Глава 17 "Страх и паника"

Охотник устроился дворецким, но на вопрос, что случилось с Субару, так и не смог дать внятного ответа. Да и сам толком не понимал, что произошло с парнем. Если честно, ему бы сначала с самим собой разобраться. Охотник шёл по длинному коридору, хмуро глядя себе под ноги. «Что вообще случилось утром? То, что он опять умер - это понятно. Но эта реакция… Почему я снова ничего не помню?» Ответов не было. Знать наверняка мог только сам Субару. Вот только в его нынешнем состоянии парень вряд ли смог бы связать даже пару слов, особенно в присутствии Охотника. Продолжая идти во двор, он невольно вернулся мыслями к событиям утра.

***

Та же комната. Он в том же халате и в кресле, Субару неподвижно лежал на кровати. Охотник только успел проводить горничных и подошёл ближе, как вдруг парень резко подскочил, обеими руками вцепившись себе в челюсть. — АААААААААААА!!! Крик был таким отчаянным, что Охотник на мгновенье остопорился. Он инстинктивно потянулся руками к плечач Субару, пытаясь успокоить, но тот мгновенно повернул к нему голову. В глазах парня плескался чистый, животный ужас. — ААААААААААААААААААААААААААААААА!!! Субару заорал так громко, что сорвал голос и тут же зашёлся в тяжёлом, надрывном кашле. Всё тело его сотрясалось. Он начал судорожно отползать назад и в итоге свалился с противоположного края кровати. — Нет… отойди… пожалуйста… — хрипел он, едва слышно. Дверь с грохотом распахнулась. В комнату вбежали Рам и Рем. — Что здесь происходит?! Стоило Субару увидеть синеволосую горничную, как он снова закричал уже совсем без голоса, переходя на хриплый, надорванный вой: — НЕЕЕЕЕТ!!! Кха-кха-кха-кха!!! Парень закашлялся так сильно, что чуть не задохнулся. Дрожащими руками он пытался прикрыться, слёзы текли по его щекам. Он вжимался спиной в стену, будто войти в неё. — Eheu! Субару, успокойся! — Охотник поднял обе руки ладонями вперёд, показывая, что он безоружен и не приближается. Но в глазах парня он видел только страх. Тот самый, который появляется у человека, умиравшего много раз. Охотник слишком хорошо знал этот взгляд ещё с Ярнама. Всё тело парня вдруг мелко задрожало. — …Ты… — прохрипел он через силу. А потом обмяк и без сознания рухнул на пол. ---------------------------------------------------------------------------------------------------------- «И как мне это всё понимать? Меня кто-то взял под контроль… нет. Я полностью себя контролирую. Горничные меня не подозревают уже хорошо И вот я снова дворецкий.»

