3,14 помогите

По каменному полу в этот день гулял холодный ветер. Сегодня Звездная Башня явно не хотела видеть гостей. По телу бродил озноб, а длинные окна своей серостью окунали в воспоминания о Змиулане. Фэш стоял напротив Астариуса и мысленно ругал сам себя за подступающую дрожь. — Сегодня ты столкнешься со страхом, Фэш. Не с тем, который мучает тебя ночами. Но с тем, который тоже есть внутри тебя. Драгоций стоял неподвижно. Часодей будто смотрел в его душу, а это чувство ему доводилось испытывать лишь с одним учителем, и он молился всем великим часодеям Эфлары, чтобы с ним сегодня не встретиться. — Ты должен вынести ценный урок с сегодняшнего.. занятия. Но какой именно - решать лишь тебе. Не проронив больше ни слова, они направились прочь из башни. Астариус выглядел отрешенно. Видимо, месяцы отсутствия занятий прошли для учителя не просто, а может быть он узнал об обвинении Кэртиса? Как бы то ни было, вряд ли эти дни он провел в отпуске… Преодолев лестницу и зеркальную завесу, они свернули в коридор школы темных часов. Мальчик уже подумал, что они направляются к аудиториям, как вдруг учитель свернул в узкий коридор, ведущий вниз. Фэш осторожно следовал за ним, досадно подмечая, что остроносые туфли стали натирать пятки. Проходы становились все уже, а освещение в них все мрачнее. Мальчик время от времени поправлял сорочку, будто и она сегодня была какой-то другой. Когда канделябры с одинокими свечами стали попадаться лишь каждые десять шагов, Астариус исчез в тесном закоулке, ведущим еще ниже. Спустя сто тридцать один молчаливый шаг они остановились возле глухой стены. В темноте слегка блеснули глаза часодея. Он дотронулся до каменной глади, позади него со скрежетом отворилась дверь. Дыхание Фэша стало тяжелым и медленным. Астариус многократно предупреждал его о том, что этот урок дастся нелегко им обоим. А Фэш, в свою очередь, каждый раз уверенно утверждал что готов. Возможно учитель забыл, но перед ним Драгоций: любимый и самый измученный племянник Астрагора. Простояв возле входа минуту, освободив голову от мыслей и чувств, Фэш шагнул в темноту. Осторожный шаг раздался эхом, слабый луч света стал уже, а потом и вовсе исчез с хлопком двери. Послышался щелчок. Фэш заперт. Тишина. Он часто заморгал в попытке привыкнуть к темноте, но та оказалась такой плотной, что зрение никак не меняло ситуацию. Пользоваться стрелой он пока не решался. Первые десятки секунд Фэш слышал только собственное дыхание, все еще глубокое и медленное. Нащупав ногой ступень, он начал осторожно спускаться. Когда лестница закончилась, внутри него зародилась уверенность. Она и побудила мальчика исследовать границы комнаты. Вытянув руки перед собой, он тихо пошел вперед. Пятнадцать шагов спустя, ладони ощутили каменную стену. Фэш шумно вдохнул и уже было разочаровался в уроке, как вдруг, неподалеку послышался шорох, будто кто-то почти бесшумно приземлился на пол. Мальчик повернулся на звук, и тут, с другой стороны он услышал то же самое, только теперь их было минимум трое. Сердце мгновенно застучало чаще, дыхание стало шумным, а ладони превратились в лед. Кто-то приблизился к нему, он не видел кто это, но чувствовал это безликое присутствие. — Кто здесь? Собственный голос показался Фэшу чужим, испуганным. Никто ему не ответил. Вызвав стрелу он направил ее перед собой, а второй рукой зажег свечу на пальце. Сотни оранжевых огоньков, как отражения зеркал смотрели на него отовсюду. Иглозубые кошки хищно скалились, противный писк и шипение заполнили комнату. Фэш распахнул глаза: десятки кошек, будто оживший рой, окружали его. Они толпились возле ног, крались по настенным полкам, готовясь к прыжку. Треуглы появлялись из темноты так быстро, будто сработал эфер бесчисленного множества. Фэш осторожно сделал шаг вперед, расталкивая зверенышей. Те ответили едким шипением, чьи-то когти зацепились за штанину. Пора выбираться, срочно. Отпхивая кошек ногами, он рывком направился к выходу. Несколько треуглов накинулись сзади, Фэш почувствовал как острые когти раскраивают сорочку. Еще двое прыгнули слева, вцепившись в руку мертвой хваткой. Он не смог удержать огонь. Комната снова погрузилась во тьму, только красные глаза никуда не пропали. Фэш встряхнул рукой: одна кошка сорвалась с рукава, пришлось вернуть стрелу на запястье. Свободная рука сейчас полезнее эферов. Правое плечо пронзила боль, когти воткнулись в кожу. Мальчик сдавленно взвыл и мотнул корпус вправо, освобождая себя от нападающих. Он отчаянно и без сожалений отпинывал иглозубых ногами, медленно двигаясь к выходу. Кошки жалобно пищали, но затем остервенело кидались на него снова. Вызвав стрелу он тут же взмахнул ею, останавливая время. Один из треуглов кинулся на руку в самый последний момент, выхватил острыми зубами единственное оружие мальчика. — Нет!