Часть 14. Моя станция

Запись с 00.00.01(Не знаю, какой тут сейчас год. У нас ноябрь) Мы с Александром(муж) устроились работать в Порок посменно. Никто ничего не заподозрил, пока. Запись с 00.00.04 Медсестры игнорируют намеки остановить эксперимент. Переходим к лаборантам. Запись с 00.02.07 Долго не могли переместиться. Была череда штормов, молнии блокировали связь. Аня пошла в первый класс. Запись с 01.03.02 Аня учится на пятерки, почти всегда. Мы с Алексом так рады за нее. Запись с 01.03.03 Сестра подменяет меня, пока я дома. Нас принимают за одну. Дженсон начинает подозревать. С ним не контактируем. Переходим к Аве. Запись с 01.04.00. Сестра считает, что дохлый номер. Мы пытаемся действовать сами в тихую. Запись с 05.06.01 Алекса держали в восточном крыле пять месяцев, мы с Аней называли это командировкой. Я работаю в западном, все еще пытаюсь взломать систему. Запись с 05.06.04 Я не могу. Я не могу этого сделать. Я не буду этого делать! Запись с 10.08.25 Сестра теперь живет вместо меня. Я работаю вместо сестры. Запись с 11.08.26 Наверное, так лучше. Анна справится. Запись с 54.61.89736(число сбилось, чтобы не раскрыли время моего ухода) Сестра-близнец подменила моей дочери мать, пока я вместе с Пороком разрабатывала формулу Лекарства. Формула нашлась. Настоящий отец все еще с ней. На пятнадцатилетие ей подарили книги, надеюсь, прочтет внимательно. Эти страницы — энциклопедия ей на следующие пару лет. Анна должна доставить Лекарство от смерти в… сюда. Туда, куда должна. Я сама не знаю, где она окажется и как долго сможет продержаться. Я вызвалась следить за новым субъектом, который «по ошибке» забросило не в тот Лабиринт. Я не знаю ее имени. Сейчас она субъект А24, Подкидыш. Мое решение было верным. Сегодня ночью я бегу. Не знаю куда, но надеюсь, что мы увидимся. Она повзрослела. А я и не видела.       Слезы ручьем катились с моих щек, пока я читала мамины записи. Не составило особого труда их найти: на М тут только одна фамилия, Митчелл.       Никакого «Мне жаль» или «Я скучаю», или «Мне стыдно за то, что я отправила собственную дочь на верную смерть в какую-то дыру, кишащую злыми людьми, смертоносными монстрами и вообще это гребаный апокалипсис». Не видела она, как я повзрослела, да ладно! Правда что-ли? Интересно, почему? Ты же не пропала на кучу лет из моей жизни, поставив на свое место какую-то сучку? Узнаешь, расскажешь. Когда встретимся, хорошо?       Надеюсь, никогда.       Я стукаю кулаком по столу, бумажки летят вверх. Удар, еще удар, снова и снова, пока костяшки не начинают кровоточить. Больно.       - Да какое право она вообще… - рычала я, зубами раскрывая пакетик с остатками Тс547, новыми и наверняка последними таблетками, которые мне удалось раздобыть. Мы пробыли здесь несколько недель, рана на плече почти срослась. А вот в голове ни царя, ни кого уже не и не будет, - Как она могл.. могла так… Черт тебя подери!       Тридцать две. Тридцать две таблетки осталось, а дальше не знаю, что буду делать. Либо окончательно сойду с ума, либо кто-нибудь меня прикончит уже наконец-то, либо…       … а вдруг в Жаровне наркоторговец найдется?       Вот там и поговорим!       А пока что я кладу белый круглешок на язык и жду, когда же дыхание придет в норму, сердце замедлит свой ритм, а в голове наступит тишина. И перестанет болеть.       Я забрала листки с собой, с абсолютно чистыми намерениями утопить их в толчке.       