Глава 2. Неожиданное ожидаемо.

Суббота выдалась очень солнечной , и в зоопарке было много народу. Ларек мороженного сверкал среди толп снующих туда-сюда людей ,а улыбчивая женщина за прилавком дала всем детям по рожку мороженного. Пока мальчики поедали свои лакомства , взрослые водили их по местным "экспонатам". Ближе к обеду это занятие им наскучило, и все семейство направилось к ресторану, который , к слову находилось в том же зоопарке. История шла чересчур хорошо, а потому вскоре она подошла к концу. После обеда они отправились в террариум. Внутри было темно и прохладно, а вдоль стен тянулись освещенные витрины. За стеклом меж камней и бревен, ползали , извивались , шныряли всевозможные змеи и ящерицы. Дадли с Хэйли хотели посмотреть здоровенных питонов и гадюк, что способны придушить человека. Дадли быстро отыскал самую большую змею. Пожалуй, она смогла бы обернуться около двух раз вокруг машины дяди Вернона, и без усилий ее расплющить . Хэйли с Дадли буквально прилипли к стеклу. Братья с интересом уставились на удава, что лежал без движений. Так-то он спал , но кузену Поттеров явно было нечего делать, оттого он заканючил : - Пусть он поползает! Дядя Вернон постучал по стеклу , но змея не шелохнулась. - Постучи еще раз , - приказал Дадли. Дядя Вернон повторил действие, но на этот раз намного сильнее. Змея дрыхла. Хэйли хмыкнул , а Гарри тем временем подошел к витрине и вгляделся в змею. Он бы не удивился , если бы она сдохла со скуки , болван за болваном - и так целый день. Все стучат по стеклу , тыкают пальцами и гримасничают.                                                                                                                                                  

***

                                                       от лица Хэйли Старший братец повернул голову в сторону гадюки , и выглядел довольно забавно , - подумал Хэйли. За прошедший год, он свыкся с тем фактом что теперь он Хэйли Поттер - младший семейства Поттеров, и Дурслей соответственно. Выбраться из шифтинга не получилось, а значит теперь это - его "настоящая" реальность до поры до времени. Вдруг Гарри ахнул. -"Что такое?", завертелось у рыжего на языке,но не успев ничего произнести, он ужаснулся. Пока он погрузился в свои мысли , его кузен каким то образом, чуть не провалился в вольер. Крики и ругань последовавшие далее , были чем то более чем обыденным. Хотя выползшая змея и вправду насторожила. Я уже и забыл что так было в каноне - промелькнуло в голове. В последнее время он часто все забывал . Даже то , что когда-то отлетало от зубов, сейчас частенько представлялось ничем. Витаминки что ли попить? Тем временем, толстая змея бесшумно скользнула мимо братьев. Что то прошелестев, она уползла в неизвестном направлении. Люди с громкими воплями неслись к выходам из террариума. Смотритель заведения был в немом шоке. - Стекло, повторял он как попугай. - Куда делось стекло? - Его определенно съела та змеюка ,- съехидничал Хэйли,думая когда закончится этот фарс. Директор зоопарка не переставал извиняться перед четой Дурсль. Дадли что то мямлил в сторонке о том что Гарри разговаривал со змеей. А дядя Вернон тем временем зло скрежетал зубами . Как только они вернулись домой, он погнал Гарри в его чулан. Тем же временем Хэйли сморщил нос. Чувствовал , ничего хорошего из этого не выйдет. Учитывая каким героем его нынешний брат был в книгах , он не сомневался, что сейчас тот либо дуется , либо закипает. Мда.. Словом, его тоже отправили в свою комнату, ибо он видите ли мешается под ногами. Ну и ладно, пусть будет так.