… Кошки как по команде кинулись на голову, лицо Фэша пронзила боль, кожа расходилась под острыми когтями словно масло под раскаленным ножом. Он больше не мог устоять на ногах, их было слишком много. Фэш Драгоций никогда не сможет вспомнить сколько попыток ему потребовалось чтобы отбиться от этих зверей. И никогда не сможет вспомнить сколько раз он проклял Астариуса за его “идиотские” методы обучения. Неизвестно сколько времени он провел в этом ужасном месте. Казалось, он остался в подземной комнате навсегда. Который час, в центре черной, словно душа Астрагора, комнате был только живой, кишащий лапами и хвостами ком. Внутри него, поджав под себя ноги, сидел испуганный мальчик. Фэш закрыл руками лицо, но это ничуть не помогало спастись от боли и страха. Он был готов остаться там. Астариус вряд ли за ним вернется, может быть на это часодей и рассчитывал. Когти треуглов будто с каждым разом становились все острее. Они вскрывали те участки кожи, до которых почему-то все еще не добрались. Фэш все сильнее сворачивался в клубок, ему хотелось превратиться в точку, лишь бы все это закончилось. Спустя время он устал. Устал прятаться и устал бояться. Боль он уже не чувствовал, он уже и сам своего рода боль. Ну уж нет, здесь он не останется, не сегодня. Собрав все силы, Фэш резко раскинул руки и прокричал: — Хватит! ХВ-А-А-ТИТ! От неожиданности, некоторые треуглы расступились. Фэш неуверенно встал, на это ему потребовалось не меньше минуты. Он посмотрел на красные точки возле ног и нагнувшись так низко, что глаза кошек оказались в нескольких сантиметрах от его глаз, закричал что есть сил. Этот крик шел не из горла, и даже не из души, он шел откуда-то снизу, будто из живота. Треуглы испуганно разбегались в стороны, а он все кричал и кричал. До тех пор, пока у ног не осталось ни одного огонька. — Стрела, ко мне! — Охрипшим, но твердым голосом приказал он. Металлический стержень врезался в руку. — Стоп! Всё в комнате мгновенно застыло, погружаясь в тишину. Драгоций поднялся к двери и попытался отмотать замку время. Он не понимал сколько часов прошло с момента как сюда попал, поэтому бил наугад. Отмотав час, он дернул дверь. Замок все еще оставался закрытым. Фэш хотел сделать еще попытку, как вдруг, дверь сама издала щелчок и отворилась. За ней стоял Астариус. *** Последствия этого «эксперимента» надежно заперлись в памяти Фэша. Как только учитель избавил мальчика от царапин, он не проронив ни слова отправился в единственное место, где его никто не достанет. Добравшись до своей комнаты, Фэш долго смотрел в окно, пытаясь уловить хоть одну четкую мысль в голове, но разум будто наполнился густым туманом. Вдруг он резко сорвался с места и одним движением стрелы кинул собственный шкаф на поляну у озера. К слову, перенести такой тяжелый предмет, тем более в безвременье, Фэшу удалось впервые. Он долго и отчаянно колотил деревянную поверхность. Удар за ударом руки покрывались ранами, а остроносые туфли теряли былую форму. Спустя невесть сколько времени, Фэш все же отошел от избитого шкафа, но злость на самого себя вновь взяла верх. В гардероб друг за другом полетела череда огненных эферов. Ударяясь о дверцы шкафа они рассыпались искрами, оставляя горящие следы на резной поверхности. Водянки испуганно собрались под мостом, из-под него доносились тревожные всплески. Драгоций сидел возле разрастающегося пламени и безучастно смотрел на огонь. По щекам текли слезы. Перед глазами всплывали сотни красных точек, разочарованное лицо Астариуса, Рок, Захарра… родители. Спустя столько времени на Эфларе, Фэш впервые осознал насколько он здесь одинок. *** Она бежала со всех ног. Узкая асфальтовая дорожка была усеяна пробивающимися к небу одуванчиками и камнями: испытания на внимание и ловкость. Пятиэтажка свернула в сторону, на повороте показалась большая черная дыра, будто специально распахнувшая пасть, чтобы в этот раз беглянка точно не смогла скрыться. С хладнокровной точностью, будто гепард она оттолкнулась от столба телефонной будки и устремилась вправо, прямо в сердце зеленых джунглей. Преследователи на долю секунды остановились возле открытого колодца, но услышав едва уловимый шелест тюльпанов и георгин, вновь взяли след. Встречающиеся на пути ветки все больше и больше походили на огромные лапы тех, кто дышит ей в спину. Кто-то сверху испуганно подпрыгнул, но времени на ответную реакцию не было. Они уже близко. Машины, бывшие зимой теплым пристанищем, испуганно визжали тормозами. Дверь в заброшенную школу сегодня открыта, значит шанс спастись есть. По мокрым, холодным от слякоти досками она беззвучно пробралась к лестнице. Их больше не слышно. Второй