Честно говоря, в очередной раз шастая ночью по вентиляционным путям и открывая для себя все новые и новые комнаты, я и не думала, что наткнусь на мамины записи. Эта женщина та еще… эм, как бы это… в общем, тот еще фрукт. Ха, мда.       Высыпаться — это, конечно, дело не царское, не королевское. Нам бежать сегодня от этих грешных умников — поняли шутку, да? Ну грешные, порочные типа… Умники — ученые, ну… Ладно, не смешно? Идем дальше, - Пропуск у нас, осталось всего лишь то пробежать немыслимое количество охранников в слишком уж запутанных коридорах (может, это здание было черновым Лабиринтом? Мне кажется, у этих ребят проблемы с головой, а..?) ииииии выбраться наружу, где нас ожидает очень теплый прием.       Поняли? Теплый.       Жаровня. Шизы.       Ладно, перестаю.       А потом нам надо всего лишь то найти Правую Руку, вывернуться так, чтобы по дороге нас не сожрали/пристрелили/рояль на голову не свалился, ну и дойти до Тихой Гавани! Пфт, ерунда.       Каждое лето так делаю. На каникулах. Ммм, какие воспоминания… А сколько эмоций!       Ну а пока я тут разглагольствовала, вот уже и комната наших парней перед моим взором.       Ой, как стремно звучит.       Короче, пришла я, а тут никого. Пусто. Зато в соседней вентиляции столько трехэтажного мата звучит, можно подумать, что хор песни поет. Я ползу на звук.       - АА!       - Бл… ИИнчики со сгущенкой!       - Черт мне на голову!       - Кланкорожие, заткнитесь!       Встретились называется, квартет. Ну, точнее, ээ, сколько нас тут? Раз, два, три…       Еще раз. Один, два…       Сбиваюсь, блин. Со сметаной.       Ладно, едем дальше.       - Бри? - спросил Минхо, - все окей?       - Да, да, - отмахнулась я, случайно задев Уинстона в лицо, - все прекрасно. Просто… супер.       - Да она пьяная, - прошептал Фрайпан.       - Вау, Шерлок деградировал? - съязвила я, - и где ты тут алкоголь найдешь, умник? Я сомневаюсь, что Галли в подполье свой напиток варит.       Ребята странно на меня посмотрели, но время поджимало, так что наш паровозик заторопился на станцию «Выход».       Или «Жаровня».       «Ад»?       Пишите в комментариях свои названия станции. Моя, наверное, называется «ту-ту» с пальцем у виска.       *** [Billie Eilish – Bored]       Едем дальше.       Вот мы, вспотевшие, вымотанные, пробежавшие гребаный марафон, сейчас пытаемся отдышаться в том самом заброшенном торговике из фильма. Да-да, тот самый с чернобыльскими куклами и песочком и… что там еще.       А, ну да. Хряски. Спящие пока что.       - Не смей ничего трогать, - прошипела я, схватив Минхо за локоть. Не дай боже он включит стебанутую систему освещения, я ему вставлю лампочек.       - Да ладно, ладно, спокойно, - он поднял руки вверх как будто сдается.       - Да что это с тобой? - спросил Ньют, попытавшись взять меня за руку, которую я тут же отдергиваю.       - Со мной все в порядке, - процедила я сквозь зубы, и пошла искать запасную одежду в этих прогнивших дебрях.       - Погоди, я с тобой, - громко шепчет Тереза и бежит за мной.       Кстати говоря, ее мы тоже забрали.       Мы копошились в старой одежде, пытаясь найти что-нибудь не проеденное молью - или шизами.       - О, смотри-ка, - довольно говорю я, примеряя темно-синее худи, на котором еще виднелись остатки принта с Микки Маусом.       Тереза рассмеялась.       - Я тоже нашла, - говорит она, и мы переодеваемся из песочной одежды в свежую, если ее можно так назвать.       