кровь отлила в голову, заставляя щёки покраснеть, даже не желая того. И с чего вдруг, она стала смущаться этой обыденности? А, точно.       На даче Пчёлкина она была пару раз летом, помогая тёть Алле с цветами и просто приезжая отдохнуть от города. Бывало даже специально напрашивалась с ними и довольная ехала с сумками и рассадой в руках. А сейчас даже как то неловко ехать со всем их семейством и быть наедине с Витей.       Естественно она никакие первые шаги не предпринимала. Сразу становилась максимально неуверенной в себе. И это раздражало Романову до тряски в руках. Совершенно не представляя, как начать разговор и как себя вести. Боялась, что своим признанием испортит ту нить, которая протянута между ними сейчас.

***

      - Маруся, подъём.       Нехотя открыв глаза, начала осматриваться, совершенно туго соображая после сна. Витя сидел на карточках перед Машей, наблюдая, как она потирает глаза, поправляя волосы. Не выдержав напора голубых глаз, со смехом сняла кепку с парня, выбегая подальше от машины.       Всё таки день рождение, можно и побеситься немного.       - Как в тебе умещается столько энергии? - прикурив сигарету, с лёгкой улыбкой стал наблюдать за Романовой. - Ты прям как космосила, фиг остановишь.       - Ну не всем же быть таким серьёзным как ты.       - Поговори мне тут ещё.       Бросив сигарету, Витя стал доставать пакеты с багажника, отпихнув в сторону руки Маши, которая хотела помочь и что-то донести. Так и шли в дом, толкая друг друга.       Космос уже включил радио, делая громкость больше, пританцовывая расставляя алкоголь в холодильник.       - Кто где спать будет? - Маша присела на кресло около окна, выходящее на задний двор, посматривая как Валера ходит вокруг мангала.       - Я в родительской, Валера в зале, а Кос в палатке на улице.       - Ты чё, обалдел что ли? - Холмогоров глаза выпучил, брови высоко поднимая. - Маш, это не смешно, хватит ржать.       - Не, ну а что? А я тогда где?       - В моей.       - Ну я тогда побежала переодеваться. Вещи сама выберу.       Взбегая вверх по лестнице, старалась улыбку свою довольную не показывать. Комната Вити совсем не изменилась, только вещей всяких больше стало. Из города исправно перевозили на дачу каждую весну. И конечно даже тут не обошлось от плакатов с женщинами около кровати. Всё в стиле Пчёлкина.       Закатив глаза, подошла к шкафу, но ещё не открыв дверцы, заметила футболку на стуле рядом с окном. Эта та самая футболка, которую Романова несколько лет назад подарила парню со смехом и шутками. В то время, держа в руках белую футболку, девушка проявила креатив и разрисовала её маленькими пчёлками. Витя горячо поблагодарил подругу, но вещь на нём она видела несколько раз.       Значит здесь её носит.       Это можно было понять по слегка выцветшим рисункам и непонятных тёмных пятен. Сердце от такого до приятного сжалось и выпустила тяжёлый выдох, положив вещь на место.       Взяв с собой чёрную майку, спустилась на первый этаж. В доме никого уже не было, а пакеты так и стояли не разобранными.       - Ну отлично просто.       Пробубнив себе под нос, стала относить пакеты на кухню, заметив в окне парней, что громко смеялись, стоя около мангала и уже открыв бутылки с пивом.       - А помогать мне никто не будет? - открыв форточку на распашку, высунулась в окно привлекая внимания.       - Малая, ты видишь, мы тут важным делом занимаемся. Мясо само себя не пожарит. - Космос активно размахивал руками, объясняя Маше очевидную вещь.       - Мясо собирался жарить Валера, а вы тут каким боком?       - Ты не понимаешь, это особое искусство. - махнув рукой, отвернулся от девушки и стал делать видимость, что чем то занят.       - Предатели. Мы вообще на речку пойдём?       - Ну сейчас мангал установим нормально и пойдём. Ты шмотки нашла? - Романова кивнула, - ну отлично.       Отвернувшись от окна, стала шустро раскладывать продукты по кухне, от переизбытка эмоций. В какой-то момент вспомнилась мама.       