Часть 3. Вторая встреча. Экспедиция II.

      Настроение Рольфа, после их экспедиции с родителями, казалось смешанным. Уставшие глаза, немного подрагивающие руки и улыбка, которую трудно назвать искренней. Обнаружить магических существ оказалось сложнее, нежели представлялось на первый взгляд. Следы тянулись вдоль всего города, но двух диринар удалось поймать, а ещё трех, к сожалению, упустить. Тем не менее, отец уверял Рольфа в том, что это займет пару-тройку дней, не более. Парня, конечно, расстраивало не время, а его собственные способности. У Тесеуса выходило всё легче, нежели у бывшего ученика школы Чародейства и Волшебства, который только начинал свой путь в магозоологии.       Несмотря на свою усталость, он все же наколдовал для сестры ванну, позволив ей спокойно помыться, пока ужинал у родителей в палатке. Вернулся меньше, чем через час, неся в одной руке бумажный мешочек. Сидящая с полотенцем на голове Элен тут же оторвала взгляд от одного из сборников своего деда.       — Это что? — с подозрением осведомилась девушка, принимая подарок.       — Мы с мамой решили, что тебе понравятся сушеные фрукты, покрытые сахаром и шоколадом. Попробуй.       Отказаться не посмела, отправив в рот маленькую апельсиновую дольку. Действительно, очень вкусно. Пока она дочитывала один из разделов, бумажный пакет опустел наполовину, а брат успел подготовиться ко сну, опускаясь на кровать и блаженно выдыхая. Сейчас, прежде — жесткий матрас, казался ему самым удобным местом для сна.       — Как ты проводила свой день? — улыбнулся Скамандер, повернувшись на бок и заметив на лице замешательство, — Вэйланд сказал, что ты предпочла магозоологам — драконью зону. И как? Интересно?       Поведя плечами, Элен отложила лакомство в сторону, отряхнув руки и прикрывая книгу.       — Более чем, — подобрать нужные слова не получались, но день выдался удивительным, — Чарли Уизли помог мне освоиться.       — Это Вэйланд тоже сказал, — начал Рольф, словно уже что-то знал.       — Тогда к чему вопросы, если он уже всё рассказал?       — Он просто сказал, что мистер Уизли, в буквальном смысле, вырвал тебя из заботливых рук Питера и увел, чуть ли не силой.       — Ты же понимаешь, что это бред!       — Конечно, понимаю. Тебя, Мерлина ради, с места не сдвинешь, если ты не захочешь, — по палатке разнесся его смех, — И всё же… Элен, история спустя много лет повторилась?       Вздохнув и тихонько простонав, Скамандер улеглась на кровать, чуть потрепав себя по влажным волосам.       — Он меня вспомнил, — коротко пояснила девушка, накручивая прядь на палец, — Познакомил с маленькими драконами, которых они спасли. Показал, как за ними ухаживать. Ты ведь знаешь, что наступили темные времена и магических существ хотят использовать с целью порабощения власти.       — Это для меня не ново. Помнишь, ещё дед говорил, что самое страшное существо — это человек, его ничего не остановит в бешеной погоне за властью.       — Да, вот я и подумала, что… — она внезапно поджала губы, зажмурившись.       — Что, Элен? Почему замолчала? — насторожился Рольф, привстав, — Ты можешь мне доверять.       Повернувшись на бок, волшебница увидела преданные глаза собственного брата. Беспокойство скользило по каждой клеточке его лица, как и желание помочь. От чего-то ей стало стыдно, словно она предает кого-то.       — Я бы хотела связать свою жизнь с драконологией, — без лирических отступлений, призналась гриффиндорка, — Мне это больше по душе. Разумеется, принимать какие-то решения ещё рано, но я чувствую, что должна попробовать.       