Глава 3

         Как это ни странно, талант к магии был как у меня, так и у Эмиля. Мне шар (новый принесли) показал потенциал чуть выше среднего, у Эмиля же оказался хороший потенциал.          Оно и неудивительно: парень не первый маг в роду. Удивительно скорее то, что я совсем слабосилком не оказался, но я не жалуюсь, ни в коем случае!          Письменные экзамены проходили довольно… шумно. Я видел, как ребята вокруг нервничали из-за них, и эта аура была настолько сильна, что вокруг сформировалось грозовое облако, словно в аудитории собиралась пройти буря.          Семеро, должен признать, со стороны это выглядело забавно, но полного понимания с ребятами у меня не было. Больше меня интересовали окружающие виды: аудитории удивительно сильно напоминали вполне современные, с поправкой на особенности мира, лекционные залы.          Этот мир вообще нельзя было назвать классическим средневековьем в привычном понимании этого слова. Многие, прости Семеро, науки здесь были развиты заметно сильнее, чем на Земле, но диссонанс всё равно иногда возникал.          — Как-то вы слишком нервничаете, — буркнул я.          Нужно же поддерживать разговор.          — Это ты слишком спокойный, Рене, — вздохнул чуть пришедший в себя Эмиль. Судя по трясущимся рукам, временно пришедший. — К-как ты остаешься таким невозмутимым?          — За провал нас будут вбивать в землю?          — С… с чего вдруг?!          — Ну вот, — пожал я плечами. — Тогда и особо переживать пока не о чем. Буду переживать, если не сдам и придётся экстренно делать ноги от слуги. Сломанный хребет — это больно, дружище…          Если наказание последует не мгновенно, то его можно будет попытаться избежать! Логика проста как две копейки.          Эмиль на меня уставился так, словно я был пришествием всех Семерых вместе взятых.          — Какого черта происходит в твоей семье?!          О, он уже привыкает ко мне.          Хороший вопрос.          — Но вообще… — прищурился я, проигнорировав крик души. — На что вообще повлияют результаты? Сомневаюсь, что крестьяне будут знать больше аристократии…          Парень почему-то уставился на меня жалостливо.          — …тебе ведь в роду вообще ничего не сказали про экзамен?          — В общих чертах, — невозмутимо ответил я. — У нас давно не было магов…          Я выдержал недолгую паузу.          — …а в детали мы как-то не погружались.          Кажется, мой ответ прозвучал настолько невозмутимо, что даже моя челюсть расширилась, а взгляд заострился, заставив парнишку опасливо напрячься, словно я собирался сломать его.          — О Семеро… Ну…          От результатов письменных экзаменов скорее зависело то, куда и как тебя распределят. Программа обучения была довольно свободной, позволяя людям с пробелами в знаниях посещать занятия, на которых будут эти пробелы закрывать.          Глобально это проблему не решало: время не резиновое, изначально знающие больше ребята могли записываться на продвинутые курсы и, соответственно, идти дальше.          Казалось бы, учись в своём темпе и не обращай внимание ни на что, но…          — Система рейтинга? — выпучил я глаза на удивлённого паренька.          — Что-то не так? — хлопнул глазами Эмиль. — Лучшие студенты будут по…          Дальше не слушал.          Я с ужасом оглядел толпу.          В голове закрались странные подозрения.          Как оказалось чуть позднее, экзамен был составлен заметно более профессионально, чем я думал. Блоков в тесте было несколько, где один проверял тебя на аналитические способности, которые, слава Семерым, мне тяжелые удары Эжена каким-то образом ещё не отбили, один проверял на творческие способности, один проверял на знание истории и каких-то общих понятий, небольшой блок был посвящен чисто религии Семерых, и лишь последний блок относился к магии.          