Глава II

      — Стало тише.       Прислонившись к стене, подросток медленно дышал, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение будто пытающееся выпрыгнуть из груди. Не то чтобы это каким-то образом сильно помогло ему, несмотря на все эти перегоны со всеми этими злобными змеями, преследующими их. И если честно, тот кто подумал, что змеи подходят на роль домашних животных, понятие я не имел, как страшно быть преследуемым одной из них.       Преследование, которым его угостили десятки чертовых тварей, дало ему столько впечатлений, что он поклялся никогда больше не приближаться к рептилиям.       Не помогало то, что боль в ноге так же не уменьшилась.       Точнее, ощущение того, как влага начала перерастать в постоянное жжение, раздражающее внутреннюю часть его обуви. Ему, вероятно, в будущем придется выбросить его, когда он вернётся домой. В итоге, если кто, то посторонний спросит почему его ботинки оказались в крови, то сомнительно что кто-то поверит ему, если он скажет, что дал пинка змее ради спасения кучки детей.       Хотя это могло бы сделать его весьма популярным среди милых девушек!       — Если я вообще смогу каким-то чудом выбраться из этого места.       И разве это не было главным вопросом в это время?       Он сделал всё, что мог для разработки плана. Ломая голову над каждой крохой воспоминаний и вытаскивая из памяти все что только мог вспомнить об игре Doki Doki Monster Paradise 5. От перебирания каждой сюжетной концовки и до боевой системы, не обойдя стороной даже секретных эксклюзивных эротических сцен, которые ему удалось получить при покупке делюкс версии игры.       Хотя в отношении полезности последней части его воспоминаний были большие сомнения, но эта часть точно была для него хорошей мотивацией.       Потому что Хёдо Иссей собирался выбраться из этой ситуации. Это был его долг. Итог, к которому он должен был прорваться каким-то образом.       Кому-то стоило поработать над тем, чтобы остановить Дусу-тян. Кто-то должен был спасти всех превратившихся в статуи даже если шанс этого спасения был мизерно низким. И так уж получилось, что кроме него здесь никого не осталось из тех, кто способен что-то сделать. Конечно, возможно кроме него здесь ещё кто-то остался и можно было бы подождать пока это сделает кто-то еще. Но Иссей не мог дожидаться подобного варианта, особенно учитывая, что вероятность того, что кто-то более подходящий для этого вообще мог не существовать. Как только корабль достигнет места назначения, женщина-монстр исчезнет в толпе, и никто никогда не узнает, что она виновата во всём этом.       Кто бы ему вообще поверил бы, даже если он расскажет всё что видел?       Он даже сам не мог до конца поверить в то, что это все происходит на самом деле пока на второй день не проснулся думая, что это было не более чем кошмаром пока не увидел застрявших в едином мгновении статуи.       «Это реально?»       Эти мысли тогда были непрошеными, но их присутствие было бесспорным. Но это было тогда.       — Я точно не совсем пример героизма и решимости. — По крайней мере не так как главный герой той игры.       Сидя в шикарном кресле первоклассной каюты, Иссей пользовался случаем, закинув ногу на табурет и заменив набивку в носке. Невозможно было не морщиться, делая это.       — Честно говоря, это похоже на какой-то чуни иссекай, неправда ли? Случайный неудачник спасает людей от ужасного монстра. Это имело больше смысла чем реальность. Возможно, просто его мозг создавал приятные мечты пока сам Иссей умирал после того, как упал с лестницы.       У него не был склонности к болезненным реакциям, но ему все еще хотелось просто…понять, что происходит.       — Очевидно, Дуса-тян на самом деле не персонаж игры, верно?       — Произношение этого вслух создает ощущение еще большей абсурдности. Монстры на самом деле не могут быть реальными. А тем более монстры из игр жанра эроге звучат полностью безумно.       Кряхтя от боли и выудив бутылку с водой за полторы тысячи иен подросто продолжил.       — Разве это не безумие? — он сделал глоток и проглотил две таблетки аспирина после того, как проверил, что это не ацетаминофен. — Она здесь.       