***

— Значит, вы-ы-ы хотите стать дво-о-о-рецким? — протянул Розвааль, растягивая слова в своей привычной манере. — Да. Если вы позаботитесь о Субару и обеспечите ему все условия для восстановления… его проблемы, — ответил Охотник. Он смотрел на еду перед собой, но аппетита совершенно не было. Хотя блюда выглядели и пахли превосходно, кусок в горло не лез. — Хоро-о-шо, — кивнул Розвааль. — Оставляю вас на попечении Рам и Рем. Ка-а-а-к же прискорбно, что с юношей случилось та-а-акое… — Благодарю вас, граф. ---------------------------------------------------------------------------------------------------------- «Ладно, я со всем разберусь. Нужно будет потом попасть в сон. Надеюсь, в этот раз, она успеет мне что-нибудь рассказать, прежде чем выгонит». Он поставил корзину с бельём на землю и принялся стирать белье в холодном чане. А в это время в комнате Субару по очереди побывали почти все обитатели особняка. Однако парень был холоден и отстранён с каждым из них, поэтому его довольно быстро оставили в покое. Если бы он только мог рассказать Эмилии, что умирал уже не раз… Если бы только мог… Даже Беатрис заглянула к нему в комнату , ведь все думали, что именно она что-то сделала с парнем. От Субару действительно ужасно воняло, и этот запах только усиливал подозрения. Однако в небольшом разговоре между парнишкой и духом был заключён контракт: Беатрис обязалась защищать его до определённого дня. На следующий день Охотнику повезло - его отправили работать в погреб. Рам или Рем могли бы стать помехой, но после того, как он неплохо справился со стиркой, нарезкой овощей и уборкой, его наконец-то отпустили одного. Закончив часть дел, он быстро огляделся, проверяя, что никто не смотрит. Отодвинул засов, спустился вниз и увидел посланников, которые радостно замахали ему руками. — Сегодня без догонялок? Я снова рад вас видеть, — сказал Охотник. Он угостил их хлебом и кусочком сыра с ветчиной, после чего прошёл вглубь помещения к лампе. Знакомые ощущения накрыли его, и в следующее мгновение он уже открыл глаза во Сне. Не успел он как следует осмотреться, как услышал резкий оклик: — Почему ты вернулся? Кукла быстро шла к нему. В её глазах и голосе читались непонимание и лёгкая обида. — Что? Ты помнишь… но ведь… — Проклятие этого мира на меня не действует. Она уже протянула руку, чтобы снова вышвырнуть его из Сна, но Охотник успел перехватить её запястье. — Кукла, подожди. Со мной происходит что-то ужасное. Я убил его… Я убил парня, а сам даже этого не помню. Пожалуйста, объясни, что со мной творится… Во время Бесконечной Ночи Охоты Кукла была его проводником и единственной опорой. Что-то позволяло ей мгновенно понимать свойства любого предмета, который он показывал, а также всю историю, связанную с ним. Её рассказы и советы не раз спасали ему жизнь, помогали распутывать тайны проклятого города и учиться на ошибках Старых Охотников. В голове Охотника оставалась лишь одна надежда — Кукла знает всё. Сама мысль, что даже она может ему ничем не помочь, пугала сильнее, чем добрая половина ярнамских тварей. Именно это сейчас и произошло. На лице Куклы мелькнуло нечто совершенно ей чужое: -- страх, смешанный с глубокой растерянностью. Её обычно спокойные глаза расширились, а голос дрогнул. — Но как… Лунное Наследие не должно… Оно не может… — беспомощно забормотала она, будто пытаясь убедить саму себя. Она заметила, растерянность в глазах Охотника, и резко замолчала. На секунду её губы сжались в тонкую линию, а потом она собралась с силами, пряча боль за маской холодной решимости. — Я найду решение, — твёрдо сказала она. — Но прошу тебя… что бы ни случилось, больше никогда не приходи в сон. С этими словами она протянула руку и мягко, почти нежно коснулась его груди. Дитя растворилось в воздухе, уходя из сна. На её фарфоровом лице пробежали две белые капли. Прогонять его было для неё болезненно, почти что невыносимо. Но другого выхода не было. Она должна сделать все, чтобы защитить его. Кукла стояла неподвижно ещё несколько мгновений, стиснув кулачки, что фарфор заскрипел. Она медленно подняла взгляд на луну, и в её глазах снова загорелась холодная, непреклонная решимость. Она найдёт идеальный вариант. Обязательно найдёт Охотник вновь очутился в подвале. «Лунное Наследие… Что это вообще такое? Кукла явно испугалась, когда произнесла эти слова. Она, которая почти никогда ничего не боится… Почему она сказала, что оно “не должно” и “не может быть”? В этот раз решено не брать трость. Лучше не рисковать. Он подошёл к посланникам, присел на корточки и попросил принести пистолет и пару патронов, а также несколько деталей. Маленькие существа моментально нырнули в темноту и уже через пару минут вынырнули обратно, каждый держал в лапках по нужной детали. И выглядели они, словно уставшие. — Спасибо, — тихо сказал Охотник. Охотник не стал терять времени. Ловкими и отточенными движениями он принялся за работу прямо на месте. Сначала он жёстко спилит большую часть рукояти, дерево тихо заскрипел под его ножом. Затем снял ствол, колодку. Вместо этого он быстро приделал более короткое, компактное ствол, которое лучше ложилось в ладонь. Заменил спусковой крючок, поставил рычаг кулачка. После небольших и ловких махинаций, он смог переделать стандартный пистолет, в менее компактный, чтобы Субару мог воспользоваться им. Если бы при нем был его пистолет, оставленный в пальто в комнате, то зарядил бы и его. У других жителей особняка не возникало вопроса, и горничные даже не забрали оружие, списав на то, если он охотник. Это его оружие. Охотник тряхнул головой убрав ненужные мыслт. По воспоминаниям, которых он перенял через кровь, Охотник узнал, что парням из другого мира нравятся всякого рода оружия пистолеты, автоматы, пулеметы. Но его заинтересовали некоторые из них. Когда придет время, они поговорят и закроют все гильштальты. Посланники принесли ртутные патроны. Охотник зарядил патрон, ещё раз проверил механизм и аккуратно убрал готовый пистолет за пояс, под пиджак. Прошло четыре дня с нового возвращения Субару.

