Глава 30. Сейшинджутсу

Медитативный сад,

Иссей 30%.

Уроки и наставления Кона-шишо были не столько физически выматывающими, сколько психически. И, если честно, лично для меня это было хуже. Я был человеком приземлённым. Как бы странно это ни звучало, учитывая, что я уже умел использовать чакру, Ци, ману и духовную энергию. Теоретически всё это было более-менее понятно. Практически — тоже различимо. Чакра ощущалась одним образом. Мана — другим. Ци — третьим. Духовная энергия вообще стояла особняком. Но вот глубинный смысл каждой из этих сил от меня всё ещё ускользал. Будто я знал, как поднять меч. Знал, как ударить. Даже знал, куда ударить. Но не понимал, почему сам меч вообще существует. Ци напоминала мне квантовую физику. Логически непостижимая. Зато практически применимая. И, что самое неприятное, применимая настолько хорошо, что её нельзя было просто отложить в сторону и сказать: «Не моё». Особенно когда Кон-шишо уже ждал нас в медитативном саду. Он левитировал над землёй в позе лотоса. На маленьком островке со скалой и деревом. – Продолжим с того, на чём остановились вчера . Мы сели в линию вдоль берега. Напротив пруда. И напротив самого мастера. – Иссей, – невозмутимый взгляд обратился ко мне. – Ты продвинулся в понимании цели этого упражнения. Проверяет меня. Как самого отстающего. Но я не лыком шит. Спустя больше месяца этих медитаций у меня появились кое-какие мысли насчёт механизма работы. Ведь, как мне кажется, у наставников была одна общая черта. Проверять отстающих. И испытывать лучших. Я медленно вдохнул. Почувствовал амулет на груди. Тёплый. Тяжёлый. Будто маленький камень, в котором спала чужая гроза. – Цель не в том, чтобы просто сидеть спокойно, – сказал я. – И не в том, чтобы заставить Ци светиться сильнее. Кон-шишо молчал. Значит, я пока не ошибся. – Цель в стабильности. Ци должна циркулировать без провалов. Не рваться. Не застаиваться. Не вспыхивать от каждого лишнего движения или эмоции. Я помолчал. Потом добавил: – Сначала мы учимся делать это здесь. Сидя. В тишине. Когда тело почти не мешает. Потом — когда вы мешаете нам своей Ци. А дальше, видимо, то же самое нужно будет уметь делать в бою. Когда бьют, когда больно, когда сбивается дыхание, когда страшно и когда думать некогда. Исидо сидел справа от меня. С закрытыми глазами. Но я был уверен, что он слушает. Наруто слева тихо хмыкнул. – Другими словами, – продолжил я, – если наша Ци работает только тогда, когда вокруг красиво, тихо и никто не пытается сломать нам нос, то в настоящем бою от неё мало пользы. На лице Кона-шишо ничего не изменилось. Но воздух вокруг него стал чуть плотнее. – Вы ведь уже это можете, что не раз было показано во всех физических тренировках. – вопрос с подвохом. – Только лишь благодаря самим амулетам на наших шеях. Ведь они созданы именно для того, чтобы привыкнуть к ощущениям и приблизить к мастерству самостоятельного контроля Ци. Я показал, что не забыл то, что он уже рассказывал и то, что я усвоил сам. – Продолжай. Я сглотнул. Похоже, это была не похвала. Скорее разрешение копать себе яму дальше. – Ваша Ци действует как большая волна. Наша — как маленькая. Если мы просто пытаемся сопротивляться силой, нас смывает. Если пытаемся подстроиться полностью, мы теряем собственный ритм. Значит, нужно не перебить вашу волну и не раствориться в ней. Я опустил взгляд к воде. Гладкая поверхность пруда почти не двигалась. Почти. – Нужно удержать свой поток внутри чужого давления. Тишина продлилась несколько секунд. Потом Кон-шишо медленно открыл глаза. – Приемлемо. От него это звучало почти как похвала. Почти. – Тогда начнём. Поверхность пруда дрогнула. Не от ветра. Ветра не было. Вода пошла кругами от островка, на котором парил Кон-шишо. Один круг. Второй. Третий. И вместе с ними по саду прошла его Ци. Тихая. Ровная. Тяжёлая. Как прилив. Амулет на моей груди сразу нагрелся. – Циркуляция, – сказал Кон-шишо. – Затем проецирование. Затем фокусировка. Не усиливайте поток. Не давите на него. Удерживайте. Я закрыл глаза. И попытался дышать ровно. Пока чужая волна медленно накатывала на мою. Ощущения были подобны тому, как сильный