Такова была правда. Так просто.       Ему было больно, другие люди были напуганы, а этот странный европеец, который был одержим мозгами в банках… подросток не мог придумать никакого объяснения, которое бы оправдывало происходящее в соответствии с тем, что он обычно знал о мире.       — А всё-таки к черту всё это. Ничего из этого не имеет значения.       Взгляд скользнул по бутылке шампанского, прежде чем проигнорировать ее. Парень решил, что ситуацию можно действительно назвать простой во всем ее странном безумии.       — Если это лихорадочный сон, тогда не имеет значения что-либо и я могу поступить правильно. Если же все происходящее реальность, то правильные поступки действительно имеют значения.       В любом случае выбора нет кроме как попытаться.       В некотором смысле некая его часть отстранённо осознавала, что он напуган.       Или точнее нет, не так. Он в крайнем ужасе.       Каждая частичка его естества дрожала. По большей мере он хотел вернуться к статуям отца и матери, а затем умолять их вновь пошевелиться.       Еще глубже внутри его сути, какая-то его часть желала, чтобы все засмеялись, начали двигаться и сказали, что это был просто розыгрыш. Глупая шутка, устроенная ради развлечения отдыхающих. Он точно не смог бы расстроиться.       Но он все же был достаточно взрослым для того, чтобы не тратить время на размышления об этом.       — В конце концов, как сказал Звёздный взгляд звездного рыцаря, великий детектив Шерри Холмс: «Когда вы устраните невозможное, все оставшееся после этого, каким бы невероятным оно ни было, не может быть ничем иным кроме как истинны»       Ему всё еще хотелось плакать, но пришлось оставить это на потом. В конце концов сейчас у его дверей была гостья.       Тук-тук!       — Кто там? — Он пытался быть смешным, сказать это поющим голосом, в то время как его грудь сжалась от шипящего хора, доносящегося снаружи за которым последовал скрежет чего-то похожего на стекло.       — Неужели не собираешься лгать и притворяться будто здесь никого нет?       Дуса-тян… да, пусть так, в конце концов не было смысла, а потому он не собирался придумывать для нее другое имя ни сейчас ни в любое другое время… засмеялась с другой стороны.       — Зачем? В любом случае, ты уже знаешь, что я здесь. Так какой смысл притворяться? — Он откинулся назад, при этом пытаясь не задеть каркас, расположившийся позади него.       Все-таки он потратил немало усилий, чтобы расположить его там.       — Ой? Тогда не хочешь выйти? — Из-за двери послышалось шипящее хихиканье.       Иссей покачал головой, хотя она его и не могла сейчас видеть.       — Нет, ты можешь войти. — Он не настолько тупым был что бы выходить из помещения.       С другой стороны, послышался короткий вздох. Похоже, что-то как он решил не подыгрывать её игре, разрушало все удовольствие, которое она получала от того, чтобы загонять его в угол. В этом был какой-то смысл.       — Ты всегда такой джентльмен, не так ли? Что ж, раз не возражаешь, тогда я войду.       Послышался еле заметный треск, когда дверная ручка повернулась против своей воли. Металл смялся, согнулся, а затем щёлкнул, когда замок раздвинулся с неестественной силой. Иссей съёжился от шума, наблюдая затаив дыхания затем как его последняя линия защиты срывается с петель дабы открыть тёмный коридор снаружи.       Он и забыл, что уже настолько позднее время.       Бегство по недрам корабля не помогало ему в том, чтобы осознавать время, а оставление всего в кромешной тьме, казалось бы, в любом случае приносило больше пользы ей, чем ему.       — Ты же знаешь, что для меня не обязательно видеть тебя для того, чтобы найти, верно?       Неужели она в самом деле злорадствовала?       — Но первый обход занял у тебя некоторое время. Тем более что электроэнергия то включается, то выключается. Кто знает, теряешь ли ты хватку от этого или нет.       На его браваду была ответом лишь насмешка, хотя поза, в которой он пребывал, заставила его почувствовать себя намного лучше.       И Иссей точно предпочёл бы пожить еще немного.       — Ты не первый, кто убегал от меня и мне было на самом деле весело. Но ты оказался груб.       