За всё это время у Охотника так и не появилось возможности пробраться к Субару. Днём он почти безвылазно сидел в библиотеке, а по ночам за ним почти постоянно присматривали. То Рам, то Рем неожиданно оказывались рядом с его комнатой.

***

Две горничные шли по коридору к комнате гостя. — Рем, ты больше не относишься к Субару с таким подозрением. Почему? — тихо спросила Рам. Рем на мгновение задумалась, глядя вдаль. — Несмотря на запах ведьмы… мне больше не кажется, что он культист. Он слаб. Его постоянно мучают кошмары, и вздрагивает от каждого шороха. Рам… я думаю, что он пострадал от рук культистов... "Пострадал как и мы в ту ночь..." — мысленно подумала девушка. Рам открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент из-за двери комнаты раздался сдавленный, полный ужаса крик. Обе горничные спешно направились к источнику звука.       

***

Два пылающих красных глаза в полной темноте были источником света. Окровавленная фигура чудовища медленно протягивала к нему огромные когтистые лапы. Субару не мог пошевелиться - тело отказывалось слушаться, словно его пригвоздили к земле. Чудовище наклонилось ближе. Из разорванного рта вырвался низкий, искажённый шёпот, полный издёвки: — Ну-ка… у-лы-б-ни-сь! Когти грубо засунули ему в рот, растягивая челюсти до хруста. Субару захлебнулся собственным криком. Сначала оно вырвет и сожрёт его глаза. Потом будет жадно пировать на нём всю ночь, с влажным чавканьем и хрустом костей. А когда он наконец умрёт в агонии… всё начнётся заново. И ещё раз.

И ещё.

И ещё.

Как вдруг сквозь вязкий, удушающий ужас сна он почувствовал, как чьи-то тёплые, живые руки крепко сжали его запястья. Мрачная тьма леса дрогнула и начала распадаться. Субару резко открыл глаза, тяжело хватая ртом воздух. Над ним стояли Рем и Рам. Они крепко держали его за руки, не давая метаться в постели. — Вы... — с трудом произнес парень. Вдруг дверь спальни слегка приоткрылась. В комнату вошёл

Красные глаза. Кровь. Страх.