Я не мог сказать, что вопросы были какими-то очень тяжелыми. С историей континента я был знаком неплохо, благо, что книги по истории в доме были, а прятаться от Эжена в библиотеке я любил. Для меня это было словно чтение какого-то боевого фэнтези с тоннами ванильной и иногда очень странной романтики, поэтому отвечал я вполне уверенно.          Аналитические способности — немного интереснее. После элементарных вопросов, которые скорее должны были показать, есть ли у будущего студента умственные отклонения или нет, пошли более тяжелые вопросы. Как из математики, так и обычные задачки на подумать.          Такой уверенности, как с историей, у меня не было, а потому отвечал как и где мог, не слишком задумываясь над правильностью. Опыт прошлой жизни мне показал, что лучше сначала всё сделать, а потом, если останется время, уже съедать себе мозги лишними проверками и размышлениями.          Творческий блок мне понравился больше всего. Попросили расписать историю про легендарный меч, застрявший в чистом адамантии. Ситуация специфическая, но почему бы и нет.          Я расписал небольшую историю про железного голема с выпирающей челюстью, который вытащил меч вместе с адамантием и пошёл уничтожать захватчиков из глубин космоса и объединять человечество.          Думаю, если среди рабочего персонала будут настоящие мужчины, они оценят задумку.          С религией проблем тем более не было. Такое чувство, будто этот блок был для совсем потерянных, лишь бы они что-то ответили и как-то поступили: имена Семерых, прозвища, как возвысились, кто главный, почему. Это здесь впитывали с молоком матери.          Один вопрос едва не заставил меня хихикать на всю аудиторию. Какое число считалось в королевстве священным?          О Семеро, действительно, какое же это может быть число.          Интереснее всего было с магией.          В конце концов, я был в ней практически полным нулем.          Знал, что у людей есть предрасположенности к каким-то базовым стихиям, но одной лишь волей могли использовать любую, если постараются.          Знал, что вся магия строилась на низкоранговых, среднеранговых и высокоранговых магических кругах, где первые три уровня относились к низкоранговым, следующие три к среднеранговым и последние три могли стирать целые армии и королевства.          Архимагами считались те, кто могли создать круг седьмого уровня. Если у кого-то не надорвется пупок создать заклинание девятого уровня, то он получит титул Великого Мага, но таких в нашем королевстве давно не было.          Вообще я слышал и про существование десятого уровня, но это уже уровень Семерых.          У рыцарей всё было, как мне казалось, намного проще. Рыцарь — это общее понятие, но вообще существовало разделение на учеников, воинов, мастеров, Великих Рыцарей и Святых Рыцарей, словно благословленных самими Семерыми, ага.          За учеников и воинов сказать не мог, но отец рассказывал, что мастер может и мага средних кругов заставить напрячь булки, особенно если тот не подготовится, Великий Рыцарь может среднеуровневого мага втоптать в землю уже без всяких «Если» и, если поднапряжется, способен дать просраться и архимагам. В зависимости от индивидуальной подготовки, ситуации и их круга, конечно. Маги обладают намного более разнообразными и необычными способностями, поэтому прогнозировать что-то очень сложно. Правда, как нетрудно догадаться, маги, особенно сильные, всё же, были намного более уважаемыми, чем рыцари.          Как и в случае с Великим Магом, Святых Рыцарей в нашем королевства вроде как нет. Публично, во всяком случае.          Одним из последних, если не последним Святым Рыцарем, как можно догадаться, был предок нашей семьи.          На более тяжелые вопросы, связанные с построением магических кругов, я, понятное дело, ответить не мог от слова совсем, а потому просто оставлял пропуски, даже не пытаясь гадать.          Я уже мог примерно понять, какие результаты увижу.          