ветер пытается затушить разгорающийся костёр. Но нам было не в первой. Мы привыкли. Каждый день. Постепенно. Шаг за шагом. Мы оттачивали своё мастерство. Долго. Упорно. Усердно. Вдумчиво. Целенаправленно. Потому что идеальные азы — это непоколебимый фундамент. А фундамент не должен трещать только потому, что на него подул ветер. Я сосредоточился на дыхании. Вдох. Поток Ци проходил через грудь. Выдох. Опускался ниже, расходясь по телу. Амулет на груди мягко нагрелся. Просто отозвался, помогая удержать ритм. Волна Кона-шишо накатила снова. Сильнее. Мой поток дрогнул. На мгновение Ци сбилась, словно вода, ударившаяся о камень. Я стиснул зубы. Хотел надавить в ответ. Усилить поток. Продавить чужое давление своей силой. Но вовремя остановился. Не перебить. Не раствориться. Удержать своё. Я медленно выдохнул. И позволил чужой волне пройти вокруг. Не через меня. Не вместо меня. Вокруг. Ци внутри тела снова выровнялась. Не идеально. Но ровно. Эти шаги мы практикуем уже почти с начала нашего здесь прибывания. Осваивать их приходиться долго. Но закрепляются они твёрдо. Убедившись, что базовая сноровка у нас уже закрепилась, учитель усилил натиск. Волна Ци Кона-шишо стала плотнее и тяжелее. И теперь её было видно невооружённым глазом. Вода в пруду задрожала, скала на островке едва заметно гудела, дерево над Кон-шишо завибрировало и листья начали срываться с ветвей. Один. Второй. Сразу несколько. Песчинки на берегу запрыгали, мелкие камешки дрогнули, земля под нами стала будто живой. Не опасной, но беспокойной. Словно сам сад пытался сбить нас с дыхания. – Удерживайте, – произнёс Кон-шишо. Голос звучал спокойно. Слишком спокойно для того, кто только что заставил дрожать воду, дерево, камень и землю. Я выдохнул. Медленно. Очень медленно. Потому что стоило поспешить — и мой поток тут же начинал рваться. Большая волна снова накатила. Моя Ци дрогнула. Пламя внутри будто припало к земле. Но не погасло. Я не стал давить в ответ. Не стал бороться лоб в лоб. Только удержал ритм. Вдох. Циркуляция. Выдох. Проецирование. Вдох. Фокусировка. Выдох. Стабилизация. Не перебить. Не раствориться. Удержать своё. Мой поток несколько раз сбивался. Дрожал. Проседал. Но уже не рвался полностью. Я успевал поймать его раньше, чем Ци начинала распадаться на отдельные рывки. Слева Наруто дышал чаще меня. Но его поток восстанавливался быстрее. Он мог сбиться. Мог вспыхнуть. Но почти сразу возвращался обратно, как пламя, которое упрямо не желало гаснуть. Справа Исидо был тише всех. Даже внешне. Его Ци не давила объёмом. Не вспыхивала ярко. Она становилась тоньше. Острее. Будто не пыталась выдержать волну целиком, а находила в ней узкие промежутки и проходила между ними. Потом давление начало стихать. Не сразу. Постепенно. Волна Кона-шишо отступила от нас, как прилив от берега. Сад тоже успокоился. – Достаточно, – произнёс Кон-шишо. Я открыл глаза. Не резко. Резко сейчас было нельзя. Стоило потерять ритм дыхания, и тело сразу напоминало, что ещё недавно его избивали деревянные манекены. Амулет на груди был тёплым. Не горячим. Просто тёплым. Как уголь, который уже не горит, но ещё хранит жар. Кон-шишо смотрел на нас всё так же спокойно. – Основные шаги вы не забыли, – сказал он. – Циркуляция стала ровнее. Проецирование — устойчивее. Фокусировка — точнее. Стабилизация больше не рушится от первого внешнего давления. Я осторожно выдохнул. Это уже было похоже на похвалу. Почти настоящую. – Однако, – продолжил Кон-шишо. И всё хорошее сразу закончилось. Я даже не удивился. У наставников это слово было чем-то вроде скрытого оружия. – Прогресс не должен становиться причиной самодовольства, – сказал он. – Особенно прогресс, достигнутый при помощи того, что вам пока не принадлежит полностью. Его взгляд опустился к нашим амулетам. Я невольно коснулся своего. – Амулеты помогают вам чувствовать Ци. Направлять её. Удерживать поток там, где без них он давно бы рассыпался. Они поддерживают вашу концентрацию и исправляют часть ошибок раньше, чем эти ошибки становятся опасными. Он сделал небольшую паузу. – Но помощь не равна мастерству. Наруто тихо фыркнул. Не насмешливо. Скорее