Глава 20

Стук дождя о землю и камни монотонно барабанил в ушах. Сквозь неровные ветки сочилась на мокрую землю вода. Когда очередной затихающий раскат грома прокатился над Каменным Карьером, Полосколап не выдержал и поднялся. Посередине ночи, когда все вернулись с Совета, Полосколап проснулся от дождя. Вскоре разразилась гроза, и котик так и не смог уснуть до самого утра. Но сейчас гроза затихает, становиться светлее, и скоро можно будет поспать. Вся его подстилка промокла, грязная шерсть облепила тело. Оруженосец раздражённо стряхнул капли с усов. «И как мне жить в этом ветхом подобии убежища?» — недовольно думал он. Его мыслям вторило голодное урчание живота. Котик уже давно ничего не ел, а поселившийся в желудке голод был непрерывным напоминанием. «Почему Яблонька ничего не приносит? — почти в отчаянии думал он. — Неужели она забыла про меня?» Пока он думал, дождь уже кончился. Из-за тёмного облака выглянуло солнце. Полосколап прищурился от яркости, потянулся и, найдя хоть немного сухое местечко в своей палатке, прилёг ещё немного вздремнуть. Но только он смог более-менее удобно улечься, как совсем рядом, из воинской палатки донёсся громкий весёлый голос Медогласой. Рыжая воительница вместе со Снежногривом вышла из палатки, что-то ему рассказывая. За ними потянулись остальные болтающие воины. Полосколап, поняв, что так ему не уснуть, недовольно проворчал. Ему так не хотелось вставать и идти делать нудную работу по лагерю, особенно когда когти голода не отпускали его. Котик лёг на другой бок и тоскливо посмотрел на свою свалявшуюся тёмно-бурую шерсть. Он мог бы хорошенько вылизаться, но сил было мало, не хватало ещё тратить их на умывание шкуры, которая всё равно будет тусклая и некрасивая. Со вздохом Полосколап поднялся на лапы и подошёл к выходу из своего жилища. Но только он выглянул из веток, как в нос ему ударил аппетитный запах свежей дичи. Глаза оруженосца засияли. Грозозвёзд шёл к нему, и нёс мышку! Когда предводитель приблизился, он подскочил на лапы. — Привет, Грозозвёзд! Отец коротко кивнул и вошёл в палатку. Из-за великана стало немного тесно, и Полосколапу пришлось усесться у самой стены. Грозозвёзд положил мышь на землю. — Можешь поесть, — сказал он, и Полосколап потянулся к дичи. Но прежде, чем котик смог взять еду, предводитель накрыл добычу огромной лапой. — Но сначала мы поговорим. Оруженосец кивнул, стараясь скрыть своё разочарование и подавить голодное рычание живота. — О чём? — О твоём поведении. Примерно это Полосколап и ожидал услышать. Он дёрнул ушками, но не ответил. — Полосколап, последние луны ты просто отвратительно себя ведёшь! Ты очень часто хулиганишь и всячески нарушаешь правила, поэтому я начинаю задумываться о том, чтобы наказывать тебя строже и… — Строже? Ты хочешь ещё строже?! — не смог сдержать негодования Полосколап. — Я и так слишком строго наказан, если не жестоко! Я почти ничего плохого и не сделал, а ты заставляешь меня голодать! — Голодать? — изумлённо переспросил Грозозвёзд. — Я думал, Яблонька и Блесколапочка приносят тебе еду. — Ну… они раньше приносили, но сейчас почему-то перестали, — пробормотал оруженосец. — Ты не думал, что своим поведением обидел их? Может, поэтому они больше не желают помогать тебе? Полосколап растеряно посмотрел на отца. Тот не отводил от него невозмутимого янтарного взгляда. Он не знал, что и ответить. «Я же действительно постоянно грубил Блесколапочке! — в смятении подумал котик. — А Яблонька… вдруг Яблонька обиделась на то, как я сказал, что она меня достала? Я и никогда бы не вообразил, что она может на такое обидеться… Но почему ещё тогда она уже второй день не носит мне еду?» — Да, наверное, так и есть, — тихо проговорил Полосколап, низко свесив голову. Неужели он сам виноват в том, что голодает? Грозозвёзд молчал, но котик чувствовал, как тот, не отрываясь, смотрит на него. — Думаю, нам стоит вернуться к изначальной теме, — сухо сказал великан. — Твоя недавняя выходка с нарушением территории больше не повториться? — Не повториться, — пообещал юнец. — Далее. Твоё отношение к остальным оруженосцам также очень мерзкое. Чтобы больше не было никаких драк, оскорблений или издёвок, понятно? — Как хочу, так к ним и отношусь! — огрызнулся Полосколап. — Это не твоё дело! — Я предводитель, так что это моё дело! — рявкнул кот. — Вы соплеменники! Я должен быть уверен, что в беде или битве вы хотя бы не вцепитесь друг другу в глотки, поэтому чтобы больше я не слышал о ваших ссорах! «Больше не услышишь», — в мыслях фыркнул котик. — Это всё? — с сухим нетерпением поинтересовался он. — Да. Ты всё понял? — Угу, — буркнул Полосколап. Он жадно вцепился взглядом в лежащую чуть в стороне мышь. — Можно у уже поем? — Нет! — Грозозвёзд снова накрыл лапой дичь и строго покосился на сына — Но как… что… — Оруженосец так растерялся, что даже не мог ничего вымолвить. — Теперь, если ты будешь выполнять достаточно работы, не грубить никому и приемлемо вести себя, я буду приносить тебе раз в день добычу. В обратном случае есть не будешь. Предводитель обернулся, и направился к выходу. Около лаза в ветвях он остановился. — И умойся, неряха, — бросил он через плечо. — А то даже смотреть на тебя противно! Грозозвёзд ушёл, забрав с собой мышь. Полосколап сгорбился. «Почему он так относиться ко мне? И за что мне такое жестокое наказание? Я… я же почти ничего не сделал!..» «Я давно не ел, я не могу делать много работы! Почему он заставляет меня ещё сильнее мучиться?» К глазам подступили слёзы. У Полосколапа не было ни малейшего желания что-либо делать. Он лёг на своё гнёздышко, не обращая внимания на то, что она не высохла после дождя, и накрыл хвостом морду. «Завтра поработаю! — недовольно подумал оруженосец, пытаясь успокоиться и не выглядеть слабым в собственных глазах. — А сейчас я отдохну нормально! Надо же хоть откуда-то брать силы, если есть теперь для меня — привилегия!»