Забавно, но по ходу прохождения теста какие-то ребята пытались списывать. Пусть я и не сводил взгляда с теста, моё восприятие то и дело сигнализировало то о каких-то странных телодвижениях ребятишек, то о всяких непонятных дуновениях магии, то ещё о чём.          Если бы не заранее озвученный запрет на выход куда-либо, уверен, ребятишки бы попытались даже отойти в уборную.          Разбирались с жуликами, конечно, радикально, просто и без затей выкидывая из аудитории. Буквально. За нами следил один учитель и несколько, судя по всему, старшекурсников, проходя по рядам. Жуликов они не пропускали, под удивлённые крики и ахи из толпы буквально вытаскивая бедолаг с места, позорно выкидывая прочь.          Будь это аристократ, кричащий про то, что он их запомнит и отомстит, или простолюдин — выкидывали ребят одинаково, ломая шаблон как мне, так и таким же приезжим простолюдинам.          Позже нужно будет сделать несколько записей в дневнике…          Выходили из аудитории ребятишки так, словно прошли через тяжелую битву на грани жизни и смерти. Пухляш, весь бледный, едва стоял на ногах.          Всё было настолько плохо, что паренёк согласился на моё предложение отдохнуть у меня на плече.          — Спасибо, Рене… — прохрипел раненый боец. — Это конец…          — Мне не сложно, — честно ответил я, ловя на себе странные взгляды. Возможно, со стороны мы выглядели немного комично. — Почему конец?          — Я… я провалился…          — Ты этого ещё не знаешь.          — Это конец, Рене…          Он там что, вместо ответов половые органы рисовал везде, что ли?..          — Когда начнётся собеседование? — решил перевести тему я.          — Ты даже этого не знаешь… — прохрипел бледный пухляш. — О Семеро, как ты можешь оставаться таким спокойным… Ты точно сын Зверя Севера…          Я едва не скинул груз с плеча, и пухляш это определённо почувствовал, поспешно добавив:          — Е-ещё не все сдали… Затем нужно проверить всё… С-собеседование должно пройти в течение нескольких дней…          Я остановился, удивлённо открыв рот.          — …заселение в общежитие же происходит после поступления?          Эмиль удивлённо уставился на меня.          — Ну да…          — А где я ночевать тогда буду всё это время?          Мы не снимали гостиницу, денег у меня с собой не было, Себастьян же сказал, что вернётся лишь после моего заселения. Мои вещи в том числе были у него. С какими-то сбережениями, да. И у меня были сомнения, что старик вернётся раньше зачисления.          То, что мне негде будет переночевать, исключительно моя проблема! Я сам виноват, что не узнал всех деталей и не подумал про жилье!          Кажется, мой невинный вопрос сбил Эмиля с толку.          — Что?          Я кашлянул в кулак.          — Эмиль, мы же уже стали лучшими друзьями?          — О Семеро…               

***

                 Их было пятеро. Двое мужчин (хотя, один был какой-то подозрительный) и две женщины, по центру — седовласая мадам почтенных лет в большой фиолетовой шляпе. Насколько я понимал, наш ректор, архимаг целого седьмого круга. Не считая буравящей меня взглядом красноволосой женщины во вполне свободной, повседневной одежде, все остальные были одеты в мантии.          Сидеть напротив них, и особенно мадам, было тяжеловато. Их рисовки не были… обычными — от каждого учителя чувствовалось некое особое… э-эм, разноцветное давление. Такое, коллективное, словно гора, что собирается обрушиться на меня чем-то странным.          Один — словно классический спившийся злодей. С чёрными, длинными, вьющимися волосами, весь бледный, лицо усталое, его чёрные глаза были практически стеклянными. Круги под ними лучше всего говорили о том, что со сном у дядьки проблемы.          Второй ещё более подозрительный, причём в худшем смысле этого слова. В моём восприятии он был каким-то слишком… женственным: ухоженные длинные зелёные волосы, завязанные в хвостик, такие ресницы, какие я и у девушек не видел, такие же яркие и большие глаза, и даже аура вокруг…          Нет, я готов был поспорить, что видел распускающиеся бутоны цветов! Точно женщина, о Семеро! Какого чёрта?!          