Охотник. Субару почувствовал, как по спине пробежала мелкая, противная дрожь. — Мы можем погово… — Младший дворецкий, вам ясно дали понять, что не стоит показываться Барусу. Он всё ещё в нестабильном состоянии, — резко оборвала его Рам. Обе горничные тут же шагнули вперёд, словно живым щитом закрывая Субару. На его плечо легла тёплая ладонь Рем, пытаясь унять дрожь. «Они… они меня защищают?» — мелькнула в голове странная мысль. — Я всё понимаю, — тихо сказал Охотник, — но пожалуйста. Мне нужно поговорить с Субару наедине. — Абсолютно исклю… — Прошу вас, — голос Охотника звучал тяжело и устало. — Дайте ему самому принять решение. Но пусть он сделает это, увидев вот это. Он медленно полез за пазуху. Горничные напряглись. На мягкую постель приземлился пистолет переделанный охотником. Снаружи можно было увидеть заряженный патрон. — Он заряжен, — спокойно продолжил Охотник. — Можешь держать меня на прицеле всё время разговора. Можешь даже выстрелить, если я хоть чуть-чуть двинусь не так. Но...просто поговори со мной. Субару и обе горничные замерли в растерянности. Охотник достал ещё кое-что и аккуратно бросил на одеяло. Маленький стеклянный пузырёк с желтой жидкостью мягко приземлился у ноги Субару. — А если говорить ты не хочешь, то хотя бы возьми - это успокоительное. Оно поможет спать без кошмаров. Я знаю, какого это. — Младший дворецкий, всё-таки не стоит так напрягать Барусу, — строго произнесла Рам. Но Субару уже протянул руку и крепко сжал ствол оружия. Холод металла немного отрезвил его. — Мы поговорим. Близнецы тут же обернулись и посмотрели с недоумением. — Рам, Рем… всё будет в порядке. Спасибо вам, — Он впервые за последнюю неделю слабо улыбнулся. Горничные переглянулись, но всё же неохотно вышли из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Охотник медленно опустился на край кровати. Он положил локти на колени и крепко сцепил пальцы в замок. Субару приподнялся, не убирая одеяло, и взял пистолет в руку. Он нервно покрутил оружие в ладонях, глядя на Охотника, потом глубоко вдохнул и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. — Неплохой пистолет… — тихо сказал он. Охотник молчал. — Н-ну так и будем сидеть? — наконец не выдержал Субару. Тишина. Охотник всё так же смотрел в пол. Только через несколько долгих секунд он тяжело выдохнул. — Прости меня. Субару молчал, не сводя с него глаз. Охотник не менял позы, продолжая говорить тихим, усталым голосом: — Субару, я частично видел твои воспоминания. Ты и сам часто рассказывал о себе. А я… о себе почти ничего не говорил. Он сглотнул. — Там, откуда я пришёл… существуют твари за пределами человеческого разума. Из-за их прихоти страдали обычные люди. Этих тварей называли Великими. Некоторые из них могли создавать кошмары, то есть целые иллюзорные миры. — Решил исповедаться? — с лёгкой горечью спросил Субару. — Избавь меня от этих слов, — поморщился Охотник. — Когда ты сказал, что помнишь меня после смерти… я принял тебя за Великого а именно за хозяина Кошмара. Из-за страха снова оказаться в ловушке я… позволил страху победить рассудок и навредил тебе. Я прошу прощения, снова. Субару смотрел на него в оцепенении. — Но ты ведь уже извинялся. — Да. — Откуда ты родом...жутко однако... — Ты даже не представляешь, насколько, — тихо ответил Охотник. Он помолчал, потом продолжил: — Я не помню, откуда я родом… до аутогемотрансфузии. Понимаешь теперь, почему я Охотник? — Угу… — Весь город кишел монстрами… Безопасных мест можно было пересчитать по пальцам. И каждый день… каждую ночь… всё начиналось заново. Он глубоко вздохнул. — А самое страшное - эти твари не умирали по-настоящему. Раз за разом… они возвращались. Все. До единого. Кроме, разве что, самых сильных. Его пальцы сжались с такой силой, что костяшки громко хрустнули. Субару инстинктивно дёрнулся. — Прости… я отвлёкся, — глухо добавил он. — Мне было очень тяжело просто от мысли, что я никогда не смогу убить их всех. Что они, как и я, заперты в этом проклятом городе навсегда. Мы с тобой… чем-то похожи. И я не хочу, чтобы кто-то ещё пережил такое. Охотник медленно снял перчатку и протянул руку ближе к лунному свету. На запястье узорами была выгравирована метка охотника. — Это контракт с Охотой. Поэтому я Охотник. Я даже своего настоящего имени не помню. — Боже… — Субару чуть наклонился, чтобы лучше рассмотреть метку под серебристым светом луны. Охотник снова надел перчатку. — И знаешь… я жалею об одном. Одно событие до сих пор