этаж как никогда казался спасением. Тут ее еще никто не находил, кроме той доброй женщины, приютившей беглянку в своем маленьком мире. Каким же глупым решением было покинуть сегодня дом. Эти теплые ковры, вкусная еда, и безграничная любовь, в которой они обе нуждались. Даже как-то символично, что она покинет единственного любимого человека в месяц, названный ее именем. В здании осталось немного мебели, старый комод был полностью усеян стеклянными бутылками. Топот на первом этаже заставил вздрогнуть. Одна из бутылок предательски канула вниз. Еще никогда звон разбитого стекла не решал столько судеб. За ней идут. В надежде она уставилась на окно, но то уже несколько месяцев было намертво заколочено досками. Они здесь. Лапа монстра тянулась к добыче медленно и стремительно, ей уже ничего не поможет. Стрелка успела в последний раз рассмотреть в щели между досками окно хозяйки. Уже вечером она будет ждать любимую кошку дома, а уже ночью поймет, что та не вернется назад. Монстр холодным уколом коснулся ее. И в это мгновение… Стрелка исчезла в темноте заброшенной школы. *** Он летел. Вокруг, словно гигантские медузы, плыли розово-фиолетовые облака. Он не чувствовал ни мороза, ни ветра. Время вокруг будто остановилось, только плавное движение туч говорило об обратном. Вскоре, густая пелена сменилась звездами, они холодно мерцали вдалеке. Далеких огней становилось все больше и больше, но Фэш искал взглядом луну. Неожиданно, посреди темно-синего неба вспыхнули тысячи ярких, как само солнце, лестниц. Мальчик почувствовал неладное и остался в неприступном укрытии облаков. Искрящиеся ступени источали тепло, наверное, вблизи было безумно жарко. Вдалеке, за десяток лестниц от Фэша, показалась девчонка. Точнее ее крылья. Жар прилично искажал воздух, но Фэш мог поклясться: крылья у нее были огненно-красными. Кажется, она металась. Девчонка поочередно подлетала к лестницам и попутно ежилась от исходящего от них жара. Небо разразил грохочущий смех. Фэш его узнал, это было не сложно. Но в этот момент он не ощутил ни страха, ни ропота. Будто этого он и ждал. А вот девочка застыла в испуге. Красные крылья остановили движение, наконец он увидел ее лицо: бледное и испуганное. Распахнутые ярко-синие глаза едва закрывала рыжая челка. Незнакомка сорвалась вниз и утонула в облаках. Фэш даже не попытался ей помочь. Он чувствовал, что так и должно быть. Страх всегда тянет вниз. *** Апрельские дни летели друг за другом с сумасшедшей скоростью. Урок сменялся уроком, веселые часолетные вечера в Цапфе стали непозволительной роскошью. Каждый вечер после школы Фэш тренировался в полетах и переходах. Мандигор возобновил встречи в своем кабинете. Благо, визиты к директору длились недолго и ограничивались несколькими фразами. Порой, Фэшу казалось что они оба не имеют никакого желания общаться друг с другом, но почему-то все еще это делают. В последнюю из встреч директор порекомендовал Фэшу тренироваться в переходах и полетах, на что мальчик лишь закатил глаза. Мандигор прекрасно знал что эти два навыка он и так тренировал вне школы. Мог бы подсказать что-то другое, раз решил наставлять его перед соревнованиями. Иногда, когда силы не покидали Фэша к вечеру, он заставлял себя заглянуть в Цапфу, проведать Ника и Данилу. Он даже успевал поучаствовать в строительстве часолета. Именно Драгоций выдвинул идею крепить стерженьки на рубиновые камни, получив в ответ онемевшее в изумлении лицо Ника и уважительный кивок Бронникова. От некогда длинных вавилонских свечей осталось два огарка длиной с указательный палец. Даже за строительством часолета он находил время на тренировки переходов. Несмотря на то, что за окном с каждым днем становилось все теплее, мальчик предпочитал летать в личном уголке, а в те дни когда сил на полеты не было от слова “совсем”, Драгоций отправлялся в библиотеку, где прорешивал задачи на память и счет. Все таки, не может же столь важное испытание включать в себя только переходы и полеты, иначе с этим бы справился и десятилетка. Каждый вечер голова Фэша звенела от боли, а порой перед сном его начинало трясти. Бывали недели, за которые он не произносил больше десятка слов, настолько был погружен в учебу. В ночь перед уроком Астариуса Фэш так и не смог уснуть. С их последнего занятия он так и не нашел слов, которыми мог бы описать свои выводы и впечатления от урока. Злоба, осуждение, гордость и благодарность смешались внутри в едкий коктейль, от которого хотелось, но так и не получалось избавиться. Когда зарево за окном обожгло крыши города, Фэш все таки вылез из постели. Сна не было ни в одном глазу. Плащ, взятый из шкафа по-прежнему источал тонкий запах костра, но это ему даже нравилось. Он шел наугад, время от