Еще мы нашли пару блокнотов, карандашей, бутылок для воды — без воды, собственно, и еще несколько полезных приколюх.       - Секатор? - спросила Тереза, указывая на громадные ножницы, которые я пыталась запихнуть в рюкзак.       - Ну да, - отвечаю я, - Пригодится, острая штуковина. Подправить прическу парочке хрясков, - продолжила я и демонстративно клацнула секатором.       - Ясно, - протянула она довольно недоверчиво.       И чего это они все взъелись?       - Бри, давай поговорим, - подошел ко мне Ньют через некоторое время.       - О, давай. Как дела? - спрашиваю я.       - Бри, - как будто предупреждает Ньют, и по его острому взгляду я понимаю, что меня поймали.       - Что? - играем дурочку, все по плану.       С первого дня.       - Что ты принимаешь? - вновь спрашивает он.       Я неловко смеюсь, скрещиваю руки на груди.       - Не понимаю, о чем ты, - говорю я, опираюсь на стену, которой там не было блять, и спотыкаюсь, с трудом находя равновесие.       Четко, очень четко, Бри.       - Вот об этом, - говорит Тереза, поднимая пакетик с таблетками. Моими.       - Эй! Дай сюда! - кричу я, пытаясь выхватить упаковку, которая тут же летит к Уинстону, тот передает ее Минхо, стоявшему дальше всех.       Мне преградили путь.       - А я думала, ты нормальная, - зашипела я Терезе в лицо.       Томас тут же встал перед ней, защищая.       Все глаза устремились на меня. Где-то читался вопрос, где-то - непонимание, осуждение.       - Парни, - начала я, - и Тереза. Слушайте. Я… могу все объяснить.       - Так объясни, - говорит Ньют, хмурясь сильнее, чем обычно.       В сердце что-то кольнуло, но я его проигнорировала. Глупое сердце.       Я тяжело вздохнула.       Было стыдно.       Жутко. Стыдно.       - Я… Это обезболивающее.       Минхо скептически посмотрел на меня.       - Ты говорила, что плечо не болит.       - Почти не болит, - поправляю я, а он поднимает вторую бровь, указывающую на двойную долю скептицизма, - Слушайте, я не могу перестать их принимать.       - Ты зависима? - спрашивает Томми.       - Да… То есть нет! Я, эм, - еще один глубокий вздох. Я попалась. Что ж, выкладываем все карты, - Да. Сначала я не хотела, но меня заставляли. А учитывая, что я знаю… - и замолкаю.       Ничего я не знаю. У меня же память забрали. Ага. Точно.       - Знаешь больше, чем мы, - заканчивает за меня Ньют, и мои глаза округляются, - у нас было время поговорить на эту тему.       - Я не могу вам рассказать, - опускаю голову я.       - Мы и не просим. Только если это не угрожает ничьей жизни, - добавляет он.       - Нет, - киваю я, - Наоборот, я пытаюсь помочь.       И тут все становится еще хуже. Они знают, что я врунья. И Ньют знает. И наверняка больше мне не доверяет.       Черт.       Глаза вдруг отчего-то защипало, и, сама того не замечая, я плачу уже второй раз за двенадцать часов.       Третий. Первый раз был, когда я в темноте мизинчиком ударилась.       Что вы на меня так смотрите? Пипец больно, скажу я вам.       - Я… - смахиваю слезы. Дыши, Бри, - Не могу перестать их принимать. И потому что не могу, и потому что нельзя, - от слез начинаю задыхаться, воздуха мучительно мало, - Если… если перестану, то… Отдайте. Пожалуйста. Я просто не смогу идти. Начнется ломка, я с-с ума сойду, я-я буду в-вас замедлять, я… я не могу, не могу я…       Я не могу, сказала мама. И все равно бросила.       - Эй, эй, тише, - Ньют подошел и приобнял меня за плечи, я дрожала в его руках, как мотылек, - Все хорошо. Ты в порядке.       - Я не в порядке, - всхлипываю я, несильно ударяя его в грудь, но не так, чтобы он отстранился, - Отдайте, - удар, - Пожалуйста, отдайте, - удар, еще удар, - отдайте, отдайте, отдайте…       - Эй! - Ньют крепко хватает мои руки, не давая вырваться, и мягко говорит, - Я возьму их, хорошо? Когда тебе нужно будет, ты попросишь.       Я слабо кивнула.       - Не сейчас, - аккуратно добавляет он, вызывая у меня новую волну паники. Как раз сейчас они мне и нужны, - Тебе нужно потихоньку отвыкать, их не так много. Сможешь продержаться пару часиков, как думаешь?       Я думаю над вопросом. Правда думаю. Но голова не слушается, паника застилает глаза — или это слезы? - так что я снова киваю.       Какой был вопрос?       Пока я вспоминала, Минхо отдал Ньюту таблетки, которые тот тут же запихнул в рюкзак. Подальше.       Все почему-то молчали, и мне стало не комфортно. Как будто я должна была что-то сказать.       - Простите, - тихонько мяукаю я.       Ответа не следует, и эти три секунды вдруг показались очень жуткими.       Я все еще смотрела в пол. Все куда-то пошли. Кто-то похлопал меня по плечу, послышалось несколько «все окей» и в этом духе. Мы двинулись вглубь торгового центра.       В какой-то момент Ньют приобнял меня, поцеловав в макушку.       - Все хорошо, - шепчет он.       Может быть, я начинаю ему верить. [My Chemical Romance - Teenagers]       - Так, а куда мы идем? - спрашивает Фрайпан.       - В горы, - шмыгаю я.       - Горы? - потупился Ньют.       - Да, горы, - повторяет Томас.       - Горы? Что там в горах? - не унимается блондин.       Ну конечно, его ведут через ад в какие-то горы.       - Люди, - сомнительно отвечает Томми.       Эх, интрига завяла. Надо было дать ему подумать. Может, нарисовал бы в своем воображении рай.       Ну, из ада в рай. В горы. Ну, вы поняли. *шмыг*       Эх. *шмыг* . Чувство юмора меня никогда не покинет.       ХА!       - Люди. В горах. Горные люди? Стебанутьсяможноемаегоспадиюожебл… - неразборчиво и раздраженно выдохнул Ньют, - Это и есть план? Люди в горах?       - А у тебя есть план получше? - задал вопрос Фрайпан.       Блондин вздохнул, и мы молча продолжили идти вперед.       Пока там не зашевелилась какая-то тряпка, не упала какая-то консервная банка и не показалось милое личико, на котором отсутствовала половина жизненно важных органов.       Что, впрочем, не помешало шизу начать на нас охоту.       *бззззз режим опасной сучки бзззз*       - Минхо, слева! - кричу я, указывая на автоматы.       Он кидает мне один, сам берет второй.       - Стой! А ты уверена, что не промахнешься?       - Минхо… - угрожающе шиплю я, и он понимает, что лучше со злой леди не спорить.       - Ну держись, малышня. Кому конечности поотрывать?       Тыщ! Шмяк!       На, на тебе, тварь!       - Ай! Ай-ай-ай уйди мой хороший, пожалуйста, - про манеры я ни в какой ситуации не забуду.       Бум! Колабангаааа! Пыдыщ!       Пара хрясков полетела со второго этажа куда-то на цоколь.       Упси.       Хотя, че это упси? Так вам и надо! ХА.       - Сзади!       - Осторожней!       - Девять часов! - орет Минхо.       - Не умничай! - отвечаю я.       - Бри, пять часов, тридцать минут! - снова кричит он.       - Да я ни одного гребаного слова не поняла, шанк!       Живодерня началась. А впереди Жаровня.       БУМ       *падам падам тыщ*