Губы Рольфа вытянулись в немом «о», а сам он сел на постели, почесывая макушку. Внезапное признание стало настоящей откровенностью. От чего-то он считал, что его сестра посвятит свою жизнь чему-то иному, нежели дело семьи, а уж подобное ответвление — большая новость. Но решение, принятое за один день, не всегда верное. На третьем курсе он мечтал создавать котлы, на четвертом — изготавливать руны, на пятом — заниматься астрономией, на шестом — травологией. Только к седьмому курсу Рольф определился, что хочет пойти по стопам деда и отца. А Элен всего шестнадцать, многое может поменяться за пару лет.       — Элен, это твоё право. Сама знаешь, я полностью тебя поддерживаю, как и поддержал бы отец, но советую тебе не торопиться. Подумай, посмотри ещё, попробуй.       — Ты сомневаешься?       — Во имя Мерлина, конечно, нет. В тебе мне никогда не приходилось сомневаться, — пересев на кровать сестры, он медленно лег рядом, приобнимая её за плечи и говоря уже тише, — Но это опасно. Это очень опасно. Я не знаю того магического существа, которое было бы опаснее дракона, а ведь ты — девушка, достаточно хрупкая.       — И упрямая, — усмехнулась Элен, смотря на Рольфа, — Но твоя поддержка мне важна.       — Я рядом. Сама же знаешь, — вновь погладив её по плечу, Рольф продолжил рассуждать о мире драконологов, опасности и приключениях, даже обмолвился о Чарли Уизли, который казался ему крайне суровым, но Скамандер только посмеялась — он ей таким не казался. Даже наоборот, Чарли был простым, легким в общении. Это была только вторая встреча, а ей казалось, словно она знает его много лет, хотя фактов о его жизни не имела никаких.       С ним просто было легко оставаться собой, не бояться в чём-то ошибаться, рассуждать и спрашивать. Драконолог был открыт, честен и прямолинеен. Таких людей редко встретишь, но ей довелось.       Была ли она очарована им? Более чем. Для юной девушки подобное общение всегда становилось центром восприятия, но пока она балансировала на тонкой грани своего рассудка. Что-то внутри неё вторило о подвохе. Не могло же всё быть настолько идеально, ведь так не бывает. Хотя в ту ночь ей хотелось думать только о хорошем, не нагружая себя сомнениями и плохими мыслями.

***

      Последующие два дня начинались с семейного завтрака в палатке родителей, там она могла побаловать себя не только кашей, но и булочками, которые отец купил на одной из маггловских улочек. Несмотря на их загруженность работой, Генриетта и Тесеус интересовались самочувствием дочери, её успехами и планами, а сама Элен наслаждалась обществом Чарли Уизли, который учил её правильно готовить корм для молодых драконов, поясняя, что сейчас их желудки не смогут переваривать тяжелое мясо. Как правило, он бросал в чан курицу или бедра индейки, немного проваривал их, тщательно остужал и только потом давал малышам. Так же, в больших количествах, они нарезали морковь, листья капусты и какие-то корешки, подкармливая малышей между приемами пищи.       Фрэнк в это время занимался документами по транспортировке драконов, путь до заповедника неблизкий, нужно было позаботиться о качественном портале, ведь помимо вылупившихся малышей, оставались ещё яйца, которым нужен особы температурный режим.       На четвертый день пребывания в лагере, Элен уже самостоятельно отправилась в драконью зону, застав Чарли за непривычным занятием: сидя на траве и опираясь о вольер, он упаковывал в конверты несколько писем, заботливо оставляя на них печать из сургуча. Маленькое изображение напоминало драконий клык или рог, трудно было различить на расстоянии.       — Тебя тоже нагрузили отчетами? — улыбнулась девушка, спокойно протягивая к подбежавшим драконам руку и поглаживая их по макушкам.       — Письма близким, — он на мгновение поднял взгляд, уголки рта Чарли дрогнули, — Находясь вдали от них, хочется, чтобы родители не волновались, как и друзья.       