времени признавая что не прочь бы сейчас влипнуть в какую-нибудь неприятность, тогда занятие снова придется перенести. Пустые улицы дарили тишину, можно было даже услышать эхо от стука шагов. В домах начали зажигаться редкие огоньки, лавочники лениво стекались к площади. Фэш с недовольством вспомнил это место в дневное время: толпы мастеров, презрительно смотрящих на каждого, кто передвигается по воздуху. Часовщики, брезгливо обходящие любого, у кого на руке отсутствует часовой браслет. Ноги уносили его все дальше от Воздушного замка, от этих белых стен уже начало тошнить. Безлюдные улочки гостеприимно встречали Фэша уютом. Впереди, над крышами, виднелись иглы башен Рубинового Шпиля. Крутая узкая лестница, увитая распускающимся плющом, повела мальчика вниз. Фэша все больше и больше слепила алая заря, зарождая едва уловимое чувство спокойствия и свободы. У последних ступеней заросли стали настолько густыми, что увидеть к чему ведет этот путь было почти невозможно. Но перспектива обратного подъема наверх была еще менее привлекательна. Разорвав слабые стебли лиан, он вышел к небольшой тихой бухте. Видимо, кто-то постарался спрятать это место. Но очевидно, старался недостаточно. Фэш подошел к самой кромке воды и с наслаждением втянул прохладный утренний воздух. Тело пробрала волнующая, оживляющая дрожь, будто открылось второе дыхание. Волны мирно шелестели у ног, дымка тумана заботливо укрывала маленькие корабли на горизонте. Расстелив плащ недалеко от берега, Фэш перебирал в ладонях камни и ракушки, а соленый ветер составлял ему приятную компанию. Так хорошо и спокойно Фэш не чувствовал себя очень давно, возможно, это чувство доселе было ему незнакомо. Когда солнце поднялось достаточно высоко, а спящие в тумане корабли опасно приблизились к берегу, Фэш кинул на плечо нагретый солнцем плащ. Улыбаясь собственным мыслям он на прощание повернулся к светлому, весеннему небу. Хорошее выдалось утро, неожиданно хорошее. *** — Как ты себя чувствуешь сегодня? — Астариус как и всегда расположился на полу, в центре башни. — Хорошо... — Фэш неуверенно ступил на один из лучей восьмиконечной звезды. — Учитель, я бы хотел извиниться за то что…. Астариус прервал мальчика жестом руки и кивком пригласил на подушку. В волнующей тишине он наполнил пиалы чаем. Фэш с готовностью принял нагретую чашу в руки. Напиток немного напоминал запах леса, а на вкус оказался неожиданно терпким, но не менее приятным. — Надеюсь, — Глухо начал Астариус. — С последнего урока прошло достаточно времени. Как я уже упоминал в письме, я бы хотел узнать, какой опыт ты получил в нашу последнюю встречу. Кроме опыта переживания сильной травмы, конечно. — Астариус усмехнулся в усы. — Да… думаю этот день будет сниться мне в кошмарах. — Неожиданно и облегченно усмехнулся мальчик. — Именно поэтому я хотел встретиться с тобой только тогда, когда ты сам этого захочешь, Фэш. И я бы хотел услышать все твои мысли, вынесенные с этого урока. Драгоций глубоко вдохнул. — Я понял, что страх делает меня слабым. Что любого противника нельзя недооценивать… — Мальчик схватил покрепче остывшую пиалу и принялся незаметно стирать с нее рисунок. — Понял что помощи ждать неоткуда и нужно рассчитывать… ну, только на себя и свои силы… Астариус едва заметно кивал на каждое утверждение ученика. Когда часодей понял, что Фэш закончил, он внимательно посмотрел на него: — И это всё? Всё что ты хотел сказать? — Ну… еще я понял что недостаточно хорошо справился. — Фэш посмотрел на полустертый рисунок. — И как же ты это понял? — С сомнением уточнил учитель. — Я увидел Ваш взгляд. — Твердо начал он. — Если бы я быстрее среагировал, крепче держал бы стрелу, выбрался без помощи… — Ты ошибся. — Снова прервал его Астариус. Мальчик недоуменно поднял взгляд на учителя. — Я не был разочарован в тебе. — Но Вы явно были бы довольнее если бы я справился быстрее. — Настаивал Драгоций, опуская чашку на пол. — Но ты не смог, Фэш. — Безжалостно отрезал Астариус. — Это не требует обсуждения, потому что уже случилось. Ветка вероятности складывается один раз, обрубая все возможные “если бы”. Мальчик смотрел в пол, пытаясь сохранять спокойствие. Да какое вообще ему дело что Фэш думает про этот идиотский урок? Он прошел больше месяца назад, на носу соревнования за ключ, а этот старик ждет каких-то гениальных выводов? Загнал человека в комнату с десятками треуглов, запер там и теперь что-то требует… — Я понял, учитель. — Выдавил он, в надежде сменить наконец-то тему. — Откровенно говоря, я надеялся услышать нечто другое. — Часодей нахмурил седые брови. — Это был экспериментальный урок. Нам обоим, поверь мне, он дался не просто. Ты пробыл среди полсотни треуглов почти пять часов и это все твои