В темноте послышался звук руки, шарящей по стене комнаты и в итоге она неизбежно нашла выключатель. Точно так же, как Иссей тем временем ухватился за раму позади себя.       И как итог, в момент, когда переключатель щелкнул, треснув пластиком, он дернув занавес воплотив на обозрение свое главное оружие.       Белый эклектический свет, генерируемый парой довольно резких светодиодных ламп, наполнил комнату отражаясь от каждой отражающей поверхности, которую ему удалось собрать за все то время, пока он был здесь.       Это были зеркала, телевизоры с плоским экраном, разбитые стекла. Все что он смог найти среди всего что могло отражать свет.       Комната была заполнена ими. Все поверхности покрыты, а с потолка свисали десятки отражателей, сделанных из обычных прозрачных бутылок. Самая настоящая зеркальная тюрьма подобная той, что использовалась в игре для победы над Дусой-тян, которая не могла использовать свои силы перед зеркалом. И поскольку эта так же, как и персонаж игры продолжал ломать любые зеркала, которые находила, должно быть причины была той же, верно?       Но точно так же, как монстр не была готова к виду перед ней, Иссей точно так же не был готов к виду, который увидел перед собой.       Дуса, даже сейчас, когда больше не пыталась притворяться человеком, все еще оставалась миловидной девушкой. Ее кожа была белая как не окрашенный мрамор с длинными рядами сине чешуи покрывающих ее плечи и руки. Иссей не осмелился взглянуть ей в лицо, но инстинктивно на мгновение взглянул на ее голову заметив короткую прядь синих волос и острые чешуйчатые уши.       Но было понимание от того, что он уже увидел. Она была не просто нечеловечески прекрасной девушкой.       Это было намного больше.       Больше чем просто монстр из игры и, тем более намного лиг больше, чем какой-то монстр, преследующий людей в темноте.       Потому, что в том, как она застыла было слишком много шока и слабости. Намного больше уязвимости чем Иссей мог представить как то, что можно было изобразить искусственно. Разум кричал, что это глупо, но… Дуса-сан, ужасное существо, убившее его родителей, монстр пытавшийся убить Иссея и все же казалось она была поражена произошедшим пред ней не менее чем был поражен сам подросток.       Как будто она впервые себя видела.       — Прекрасно….       Слово сорвалось непроизвольно и повисло в тишине подобно неясному феномену.       Хотя было удивительно, что он смог прошептать что-то подобное в шоке. Тишина, накрывшая комнату в этот момент, отразилась гулким эхом в его собственных ушах. В конце концов он не мог игнорировать что-то настолько очевидное. Даже после всех событий произошедших за последние несколько дней Иссей не мог лгать самому себе.       Она была настолько прекрасной, что только от этого вида у него чуть не остановилось сердце.       Но похоже его реакция была неправильной.       — Прекрасно…? — Её голос повторил эти слова будто эхом, будто ее разум не мог уловить смысл этого слова.       — Прекрасно?! — на этот раз как будто сплюнула оскорбление, делая угрожающий шаг ближе. — Что прекрасного в этой… непродуманной форме?! Я не монстр, не человек и не богиня! Что такого прекрасного в том, когда не можешь понять, что ты такое?       Рядом с ней, в облаке сверкающей пыли сформировался уже знакомый ему молоток. В ее другой руке маленькое и тонкое лезвие выглядело так будто было создано в соответствие ему.       Как это называлось? Вроде бы долото?       — Вы люди, думали, что я прекрасна, когда восстала из моря в виде злого монстра? Или может вы считали меня красивой, когда я стала простой смертной женщиной? Вы считали это прекрасным, когда Посейдон бросил меня страдать от рук Афины?! Вы думали я была прекрасной когда пожирал своих друзей и поклонников?! —  Ее лицо исказилось и гнев с болью сформировались на нем в равной мере. И оба чувства утонули в удушающей злобе.       — Вы никогда не могли решить, кем я была и кем должна быть! Богиня! Монстр! Человек! Сейчас? Сейчас я с таким же успехом могу быть никем! И я застряла из-за вас, людей, в подобном положении!       Иссей не мог понять смысла всего, о чем она говорила.       