устало. Исидо ничего не сказал. Он слушал. Как всегда. – Ученик с хорошим оружием не становится мастером оружия, – продолжил Кон-шишо. – Ученик с крепкой бронёй не становится неуязвимым. Ученик с амулетом Ци не становится мастером Ци. Слова были спокойными. Даже не строгими. Но почему-то от них хотелось выпрямить спину. – Пока амулеты ведут вас. Однажды вы должны будете вести поток сами. Без подсказки. Без поддержки. Без внешней опоры. Я посмотрел на гладкую поверхность пруда. Она снова казалась обычной. Просто вода. Просто отражение дерева. Просто тишина. Но тело всё ещё помнило, как эта тишина дрожала под чужой силой. – В бою, – сказал Кон-шишо, – у вас не будет удобной позы. Не будет спокойного дыхания. Не будет ровной земли под ногами. Боль собьёт поток. Страх собьёт поток. Гнев собьёт поток. Чужая сила попытается навязать вам свой ритм. Он посмотрел на меня. Потом на Наруто. Потом на Исидо. – Ваша задача — не стать сильнее волны. Ваша задача — не потерять себя внутри неё. Я медленно кивнул. Понял ли я всё до конца? Вряд ли. Но смысл уловил. Не важно, насколько красиво светится Ци в медитативном саду. Важно, останется ли от неё хоть что-то, когда тебя ударят в лицо. Кон-шишо некоторое время молчал. Потом его взгляд стал чуть мягче. Совсем немного. Настолько, что это можно было принять за игру света на лице. – Впрочем, – произнёс он, – вы продвигаетесь. Я моргнул. Осторожно. Потому что после таких слов обычно следовало что-то плохое. – Медленно, – добавил Кон-шишо. – Неровно. С ошибками. Но продвигаетесь. Вот. Теперь звучало привычнее. Наруто тихо выдохнул через нос. Исидо едва заметно опустил плечи. А я попытался не выглядеть слишком довольным. Потому что наставник только что десятью разными способами объяснил, почему нам нельзя зазнаваться. – Поэтому, – продолжил Кон-шишо, – сегодняшний урок можно завершить небольшой поддержкой. Я насторожился. Слишком поздно. – (ВУУБДУУУУММ!) – Ци Кона-шишо сорвалась с места. Волной. Приливом. Ударом. Сад вздрогнул. Вода в пруду резко поднялась волнами. Песок полетел прочь. Дерево на островке согнулось, будто на него обрушился шквал. Я даже вдохнуть не успел. Мой поток Ци просто смяло. Амулет на груди вспыхнул жаром, а в следующий миг внутри меня рявкнул знакомый голос. – (Партнёр!) Красное сияние сорвалось с моей левой руки. Чешуйчатый контур, вспыхнувший поверх кожи, словно Драйг поставил щит раньше, чем я понял, что мне вообще нужно защищаться. Справа от меня воздух треснул от магии. Исидо тоже не успел подумать. Его тело среагировало само. Под ним и вокруг него вспыхнули несколько слоёв знаков. Светлые. Тёмные. Фиолетовые. Синие. Тонкие линии магических формул на миг покрыли камень, воздух и даже край воды перед ним. Слишком много. Слишком резко. Слишком сильно. Он не удержал контроль. Он просто с испугу открыл всё, что мог. Слева Наруто окутало рыжим пламенем чакры. За его спиной на мгновение поднялся силуэт хвоста, а в самой глубине этого света я будто услышал низкое, недовольное рычание. Курама тоже не спрашивал разрешения. Он просто защитил. Так же привычно, как дыхание. А потом всё закончилось. Так же резко, как началось. Вода рухнула обратно в пруд. Листья посыпались вниз. Мелкие камешки застучали по земле. Мы сидели на своих местах. Но уже не медитировали. Я тяжело дышал, глядя на красное свечение вокруг руки. Наруто сидел с широко открытыми глазами. Исидо медленно посмотрел на знаки вокруг себя. Потом на Кона-шишо. Кон-шишо по-прежнему парил над островком. Спокойный. Неподвижный. Будто ничего особенного не произошло. – Хорошая новость, – сказал он. Я очень медленно поднял на него взгляд. – Ваши защитники внимательны. Тишина. Наруто первым моргнул. – Это была поддержка? – Да. – А шутка где? Кон-шишо закрыл глаза. – Там же, где ваше самостоятельное мастерство. Я посмотрел на свои дрожащие руки. Потом на пруд. Потом снова на Кона-шишо. И понял, что нравоучение только что стало гораздо понятнее. Сейчас нас защитило не мастерство. Не выдержка. Не правильная циркуляция. Не идеальные азы. Нас защитили те, кто был сильнее нас. А значит, урок действительно ещё не закончился.