Собрав небольшую стопку, он перевязал их толстой нитью, поднимаясь на ноги. Окинув взглядом Элен с головы до ног, драконолог довольно усмехнулся, кивнув в сторону бытовки.       — Кофе?       — Не откажусь, — даже не раздумывая, согласилась Элен, следуя с молодым человеком через всю драконью зону, — Отец сказал, что мы вернемся домой через пару дней.       Замедлив шаг, Чарли поравнялся с волшебницей, но взгляд его был сосредоточен точно не на ней. Безусловно, он слушал её, но при этом оказался глубоко задумчив чем-то своим, что, непременно, его волновало.       — Кстати, вот, — между двух пальцев Скамандер был зажат прямоугольный листочек с чернильной надписью, — Это мой адрес, если вдруг захочешь ещё пообщаться, — послушно забрав его у девушки, Чарли спрятал листок в карман, — Я не настаиваю, просто неизвестно, увидимся ли мы ещё и…       — Спасибо.       Остановившись около бытовки, Уизли легким взмахом поставил разогреваться турку. Не долго думая, волшебница опустилась на тканевый стул, следя за действиями драконолога. В воздухе витал запах свежего кофе и влажной древесины. День был ветреный, а по небу ходили плотные облака, хотя дождя никто не предсказывал.       — Не становись драконологом, — внезапно произнес он, разливая горячий напиток по кружкам.       Опешив от внезапности его слов, Элен приподняла брови, словно требуя объяснений (хотя требовать что-то — не имела право).       — Ты не читаешь газет?       — Если честно, как-то времени не было, — радости в голосе девушки поубавилось, а горячий напиток уже не лез в горло. Чарли изменился буквально на глазах. От улыбки осталась лишь тень, поэтому лицо казалось осунувшимся.       Он зашел в бытовку на короткое мгновение, чем-то погремел изнутри, а потом вручил Скамандер свежий выпуск «Ежедневного пророка», сев напротив и сразу же отпивая половину кружки кофе. Складывалось впечатление, что он бы не отказался от чего-то покрепче, но предпочел запить это желание наваристым черным напитком.       Шурша желтоватыми страницами, Элен развернула главную страницу, быстро пробегаясь по новостям и сосредотачивая свой взгляд на той, что скромно покоилась в нижнем правом углу и имела четкую колдографию взлетающих вверх драконов и падающих на землю, словно подстреленные утки. Их было несколько десятков.

«Нападение на Норвежский драконий заповедник»

      С невероятной скоростью Элен развернула газету, пытаясь отыскать среди множества информации именно ту, что привлекла её внимание. Интервью, суды, очередные сплетни от Риты Скитер. Обилие строчек проносились перед её глазами подобно водовороту, пока она не наткнулась на ту, что повергла её в глубокий шок. »…очевидцы говорят о том, что видели людей в черных мантиях. Нам довелось пообщаться с Анитой Онис, которая пережила это нападение, чудом оставшись живой.       — Мисс Онис, скажите, как это произошло? — на маленькой колдографии была изображена темноволосая и кудрявая волшебница в рабочей форме драконолога. На вид ей было около двадцати лет, но в глазах стояла тревога, смешанная со сдерживаемой злостью.       — Хотелось бы задать этот вопрос Министру Магии, — говорит девушка, не пропуская репортеров внутрь заповедника, — Нападавшие пришли вечером, когда мы с коллегами отправились отдыхать, после последнего обхода.       — Их было много?       — Я не смогла разглядеть. Ночью очень сильно ревели драконы. Это продолжалось несколько часов, пока внезапно не стало тихо. Я не могу сказать точно, сколько прошло времени, мне казалось, что не больше нескольких минут. А потом раздался невероятный грохот. Барьер заповедника начал падать, некоторые животные, будто с ума походили, ломали ограждения, не сдерживали своё пламя. Мы недосчитались трех драконов, а мистер Скотт сейчас находится в лечебнице, он едва ли увернулся от смертельного заклятия.       — Как вы уцелели?       — Я выбежала из своего дома, чтобы убедиться в безопасности Нирры, она только недавно отложила яйца и не могла улететь. Нас накрыло рухнувшим барьером и множеством деревьев. К счастью, она осталась цела…»       Читать это было невозможно, видя кадры за спиной у этой девушки: поваленные деревья, разрушенная линия домов драконологов и драконы, которых пытались успокоить и перевести в более безопасное место. Все говорили о надвигающейся опасности, но никто не принимал мер, чтобы это предотвратить.       Не успела Элен что-то сказать Чарли, как к ним подбежал Фрэнк, запыхавшись вторя, что в лагерь прибыли журналисты. Вэйланд требует, чтобы Уизли непременно перед ними отчитался. Хотя, что мог сказать Чарли и как прокомментировать случившееся, находясь здесь.       — Собирай зону, Фрэнк. Мы должны вернуться в Румынию сегодня же. И отправь, пожалуйста, эти письма в Лондон. Кроме того, которое для Аниты, — сказал он своему другу, направляясь обратно, в ту сторону, откуда пришел его товарищ. Ноги Элен сами понесли её следом за Чарли, всем телом ощущая его жар и злость, казалось, что он и сам сейчас начнет плеваться пламенем, как дракон.       В лагере уже была шумиха, магозоологи недовольно отталкивали от себя журналистов, а Вэйланд, с пресловутой грацией, пытался что-то спокойно объяснить, а потом, завидев драконолога, кивнул в его сторону.       Уизли остановился настолько быстро, что Скамандер влетела своим лицом ему между лопаток, ухватившись за рубашку парня, чтобы удержать равновесие. Любопытные журналисты обступили его со всех сторон, задавая десяток вопросов одновременно. Яркие вспышки от колдографа были ощутимы даже для волшебницы, старающейся стоять позади, скрываясь от любопытства прибывших людей.       — Мистер Вэйланд убежден, что вы сможете объяснить случившееся, да, мистер Уизли? — мужчина с зализанными волосами выступил вперед, быстро что-то записывая в своем блокноте.       — Не думаю, что я тот человек, который может объяснять подобное, — холодным голосом произнес Чарли, невольно тронув пальцы Элен, которая сразу же одернула руку, — Безопасность заповедников — это прямая работа не только драконологов, но и Министерства Магии.       — Министр сообщил, — не унимался журналист, переводя взгляд с Чарли на Элен, мысленно прикидывая, чем разнообразить эту сенсацию, — Что отправит драконоборцев, чтобы обезопасить мирное население.       — Обезопасить? От кого? — накалялся Чарли, желая быстрее скрыться отсюда, — Надо было обезопасить заповедник. А сейчас, когда нападение стало явным, он решил, что виноваты драконы и их нужно уничтожить? Верх милосердия!       — Так считает множество волшебников. Животные, сбежавшие из заповедника, должны быть… — он кашлянул, собираясь подобрать нужное слово, — Обезврежены. Пострадают невинные люди. Что вы думаете об этом?       — Думаю, что ещё одно ваше слово и я затолкаю это перо в вашу тощую задницу, сэр! — рявкнул Чарли, хватая Скамандер за локоть и пытаясь увести её куда-то в сторону, — Давай же, Элен!       На деле всё оказалось труднее, чем предполагал волшебник. Люди не давали им пройти и десяти дюймов, преграждая путь собственными телами и сотней вопросов.       — Как поведут себя драконологи?       — Как думаете, нападавших поймают?       — Кем вам приходится Анита Онис?       — Говорят, она будет искать поддержку у Заповедника в Румынии?       — Это внучка Ньюта Скамандера?       — Что бы сказал ваш дед, мисс?       