мысли? — Ну... А что еще сказать? Что мне не было страшно? Было. И будет, наверное. Каждый раз когда я буду видеть или вспоминать это место мне будет страшно. А какого результата Вы ждали? Что я выйду оттуда сверхчеловеком? Что избавлюсь от страха среди этих бешеных зверей? Ну, как-то не случилось! Оказывается, если запереть человека в абсолютной темноте с кучей треуглов то он скорее помрет от страха, чем что-то там осознает. Я думал Вы мне поможете, что я узнаю что-то важное, а в итоге… Фэш не смог закончить. — Я правильно понимаю, что ты счел бесполезным мой урок? — Астариус выгнул бровь. Драгоций снова опустил взгляд. Стыд за сказанное быстро проявился румянцем. Выдержав паузу, он старательно подбирал следующие слова. Но вскоре сдался перед собственной честностью. — Он точно оставил след. Но избавил ли от страха? Не уверен. — Спасибо за честность, Фэш… Да, след явно будет заметен… — С загадочной ухмылкой добавил учитель. Фэш непонимающе посмотрел на часодея. — Что ж, я услышал всё что хотел. — Облегченно, и даже радостно заключил учитель. — Теперь приступим к уроку. *** — Может быть там нужно будет драться на стрелах? — На стрелах не дерутся, Ник. Дерутся эферами. — Фэш уверенно шагал по коридору Ратуши. — А вдруг там будут эррантии? Или затерянные? — Загадочным голосом предположил друг. — Ты откуда такие слова вообще знаешь, темнота? Драгоций перепрыгивал ступени винтовой лестницы. Ник оглядываясь следовал за ним. — Слушай, Фэш, ты прям уверен что нам туда можно? Отец водил меня туда, но про путь по крышам сказал явно не для того, чтобы мы по нему ходили. — Струсил? — Фэш ухмыльнулся и выгнул бровь, а затем отмотал время замку. — Нет… — Едва слышно возразил Лазарев. Драгоций подошел к небольшим шпилям, которые находились по периметру площадки. Надо же, в прошлый раз из-за снега он и не заметил что вся крыша покрыта черепицей. Даже дверь, из которой они с Ником вышли была замаскирована кровлей. Лазарев осматривал навесной замок. — Надо будет снова менять, а то совсем заржавел… — Твой отец его чинил в последний раз. — Небрежно кинул Фэш осматривая округу. — Да, и при тебе… Может у него такая же судьба как у новогодней машины с искрами? Драгоций не ответил. Он аккуратно пролез между маленькими башнями и начал скользить по черепице, стараясь поймать равновесие. — Лучше обувь сними, так сцепление будет лучше. — Крикнул ему Ник, оставляя ботинки на крыше. — Часовщикам нельзя долго босиком ходить…э-э… сила уходит в землю, тебе не понять. Ник прыснул. — Не верю ни единому слову. Да у тебя ноги просто воняют! Фэш резко повернулся к другу: — Ты за языком-то следи! — Лазарев почти спустился к другу. — Фу, вот у тебя реально ноги воняют, ты их что, в кислоте замочил? Ребята несколько секунд злобно смотрели друг на друга, а потом рассмеялись. — Смотри, нужно перепрыгнуть на вот эту крышу. — Ник указал рукой на такой же черепичный скат, он находился в паре метров от них. — И потом к круглому окну. Вдруг,рядом с ними кто-то опустился. — Что, решили наконец избавить мир от бездарей? — Марк спрятал крылья и облокотился о черепицу. — Тогда не буду мешать. — А ты тут что забыл? — Это кто? Ляхтич? — Ник выглянул из-за плеча друга: — Многое о тебе слышал. В основном плохое. Кстати у тебя что-то на брюках… наверное, детская присыпка? Фэш одарил друга молчаливым почтением и уважительно стукнул в плечо. — О нет, это очень глубоко оскорбило меня, ребята. — Марк приложил руку к груди, будто его ранили в самую душу. Будто она у него была. — И что же вы тут делаете? В прятки играете? Может лучше попробуете в куклы? — Решили поспорить кто сможет допрыгнуть до этой крыши. Но участвуют только те, кто не тряпка. Так что тебе пора. — Последние слова Фэш произнес угрожающе. — Ага, только после тебя, коротышка. Марк оценил расстояние до земли, а затем расставил ноги, готовясь к прыжку. Фэш с Ником недоуменно переглянулись. Ляхтич со всей силы оттолкнулся и воспарил в воздухе. Вытянув руки он попытался ухватиться за карниз. Но силы прыжка не хватило чтобы добраться до крыши и Марк исчез между стенами зданий. — Надо двигать пока он не вернулся. Хватайся, я тебя перенесу. Фэш быстро вызвал крылья и взяв Ника за предплечья полетел к крыше. Хватаясь за черепицу, как скалолазы, они подобрались к круглому окну. Решетчатые створки, к счастью, были приоткрыты. Один за другим они ввалились в пыльное помещение. Судя по всему, этот чердак служил для хранения всякого хлама. Драгоций рассматривал сотни покрытых пылью часов из самых разных эпох. Золотые, серебряные и деревянные корпуса были увенчаны паутиной и толстым слоем пыли. — Даниле бы тут понравилось. — С языка снял! — Ник провел пальцем по стеклянному корпусу, снимая пыль. — Ух, какая