Часть 2

       18.02.2013.        Пунктуальность была одной из её сильных черт и ровно в восемь часов утра по местному времени она уже стояла около двери мистера Сноу. На входе миловидная девушка по имени — Мэгги выдала ей пропуск, чтобы больше не торчать на улице выясняя с охраной точно ли её можно пускать в здание лечебницы.        Сейчас небольшая карточка покоилась на дне кармана её белоснежного выглаженного с вечера халата. Кабинет её куратора был закрыт и ей предстояло одиноко ждать его появления.        Хелен безуспешно пытается освежить в памяти с десяток примитивных психических расстройств и их симптомы, но всё летит к черту на куличики, когда она видит серое лицо своего руководителя.        Мужчина проходит мимо словно и вовсе не заметил её.        Он вваливается вглубь своего рабочего кабинета и возиться с выключателем. Немного потоптавшись на месте блондинка решает зайти вслед за ним и встречается с неоднозначным взглядом врача.        — Ты кто? — Доктор кривится и с удивлением взирает на вошедшую.        — Хелен Рид. — Отвечает студентка. — Мы с вами познакомились вчера.        — Ааа, вспомнил. — Рукой он приглаживает русые волосы и садится в кресло, сгребая толстые папки с делами пациентов на край стола.        Внутри просыпается желание навести тут порядок, но Рид быстро отказывается от этой идеи. Она не убираться сюда пришла.        — Когда я могу приступать? — Нарушив тишину, спрашивает блондинка.        — Полагаю, прямо сейчас.        — Что мне нужно делать?        — Для начала принеси мне кофе, а потом разберемся на что ты ещё сгодишься. — Гаррет похотливо улыбается растягивая тонкие губы в противной ухмылке.        — Вы серьезно? — Девушка скрестила руки на груди и нахмурилась. — Я здесь, чтобы получить практический опыт, а не быть «принеси-подай». Если вы хотели видеть девочку на побегушках, то это не про меня.        — Хм. — Мужчина поднялся и подошел к ней. — Смело. Я люблю дерзких девчонок, мы с тобой сработаемся. И раз уж ты так настаиваешь, то пойдешь к Глускину.        Хелен поспешила за мистером Сноу, тот шел настолько быстро, что ей пришлось перейти на легкий бег. Он молниеностно рассказал ей про блоки в лечебнице, блондинка опешила от количества информации которую нужно было запомнить в максимально сжатые сроки, ей сразу дали понять: никто не будет с ней нянчиться и если она вдруг заблудится, то это будет только её проблема.        — Куда мы идем? — Поинтересовалась интерн, бегло запоминая расположение извилистых коридоров.        — В святая святых этого прогнившего места — блок интенсивной терапии. — Промурлыкал доктор Сноу, напевая себе под нос незамысловатую мелодию.        — Вы сказали, что я пойду к Глускину, кто он?        — Прибыл три дня назад из зала суда, его признали невменяемым и сплавили нам.        — А его история болезни, карта?        — Должно быть все эти ненужные бумажки у меня в кабинете. Ты должна быть профессиональна, настоящему специалисту достаточно одной консультации. Составишь его историю болезни и так уж и быть отпущу пораньше домой.        Остановившись, блондинка едва не врезалась в широкую спину своего руководителя. Его способ обучения оставлял желать лучшего и был абсолютно не педагогичен, но если это даст свои плоды она готова закрыть глаза на его экстремальную методику.        — А вы будете со мной? — Впервые девушка заволновалась, ведь сейчас стояла прямо перед дверью палаты.        — Нет, у меня много других дел. — Он открыл дверь и легонько подтолкнул Хелен внутрь. — Дерзай!        Дверь за ней захлопнулась. Она ощутила себя так будто шагнула в клетку к свирепому льву и хоть этот «лев» был в смирительной рубашке и не проявлял агрессии, сердце всё равно забилось чаще.        «Возьми себя в руки, тряпка!»        Пациент лениво разглядывал новое лицо и уголки его губ приподнялись.        Рид поборола страх и уверенно присела на стул, изучая мужчину с головы до ног. Мускулистое тело, привлекательное лицо, чистые голубые глаза в которых она заметила нотку безумия.        — Здравствуйте, мистер Глускин. Сегодня я буду вашим лечащим врачом.        — Очаровательно. — Он хитро сузил глаза.        — Меня зовут Хелен Рид, давайте проведем небольшой опрос, но учтите отвечать нужно честно. — Девушка приветливо улыбнулась, стараясь расположить к себе пациента. Тот впрочем отлично шел на контакт и согласно кивнул. — Как вас зовут?        — Эдвард, но мне больше нравится когда меня называют Эдди.        