Появилось сожаление и стыд, что она так уехала, даже толком не побыв с ней. Просто взяла и уехала. Это было не в характере Маши, сразу становилось неловко и может по хорошему нужно будет потом извиниться, но сразу пресекала себя. Ничего плохого не сделала и извиняться смысла нет.       У ворот её уже ждали друзья, держа в руках пакеты с пледами и полотенцами, не терпеливо перетаптываясь с ноги на ногу. И только увидев выходящую подругу из дома, Космос сразу стал всех поторапливать, большими шагами уходя вперёд.       Солнце приятно грело, чувствуя как тело наполнялось витаминами, но душноты на счастье не было. Романова всегда с гордостью говорила, что именно в её день рождение, погода всегда была тёплая и комфортная. Если за день или после тридцатого числа мог лить дождь, то в её день всегда стояло солнце. Парни за это в шутку благодарили Машу и уматывали на природу.       На речке их место было не занято и ребята торопливо расстилали плед, дабы поскорее окунуться. Романова пока в воду заходить не собиралась и разлеглась в надежде позагорать.       - Ты чего, Машунь, лежать сюда приехала? - Валера встал перед девушкой, загораживая солнце.       - Я хочу загар, потом искупаюсь.       - Не, так не пойдет. Вставай. - дёрнув за руки подругу, заставил ту встать с недовольным мычанием.       - Марусь, а Марусь, а давай на перегонки?       Витя стоял уже в воде по пояс в воде, а блики от солнца красиво переливались на его торсе. Чуть залипнув на парня, девушка прослушала вопрос, сразу чувствуя как начали гореть щёки.       - На перегонки хочет. - Валера наклонился к подруге, шёпотом напоминая подруге вопрос.       Посмотрев на друга в лёгкой обеспокоенности, получила в ответ только подмигивание и толчок в спину.       - Да ты всё равно проиграешь, Пчёл. - Филатов заполнил неловкую для подруги молчании.       - А давайте ставки сделаем? - нанырявшись, Космос подплыл к берегу смотря на друзей.       - На деньги? Или на желание? - зелёные глаза хитро прищурились, тот час загораясь.       - На желание. Так интересней. - Пчёлкин подходя чуть ближе стал ждать подругу.       - Договорились.       Вставая на один уровень с Витей, стали ждать, когда громкий голос Космоса досчитает до трёх и по истечении счёта Маша нырнула под воду, и всплывая начала плыть кролем. Пчёлкин быстрее и сильнее перебирал руками и ногами, но девушка всё равно не отставала от парня. Романова плавала быстро, шустро, но уступала другу в силе. Руки стали тяжелеть, мышцы сильно перенапряглись, отдавая болью в плечах , но останавливаться было нельзя. Оба не любили проигрывать.       Коснувшись другого берега Витя успел раньше и поплыл назад. Сомкнув зубы, брюнетка стала догонять и даже на секунду подумала сжульничать.       Приплыли обратно к друзьям с мизерной разницей. Если Пчёлкин уже дотронулся до берега, то Маша только тянулась к нему.       - У тебя просто руки длинные, а так была бы ничья. - легла на спину, расслабляя тело.       - Что ты ещё придумаешь?       - А я на тебя ставил, Маш. - Филатов подставил Космосу голову для щелбана, в проигранной ставке.       - Да ладно тебе Марусь, заведомо было всё понятно.       С мстительностью в зелёных глазах, ловя момент, когда компания увлечена смехом, незаметно окунулась по воду, доплывая до Пчёлкина, хватая того за щиколотку. И дабы не получить в лицо, отплыла назад, поднимаясь на поверхность. Витя оказался уже дальше от неё чем был. Шуганулся всё таки.       - Капец тебе. - со смехом брюнетка быстрее хотела вылезти на берег, стараясь не попасть под брызги сильные от Пчёлкина.       - Ну всё, хватит, дай позагорать.       Ещё держа улыбку на лице, с удовольствием легла на спину, прикрывая глаза, но слушая разговоры друзей, старалась в дрёме снова не забыться.       - А желание? - Космос напомнил ради чего было это всё, глянув на Пчёлкина.       - Так, - хитро посмотрев на недовольную подругу, стал быстро перебирать все возможные варианты. - а я вечером скажу. Буду с разумом выбирать.