гложет меня. — И о чём же? Охотник опустил взгляд. Голос стал ещё тише. — Я не смог спасти одну девочку. Я был уверен, что очистил путь… отправил её безопасное место. А она пошла через канализацию. Там её… съела свинья. От неё осталась только маленькая белая ленточка в крови. А потом из-за этого повесилась её старшая сестра. Они посидели в тяжёлой тишине. — Я ведь и тебя не смог спасти, — вдруг сказал Охотник. — Ты о чём? — Я из Ярнама. В этом проклятом городе я по сути никого не смог спасти. Ни одного человека, который ещё был жив. Я подвёл всех. Это вторая вина, которая меня гложет. Из его груди вырвался нервный, горький смешок. — Эй, ты чего? — насторожился Субару. — А знаешь, что самое худшее? Я даже не могу никого конкретного в этом обвинить. Вина целиком на мне. Только на мне! — в его голосе появились истеричные нотки. — Она была меньше той девчушки из деревни… меньше рыжей… как её звали? — Петра. — Петра! Кто в здравом уме отправил бы ребёнка одного по городу, кишащему чудовищами? Чем я вообще думал? Посчитал её бессмертной? Решил, что дети не умирают? Идиот… Из-за меня ребёнка сожрала огромная мутированная свинья. Только из-за меня. Охотник повернулся и посмотрел Субару прямо в лицо. — Субару Нацуки, мне жаль, что я и тебя не смог спасти. — он медленно встал, собираясь выйти из комнаты. — Хотя я и не заслуживаю твоего прощения. — Подожди, я думаю, это был не ты. — Ч-что? — Охотник резко повернулся. — В ту ночь мы шли к месту встречи, как вдруг... ты начал странно себя вести. Из носа.... потекла кровь, ...не реагировал на слова, что-то бормотал под нос, а потом внезапно рванулся в лес. — Субару перевёл дыхание. — А потом Рем… — Что Рем? — Напала. — Да. Это всё время была она. По её словам, я «пахну как культист». Я вообще не понимаю, о чём она говори... Охотник внезапно замолчал, прислушался и быстро подошёл к двери. Приоткрыв её, он убедился, что в коридоре никого нет. Только после этого вернулся и сел обратно на край кровати. — Всё в порядке. Продолжай. — Помнишь, ты говорил, что от меня ужасно пахнет? Мне кажется, это как раз оно. Тот тяжёлый запах, который… — Субару провёл пальцем по своему горлу. — Понятно, — тихо ответил Охотник и немного помолчал. — Интересно, чем ей так насолили культисты… И кстати, этот запах от тебя стал сильнее, когда ты словом активировал проклятие. — Насколько? — Очень неприятно. Но не суть. Субару, что произошло дальше? — Что-то ужасное… Вдруг ты появился из леса… с головой Рам в руке. Вы сражались с Рем. То ещё было зрелище… — Субару поморщился. — Я пытался уползти, а ты… ты меня… Он провёл большим пальцем по своей шее, не отводя взгляда от Охотника. — Ты выглядел просто ужасно. Глаза горели красным. Ты был больше похож на бешеного зверя, чем на человека. Ни на что не реагировал… А ещё… скорее всего, ты пил её кровь. Или ел… Зрачки Охотника расширились от шока. Вечно собранный и холоднокровный Охотник вдруг начал тяжело и часто дышать. Его трясущиеся ладони взлетели к лицу и закрыли глаза. Сейчас он выглядел как напуганный ребёнок, который пытается спрятаться от кошмаров в тёмном углу. — С-Субару… скажи, что ты врёшь… Прошу тебя… — Что? — Almeja… Пожалуйста, скажи, что ты что-то напутал… прошу тебя… Он дышал всё быстрее, почти задыхаясь. — Ты услышал что-то знакомое? — Я не должен быть ему подвержен! — голос Охотника предательски дрогнул. — Я единственный в Ярнаме, кто не подхватил заразу! Я не должен… понимаешь?! Я НЕ — он остопорился, но понизил голос — должен быть зараженным!... Он согнулся пополам, всё ещё закрывая лицо руками. Субару осторожно положил руку ему на плечо. — Эй… спокойнее. Дыши глубже… Охотник постепенно начал приходить в себя. Они посидели в тяжёлой тишине несколько мгновений. — Я… я не знаю, что делать, — наконец тихо сказал он. — Завтра я убегу отсюда, чтобы никому не навредить. Оставь пистолет себе. Если увидишь меня стреляй в голову, окажи услугу. Уставшей, тяжёлой походкой он вышел из комнаты. Субару остался один. «Одни меня защищают… другой душу раскрывает… И вот как их после этого бояться и ненавидеть», — подумал он с горькой усмешкой. Он немного повертел оружие в руках, потом убрал его под подушку. Взял пузырёк с успокоительным, которое дал Охотник. Жидкость была довольно горькой, с металлическим привкусом, но терпимой. Субару выпил четверть, поморщился и лёг обратно. Уже через несколько минут его сморил тяжёлый, глубокий сон. Спал он впервые за несколько дней без сновидений.

