Эта сволочь!..

Лют ненавидела, когда другие девушки мило болтают с Адамом.    Даже если одна из ее сокомандниц, какая-нибудь экзорцистка, подходила уточнять вопросы по поводу тренировок или следующего истребления у их Командира, лейтенант прожигала ее взглядом. Девушке также было неприятно, когда Сэра или Эмили просто заходили «проведать» своего подчиненного, хотя, казалось бы, их вот точно ничего не связывает, но все равно какое-то противное чувство в груди не давало девушке нормально дышать. Хуже всего было лицезреть то, как на сцене местного клуба, когда Адам отыгрывал свою партию, фанатки лезли и, не стесняясь, лапали своих кумиров.    В такие моменты Лют пыталась вразумить себя, мол, зачем так реагировать, если у них с Адамом ничего нет, и он имеет полное право ответить взаимностью какой-нибудь девушке, ну или снять на одну ночь кого-нибудь.    Успокаиваться получалось плохо: перед глазами стояла пелена злости, дыхание учащалось, а внутри по всему телу разливалась тоска, сдавливающая и кости, и внутренние органы. Лют казалось, что в скором времени ее разорвет на части. Девушке, несомненно, нужно было как-то улучшать свое моральное состояние: попробовать выговориться, сфокусировать свое внимание на чем-то другом или просто научится сдерживаться, но одно дело – сказать, а другое – сделать.    Своим сокомандницам она не доверяла. Те были жуткими сплетницами, которые, как только предоставлялась возможность, сразу же обсуждали всех и вся, и Адам не был исключением. Одним из вечеров она случайно подслушала разговор идущих впереди экзорцисток. И все бы ничего, но те представляли, каков их Босс в постели. Как же тупо!    В тот момент Лют хотелось набить морды всем мило хихикающим девушкам. По сути, это даже не этично, и обсуждать такое на улице – явно грех! Но почему-то никого кроме помощницы Адама это не волновало. Эта компания продолжала обсуждать вопросы, которые были намного провокационнее, чем предыдущие.    Но было что-то еще, что не мешало Лют смириться со всей этой ситуацией и спокойно жить дальше.    Ревность.    Они с Адамом начали встречаться не так давно, но оба долго к этому шли. И вот сейчас, когда у них фактически идеальные отношения, которые не ограничиваются только работой, в которых нет какого-либо абьюза или чрезмерного контроля, но все равно какие-то левые бабы продолжали липнуть к Адаму! Будь то очередная тренировка, на которой кучка истребительниц, у которых явно все мозги утекли в сиськи, пытается сделать все, чтобы хоть как-то соблазнить Командира, или те же рок-концерты, которые устраивала их рок-группа… Фанатки, кстати, были хуже экзорцисток: увидев перед глазами кумира, они сделают все, чтобы до него добраться.    Это и бесило. Даже сейчас, зная, что Адам занят, что он – парень Лют, они все равно позволяли себе заигрывать с ним и даже действовать напрямую. На тех же самых концертах многие девушки пытались прямо на сцене облапать или поцеловать и его, и остальных участников группы. Хоть Адам и пытался отталкивать их или просить прекратить, но помогало это не всегда – некоторые из них были уж слишком настойчивые.    Высказавшись Мие, одной из экзорцисток, которую Лют считала самой адекватной в этом отряде психопатов, она не получила должной поддержки, которой хотела. Проблема в том, что никто, кто знал о происходящем, кроме самой девушки, проблемы во всем этом не видел.    –Ты говоришь, что к Адаму подкатывает чуть ли не каждая вторая, так?    –Да.    –Отвечает ли он взаимностью?    –Нет, он…просит их прекратить или отталкивает…    –Так и в чем проблема? Не парься, не заберут твоего Адама.    Вот только «не париться» не получалось!    А осознавать то, что именно сегодня Чарли идет разговаривать с Адамом по поводу какого-то там своего проекта, было еще хуже.    Повезло, что ангел не решил спуститься в ад – он сам говорил, что ему там не нравится, и ноги там его не будет, но мало ли, вдруг ради принцессы самого Ада изменил бы свое решение? Пронесло – ему было слишком лень тащиться вниз.    А еще было очень хорошо, что на Лют была форма экзорцисток, и маска была при ней. Так, надев ее на свое лицо, ей удалось скрыть множество своих эмоций. Когда дверь отворилась, и в помещение зашла эта яркая, вечно улыбающаяся Чарли, девушке хотелось прямо на месте заколоть ту ангельским копьем, хотя та еще ничего не успела сделать.    