***

История с боа-констриктором была забыта только ближе к летним каникулам, когда закончилась учеба в младшей школе. В сентябре им предстояло идти в среднюю школу. Дадли , родители зачислили в частную школу , где когда-то учился дядя Вернон. Тем временем двойняшек зачислили в обычную общеобразовательную школу. Помнится тогда Гарри удивился , его брата впервые не возвысили над ним, а наоборот отправили вместе с ним. Но больше его удивило то, что сам Хэйли вообще никак не отреагировал на эту новость. На самом же деле тот ожидал письма со школы чародейств, но не скажешь ведь подобное семье. что отрицает все магическое, и вообще ненавидит всю эту тему. - Просто не верится , что это - наш Дадличек ..Такой взрослый, такой красивый... В очередной раз сквозь слезы пролепетала тетя Петунья. Двойняшки Поттеры на этот счет лишь молча стояли. Один из них устало закатывал глаза, когда второй пытался сдерживать хохот, он так покраснел...что казалось что вот-вот и он разорвётся на лоскуты. На следующее утро в доме стояла вонь от краски. Кажется тетушка хотела убить своей химозной смесью грязных комков старой одежды и краски. - Что это? - сказал брюнет оказавшийся за спиной своей тетки. - Твоя форма , - ответила она поджав губы. - Ой . Не знал что она должна быть мокрой, - еще раз взглянув на смесь , сказал он. - Не идиотничай, - разозлилась тетя Петуния. Пыхтя , она с усилием перемешивала всю эту бурду. Гарри сомневался что из крашенных вещей Дадли выйдет что то годное. В то же время в кухню вошли трое, и от неприятного запаха они одновременно сморщили носы. Хэйли скосив глаза на таз с тканью, задал тот же вопрос что и Гарри. Это действие вывело женщину в тихую ярость. Тогда он так и не получил ответа, который когда то знал точно. Дядя Вернон по обыкновению уселся читать газету, а Дадли грохнул палкой, которую ему недавно купили для полной атрибутики школы, по столу. От входной двери донесся шум : это почтальон сунул почту в прорезь, и на коврик упали конверты. - Принеси почту Дадли - велел дядя Вернон из-за газеты. - Пусть Гарри принесет. - Принеси почту Гарри. - Пусть Хэйли принесет. - Боже, достали, я не хочу. Заворчал последний. - Иди за почтой Гарри, повторил ехидно Дадли. - Мне тоже не охо-.. - не успел договорить Гарри как его чуть не тыкнули палкой, от которой он благополучно увернулся. - Ладно-ладно, схожу, закатил глаза он. Поттер-старший отправился в сторону входной двери, поднял конверты, и застыл. Ему прислали письмо. В желтоватом конверте с причудливой сургучной печатью и надписью. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте. Гарри простоял с письмом слишком долго, что стало его ошибкой. Вернон Дурсль заметил его заминку, а Дадли тем временем уже привстал чтобы направиться в сторону Гарри. Но Хэйли оказался быстрее. Прошмыгнув через дверной проем, он выхватил стопочку писем из рук брюнета, быстро их просмотрев, сунул одно из них под рубашку, а остальные понес в кухню. — Дядя Вернон, держите. Послышалось в кухне. , — Гарри такой дурак, засмотрелся на открытку тетушки Мардж. Как будто никогда их не видел, хотя признаю она прелестна. Гарри вспыхнул. Что несет его брат?! Повернулся в сторону кухни и наткнулся на озлобленный взгляд Хэйли. Это еще что значит?!! Он зыкнул на письмо в его руках и проделал странные пассы руками. Мол закрой, или убери, или.. — Мальчишка! Чего ты там застрял? — заворчал дядя Вернон. — Пап, у Гарри письмо!, — воскликнул Дадли. Лицо Хэйли перекосило, а до Гарри вдруг дошло, что пытался донести до него брат. Спрятать письмо, он хотел чтобы Гарри спрятал загадочное письмо. В тот же момент объект обсуждений был выдернут из рук Поттера Дурслем. Не младшим. Старшим. Гарри мог только вытаращиться на дядю , который уже сейчас выглядел жалкой пародией огнедышащего дракона. Его ноздри злобно вздымались. А руки слабо подрагивали. — Петунья! Они нас нашли... Глухо выпавший из рук половник и молчание, стали ответом тети. Тетя и дядя смотрели друг на друга, кажется, позабыв о том, что на кухне находятся Гарри, Дадли и Хэйли. Правда, абстрагироваться на долго им не удалось, потому что Дадли не выносил, когда на него не обращали внимания. Он сильно стукнул отца по голове своей узловатой палкой. —Я хочу прочитать письмо!—громко заявил Дадли. — Это я хочу прочитать письмо, — возмущенно возразил Гарри. — Это мое письмо. — Пошли прочь, вы трое, — прокаркал дядя Вернон, запихивая письмо обратно в конверт. Гарри не двинулся с места. — ОТДАЙТЕ МНЕ МОЕ ПИСЬМО! - прокричал он. — Дайте мне его посмотреть! — заорал Дадли. Хэйли к своему благу успел выскочить сам. Ведь через секунду.. — ВОН! — взревел дядя Верной и, схватив за шиворот сначала Дадли, а потом Гарри, выволок их в коридор и захлопнул за ним дверь кухни. Гарри и Дадли тут же устроили яростную, но молчаливую драку за место у замочной скважины — выиграл Дадли, и Гарри, не замечая, что очки повисли на одной дужке, улегся на пол, прикладывая ухо к узенькой полоске свободного пространства между полом и дверью. — Вернон, — произнесла тетя Петунья дрожащим голосом. — Вернон, посмотри на адрес, как они могли узнать, где он спит? Ты не думаешь, что они следят за домом? — Следят... даже шпионят... а может быть, даже ходят за нами по пятам, — пробормотал дядя Верной, который, кажется, был на грани помешательства. — Что нам делать, Вернон? Может быть, следует им ответить? Написать, что мы не хотим... Гарри видел, как блестящие туфли дяди Вернона ходят по кухне взад и вперед. — Нет, — наконец ответил дядя Вернон. — Нет, мы просто проигнорируем это письмо. Если они не получат ответ... Да, это лучший выход из положения... Мы просто ничего не будем предпринимать... — Но... — Мне не нужны в доме такие типы, как они, ты поняла, Петунья?! Когда мы взяли его, разве мы не поклялись, что искореним всю эту опасную чепуху?!