пылища, где выход? — А я откуда знаю? Я тут тоже впервые. — Это уже твоя территория. — Ник поднял руки вверх, показывая что на этом моменте его полномочия - всё. — Я в Воздушном Замке только до твоей комнаты дойти могу, и то только с третьей попытки… Фэш принялся изучать чердак на предмет дверей. В какой-то момент снизу послушался полый звук. Под ногой мальчика был обнаружен маленький люк, который как и всё в комнате, был покрыт пылью и паутиной. Ник помог откинуть крышку, под ней их ждала темнота. Фэш пустил вниз маленький огонек. Тот через время приземлился на ковровое покрытие. — Нормально. Я прыгну, проверю высоту. Драгоций почти беззвучно спустился на полукруглую площадку и осмотрелся. Оттуда вниз вела почти такая же винтовая лестница как и в Ратуше, подняв голову, он одобрительно улыбнулся: — О, тут есть поручни, можешь за них зацепиться. — Прокричал он другу. Ник просунул в люк почерневшие от грязи ноги и одной рукой взялся за поручень. — Ого, как хорошо отлиты, идеально гладкие… — Лазарев несколько секунд рассматривал опоры, пока Фэш не напомнил ему о своем присутствии. Ник подтянулся на одной руке и взявшись за крышку задвинул ее обратно. — Спускайся уже, выпендрежник! — Фэш потянул друга за ногу. Ребята спустились по винтовой лестнице. И оказались в уже знакомом Фэшу коридоре. Выйдя на свет, они осмотрели друг друга. Оба с ног до головы были в пыли и грязи. — Мы выглядим как… — Я выгляжу как обычно. — Ник вытер нос, оставив на лице темно-серую полосу. — Тут недалеко белый кабинет, там отмоемся, а потом ко мне пойдем. Ребята шли по школьному крылу так быстро, что почти перешли на бег. Драгоций изо всех сил надеялся что их никто не увидит, а лучше если бы они попали в самый пустой временной коридор. К сожалению, в кабинете их уже ждали. Марк нарочито медленно собрал в часолист тетради. Фэш успел заметить что Ляхтич прорешивает такие же задачи что и он. Видимо, тоже так готовится. — Упали в детскую присыпку? — Почти без насмешки спросил он. — Да. Тебя забыли позвать, придурок. Фэш переборол желание со всей силы захлопнуть дверь и убежать как можно дальше отсюда. Каждая встреча с Ляхтичем в белом кабинете заканчивается чем-то плохим. Какое-то проклятое на встречи место. — Не переживайте, меня уже ждут. — Госпожа Елена не может найти своего маленького компаньона? — Фэш надул губы, изображая ребенка. — Нет, в отличие от тебя у меня есть нормальные друзья, а не плебей-ремесленник. Фэш мгновенно сжал кулаки и направился к Ляхтичу. Но ему на плечо легла рука Ника. — Фэш, он того не стоит. — Да, чумазый прав. Ты же не хочешь снова простоять тут несколько часов словно камень? Дружок-ремесленник тебя не расчасует… — Сам ты чумазый! Раз собрался идти к своим выдуманным друзьям, так иди. — Ник широким жестом указал парню на дверь. — А ты мне тут не указывай. Скажи спасибо что я стражу еще не позвал, а то бродит тут какой-то деревенский беспризорник. — Последние слова Марк почти выплюнул. Неожиданно, Ник сам принялся обходить стол, направляясь к Марку явно не с добрыми намерениями. — Мой отец - Константин Лазарев, член РадоСвета и глава мастерового цеха, я тебе не беспризорник! Марк брезгливо отошел от мальчишки. Фэш принялся медленно обходить стол с другой стороны, внимательно наблюдая за правой рукой Ляхтича. — Ну не беспризорник, значит фейра. В любом случае тут тебя быть не должно. — Он поднял руку с браслетом. — Вот это видел? Это знак школы в которой ты сейчас находишься. — Ты хоть знаешь значение слова “фейра”, идиот? — Фэш заставил Марка оглянуться, на секунду он застал его врасплох. — А кто знает, может его мать была феей? — Невозмутимо спросил он у Фэша, будто обсуждает с другом прошедший урок. — Получается ты фейр? Никогда не слышал… Но видимо ты будешь первым. Ник взревел и схватившись за столешницу опрокинул ее в сторону Ляхтича. Фэш едва успел отпрыгнуть назад. Стекло оглушительно разбилось, прямо у ног Марка. Тот с изумленным видом уставился вниз, осматривая себя на предмет порезов. — Черт… — Только и смог вымолвить Фэш. — Я… я не… — Тебе повезло, что я остался цел, недоумок! Дверь в кабинет резко распахнулась, в проходе стояла профессор Гаусс, преподаватель истории. — Великие часы, что здесь происходит? — Профессор гневно метала взгляд по кабинету, оценивая обстановку. — В крыле часовых совещаний проходит важнейший совет РадоСвета, вас слышно в другом конце замка! — Прошу прощения, профессор Гаусс,… — Опомнился первым Марк. — Не желаю слышать Ваш подхалимаж, Маркус. Вас давно ищу Норт и Дейла Ог…В общем, Вас ждут. — В таком случае спешу откланяться, профессор. — Наспех почти пропел Марк и вынырнул из кабинета. — Мы всё уберем. — Фэш выступил вперед, загораживая собой Ника и