Скорпиус

— Я слышал моё имя. Вы меня звали? — спросил десятилетний мальчик — Нет, но, так как ты, наверняка, уже что-то подслушал, то от утаивания оставшего будет больше вреда, чем пользы. — Я правильно услышал, что у тебя есть ещё один сын? — Да, но узнал о нём только сегодня от портрета предка, который, при жизни, был директором, а теперь увидел имя и фамилию среди писем для поступающих. — Поступающих! То есть он старше меня примерно на год? — И да, и нет. Физически, старше, но прав наследовать именно малфоевское имущество у него не будет, хотя, узнав, считаю, что морально обязан ближайшие несколько лет помогать ему финансово. — А почему законных братьев или хотя бы сестёр у меня нет? — За двадцать пять лет до моего рождения началась почти война. Один злой волшебник, уже расколовший на тот момент, как минимум, один раз, свою душу, что, к сожалению, почти никто не знал, обманом объединив многих чистокровных, решил массово и без разбора убивать маглорожденных и сочувствующих им. Через год и несколько месяцев после моего рождения он исчез, пытаясь убить Поттеров, но в июне 1995 вернулся. Последним событикюкм была битва за Хогварис 1–2 мая 1998. На тот момент, я уже был совершеннолетним, как все мои ровесники с выпускного, а именно, седьмого курса, и многие шестикурсники. В отличие от отца, я не только не был казнён, но даже не был арестован вообще. Врио директора Минерва Макгонаналл заступилась за всех школьников, включая совершеннолеоних, в качестве меры предосторожности лишь отбирая волшебные палочки во внеурочное время, смягчив ограничение лишь за неделю до экзаменов, разрешив тренировки под присмотром декана — Горация Слизнорта, хотя тот вёл зельеварение. Вскоре после суда пришлось стать попечителям. Даже в мирное время это большие расходы, а уж в первые годы после войны. Причины чисто финансовые, хотя будь бы полностью мирное время. — Но как вышло, что не знал? — Виновата моя тётя Беллатрисса Лестрейндж, которая была единственной верной сторонницей тёмного волшебника и хозяйничала здесь с августа 1997 года во времена марионеточного министерства находящегося под заклинанием подвластия Пия Толстоватого. По приказу моей тети, Люциус применил ко мне заклинание и отправил меня в камеру случайно попавшей в плен Гермионы Грейнджер. На следующее утро, при помощи своих друзей и бывшего малфоевского эльфа, она сбежала. На суде маглорожденная не присутствовала, обвинения в тех событиях предъявлено не было. Я думал, что несчастная вскоре приняла зелье от наступления беременности, но, как узнал сегодня, ошибся. Легально знать об учёбе своего сына отец незаконорожденного не мог, но директорша сообщала информацию обо всех учащихся на всех курсах на всех факультетах каждую неделю, считая, что нынешний попечитель в тех событиях не виноват, а наказать лишённую всех портетов ведьму было невозможно. …. Зная о том, как его брат одинок, законный наследник Малфоев без проблем нашёл нужное купе и был зараннее проинструктипован, как себе не надо вести. — Можно войти? — Да. — Я Скорпиус Малфой. Судя пр внешнему виду, ты мой брат? — с учётом разности в возрасте назвать точными копиями их было невозможно, но сходство не оставляло сомнений в кровном родстве — Да, но твой отец никак не проявлял себя все эти годы — Он узнал о твоём существовании только, когда тебе исполнилось одиннадцать, но весь прошлый год интересовался, каково тебе в Хогвартсе, используя свои возможности как попечителя.