Блондинка достала маленький карманный блокнотик и начала делать записи.        — Сколько вам лет?        — 46.        — Как себя чувствуете? — Оторвавшись от записей, Хелен взглянула на мужчину, заметив, что он не сводит с неё глаз.        — Сносно, если забыть про эту смирительную рубашку.        — Почему вы сюда попали?        Глускин поменялся в лице вспоминая не самые лучшие дни, проведенные на свободе. Но он быстро отринул травмирующие воспоминания подальше.        — Решением суда я был признан невменяемым, но это всё ложь! — Раздраженно произнес Эдвард.        — Что произошло?        — Меня обвинили в многочисленных убийствах молодых женщин.        — Вы имели отношение к их смерти? — Девушка напряглась, внимательно наблюдая за сменой эмоций на лице пациента.        — Нет.        «Ложь»        — Вы обещали не лгать, Эдди.        — Я их не убивал! — Крикнул мужчина выходя из себя и задергался пытаясь выбраться из оков. — Я вырос в порядочной семье, я не способен убить человека!        — Хорошо, вы меня убедили. Расскажите про свою семью.        — У меня была самая идеальная семья, отец очень любил мать, когда я был маленьким то мечтал, что и у меня будет такая же крепкая семья как и у них.        — И у вас это получилось?        — Нет. Все женщины которых я встречал были недостойными. Шлюхи. — Зарычал Глускин с ненавистью, а Хелен с интересом быстро записывала свои мысли по поводу этого на бумагу. — Они хотели бросить меня.        Хелен вздыхает, делая определенные выводы. Ей попался женоненавистник, повернутый на идее свадьбы. Где-то на задворках сознания инстинкт самосохранения отчаянно завывает, явно предчувствуя исходящую от мужчины опасность. Поняв, что в таком состоянии она не сможет продолжать сеанс, решает остановиться и передохнуть, а заодно пойти к куратору и составить историю болезни.        Блондинка медленно поднимается с места.        — На сегодня всё. Отдыхайте, мистер Глускин. — Разворачивается и уходит.        В коридоре её встречает высокий паринек в костюме санитара.        — О, это ты Хелен?        — Ну я.        — Меня зовут Майк. — Он протягивает свою руку для рукопожатия.        — Что ты хотел, Майк? — Протянув ладонь, спрашивает она.        — Доктор Сноу ждет тебя у себя в кабинете.        Кивает и переводит взгляд на небольшой блокнот в своих руках. Её записей возможно будет мало, чтобы составить полную картину заболевания, но что есть, то есть. Своей работой девушка была вполне довольна, учитывая, что всё для неё было в новинку.        Миссис Льюиз гордилась бы ей.        При свете дня коридоры не выглядят такими жуткими, а место где она вчера встречалась с Джереми Блэром ставшим для неё неожиданным благодетелем было совсем иным.        Поправив подол халата и проверив, что все пуговицы без исключения застегнуты, Хелен тактично постучалась в кабинет. После короткого входи, она зашла и прикрыла за собой дверь. Рид мило улыбнулась своему руководителю, но её жизнерадостность его ни сколько не тронула.        — Как успехи? — Вглядываясь в монитор компьютера, интересуется Гаррет.        — Консультация прошла хорошо. Я опросила Глускина, он рассказал про свою семью, об убитых женщинах, правда он отрицает, что именно он причастен к их смертям.        — И что он даже не накинулся на тебя?        — Нет, пациент вел себя спокойно большую часть времени, но когда я стала расспрашивать о убийствах он занервничал. Эта тема для него триггер и насколько я поняла, нужно относиться к этому с осторожностью.        — Глускин опасный сукин сын, этот маньяк годами насиловал и убивал молодых девушек, ни одна так и не дошла с ним до венца, как он хотел.        — Да, Эдвард утверждал что все они были недостойными шлюхами и бросали его.        — Что он рассказал тебе про семью?        — Хм, у него была идеальная семья. — Хелен задумалась и осознание тут же пришло к ней в голову. — Он врал!        — Именно! — Врач чуть улыбнулся. — Исходя из его личного дела, Глускин подвергался жестокому сексуальному насилию со стороны своего отца и дяди. — Он пододвинул папку ближе к Рид. — Можешь ознакомиться.        К личному делу были прикреплены фотографии порнографического характера с маленьким мальчиком — Эдди. Блондинка с изумлением читала каким наказаниям подвергался в то время ребенок.        — Чтож, всё сошлось, тяжелое детство, психологическая травма и на фоне этого обострения на теме свадьбы и идеальной невесты.       