И они продолжали раз за разом доводить волшебников этими вопросами, пока Чарли не оттолкнул двух магов в стороны, схватив Элен за руку и переходя на бег. Куда они двигались — не понимал никто, только бы подальше от глупых вопросов, не несущих какой-то смысл. Это стало прекрасной возможностью Вэйланда, чтобы перевести всё внимание на себя. Можно сказать, практически героизм. Всем видом он показывал, что спасает Чарли от вопросов.       Волшебники уже давно покинули территорию, скрываясь в полумиле от магозоологов и лагеря. Остановившись около каких-то южных деревьев с засохшими листьями, Чарли всё-таки отпустил девушку, переводя дыхание. Элен облокотилась о ствол растения, вытирая со лба пот и не понимая, почему все так накинулись на Чарли, если он являлся обычным драконологом. Таких десятки по всей стране.       Отдышавшись, Скамандер всё-таки осмелилась спросить:       — Почему они так на тебя набросились, Чарли? — опираясь рукой о ствол дерева, волшебница выпрямилась, — Анита Онис — драконолог, ведь так? О ней писали в газете.       — Потому что посчитали меня легкой жертвой, — вздохнул Уизли, пнув какой-то маленький камень ногой, — Наверное, думали, что она могла рассказать мне что-то ещё.       — Почему? — сорвалось с губ прежде, чем мозг успел проанализировать этот вопрос, — В том плане, а почему она должна была что-то сообщить тебе?       Молчание Чарли было многозначительным, он потер ладони о карманы, а потом сложил руки на груди, вновь выдыхая. Озарение, к счастью, пришло так же быстро, как и вопросы, которые она задавала драконологу. Это же было так очевидно!       Какой-то назойливый червячок царапнул девушку изнутри, вынуждая прикусить губу только лишь для того, чтобы её лицо немного расслабилось, а мысли не были столь явными, накручивая её лишь больше.       Чарли — взрослый и успешный драконолог, приятный собеседник и друг, незаменимый помощник тем, кто в нём нуждается. Такой человек никогда бы не остался без внимания женского пола, как бы он не убеждал всех в обратном, повторяя, что драконы — это его страсть и любовь. Сразу стало понятно то, почему он сегодня писал письма, давал Элен прочитать статью в газете, потом просил Фрэнка не отправлять письмо Аните, а так же — вопросы журналистов.       Выдохнув воздух через чуть приоткрытые губы, Скамандер попыталась найти в себе силы, чтобы изобразить хотя бы подобие улыбки, произнося:       — Если я могу чем-то помочь, Чарли, только скажи.       Голос прозвучал тише, чем обычно, даже заметно дрогнул. Волшебник покачал головой, тут она ему точно ничем помочь не сможет.       — Пойдем обратно, — произнес он, неторопливо выходя на ту дорогу, по которой они бежали, — Знаешь, я просто не люблю журналистов.       — Заметила. Как и начальников, — она шла с ним наравне, сейчас они уже никуда не торопились, — Что планируешь делать дальше?       — Не знаю, — пожал плечами драконолог, тряхнув взлохмаченными волосами, — Вернемся в Румынию, подберем местечко для нашего пополнения, а потом отправлюсь в Норвегию. Там сейчас нужна помощь.       — Разумно, — коротко согласилась Элен, а потом внезапно добавила, — Знаешь, до конца каникул ещё месяц. Я тут подумала… Точнее, было бы неплохо… Эм… — все слова в голове звучали бредовее и бредовее, — Мой отец достаточно умный человек, как и мать, если бы я попросила… или ты… В общем, я бы с радостью отправилась с тобой и помогла.       Правая бровь волшебника приподнялась в немом удивление, а Элен покраснела, опустив взгляд. Он смотрел — она это чувствовала.       — Я благодарен тебе за поддержку и желание помочь, но…       И это вездесущие «но» — могло бы стать окончанием предложения. Скамандер понимала, что Уизли может на это ответить, но ничего не могла с собой сделать. Это ведь так просто — предложить, но как же трудно отказать, да так, чтобы не задеть человека, не сковырнуть её больную мозоль — младшего ребенка в семье носящей фамилию Скамандер.       — Ты ещё очень юна, — несмотря на медленный шаг, дыхание у Чарли сбивалось, — Сейчас тебе нужно отдохнуть и набраться сил к новому учебному году.       Настала очередь Элен замолчать. От его слов она почувствовала себя настоящим ребенком, которому пытаются объяснить обычную истину в стиле: «небо голубое, а солнце горячее». Чарли не относился к ней серьезно, как и большинство людей в этом лагере. Волшебница — всего лишь внучка известного магозоолога, ей даже нельзя пользоваться магией вне стен школы. Ей шестнадцать лет. Всего лишь шестнадцать лет. И хоть для неё этот возраст казался большим, но точно не для Чарли, которому в этом году исполнилось двадцать четыре года. Об этом Элен узнала от своего брата.       В лагерь они вернулись тихо, к счастью волшебников, журналистов уже не было. Многие магозоологи неторопливо колдовали над своими палатками, собираясь в дальнюю дорогу. Не все, но большинство. Равнодушных к случившемуся не осталось, в лагере ходили только те, кому теперь предстояло закончить работу на этой местности. Судя по тому, что в палатке родителей виднелся свет, они тоже вернулись.       Элен и Чарли неторопливо шли до дуге их лагеря, не пересекая границу, с которой можно трансгрессировать, и неумолимо предчувствовали предстоящее расставание. Несколько дней экспедиции, но Элен привыкла к драконологу, хотела узнать его лучше и тянулась к их встречам. Почему с ней это происходило — девушка не давала ответ. Вероятнее всего — боялась признаться самой себе, а Чарли… Его лицо было все таким же напряженным, но в глубине небесных глаз, там, где крылась любовь к волшебным существам, виднелось беспокойство и пустая грусть, которую было бы трудно чем-то закрыть.       Через щель между двумя палатками, драконолог увидел Фрэнка. Рядом с ним стоял зачарованный деревянный ящик с двумя ручками, за спиной большой портфель, а около ноги большая дорожная сумка. Те руины, которые служили укрытием драконей зоны — исчезли, как и их временное пристанище. Всучив папку с кипой пергаментов Вэйланду, Фрэнк обменялся с ним коротким рукопожатием и что-то сказал. Ник в ответ кивнул и направился в противоположную от него сторону.       Чарли остановился, как и Элен, закончив свой путь. Неторопливо обернувшись к девушке, драконолог нашел в себе силы, чтобы улыбнуться ей так же тепло, как и в первую встречу, когда Скамандер прибыла на эту миссию вместе с родителями.       — Нам пора.       — Быстро же вы собрались, — грустно усмехнулась Элен, кивнув в сторону второго драконолога.       — Бывает и быстрее, — признался Чарли, переступая с ноги на ногу.       Солнца на небе не было, а поднявшийся с песком ветер теребил его свободную рубашку и волосы, которые отливали огнем. Даже нет, не огнем, а настоящим драконьим пламенем.       — Пора отправляться, драконы ждать не любят, — повторил он, но так и не сдвинулся с места, продолжая стоять напротив.       Сглотнув тяжелый ком в горле, волшебница подняла свой взгляд на Уизли, чуть запрокинув голову. Какой же он высокий, по сравнению с ней. А ещё храбрый. Настоящий представитель львиного факультета, который может даже перед журналистами выразиться о Министре Магии в не лучшем свете.       — Надеюсь, ваш путь будет легким, — в носу стало щекотно, а искусанная губа начинала болеть, — Я очень рада, что мне довелось поработать с тобой, Чарли Уизли. Ты делаешь огромную работу, чтобы мир волшебных существ стал лучше.       