***

      - Нет, ну я не понимаю, в чём толк стоять рядом и контролировать втроём как мясо пожариться?       Романова высказывала своё непонимание, только пришедшему на кухню Космосу, надеявшимся по тихому забрать ещё пару баночек пива и нож. Девушка нарезала овощи, красиво раскладывая на тарелку, успевая при этом ещё следить за варкой картошки. И это всё в одиночку.       - Тогда относить всё будете на стол, понятно? - кивнув, парень быстро ретировался на улицу, заставляя девушку головой мотать.       С речки вернулись обратно уже после обеда и почти сразу разбежались по своим делам. Маша на кухню, парни на улицу. Если Валера оставался у огня, то Витя с Космосом бегали в дом, крадя у подруги кусочек чего-то вкусного.       Темнеет достаточно поздно, поэтому поужинать они смогут при закате солнца и Романова была от этого в восторге. Ещё Саши не хватает. И были бы у них ещё песни на гитаре. Белов поздравил подругу ещё за несколько дней, не думал, что письмо придёт раньше. Тепло пожелал Маше всего самого наилучшего, рассказал, что всё у него хорошо, жизнью своей не рискует. А в конце снова спрашивал, почему Леночка не пишет. Романова перечеркнула последний вопрос и отложила письмо на полку, на память.       - Мальчики, идите тарелки забирать.

***

      Глубокая ночь. Стол опустел. Яркая луна и звёзды. Четверо молодых ребят негромко разговаривая, бархатным смехом наполняли тишину ночи. Выпив все запасы алкоголя и выкурив на двоих три пачки сигарет, довольные и охмелевшие сидели под тёмным небом.       - Ну вот он мне и говорит, да ты хоть знаешь, кто я такой. - Космос чуть заплетающимся языком, рассказывал историю которая должна быть уже последней за последние часы. - Ну я ему в моську, нос набок, кровь хлыщет, а он взял и убежал.       - Ссыкло. - Пчёлкин куря сигарету, тихо посмеялся.       - Да уж, Кос, нарвёшься когда-нибудь на бойца и кто кому в моську.        Из всей компании более менее трезвыми были Пчёлкин и Маша. Не смотря на одинаковое количество выпитого, взгляд был не таким окосевшим, как у Валеры. Романова подшучивала, мол масло подъедал и довольный. Сама девушка выпила пару бокалов шампанского, но даже от такого пузырьки в голову немного ударили.       - Спать уже пора, не думаете? - Маша показательно зевнула, укутываясь в ветровку.       - Да, пора. Теофило, ты смотри не брякнесь на ступеньках. - Валера пошатываясь побрёл в дом, а за ним и Космос, ещё раз поздравляя подругу с днём рождения.       Переглянувшись с Витей, оба прыснули смехом. Светловолосый смотрел вслед друзьям, а Маша на него. Было уютно, тихо. Хотелось бы продлить момент на долго, но глаза будто свинцом налились, то и дело заставляя себя медленно не моргать.       - Ладно, пойдём. Поспать надо.       Романова встала со скамейки, заставляя окоченевшим мышцам прийти в себя, но по руке ток прошёл. Витя за руку подругу взял, не давая с места сдвинуться. А она и не хотела. Рука уже жечь начала, от шершавой ладони Пчёлкина. Секунд тридцать в гляделки играли, но никто нарушить молчание не мог.       - Ты подарок свой не получила, а уже уходить хочешь.       - Какой подарок? - изумлённо посмотрела на Витю, не совсем понимая, что имеет в виду. - А цветы?       - Цветы это так, просто порадовать. Все подарили, а я ещё нет.        