Глава 8 - Голос

Тьма накрыла его, как волна. Но это была не та тьма, что в лесу. Не мягкая, не ночная. Это была тьма больничной палаты. Тяжёлая. Стерильная. Холодная. Он услышал писк приборов. Ровный. Монотонный. Слишком настоящий. Он почувствовал тяжесть на груди. Тяжесть, которая не давала дышать. Он попытался открыть глаза — и увидел свет. Белый. Резкий. Слепящий. И силуэт. Женщина. Та самая. С тёплыми глазами. Она держала его за руку. — Лунтик… — сказала она тихо. — Ты меня слышишь? Он хотел ответить. Хотел сказать: «Да». Хотел спросить: «Где я?» Хотел спросить: «Почему я здесь?» Но из его горла вырвался только слабый, едва слышный звук. Женщина улыбнулась. — Всё хорошо, — сказала она. — Ты в безопасности. Просто дыши. Но он не чувствовал безопасности. Он чувствовал… разрыв. Как будто его тянут в разные стороны. Он услышал голос. Не её голос. Другой. — Лунтик… Он обернулся — но никого не увидел. — Лунтик… Голос был тихим. Приглушённым. Как будто звучал издалека. — Вернись… Он узнал этот голос. Мила. Но не та Мила, что стояла на поляне. Не та, что дрожала, как изображение на экране. Это был её настоящий голос. Тёплый. Мягкий. Настоящий. — Лунтик… — сказала она. — Ты сильный. Ты можешь вернуться. Он почувствовал, как внутри что‑то дрогнуло. Как будто часть его души откликнулась. Он попытался поднять руку — и пальцы дрогнули. Женщина в палате улыбнулась. — Молодец… — сказала она. — Ты возвращаешься… Но тень была рядом. Он чувствовал её. Она стояла за его спиной. Тяжёлая. Холодная. Настоящая. — Ты не вернёшься, — сказала тень. — Ты слишком слаб. Лунтик сжал зубы. — Нет… — прошептал он. — Я… могу… И мир снова дрогнул.