последствия его гнева. — Не требуется. Этот стол я терпеть не могла. — Она подняла взгляд на мальчиков. — Думаю, совещание скоро закончится и часовых дел мастер захочет вас видеть. — Гаусс удивленно осмотрела обоих. — Приведите себя в порядок к этому времени. Ребята быстро переглянулись, и не проронив ни звука, покинул кабинет. *** Как и предвидела профессор, почти через час через иннерциоид Ника с ними связался его отец. По тону Лазарева сразу стало понятно: у него тревожные новости. Ребята с четверть часа беспокойно бродили вдоль кабинета, пытаясь предугадать тему разговора. — Что-то произошло, и это что-то серьезное. Я никогда не слышал у отца такой сорванный голос. — Мне кажется это из-за того, что произошло в кабинете. Уверен, этот козел Ляхтич всем всё разбубнил… — Или из-за того что мы прошли по крышам? А может на том чердаке было что-то, что никто не должен видеть? — Ник принялся раскладывать инструменты на полках. — В такой куче мусора? Ну уж нет. Хотя… где лучше всего спрятать что-то, как не в куче мусора? — А я тебе о чем? Ой, как же мне влетит… Пора прощаться с иннерциоидом. Их размышление прервало появление отца Ника. Часовых дел мастер выглядел не просто уставшим, а даже измотанным. Он медленно, почти бесшумно, запер дверь в кабинет и сел на заранее перенесенный из библиотеки стул. Ребята последовали его примеру. — Фэш… — Мальчик испуганно посмотрел в глаза мужчины. — Наложи глухой эфер, пожалуйста. Выполнив просьбу, Драгоций вернулся на свое место и осторожно сел, стараясь действовать бесшумно, подражая повисшей в воздухе тишине. Отец Ника долго пытался подобрать слова, ребята терпеливо ждали. — Я..кхм..я еще не до конца разобрался что происходит. Но лучше вы узнаете всё от меня… — Мастер потер ладони о брюки и глубоко вздохнул. — Сегодня на заседании было объявлено, что Кэртис бесследно пропал. Отец Ника выдержал недолгую паузу, а затем продолжил: — Это официальная версия. Большинство решило что госпожа Мортинова была права и после своего разоблачения он отправился к Астрагору. Но после совещания я посетил Астариуса. — Старший Лазарев посмотрел на Фэша. — Кэртис всегда был верен только ему. Да, он состоял в Ордене Непростых, но только для того, чтобы информировать Астариуса об их планах. — Но почему он рассказал Вам это? — Фэш уже знал ответ на этот вопрос, но до сих пор надеялся на то, что это ошибка. — Потому что он уверен, что Кэртис мертв. В мастерской будто заканчивался воздух, стало трудно дышать. — Значит, все что он говорил Фэшу - правда? Что он не должен получить ключ… — Неуверенно начал Ник. — Нет. Думаю, он считал, что я на стороне дяди. Что я хочу получить ключ для него. — Фэш сложил руки в замок. — Он действовал наперекор учителю. Астариус сам мне говорил. — Великие часы, а как же Паул? — Лицо Ника исказилось. Было понятно, что он представил на его месте себя. — Мне нужно поговорить с ним… — Фэш подпер голову руками. Мастер положил руку мальчику на плечо: — Думаю, он нуждается в твоей поддержке. — Кто-то из Ордена убил его? — Сухо спросил Драгоций. — Предполагаю что да, остальная информация остается только между мной и… Астариусом. — Ты знаешь что-то еще? Знаешь кто это сделал? — Ник посмотрел на отца с такой надеждой, будто ответ на этот вопрос исправит случившееся. — Я и так вас посвятил в то, что должно оставаться в тайне. Но это нужно чтобы вы были в безопасности. Не говорите о часовом круге в людных местах, ни с кем из профессоров, даже с Астариусом. Старайтесь избегать этой темы. Кем бы не будут ключники… — Отец Ника снова посмотрел на Фэша. — …над ними будут стоять очень и очень влиятельные люди. Они пойдут на всё, покусятся на любую жизнь, лишь бы довести свою игру до конца. Разговор окончен. *** Никто и не подозревал, что соревнования за ключи вызовет ажиотаж такого масштаба. Руководство Астрограда, в том числе директора школ приняли решение открыть состязания прямо на городской площади. В честь этого воздушные пути над замками были перекрыты, а магазинчики и лавки пришлось временно убрать. Народу было настолько много, что Фэш взволновался за работу мастерских, школ, гильдий и заводов. Кажется, этот день официально признали выходным. На площади возвели многоуровневые трибуны, которые мгновенно наполнялись толпами людей, а некоторые все же ухитрились наблюдать с воздуха. На самых нижних зрительных ярусах расположились ученики и профессора школы. С самого утра площадь кишела людьми, желающими занять самые удобные места для просмотра. Гул толпы разбудил Фэша на час раньше задуманного. Яркое, слепящее глаза солнце подсвечивало пылинки, мальчик боролся с желанием выйти на улицу пораньше и насладиться весной, но знал что там уже не протолкнуться. Громкоголосая