По-доброму и тихо рассмеявшись, Чарли опустил свою ладонь на обнаженную часть её плеча, не скрытого под плотной майкой. Он не сводил с неё взгляда, несколько раз облизнул губы и наклонился, произнося так, что его слова надолго засели в её голове.       — Никогда не сомневайся в себе, Элена Скамандер. Ты не просто наследница своего рода, но удивительная молодая ведьма, благодаря которой этот мир, определенно, станет лучше, — он перевел взгляд с её глаз куда-то вниз, чуть опуская голову и снимая со своей груди коричневый шнурок, на котором висел драконий клык, — Его мне оставил мой первый дракон. Если быть точнее, его вынули из меня.       — Тебя ранил дракон?       — И не единожды, — отозвался Чарли, а Элен вспомнила о бесчисленном колличестве шрамов на его теле, — Этот негодник схватил меня за левое ребро. Я чудом успел выхватить палочку, но его молочный клык застрял во мне… Вот, оставил его на память, — и осторожно надел его через голову девушки, — Пусть он и для тебя станет приятной памятью.       — О тебе? — надежду в голосе не удалось скрыть.       — И обо мне тоже, — согласился Чарли, легко улыбаясь и оставляя быстрый, теплый поцелуй на её мягкой щеке. Отстранившись, Уизли выпрямился, двумя руками погладив её по плечам. Девушке даже показалось, что он не хочет уходить, но решительный вдох убедил Элен в обратном.       — Я надеюсь, что это, как и в прошлый раз, не последняя наша встреча, — осторожно убрав руки с плеч девушки, он отступил назад.       Коснувшись пальцами клыка, покоившегося на её груди, Элена улыбнулась. В уголках глаз начали скапливаться предательские слезы, но ни одна так и не упала на кожу волшебницы. Сжав губы и поддавшись сиюминутному порыву, волшебница шагнула вперед и обняла Чарли вокруг талии, уткнувшись носом в вырез на его рубашке и вдыхая теплый запах драконолога, напоминающий ей о крепком кофе, драконах и жаре его собственного тела.       Сцепив руки в замок на его пояснице, Скамандер зажмурилась, словно он сейчас оттолкнет её и это мгновение окажется настолько коротким, что сотрется из её девичьей памяти.       И вновь эта волшебная частица «но».       Но он не оттолкнул.       Положив широкие ладони её на лопатки, Чарли мягко поглаживал девушку по всей спине, чуть крепче вжимая в себя и давая возможность запомнить этот момент, насладиться им. Уловить ощущение его тепла, горячей кожи, дыхания и сердцебиения, которое стало чаще. Ей бы искренне хотелось подстроить свой ритм под его, но она предполагала, что собственное сердце бьется, как канарейка, не медленнее, чем у него.       — Приятель! — крикнул Фрэнк, завидев друга, — Поторапливайся!       По его шумному выдоху Элен почувствовала, что волшебник отстраняется, и не посмела больше его удерживать. Чарли выпрямился, обернувшись к другу:       — Иду, — отозвался он, чуть повысив голос, а потом вновь посмотрел на гриффиндорку, — Обещаю, что это не прощание, Элен. Я даю тебе слово, а это… — он провел пальцем по её ключицам, — Не даст забыть тебе о моём обещании.       Он вновь быстро наклонился и чмокнул её в уголок губ. Это была всего одна секунда, но Скамандер затаила дыхание, продолжая смотреть на его удаляющийся силуэт. Дойдя до другого драконолога, Чарли взял одну из ручек ящика, Фрэнк — другую, и так они направились подальше от лагеря, чтобы вернуться в Румынию.       Не сводя взгляда с горизонта и щурясь от солнца, волшебница продолжала смотреть, как драконологи удаляются за отведенную границу лагеря. Смотрела даже того, когда они трансгрессировали.       Правая рука продолжала сжимать драконий клык на своей шее. Всё тело было накалено, но явно не от солнца.       А внутренний голосок продолжал чеканить только одно: вот, что такое быть — в объятьях пламени дракона.