***

Рем возвращалась в особняк из деревни. Уже заметно вечерело, солнце почти скрылось за верхушками деревьев, и лес вокруг начал окрашиваться в густые синие тона. В голове у неё до сих пор крутились события вчерашней ночи. Охотник выглядел сильно подавленным и задумчивым. «Пожалуй нужно приготовить что-нибудь особенно вкусное, — подумала она. — Может, это хоть немного поднимет настроение всем». С этими мыслями Рем машинально потёрла руку, которую недавно укусила маленькая собачка. Укус слегка саднил(вызывал неприятности), но она старалась не обращать на него внимания. А в это самое время, пока Рем шла по лесной дороге к особняку, Охотник под закат сбежал в лес. Пора. Стремясь уйти как можно дальше от всеx. Ноги сами несли его всё глубже и глубже между деревьями. «Может, именно этого и боялась Кукла…» — мелькнула тревожная мысль. С разбегу он перепрыгнул через поваленный ствол. На небосвод уже поднималась полная Луна, заливая лес холодным серебристым светом. В ушах снова неприятно зашумело. Он резко остановился. — черт...луна. Охотник с силой ударил кулаком по ближайшему дереву. Кора треснула под ударом. — Не может быть… Неужели эта тварь достала меня даже здесь? Не могла просто сдохнуть?! Почему ты продолжаешь меня мучить?! Присутствие Луны. Только она могла заставить проклятие просыпаться именно в полнолуние. Шум в голове становился всё громче и невыносимее. Охотник запрокинул голову и закричал. Крик быстро перешёл в дикий, нечеловеческий рёв, эхом разнёсшийся по лесу. Запретный лес. как давно он тут не был.