У него не было времени для этого, поскольку Дуса-тян почти невесомо взмахнула своим массивным молотком, разбив зеркала позади него. Как и стену за этим. От удара его тело тряхнуло, его трясло, когда он упал на пол и закрыл голову руками.       У него просто не было времени для размышлений. Ему пришлось отползти в сторону, когда в зияющую дыру ворвался внезапный ветер.       В это время прекрасный монстр продолжило свои действия прицелившись долотом и с криком отправило его в телевизор разбив его. Однако оружие не пробило, а отскочило рикошетом в зеркало, бутылку, вновь телевизор. С каждым ударом по комнате разлеталось все больше и больше осколков стекла.       И всё же это не помогло ей так как она не могла разрушить их все.       На полу, в форме осколков зазубренного стекла ее разбитое отражение будто насмехалось над ней.       Её образ, безвольно свисающий на потертых веревках и ремнях, будто насмехался над ней.       Лицо чудовища выглядывало из потертых, потрескавшихся пластиковых кусков которые она крушила под ногами с каждым шагом.       И поэтому она закричала.       Подняв руки вверх, бессмертное существо издало вопль боли и смятения, а вместе с этим воплем полетел поток камней.       Вырываясь из нее, подросток моргнул раз и линии серого камня покрыли всё в комнате… кроме него самого. И её.       Это осознание стало его спасением.       Когда он в панике вскочил, зная, что потерпел неудачу, японец успел достаточно сдвинуть тело. Поэтому в момент, когда острые, ветвящиеся каменные шипы пронзили его, он почувствовал, как леденящая, жгущая сила пронзила его ногу и руку. Извиваясь подобно лозам розового куста, камень пронзил борт корабля а другие шипы проделали глубокие борозды в комнате, оставив после себя сотни глубоких порезов, что казалось бы проходили сквоь стены впуская запах моря.       Когда он упал вниз, камень втянулся и он ударился с влажным стуком.       Легкие не могли вдохнуть воздух и Иссей не мог кричать. Боль уже ушла — просто какая-то огромная другая боль, нависшая над ним из-за пределов черно белой статики, закрывающей невероятно огромную сокрушительную волну. Если он что то и понимал в агонии, так это то, что ему уже было холодно.       Тем не менее несмотря на то, что одна рука была уже не более чем сломанная телепающаяся деталь, другая все еще могла двигаться.       И долото попало здесь раньше. Даже ни в дюйме от его руки.       Ему пришлось отталкиваться здоровой ногой, чувствуя, как стекло и обломки впиваются в него, прорезая на животе новые отметины.       Его пальцы коснулись гладкого, теплого дерева рукояти инструмента, когда он заметил, как до него доносятся крики разгневанных чаек. Они выражали недовольство встревоженные атакой прорвавшей дыру в верхней части корабля.       — Достаточно!       Иссей встал, зная, что его действия были замечены и как итог времени осталось очень мало. Не хватит времени молиться или думать о родителях, тех детях или о ком-либо еще. Всего доля секунды, мгновение, которое ему понадобилось, чтобы надеяться на хоть что-то вопреки пониманию о его реальных возможностях хоть что-то сделать.       Поэтому он напал.       Или точнее будет сказать, что пытался напасть.       Левая нога была почти бесполезной, но одной рукой и одной ногой ему удалось подняться на колено. Кость зацепилась за мышцы настолько, что больная нога смогла удержать здоровою. Не оставалось ничего кроме попытайся нанести удар и вложив в него отчаяние и силу почти мертвеца Иссей прыгнул в единственной попытке.       Чудовище обернулось на месте, услышав звук движения и отреагировав на него.       Прозвучал мокрый шлепок, когда он упал назад от удара, но ему каким-то чудом повезло так как угол оказался правильным. Идеально даже и потому выражение шока сменило прежний вид боли, когда Дуса медленно двинулась, чтобы схватить теплую, гладкую рукоять, торчащую из ее бока.       Мгновение мир казался остановившимся, застывшим на месте.       …       Этот миг затянулся, когда из боков её живота вырвалось густое красное пятно.       А затем они вернулись в реальность.       