***

       Нога с чавкающим звуком опускается в месиво талого снега и дождевой воды. Ботинок быстро намокает и Хелен раздраженно морщиться, холодный ветер дует прямо в лицо. Блядство какое-то.        Мистер Сноу отпустил её восвояси ещё двадцать минут назад, а она всё топчится на территории психиатрической больницы. Рид с отвращением смотрит на серо-коричневое здание с мутными стеклами окон и всё внутри неё вопит.        Ей хочется бежать и она послушно шагает дальше, ожидая вызванное такси. В голове крутится Глускин. Пожалуй, он был интересным пациентом, особенного для первого раза. Студентка накидывает на голову капюшон, жалея, что не надела шапку. Не хватало ещё подхватить простуду и упустить драгоценное время отведенное на её интернатуру.        Стоит ей выехать с территории Маунт-Мэссив, как телефон начинает разрываться от количества пришедших уведомлений. Хелен устраивается на заднем сидении поудобнее и наслаждается теплом.        От Кэр: Привет, подружка, я даже не заметила как ты утром свинтила, надеюсь у тебя там всё хорошо и психи не растерзали тебя прямо на рабочем месте, хи-хи) Как освободишься, набери, хочу услышать твой неебический рассказ.        Ау! Ты там не сдохла раньше времени? Будет обидно.        Хелен, если ты сейчас же мне не ответишь, я сама к тебе приеду!        Зная настырность соседки по комнате, девушка спешит позвонить ей. Гудки сменяют друг друга, а пейзаж за окном стремительно меняется, приближая её к привычному городку.        — Кэр, со мной всё хорошо.        — Ох, ты ответила, я уже хотела ехать тебя вызволять, чего не звонила?        — Да некогда было. — Отмахивается блондинка, наблюдая за начинающимся дождем. — Ты где?        — Недавно с учебы вернулась, без тебя там такая скукотень! Проходили тему тазовое придлежание плода, столько учить, жуть, а у тебя там как?        — Скоро уже буду в общаге и всё расскажу.        Через десять минут Рид и правда уже снимала с себя куртку и ставила промокшие ботинки на батарею. Кэр смирно сидела в ожидании новой истории от подруги. Конспекты по педиатрии были разбросаны в хаотичном порядке на её кровати.        — Ну, Хелен, не молчи! — Протянула шатенка, смотря на подругу молящим взглядом голодного котенка на улице.        — Всё прошло нормально, мой руководитель конечно странный тип, но там все немного поехали кукухой. — Убрав тетрадки, блондинка присела рядом на кровать застеленную пледом нежно-розового цвета. — Думал, что я слабенькая наивная девочка и буду плясать под его дудку, вот скажи, я что похожа на неумелую первокурсницу?        — Как тебе сказать… — Кэр мило захлопала глазами. — Внешне ты похожа на подростка.        — Мне 23! — Угрюмо заявила Рид и обиженно отвернулась.        — Эй, прости, ладно.        — Проехали, короче после небольшой перепалки он послал меня в блок интенсивной терапии, сразу всучил мне больного и ушел, даже имени его не сказал, мол, если я такая умная, то сама справлюсь.        — Ужас. — Подруга сочувствующе погладила по руке. — И кто тебе попался?        — Глускин, псих повернутый на идее свадьбы. Будучи на свободе он обольщал женщин, а затем убивал их под благовидным предлогом того, что они все шлюхи и ему не подходят. Теперь же он всё отрицает. У него было тяжелое детство, ему сильно досталось от отца.        — Скучать тебе с ним не пришлось. Сильно боялась?        — Только в начале, но потом стало чуть лучше. Эдварда нельзя назвать неадекватным, мне кажется он только строит из себя дурочка, чтобы его признали невменяемым, на самом деле он отдавал себе отчет в том, что творил, убийства думаю приносили ему удовольствие.        — Да уж, жесть, у меня по сравнению с тобой цветочки. — Кэр указала на конспекты. — Если переживу завтрашний день, то отмечу как второй день рождения. Сдать зачет по педиатрии или сдохнуть, третьего не дано.        — Теперь мне стало тебя жалко. — Хелен обняла Кэр и пригладила ей волосы. — Не сдавайся, ты всё сдашь! – Только на это и надеюсь. – Будешь сэндвич? – Еще спрашиваешь? Конечно буду! – С энтузиазмом в глазах говорит подруга.