***

Я давно позабыла полёт, шорох перьев и крыл. Перестала слышать цветы, понимать зверьё: За изломом осени, лета, зимы, весны, Для меня остался лишь сон — в нём черным-черно. Для меня — вороньё и укрытая снегом земля, Обожжённые руки и мелкий белый песок. Где-то там, далеко, я знаю, поют моря, Разбивая подлёдную горечь тоскливых слов. Я умела раньше сбрасывать все тела: Обращалась птицей, мяла степной ковыль. Только вспомнить старый наговор не смогла. И осталась от сказки только седая быль. Я не слышу весны и не говорю с листвой, Удивляюсь свежести первых зелёных трав. Чайка плачет и море поёт со мной: «Просыпайся, птица. Пришла и твоя весна.»