Хотелось закричать, что среди учительского состава затесалась какая-то ненормальная, но нашёл в себе силы промолчать.          Такое чувство, будто ненормальная что-то прочитала в моём взгляде, из-за чего улыбка женщины слегка потухла, и даже взгляд охладел. Моя глазастость выльется для меня во что-то плохое — так мне говорил её взгляд.          Третьей была красноволосая то ли мадам, то ли мадмуазель — так не скажешь. Довольно подтянутая, по одному взгляду я мог сказать, что тренировками она не пренебрегала. Более того, я даже готов был поспорить, что передо мной была сильный рыцарь, которой я, возможно, уже успел чем-то не понравится.          Прекрасно, просто прекрасно. Рене, ты справился на отлично, и слова сказать не успев, молодец!          Чуть больше позитива насылала блондинка. С густыми длинными волосами, такими формами, что мой взгляд на одной железной воле не давал заклеймить меня малолетним пускателем слюней. Даже её глаза были какими-то медовыми, не говоря уже о тёплой, я бы даже сказал — сладкой улыбке.          Семеро, я как-то и не заметил, что начал входить в довольно опасный возраст…          Наконец, сама ректор.          — Мне нравится твой взгляд, Рене Лаваль, — негромко засмеялась старушка. — Я видела многих людей, лишь единицы обладали такими глазами…          Я тактично промолчал.          У старушки перед носом ловушка сидела, поэтому в цепкости её взгляда я сомневался. С другой стороны, высока вероятность, что она и так всё знала, но тогда вопросов становилось только больше.          — Чтобы поспевать за ударами брата, ректор, нужно обладать острым взглядом, — честно ответил я. — От этого зависит моя жизнь…          Красноволосая неожиданно развеселилась, но как-то злобно. На лицо женщины вылез оскал.          — Мы знаем про твой род, второй сын Зверя Севера. И из-за этого испытываем смешанные чувства!          Приехали. Что мы уже сделали?!          Видимо, моё выражение лица было слишком говорящим, из-за чего старушка снова негромко засмеялась.          — Тебе не о чем переживать, Рене, — успокоила меня старушка. — Мы рады, что в роду Лаваль спустя столько времени вновь родился маг.          — Благодарю, госпожа.          — Ректор. Или, если того пожелаешь, госпожа Жаклин. Жюлиетт Жаклин, — прищурилась старушка, явно догадываясь, что я местных знаменитостей не знал от слова совсем.          Я на это лишь благодарно кивнул.          — Результаты твоих тестов поставили нас в небольшой тупик, — сухим голосом заговорил, возможно, единственный мужчина среди пятерки. — У тебя неплохой потенциал, тесты ты написал хорошо, но твои нулевые знания в магии вызывают у нас вопросы.          — Основной акцент моего обучения был направлен на жизненную энергию, учитель…          — Жозе, — подсказал мужчина.          — …учитель Жозе, — кивнул я. — Кроме того, в наших краях найти учителей само по себе затруднительно, как и книги по магии.          — При желании всё ещё возможно, — вскинул брови Жозе.          Я пожал плечами.          — Отношение к магии в моей семье довольно смешанное. Но, скорее всего, отец с братом просто хотели, чтобы в первую очередь я оставался рыцарем.          — Непростительная халатность, — скривился мужчина. — Тебе придётся напрячься, чтобы наверстать упущенное, молодой человек.          По крайней мере, даже вопрос того, поступлю я или нет, не поднимался.          Отец был прав.          — Я буду иметь это в виду.          — Шар показал у тебя хорошую предрасположенность ко льду, — взяла слово блондинка. — Ты можешь звать меня учителем Дюпон, Софи Дюпон. В будущем я рекомендую тебе сосредоточиться на этой стихии. Мы продолжим этот разговор позже.          Я на это лишь немного удивлённо кивнул.          