***

В тот вечер, вернувшись с работы, дядя Верной совершил нечто такое, чего раньше никогда не делал, — он пришел к Гарри в чулан. — Где мое письмо? — спросил Гарри, как только дядя Вернон протиснулся в дверь. — Кто мне его написал? — Никто. Оно было адресовано тебе по ошибке, — коротко пояснил дядя Вернон. — Я его сжег. —Не было никаких ошибок,—горячо возразил Гарри. — Там даже было написано, что я живу в чулане. —ТИХО ТЫ! — проревел дядя Вернон, и от его крика с потолка упало несколько пауков. Дядя Вернон сделал несколько глубоких вдохов, а затем попытался улыбнуться, однако это далось ему с трудом, и улыбка получилась достаточно болезненной. — Э-э-э... кстати, Гарри, насчет этого чулана. Твоя тетя и я тут подумали... Ты слишком вырос, чтобы и дальше жить здесь... Мы подумали, будет лучше, если ты переберешься в комнату Хэйли. — Зачем? — спросил Гарри. — Не задавай вопросов! — рявкнул дядя Вернон. — Собирай свое барахло и тащи его наверх, немедленно! В доме Дурслей было четыре — одна для дяди Вернона и тети Петуньи, одна для гостей (обычно в роли гостьи выступала сестра дяди Вернона Мардж), одна, где спал Дадли, и еще одна, в которой поживал его брат близнец. Гарри же хватило всего одного похода наверх, чтобы перенести все свои вещи из чулана. И теперь он сидел на кровати и осматривался. Братец еще не вернулся с прогулки. Он постоянно пропадал то тут , то там. В комнате было достаточно чисто и уютно. Две кровати, столик и пару полок уставленных книгами. Неплохо. Дверь скрипнула и показалась рыжая голова. Удивленный взгляд, но ничего более. Ничего не сказав , Хэйли прошел внутрь и плюхнулся на свою кровать , отвернувшись к стене. - Не делай глупостей. Не раздражай их - послышалось с его стороны. - Хаа?! С чего ты.. Хотя стой . У тебя же есть такое же письмо! Что там написано? - Что-то ты стал разговорчив, или мне показалось? До этого ты держал бойкот, а тут на те, появилось что-то нужное тебе и ты наконец заговорил со мной? Блеск изумрудных глаз , поджатые губы и рассерженное лицо копии. Неужто..? - Я не хочу делиться с тобой, это письмо адресовано мне. А ты уж , будь добр , слови свое сам. Да не попадись. Я не хочу неприятностей. И вновь отвернулся. У Гарри задергался глаз, вот же балда. Он от него ничего не получит. Как он мог забыть, что он водится с Дадли.

***

Охота за письмами продолжалась еще около трех дней. Довольно бесполезно, учитывая что Дурсли крепко взялись за обезвреживание почты. Хэйли с интересом наблюдал за тем как старший брат пытается заполучить хотя бы одно. Что то в нем подмывало не помогать ему, как планировалось им изначально. Словно на ухо нашептывали , "пусть справится сам, он ведь избранный", или "он тебя игнорирует, так почему ты ему что то должен?". Навязчивые мысли были неприятны, но подавляемы. Поэтому спустя время, когда Гарри обратился к нему о содержимом письма, он довольно грубо обрубил его просьбу. Он никому ничего не должен.