Пчёлкин встал напротив Маши, глазами своими голубыми в душу ей заглядывая, а та оторваться от него не могла. Дышать боялась, смотрела внимательно, думая, что делать будет.       - Закрой глаза. - от требовательного, но мягкого тона, Маша сразу послушалась и прикрыла глаза, почувствовала, как парень развернул её спиной. - Только не подглядывай.       Мария сдержанно кивнула, чувствуя, как всё горит внутри от ожидания. Мурашки разом появились на всём теле, когда руки Пчёлкина, схожие на раскалённую кочергу, коснулись шеи.       Цепочка.       Захотелось вздрогнуть от контраста между холодным украшением и горячим телом, но подавила в себе дрожь, заставляя держаться. Витя аккуратно развернул девушку обратно за плечи, поправил волосы в хвосте, держа руки на плечах.       - Открывай.       Столкновение зелёных и голубых глаз, находящихся так близко друг к другу, ощущалось, словно мир замер. Она видела в его глазах спокойно плескающие волны, в чистом море, безмятежность, а в её глазах была свежая зелень, загадочность.       Дотронувшись рукой до кулона, опустила глаза, но даже в тёмное время, она сразу поняла, что держит в руках.       Маленькая Пчёлка.       Она словно держалась за небольшие золотые соты. Выпуклое пузико переливалось оранжевым и чёрным, а крылышки боком сложены так, будто вот вот улететь готова. И остренькое жало. Золотая пчёлка, заместо крестика, как защита.       Нежность была во всех проявлений. Во взгляде, в прикосновениях, в эмоциях. Руки предательски задрожали, но подавить мандраж было не возможно, отдавая во всё тело. Воздуха не осталось. Лёгкие начали болеть. Губы поджала сильно, боясь выпустить громкий плачь в секунду. И не могла ладонь ко рту прижать, руки не хотели слушаться. Смотрела на маленькое насекомое, а слёзы стали глаза обжигать.       Витя по щеке пальцем провёл, а Романова как стояла с опущенной головой, но уже точно не в силах движения какие либо сделать. Поцеловал в лоб, губами задерживаясь на коже нежной.       - С днём рождения, Марусь.       Хочется навзрыд, громко, с болью в горле все слёзы выплакать. После стольких рыданий, жидкости в целом остаться не должно. Особенно из за Пчёлкина. Особенно из за чувств таких.       - У меня желание кстати осталось.       - Какое? - подняла глаза красные от слёз на Пчёлу.       - Обними меня, как ты умеешь.       Оглушение. Забылось всё. Как разговаривать, как дышать, как стоять. Дыхание спёрло. Смотрела на него с восхищением и смущением.       Не верит. Это точно Витя?       Невесомо и нежно руки вокруг торса обвила, головой к груди прижимаясь, ощущая, как ладони большие за спину и талию её сомкнулись и на макушку щекой прижимаясь. Сердце его громко бьющееся, была для неё, как колыбельная. Слушать бы только её. Носом уткнулась в майку его, зубы сжимая от чувственности момента. Её бледное тело с его загорелом, создавали подобие инь-янь. И это было искусство. Нежное искусство Невообразимое.       В объятиях своих все чувства старалась передать, все слова, все обещания.       Ощущала, как руки его, ласково обнимающие, создавали купол над ней, оберег от всего. Защищенность, опора, благодарность.       А слёзы больше не текут.       Пропали, словно и не было никогда.       Но даже если и не чувствует к Марии того же, то всё равно готова слёзы лить на подушку по ночам. И даже не пожалеет об этом.