Планета №3: Новые облака и/или ветер

      Третья планета была на удивление безлюдна. На ней не было совершенно никаких обитателей. Удивившись, я решил ее исследовать поподробнее — когда еще представится такая возможность.       Я прошелся — тяжелые облака грязно-черного цвета так и давили на меня. Морально, разумеется. А ветер, который завывал где-то наверху, в небесах, тоже пугал.       Растительность там была более чем скудная. Голые стволы деревьев, напоминающие наш бук без листьев, редкая трава серого цвета. Наверное, я бы покинул эту планету сразу же, но столкнуться в межпланетном пространстве с чертями я не хотел.       Где-то справа раздался звук кирки. Исключительно из любопытства я направился туда, однако как будто из-под земли появился хомячок.       — Ты кто? — спросил он меня нейроречью.       «Я вообще-то твоих сородичей спас», — подумал я.       Хомячок помолчал, а потом, минуты через две, ответил все той же нейроречью:       — Да, я подключился к всеобщей базе памяти. Спасибо тебе, добрый человек!       — А я могу к ней подключиться? — спросил я.       — Она только для нашего вида, — ответил хомячок. — Ты не сможешь это сделать.       Я помолчал.       — Ты куда шел? — спросил хомячок.       — Посмотреть, кто стучит киркой, — ответил я.       — Это черти в рудниках глубоко под землей добывают руду для наших межпланетных кораблей, — сказал хомячок. — Чтобы мы могли летать и выручать наших, которые в какой-то день не могут улететь. Но руды мало и после пары полетов корабль будто растворяется в воздухе. Поэтому мы не можем выручить из рабства всех наших сотоварищей. Черти воруют наших — мы воруем чертей. Все справедливо.       — Вы с чертями живете на одной планете? — спросил я.       — Да, — ответил хомячок. — Половина планеты наша. Вторая половина их. Это лучшая планета из этих семи, дальше мы не можем летать. Мы долго воевали и приняли решение жить мирно, поделив планету пополам. Но все равно они воруют наших, мы воруем их.       — Как? — удивился я.       — Ударом дубинки по голове, — ответил хомячок. — Черт на несколько часов отключается от мира, мы его переносим на другую планету. Не одного, несколько сразу. Они сколько-то дней не в себе, работают круглосуточно, а потом очухаются и улетают обратно.       — А почему бы вам не прекратить воровать друг друга? — удивился я.       — Были такие переговоры, — сказал хомячок. — Но рано или поздно кто-то вспоминает старые обиды и угоны в рабство начинаются снова.