***

В воскресенье утром дядя Вернон выглядел утомленным и немного больным, но зато счастливым. — По воскресеньям — никакой почты, — громко заявил он с довольной улыбкой, намазывая джемом свою газету. - Сегодня - никаких чертовых писем... Он не успел договорить, как что-то засвистело в дымоходе и ударило дядю Вернона по затылку. В следующую секунду из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем. Дурсли инстинктивно пригнулись, и письма просвистели у них над головами, а Гарри подпрыгнул, пытаясь ухватить хотя бы одно из них. Хэйли присвистнул. — Вон! ВОН! — Дядя Верной поймал Гарри в воздухе, потащил к двери и вышвырнул в коридор. Затем из комнаты выбежали тетя Петунья и Дадли с Хэйли, закрывая руками лица, за ними выскочил дядя Верной, захлопнув за собой дверь. Слышно было, как в комнату продолжают падать письма, они стучали по полу и стенам, отлетая от них рикошетом. — Ну все, — значимо и весомо произнес дядя Вернон. Он старался говорить спокойно, хотя на самом деле нервно выщипывал из усов целые пучки волос. — Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений! Он выглядел таким разъяренным и опасным, особенно после того, как выдрал себе пол-уса, что возражать никто не осмелился. Десять минут спустя дядя Верной, взломав забитую ранее досками дверь, вывел всех к машине, и автомобиль рванул в сторону скоростного шоссе. На заднем сиденье обиженно сопел Дадли — отец отвесил ему затрещину за то, что он слишком долго возился. А Дадли всего лишь пытался втиснуть в свою спортивную сумку телевизор, видеомагнитофон и компьютер. Они ехали. Ехали все дальше и дальше. Даже тетя Петунья не решалась спросить, куда они направляются. Несколько раз дядя Верной делал крутой вираж, и какое-то время машина двигалась в обратном направлении. А потом снова следовал резкий разворот. — Сбить их со следа... сбить их со следа, — всякий раз бормотал дядя Вернон. Они ехали целый день, не сделав ни единой остановки для того, чтобы хоть что-нибудь перекусить. Когда стемнело, Дадли начал скулить. У него в жизни не было такого плохого дня. Он был голоден, он пропустил пять телевизионных программ, которые собирался посмотреть, и он никогда еще не делал таких долгих перерывов между компьютерными сражениями с пришельцами и чудовищами. Наконец дядя Вернон притормозил у мрачной гостиницы на окраине большого города. Братьям выделили одну комнату на троих — в ней были две двуспальные кровати, застеленные влажными, пахнущими плесенью простынями. Дадли тут же захрапел, а Гарри сидел на подоконнике, глядя вниз на огни проезжающих мимо машин и думая, гадая, мечтая... Хэйли стоял рядышком молча, но было заметно что ему тоже далось тяжело это путешествие. На завтрак им подали заплесневелые кукурузные хлопья и кусочки поджаренного хлеба с кислыми консервированными помидорами. Но не успели они съесть этот нехитрый завтрак, как к столу подошла хозяйка гостиницы. — Я извиняюсь, но нет ли среди вас мистеров Г. и Х. Поттеров? Тут для них письма принесли, целую сотню. Они там у меня, у стойки портье. Она протянула им конверт, на котором зелеными чернилами было написано: «Мистеру Г. Поттеру, город Коукворт, гостиница «У железной дороги», комната 11». Хэйли выгнул бровь . Ему тоже слали еще письма? Это из за того что он не ответил на первое? Гарри тем временем попытался схватить письмо, но дядя Вернон ударил его по руке. Хозяйка гостиницы застыла, ничего не понимая. —Я их заберу, — сказал дядя Вернон, быстро вставая из-за стола и удаляясь вслед за хозяйкой.