От каждой улыбки, от каждого доброго взгляда в сторону ангела, у Лют дергался глаз. Девушке казалось, что она не доживет до конца переговоров – ревность буквально поглотит ее. Но на это время у нее была одна из важных задач – защищать Командира ангелов-истребителей, и при этом постараться не выдавать свои истинные эмоции.    Вот же сучка эта Чарли!    Получалось довольно хорошо, хотя держаться было трудно. Особенно тогда, когда Адам начал рассказывать о своих сексуальных похождениях. Было не очень приятно слышать, как он развлекался со своей фанаткой на одном из концертов, как зажимал танцовщиц в клубе, как приятны прикосновения от фанатов, которые он ощущает, стоя на сцене…    На глазах у девушки навернулись слезы, и она была вот-вот готова разрыдаться в голос. Благо, маска скрывала все ее эмоции. Лют оставалось только закусывать губу чуть ли не до крови, и просто наблюдать за всем происходящим. В глубине души она молила Бога, чтобы все это закончилось как можно скорее.    И вот, Чарли, которой тоже порядком надоело слушать всю историю сексуальных похождений, быстро переводит тему на свой отель, ради которого она здесь и появилась. Попытка донести свою мысль до Адама оказалась провальной: он перебил принцессу Ада, пытаясь вразумить ее и донести, что грешникам тут не место, только вот…не словами, а песней.    Чарующий голос своего Командира успокаивал ее. Пение в принципе отвлекало ее от всех мыслей, которые уже успели заполнить ее разум. Пришлось немного помочь Адаму и поддержать его мнение.    Уже после того, как аудиенция была прекращена, Адам снова ел свои ребрышки, которые ему раздобыла Лют. Ангел все еще не мог отойти от идеи Чарли и от этого гребаного отеля, о котором она только что рассказывала.    –Чем думала – непонятно! –Возмущался он, параллельно жуя. –Отель для грешников, чтобы их перевоспитать – смех, да и только!    Лют, как и обычно, стояла позади и слегка кивала, соглашаясь со словами своего Командира. Тем не менее, за все это время она не проронила ни слова, а поддерживала только…действиями или кивками.    Под конец рабочего дня ничего не изменилось. Девушка все также помогала Адаму разгребать задачи, а их общение снизилось до бытового – «помоги-принеси-подай-доделай». И как бы сейчас ни хотелось общения, она просто не могла заставить себя говорить: не получалось даже слова вымолвить.    И вот это Адаму пришлось не по вкусу.    –Слушай, Сисястая… –Неуверенно, в своей привычной манере начал он. –Ты сегодня тише воды, ниже травы. Что-то случилось?    –Все в порядке… –Тихим голосом, сквозь комок в горле, ответила она.    –Не прикидывайся. –Довольно властно проговорил он. –И рассказывай давай.    –Мне неприятно слышать о ваших сексуальных похождениях… –Спустя немного времени, поняв, что отвечать ей все равно придется, почти шепотом проговорила она.    –А что тут такого?    –Ты не понимаешь? –Получилось как-то безэмоционально. –Вот тебе приятно будет, если я начну говорить обо всех парнях, которые у меня были до тебя?    –Вероятно, не особо… –До Адама не доходило, что именно он – причина подавленного настроения Лют.    –Вот именно, идиота кусок! –Лют перешла на полушепот-полукрик. –Я заебалась видеть то, как тебя буквально взглядом раздевают девочки с отряда, заебалась слышать, как очередная фанатка полезла тебя лапать!.. –Под конец она почти шипела. –Блять, я еле сдерживаюсь, чтоб не поцеловать тебя при всех, чтоб не заявить, что ты – мой, сука!    –Ты…ревнуешь?    –Спасибо что догадался! –Девушка всхлипнула, не выдержав.    Адам был в растерянности. Во-первых, это единственный раз за всю историю их знакомства, когда она плачет, а во-вторых, после слов возлюбленной, он наконец-то осознал, что вел себя как последняя тварь. Аккуратно прижав ее к себе, и обняв крылом, начал гладить ее по волосам. Словами поддержать не мог – просто не умел, поэтому заглаживал вину прикосновениями.    –Я понял – в твоем присутствии больше ничего про это не говорю.    –Вообще не говоришь! –Та слегка ударила его кулаком – не больно, но ощутимо. –Больше никаких рассказов о ебле.    –Хорошо, солнце. Если и буду рассказывать о ебле, то только о нашей! –После этого Адам залился смехом.    –Придурок!    Покрасневшая, как рак, но зато уже спокойная Лют продолжала обнимать своего немного тупящего парня. Парня, которого любит всей душой и сердцем.