женщина, которая занималась рассадкой на всех мероприятиях, в этот день будила всех жителей Воздушного замка. Драгоций не спеша встал, принял бодрящий душ и надел на себя новую форму, заботливо предоставленную накануне директором (из прошлой он уже вырос). Разбудив мозг несколькими задачами на логику, Фэш понял, что начала оставался еще час, а он уже не находил себе места. Драгоций сделал небольшую зарядку, прошелся по коридорам школы, размял крылья в личном уголке, и когда больше не смог терпеть эти муки ожидания, все же вышел на улицу. Площадь встретила Фэша оглушающим, вездесущим гулом. По бокам, сбивая всех на своем пути, протискивались толпы учеников, и он неожиданно понял, что понятия не имеет куда ему идти. Столпотворение несло его вперед, к центру площади. Вскоре, впереди, над народом, показался парящий остров, отдаленно напоминающий сцену. Протискиваясь к ней он заметил темноволосую макушку Паула, то появляющуюся то исчезающую в пучине разноцветных одежд горожан. Фэш быстро оставил попытки нагнать его, так как не знал что сказать одночаснику при встрече, не мог подобрать нужные слова. Наконец, толпа привела его к огороженной лентами площадке, на входе в которую, словно стражники, стояли профессор Льюн и Бун. Увидев среди людей Драгоция они принялись оживленно подзывать мальчика к себе. Проверив небольшой свиток на наличие в нем имени Фэша, профессор Льюн осмотрел мальчика с ног до головы, а затем пропустил к сцене, приказав ему подготовиться. Руки Фэша мгновенно налились холодом, он подлетел к парящему острову, на котором уже стояли Маришка, Дилара, Марк, Ярис и Мандигор. Увидев мальчика, директор словно почувствовал облегчение. Он встретил его у самого края сцены и быстро отвел подальше от остальных. — Вот и настал этот день, Фэш. Ты выспался? Хорошо позавтракал? — Глаза директора что-то беспокойно искали на его лице. — Да, я размял крылья, сделал несколько задач. — Фэш обернулся на остальных участников. — Где Паул? Я видел его по дороге сюда. — Он отказался от соревнований. Их семье сейчас непросто, сам знаешь… — Мандигор сочувственно опустил взгляд, но тут же поднял его снова, в глазах заблестел азарт. — Но это только увеличивает твой шанс победы, мальчик мой. Директор покрепче схватил Драгоция за плечи: — Ты - лучший ученик темночаса. Ты должен получить Золотой Ключ, я верю в тебя. Мы - верим! — Директор потрепал Драгоция по голове и повел к остальным. За время их разговора на сцене появилась еще одна девчонка. Фэш видел ее в школе раньше, но имени не знал. Госпожа Мортинова тоже поднялась на сцену и что-то тихо говорила Марку и Маришке. Лицо Драгоция тут же исказилось в отвращении, но моментально приобрело прежний нахмуренный вид. Шум с трибун начал незаметно затихать, ученики выстроились в шеренгу. Фэш бороздил взглядом публику, и найдя в ней Браво встретился с ней взглядом. Девушка сцепила руки и гордо подняла вверх, воодушевленно крича что-то снизу. Сзади, прямо в уши стоящих, ворвался громкий голос Астариуса. Ребята все как один обернулись от неожиданности. — Приветствую вас всех на открытии соревнований за Часовые Ключи! — Отовсюду полились свит и бурные аплодисменты. — Передо мной сейчас стоят ученики, выбранные директорами школы темных и светлых часов . Двое из них уже вечером станут обладателями звания лучших учеников своей школы, а значит, достойными нести на себе бремя ключников, выбранными самим Эфларусом сквозь тысячу лет с момента создания этой планеты. Фэш украдкой осмотрел соперников: справа от него стоял Марк в выпрямленной, как у солдата спиной. Он поднял голову и с самым серьезным лицом вслушивался в слова часодея. Слева был Ярис. Немного опущенные веки мальчика будто показывали что он уже знает: победа за ним. Впрочем, такое лицо у него было в каждую из их встреч, от чего Фэша это всегда раздражало. — …подготовили для них испытания, которые, как мы считаем, могут встретиться им после того, как часовой круг начнёт свое вращение. Первые ученики от обоих школ, которые придут к финишу получат Золотой и Хрустальный Ключи, а также будут названы лучшими учениками школы. Тот, кто прибудет в назначенное место следующим, будет удостоен Бронзового Ключа. А ученик, добравшийся до финиша четвертым, получит приз от школ Светлых и Темных часов. Пожелаем им удачи! Часы на башне Воздушного Замка неожиданно начали отбивать счет. Трибуны начали единогласно скандировать: — Пять… — Перед каждым из них появилось зеркало. — Четыре… — Рядом, возникли вавилонские свечи, завернутые в широкую ленту. — Три… — В руки каждому положили конверт. — Два… — Надеюсь, ты не вернешься оттуда, Драгоций. — Холодно, едва слышно, прошипел Марк. — Размечтался, белобрысый. — Фэш сжал конверт в руке. — …Один!