***

— Дорогой, не лучше ли нам будет вернуться? — робко поинтересовалась тетя Петунья спустя несколько часов, но дядя Вернон, похоже, ее не слышал. Никто не знал, куда именно они едут. Дядя Вернон завез их в чащу леса, вылез из машины, огляделся, потряс головой, сел обратно, и они снова двинулись в путь. То же самое случилось посреди распаханного поля, на подвесном мосту и на верхнем этаже многоярусной автомобильной парковки. — Папа сошел с ума, да, мам? — грустно спросил Дадли после того, как днем дядя Верной оставил автомобиль на побережье, запер их в машине, а сам куда-то исчез. Начался дождь. Огромные капли стучали по крыше машины. Дадли шмыгнул носом. — Сегодня понедельник, — запричитал он. — Сегодня вечером показывают шоу великого Умберто. Я хочу, чтобы мы остановились где-нибудь, где есть телевизор. «Значит, сегодня понедельник», — подумал про себя Хэйли, вспоминая кое о чем. Если сегодня был понедельник—а в этом Дадли можно было доверять, он всегда знал, какой сегодня день, благодаря телевизионной программе, — значит, завтра, во вторник, Поттерам исполнится одиннадцать лет. Не сказать что они всегда проходили также бомбезно как дни рождения Дадли. Но тем не менее 11 лет исполнялось не каждый день. Дядя Верной вернулся к машине, по лицу его блуждала непонятная улыбка. В руках он держал длинный сверток, и когда тетя Петунья спросила, что это он там купил, он ничего не ответил. — Я нашел превосходное место! — объявил дядя Вернон. — Пошли! Все вон из машины! На улице было очень холодно. Дядя Вернон указал пальцем на огромную скалу посреди моря. На вершине скалы приютилась самая убогая хижина, какую только можно было представить. Понятно, что ни о каком телевизоре не могло быть и речи. — Сегодня вечером обещают шторм! — радостно сообщил дядя Вернон, хлопнув в ладоши.—А этот, джентльмен любезно согласился одолжить нам свою! лодку. Дядя Вернон кивнул на семенящего к ним беззубого старика, который злорадно ухмылялся, показывая на старую лодку, прыгающую на серых, отливающих сталью волнах. — Я уже запасся кое-какой провизией, — произнес дядя Вернон. — Так что теперь — все на борт! В лодке было еще холоднее, чем на берегу. Ледяные брызги и капли дождя забирались за шиворот, а арктический ветер хлестал в лицо. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем они доплыли до скалы, а там дядя Вернон, поскальзываясь на камнях и с трудом удерживая равновесие, повел их к покосившемуся домику. Внутри был настоящий кошмар — сильно пахло морскими водорослями, сквозь дыры в деревянных стенах внутрь с воем врывался ветер, а камин был отсыревшим и пустым. Вдобавок ко всему в домике было лишь две комнаты. Приобретенная дядей Верноном провизия поразила всех — пять пакетиков чипсов и столько же бананов. После еды — если это можно было назвать едой — дядя Вернон попытался разжечь огонь с помощью пакетиков из-под чипсов, но те не желали загораться и просто съежились, заполнив комнату едким дымом. — Надо было забрать из гостиницы все эти письма — вот бы они сейчас пригодились, — весело заметил дядя Вернон. Дядя пребывал в очень хорошем настроении. Очевидно, он решил, что из-за шторма до них никто не доберется, так что писем больше не будет. Гарри в глубине души был с ним согласен, хотя его эта мысль совершенно не радовала. Как только стемнело, начался обещанный шторм. Брызги высоких волн стучали в стены домика, а усиливающийся ветер неистово ломился в грязные окна. Тетя Петунья нашла в углу одной из комнат покрытые плесенью одеяла и устроила Дадли постель на изъеденной молью софе, Хэйли примостился рядышком с ним. Они с дядей Верноном ушли во вторую комнату, где стояла огромная продавленная кровать, а Гарри пришлось улечься на пол, накрывшись самым тонким и самым рваным одеялом. Ураган крепчал и становился все яростнее, а Гарри не мог заснуть. Он поеживался от холода и переворачивался с боку на бок, стараясь устроиться поудобнее, а в животе у него урчало от голода. Дадли захрапел, но его храп заглушали низкие раскаты грома: началась гроза. У Дадли были часы со светящимся циферблатом, и когда его жирная рука выскользнула из-под одеяла и повисла над полом, Гарри увидел, что через десять минут ему и Хэйли исполнится одиннадцать лет. Он лежал и смотрел, как бегает по кругу секундная стрелка, приближая их день рождения, и спрашивал себя, вспомнят ли Дурсли об этой дате. Но еще больше его интересовало, где сейчас был тот, кто посылал ему письма До начала следующего дня оставалось пять минут. Гарри отчетливо услышал, как снаружи что-то заскрипело. Ему хотелось верить, что крыша домика выдержит атаку дождя и ветра и не провалится внутрь, хотя, возможно, так стало бы теплее — все равно хуже, чем сейчас, быть уже не могло. Часы Дадли показывали без четырех двенадцать. Гарри подумал, что, когда они вернутся на Тисовую улицу, вполне возможно, в доме будет столько писем, что ему удастся стащить хотя бы одно. Без трех двенадцать. Снаружи раздался непонятный звук, словно море громко хлестнуло по скале. А еще через минуту до Гарри донесся громкий треск — наверное, это упал в море большой камень. Высунулась голова Хэйли. Он потирал глаза. Еще одна минута, и наступит день их рождения. Тридцать секунд... двадцать... десять... девять... Может, имеет смысл разбудить Дадли, просто для того что-бы его позлить? Три секунды... две... одна... БУМ! Хижина задрожала, Гарри резко сел на полу, а Хэйли выпрямился на софе. Оба глядели на дверь. За ней кто-то стоял и громко стучал, требуя, чтобы его впустили. Но кто?