Не думал, что шар показывает и что-то подобное.          — Благодарю.          Блондинка мне улыбнулась так, что захотелось стеснительно потупить глазки, но я, закалённый в боях, остался невозмутим и, возможно, даже немного выдвинул челюсть.          Самая настоящая дьяволица на это лишь негромко хмыкнула.          Семеро, одна переодетая в мужика ненормальная и какая-то совращающая студентов дьяволица. Я ещё толком не поступил, а уже мог сказать, насколько эта академия была странной.          Кстати говоря про переодетую ненормальную…          — Ноэль Ришар, — коротко представился… представилась учитель. Тон её был, мягко говоря, не слишком дружелюбным. — В первом семестре твой график будет более загруженным, чем у остальных студентов, Рене. Мы, в лице Академии Магии Лебон, возлагаем на тебя большие надежды… И надеемся, что ты не будешь вредить другим ученикам академии.          Я едва не возмутился преждевременным обвинениям, но женщина продолжила:          — …чтобы убедиться в этом, мы единогласно приняли решение назначить твоим личным учителем Лилиан Ванье, уважаемого мастера и мага Пятого Круга.          Красноволосая на это лишь негромко фыркнула.          Судя по всему, именно она Лилиан Ванье и была.          Почему?! Почему репутация семьи значит так много?! Почему?! Я же никому ничего не успел сделать!..          На моём лице явно отразилась вся гамма моих эмоций, а потому слово вновь взяла ректор:          — Ещё до начала теста ты показал не самое… обычное поведение, Рене. Мы надеемся, что в будущем ты не будешь создавать проблем, но всё равно хотим заранее попросить тебя быть…          Старушка кашлянула.          — Немного осторожнее.          Кажется, на моём лице чуть не проступила слеза.          Это со мной навсегда…          — Теперь слово возьму я, — произнесла красноволосая не предвещающим для меня ничего хорошего голосом.          И я быстро понял, почему, рефлекторно поймав летящий в меня огненный кинжал.          Мои глаза явно стали напоминать два блюдца. Я как идиот уставился на горящий кусок железа, откинув его, с пустым выражением лица уставившись на поехавшую, что на мой выпад лишь довольно кивнула, словно так и должно быть.          — Неплохо.          — …но это ведь было не слово, а чёртов огненный кинжал…          Нет, не подумайте. Я был к такому вполне привычен: Эжен с детства любил так баловаться и кидать в меня усиленные жизненной энергией ножи и топоры. Н-но… Но я думал, что смогу избежать этого здесь! Почему?! Почему…          Компашка ненормальных мой негромкий крик о помощи проигнорировала. Ректор лишь улыбнулась:          — Добро пожаловать в Академию Магии Лебон, Рене Лаваль.          Вышел из зала я с такой физиономией, что и без того нервничающий Эмиль едва не свалился с ног.          — Н-ну… ну что т-там?!          — Я прошёл, — негромко произнёс я. — Если что, на огненный кинжал на полу не обращай внимание, он там просто для красоты.          Пришлось взять ответственность и несколько раз ударить потерявшего от страха сознание толстяка по лицу, чтобы он пришёл в себя. Стоит отдать мне должное, я справился на отлично, а потому уже совсем скоро бодрый, пусть и со слегка опухшим лицом паренёк уверенно направился на встречу судьбе.          Лишь после смог позволить себе снять с пояса дневник.          «Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать боль и унижение, которое я испытал…»          Обучение в академии магии обещало быть очень насыщенным и, к сожалению, учителя с их тайнами и странностями были лишь вершиной ужасного, страшно огромного айсберга.          Всё самое ненормальное ждало меня впереди и я уже это знал, больше не теша себя надеждами о благословении Семерых. На самом деле, даже не пытался тешить, стараясь гнать неприятные мысли подальше из головы.          Нет, они меня не прокляли и, возможно, даже не пытались напугать.          Это было предупреждение.