"Sed ubi sunt omnes creaturae?

Ubi est telum eius?

Subito spiritum acutum duxit.

Foetor tenuis et familiaris creaturae."

Не раздумывая, он сорвался с места и побежал на запах, ах столь сладкий запах крови.

***

Субару сидел в библиотеке, вертя в руках примитивный пистолет. Ночью Беатрис куда-то срочно вызвали, а он, повинуясь наитию, нашёл эту дверь и решил остаться здесь на весь день. Из головы никак не выходил ночной разговор с Охотником. «По крайней мере, успокоительное сработало…» — подумал он с лёгким облегчением. Наконец он встал, спрятал пистолет поглубже в халат и туго затянул пояс, чтобы оружие не выпало. Открыв дверь, его ослепил яркий рассветный свет, льющийся из окна коридора. — Я… жив… Субару сделал шаг вперёд и вдруг рухнул на колени прямо посреди коридора. Он не мог поверить. Просто не мог. Несколько долгих секунд он сидел на полу, глядя на золотые лучи солнца, пробивающиеся сквозь витражи. — Субару? — раздался знакомый голос. Он поднял голову. К нему подходила Эмилия. — Эмилия-тан? Всё… всё хорошо, — улыбнулся он, всё ещё не веря своему счастью. — Ты где была? Пойдём со мной! — девушка взяла Субару за руку и она отправились по коридору. — Э-э-милия-тан... Я живой все хорошо. Полу эльфийка не отвечала лишь вела его за руку вперед. — Давай сегодня прогуляемся в деревню, мне столько нужно тебе рассказать! Эмилия остановилась. На её обычно милом лице застыло беспокойство. — Субару… — тихо произнесла она. — Эмилия? Внезапно раздался душераздирающий, полный боли крик. Субару вздрогнул всем телом. Эмилия молча взяла его за руку и повела за собой. Они вошли в одну из комнат на первом этаже. Там уже собрались почти все обитатели особняка. На кровати лежала Рем. Голова туго перевязана бинтами, левая рука отсутствовала - вместо неё была культя, тоже обмотанная пропитанными кровью бинтами. Она не дышала. Над телом на коленях стояла Рам. Она рыдала, прижавшись лбом к краю кровати. Сама Рам тоже была перебинтована и выглядела измождённой. Вдруг он заметил на уцелевшей руке маленькую ранку от укусу. Он был слишком знаком, в прошлые циклы на его руке точно были такие же укусы. "Не может быть...так значит, что источник проклятия...та собачка." Субару сделал шаг вперёд и протянул руку, но Рам мгновенно ударила по ней. — НЕ ТРОГАЙ ЕЁ! — закричала она. Глаза девушки были красными и опухшими от слёз. — Не смей прикасаться к Рем… От взгляда Рам у Субару внутри всё сжалось. — Она умерла, — тихо и тяжело произнёс Розвааль. — Но… что произошло? — растерянно спросил Субару. — Это ты мне расскажи, — голос Рам дрожал от ярости и горя. — Твой друг Охотник сделал это! Напал как дикое животное… после всего, что мы для вас сделали! От сказанного парень потерял дар речи, он прошел к выходу. Эмилия шагнула ближе, она взяла за рукав халата: — Субару… ближе к ночи прибежал посланник из деревни. Сказал, что-то случилось с детьми. Прямо перед этим Охотник куда-то пропал… Ты не знаешь, почему он это сделал? — её голос был полон тревоги. Розвааль был необычайно серьёзен: — Кроме того, что он тяжело ранил Рем, он ещё и хладнокровно убил посланника. Рам всхлипнула, слёзы снова покатились по её щекам. Голос дрожал и срывался: — Я… я почувствовала её боль… Прибежала на место… Она убила того ублюдка, но он успел её сильно ранить… Она была ещё жива, когда я её нашла! Почему… почему так вышло?! Беатрис тихо перебила её: — Я залечила раны сестры, но к утру у неё проявились симптомы проклятия: кровавая рвота, сильные боли… и закономерная кончина. Я не знала, что на ней было проклятие, и не успела снять его до активации. Странно только одно судя по всему, проклятие было наложено ещё до нападения. Субару стоял в полном оцепенении. «Что? Как?.. Значит, это не Рем меня прокляла? Но почему?.. Охотник… Рем… они оба… мертвы?» Рам медленно поднялась с колен. Её глаза, красные от слёз, горели яростью и болью. — Отвечай! Что ты знаешь?! Субару молчал. Он отвернул голову сжав зубы. «Чёрт… Пожалуйста, хватит. Я не могу… Я просто не могу больше…» Он уже начал отворачиваться, когда воздух разрезал резкий свист. Ветряной клинок пронёсся мимо его лица, слегка рассекая щеку. По коже потекла тонкая струйка крови. — Если ты что-то знаешь — отвечай! — Рам приняла боевую стойку, её голос дрожал от ярости. Она отправила ещё один удар, но он был остановлен невидимым барьером. Перед Субару появилась Беатрис, спокойно стоящая с вытянутой рукой. — Пока он находится в этом особняке, я буду его защищать, полагаю. — Госпожа Беатрис… — тихо сказала Рам. — Розвааль, всю ночь он провел в моей библиотеке, я полагаю. Он не мог ничего сделать. — Мне уже нет дела до деталей. — маркграф повернулся в её сторону и зажёг за в руках разноцветных искрящихся магических шаров. Его обычно игривый тон исчез полностью. — Боюсь, я не могу просто так оставить это дело. Нужно допросить вас, господин Нацуки. Должно быть, он тебе очень понравился? — Придержи язык, полагаю, — холодно ответила Беатрис. Атмосфера в комнате резко потяжелела. — МНЕ ДО ЭТОГО ДЕЛА НЕТ! — отчаянно выкрикнула Рам. Слёзы ручьём текли по её щекам. Она вытянула руку вперёд. — Если ты что-то знаешь...пожалуйста, скажи! Я должна отомстить за Рем… Помоги мне! Помоги!!! — Прости, Рам… — мягко, но твёрдо сказала Эмилия. Она встала рядом к Субару. — Субару, пожалуйста… если ты что-то знаешь, помоги нам. Перед Субару возник мерцающий пурпурный щит. Субару стоял несколько секунд, глядя на всех них: на плачущую Рам, на встревоженную Эмилию, на готового к бою Розвааля. — …Простите меня. Он резко развернулся и бросился бежать. — Субару! — отчаянно крикнула Эмилия ему вслед. В следующее мгновение комната взорвалась магией. — Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! Субару бежал. Под яростные проклятия Рам и разряды заклинаний, которые вспарывали воздух вокруг него, он мчался вперёд, не разбирая дороги. Ветви хлестали по лицу, лёгкие горели, но он продолжал бежать. И бежал.

