Поездка.

- Если честно, - тихо произнес Фил, все еще поглаживая ее стопы, - я хотел тебя разбудить, но... - улыбнулся он, - ты так сладко спала. Не решился. Прости, я не хотел тебя напугать. - Все хорошо, - Алла прижала букет к себе и вдохнула сладкий, чуть пряный запах цветов, - Ты меня прости - я тебе сюрприз испортила. - Вот за это не извиняйся! Тем более, ты не весь сюрприз видела - букет это так, - махнул он рукой, - прелюдия. - Боже мой! - воскликнула прима в удивлении, - Филя, что еще? Ты опять на меня бешеные бабки потратил? - Ну-у, - витиевато протянул Филипп, все же следя за ее настроением, - мне хотелось сделать тебе приятное и... - ненадолго прервался, сохраняя интригу и блеск нетерпения в ее глазах, - я приготовил нам с тобой завтрак. Но он необычный. Потому что стол накрыт на причале - погода сегодня хорошая. Но после того, как ты продрогла, сомневаюсь, стоит ли тебя сейчас тащить на улицу. - Да все нормально, не волнуйся! Я уже полностью согрелась. Пойдем завтракать? Но Филипп отрицательно покачал головой, зажав губу. Все-таки боялся, что Алла простудится, и эта идея с завтраком на свежем воздухе, даже несмотря на яркий солнечный и довольно теплый для зимы день, показалась ему не самой лучшей. - Аллусь... Давай-ка мы лучше дома позавтракаем, как обычно. А свой сюрприз я перенесу на другой раз. Ты не обидишься? Я действительно боюсь, что ты можешь заболеть. Тем более, у тебя еще носик красный, - он ласково чмокнул ее в нос и сел рядом на постели, обнял. - Так это от шампанского, а не от холода! - пошутила прима. Она понимала, что Киркоров заботится о ней и потому не стала настаивать, - Ладно! Только я беру с тебя честное слово, что другой раз - завтрак на причале - все же состоится. - Обещаю! - он поцеловал ее в щеку. Позавтракав, как обычно дома, бывшие решили провести весь день вместе - Филипп перенес несколько своих встреч, которые могли бы поспособствовать отмене его "отмены". В какой-то степени он был даже благодарен случившемуся - ведь у него появилось больше времени, которое можно было провести с Аллой. Филипп чувствовал, что она все еще зажата, не до конца раскрыта, хотя и искренна - видел, как боится мести, блюда, которое подают холодным. Понимал, что утренняя выходка - пиковый момент ее самого большого страха - страха остаться без любви, одной. Совершенно случайно в комнату зашел Бедрос - он не нашел сына в огромном доме и без стука вошел в спальню Филиппа. На кровати сидела Алла, Фил сидел рядом с ней. Пугачева так опешила, что даже не успела среагировать - сильно занервничала пытаясь понять, что же ей делать дальше. Фил взял ее за руку и вежливо поздоровался с отцом - кажется, Бедрос был удивлен столь внезапной встрече не меньше самой Пугачевой, но каких-либо вопросов задавать не стал. Алла тоже поздоровалась, Бедрос ответил ей приветливой, но сдержанной улыбкой. Выйдя из комнаты, Филипп объяснил отцу, что Алла у него в гостях, но мужчина лишь, сделав вид, что ничего необычного не происходит, сообщил, что вечером улетит в Болгарию к Мари и Харри. Таким образом, удалось избежать максимальной неловкости, коей была пропитана столь деликатная ситуация... Странно - годы шли, а Пугачева как была Пугачевой во всех смыслах, так ею и осталась. Конечно, она сделала какие-то выводы, у нее произошла переоценка, но если пристрастия, вкусы демонстрировались как прежде, то манера поведения дремала где-то глубоко, она будто гасила ее и позволяла Филу видеть себя в том свете, какой ей казался правильным для "прощения". И самое забавное, что даже надевая очередную маску, все делала искренне. Когда-то она совершенно точно заметила, что вся ее жизнь, включая бытовую, обычную, реальную - это сплошное лицедейство. Киркоров понимал, что она его любит. И сам любил. Принимал такую, какая есть - без прикрас, юношеский фанатизм и стремление приукрасить объект обожания остался глубоко в прошлом. А вот глубокая чистая любовь с каждым днем все сильнее разгоралась в душе. Они жили спокойной размеренной жизнью, однако, все же произошла ситуация, когда Алла проявила себя чуть в ином свете. Поздно вечером раздался звонок - Филиппу звонил его директор и настойчиво предлагал вылететь в Дубай на концерт. Такой шанс заработать понравился артисту, но он не спешил с ответом. Думал, как сообщить Алле, что надо уехать. В итоге, так ничего и не придумав, сказал как есть. Ее реакция не заставила себя долго ждать - взгляд задумчивый, губы поджаты то ли от легкой обиды, то ли от страха, иногда больно прикусывая их в раздумьях и, со стороны кажется, она тщательно подбирает слова, думая, что же ему ответить. Заметив, насколько бывшая погрузилась в размышления, Филипп взял ее за руку и, ласково обняв, попросил: - Аллусь, я вижу, что ты думаешь. Скажи мне, как есть. Не бойся. - Не обидишься? - осторожно спросила она. - Не обижусь. Мне надо знать, что ты думаешь. Ты против поездки? - Меня разрывают противоречия - с одной стороны, я понимаю, как тебе важно выступать. Ты же без сцены жить не можешь, даже если не заплатят - все равно тебе нужна публика. С другой - так неспокойно... И меня оставляешь. А в мире - посмотри, что творится. Везде стреляют. Не дай Бог! - Вот об этом даже не думай - я же в Дубай еду, там не стреляют. - Все-таки хочешь?.. - Это отличная возможность заработать хотя бы копеечку. Аллусь, мне же семью кормить надо. - Интересно, - хмыкнула Алла, - а я в твою семью вхожу? - Конечно! Что за глупый вопрос? - удивился Фил, - В первую очередь! - Тогда какого хрена мы еще не женаты? - вдруг спросила Пугачева. - Как только вернусь - сразу! Обещаю! - Заметь - это уже твое второе обещание! - пошутила Алла, широко улыбнувшись. - Ты меня знаешь, - поцеловал ее ласково Фил, - я всегда слово держу. - Знаю, - Алла в ответ чмокнула его в щеку, - Ладно... Езжай в свой Дубайск! Я надеюсь, ты ненадолго? - Буквально на четыре дня. - На целых четыре дня... - ужаснулась прима, глубоко вздохнув, - ну... что ж поделать.