И бежал.

И бежал.

Он пробегал место, где Рем поймала его в прошлом цикле. Ещё чуть дальше, то самое место, где она его пытала. А потом, то самое проклятое место, где его скрыли как капусту. В голове внезапно вспыхнул крик из прошлого цикла: РААААААААААААААААААААААААААААААААМ!!! Он махнул головой в сторону стараясь забыть, но теперь в голове звучал голос Рам...проклинающий и полный отчаяния совместно с невыносимым горем. Он опомнился только тогда, когда добежал до уступа. Субару тяжело дышал, сжимая рукой грудь. Подойдя к самому краю обрыва, он посмотрел вниз. Под уступом торчали острые каменные колья, а дальше густой тёмный лес. «Один прыжок… и всё можно будет исправить. Один единственный шаг…» Он сглотнул и невольно отступил назад. Нет...у него не хватает сил. Парень сунул руку в халат и достал пистолет. Долго рассматривал его, покрутил в руках, провёл пальцами по холодной рукояти. Один заряженный патрон. Он медленно поднёс дуло к виску. В голове промелькнуло: «Бах… и всё начнётся заново». Но палец на курке дрожал. Подросток, решившийся выстрелить себе в голову? Не смешите. Так он и просидел на краю обрыва до самого заката. Вдруг прямо за спиной кто-то его окликнул. Субару резко развернулся, едва не нажав на курок. Это была Беатрис. Её платье было присыпано пеплом и слегка обожжено по краям. — Почему... — Что почему? — Почему ты... — Почему ты остановился, глупец? — тихо спросила она. — Другая сестра всё ещё преследует тебя. — Я… — Беги, пока есть время. И что это у тебя за штука, я полагаю? Субару не ответил и резко сменил тему: — Наш контракт ведь уже закончен? Утром же… — он убрал пистолет в халат. Беатрис вздохнула. — Ты ошибся. Контракт был заключён, но я не говорила о временных рамках, я полагаю. Если уж собрался умирать, то делай это подальше от моих глаз. А то твоё лицо мне потом будет сниться в кошмарах. — Н-но я думал о них...я ведь хотел их защитить... — Ничего ты о них не знаешь. — она продолжала смотреть ему в глаза. — Сделанного уже не вернуть. В зависимости какая сестра была потеряна, ничего уже не вернуть, полагаю. Между деревьями мелькнула знакомая фигура излучающая магию. Рам. В это же время, далеко в погребе, у тусклой лампы мирно спал Охотник. Кукла через посланников уже успела мягко направить его тело подальше от этого места. Он не должен был здесь быть. Рам вышла на открытое пространство. Она хрипло дышала из носа у неё тонкими струйками текла кровь. — Ты… Ха-ха… Нашла тебя! — процедила она, глядя на Субару с чистой ненавистью. Беатрис сделала шаг вперёд. — Остановись. Ты умрёшь от истощения раньше, чем доберёшься до него. — Госпожа Беатрис… мы далеко от Запретного Архива. Вы уверены, что справитесь? — Хм. Субару закрыл глаза и медленно, глубоко выдохнул. А потом неожиданно протянул обе руки и схватил Беатрис за два золотых локона. Легонько, но уверенно растянул их в стороны, словно это были резинки. — Т-ты-ты-тыыыы!! — возмущённо и пискляво вскрикнула Беатрис. Её щёки мгновенно вспыхнули ярко-красным. — Что ты себе позволяешь, наглый негодяй?! Немедленно отпусти! Субару слегка улыбнулся и отпустил её локоны. Затем мягко развернул девочку к себе лицом, положив руки ей на плечи. — Не кипятись, — гордо сказал он. — Умирать я точно не хочу… если только один раз. Он показал пальцем жест «один» и аккуратно вышел из-за её спины, достав пистолет снова оказавшись лицом к Рам. — А кишка у тебя не тонка… — процедила Рам смотря на пистолет. Субару посмотрел на неё с грустной улыбкой. — Что ж… я решил. Простите, что доставил вам столько хлопот. — Почему ты только сейчас одумался?! — закричала Рам, в её голосе смешались ярость и слёзы. — Рем уже мертва! Какой теперь в этом смысл?! Субару на секунду опустил взгляд, а потом тихо, но твёрдо произнёс: — Я знаю то, чего не знаете вы. — ДА ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ ЗНАТЬ О НАС?! — в отчаянии выкрикнула Рам. Субару на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их снова, в его голосе звучала искренняя, почти болезненная искренность: — Да потому что я люблю вас. На несколько секунд повисла мёртвая тишина. Даже Рам замерла с открытым ртом. «Хааа… Всё опять скатилось в полный хаос. Почему именно на мне лежит ответственность за всех них?» Он закрыл глаза и медленно выдохнул. «Ну конечно… Вся ответственность на мне. Потому что только я могу всё исправить. Все эти трагедии… Только я.» С новой решимостью Субару открыл глаза и посмотрел на край обрыва. «Но прыгать всё равно чертовски страшно…» Развернувшись он устремился к краю. «Охотник то, Охотник сё… Надо будет наконец придумать тебе нормальное имя.» Напоследок он повернулся к Беатрис и Рам. В его глазах горела странная, прощальная улыбка. — Я обязательно...СПАСУ ВСЕХ!!! Воспользовавшись моментом всеобщего замешательства, Субару разбежавшись сделал большой прыжок в пустоту. В полёте он приставил дуло пистолета к виску. Выдох.

БАХ!

Грохот выстрела разнёсся над лесом. Тело завалилось и упало с обрыва вперед. Он погиб не пролетев и половины расстояния до земли.