Нога Иссея подкосилась, тело с глухим стуком ударилось о разорванный ковер. Вероятно, было гораздо больнее, если бы он все еще мог что-то ощущать нормально. Легкие горели при каждом затруднительном вздохе. Глаза жгло кровью, потом и слезами, когда единственная лампочка которой каким-то образом удалось уцелеть до этого, замерцала над ним холодным белым светом.       На самом деле это даже не его удар. Её собственные действия каким-то образом загнали клинок дальше, чем мог сделать он сам.       Не то, чтобы это имело какое-либо значение. В комнате становилось темнее.       — Вот так, да?       Нет окна «хотите повторить попытку». Нет возможности повернуть к началу, переиграть. Он все же должен был знать, что это слишком страшно, чтобы быть простой игрой.       — Интересно, остальные спаслись? Без него им, вероятно, продеться заботиться друг о друге. Но если бы за ними не гонялась змея, то это не было бы так сложно. Достаточно будет просто продолжаться пока кто-то не найдет судно.       Иссей посмотрел в сторону. Это действие было медленным, а воздух казался густым.       Страшная женщина, преследовавшая его по всему кораблю, сейчас лежала рядом. Не так повреждена, как он. Фактически ему сильно повезло что ее реакция была настолько сильной и тем самым сделавшей за него половину работы. Даже сейчас ее вид был почти не раненым, не считая струйки крови, текущей из уголков её рта, а также закрытых глаз.       — Ты на самом деле это подразумевал?       Он бы дернулся, если бы мог это сделать.       — Всё еще жива?       — Я умираю, но еще не мертва. Убить кого-либо не так уж и просто. Хотя… в этом смысле это не так. Ты мог бы посмотреть на меня. — Она сказала это таким тоном, что он мог представить, как она закатывает на его реакцию глаза.       — Нет, спасибо. — Дыхание Иссея было медленным и затруднительным. В голове кружилось и он был таким, таким уставшим. — Не хочу… работать в саду… всю оставшуюся жизнь.       На это она хрипло хихикнула. На самом деле если бы она не была настолько вгоняющей в ужас, то ему бы это показалось почти милым.       — Жаль, из тебя вышла бы хорошая статуя — Послышался мокрый звук и большим пальцем она вытащила долото с мягким звуком позволив ему упасть вниз.       Она… флиртовала с ним? Сейчас? Именно в этот момент?       — Я думал ты будешь больше злее.       — Нет, не злюсь. Просто… удивлена. Еще разочарована конечно. Но не имеет смысла жаловаться уже сейчас на это. Несмотря ни на что…Я думаю, этого не должно было произойти. Но в конце концов герой убивает монстра.       Он нахмурился, щурясь на темнеющий свет наверху… возможно, это была вся кровь, которую он уже потерял.       — Снова про монстров… да?       Он просто не мог этого понять. Но не считая этого, он почувствовал, как она двинулась.       — Раньше ты сказал, что я красивая. Можешь ли ты сказать это после всего произошедшего? Всего того что я сделал? Так как я не могу быть монстром?       Пол казался холодным для Иссея. На самом деле не было ничего что сейчас не казалось холодным. Но он сделал всё, чтобы ответить ей. Вспоминая обо всем что происходило. Эту глупую игру в кошки мышки. Поддразнивание и преследования. Игры и гнев в самом конце, когда она, кем бы ни была Дуса-тян, так и не смогла принять комплимент.       Повернув шею в сторону, он внимательно посмотрел на неё.       Сколько бы он ни вспоминал все, что произошло за последние дни… он просто не мог этого сделать.       Не мог сказать этого. Возможно, она в самом деле была самым настоящим монстром, но несмотря ни на что… его интуиция говорила…       — Я это и имел в виду… ты знаешь? Ты очень красивая. Просто… может быть… в следующий раз… тебе, наверное, следует сначала попробовать поговорить.       Ответом ему был еще один смешок. Ясный как звон колокольчиков. Мягкие, сильные пальцы обхватили его руку. Хват крепкий, но нежный.       — Какой ты странный человек… ах, но я не знаю твоего имени.       Может быть, было дело в его размытом зрении или еще в чем-то, но в те последние мгновения, когда его зрение потемнело, он утешался тем, что она улыбалась ему.       — Иссей.       — Может быть, однажды, если мы когда-нибудь снова встретимся, то я хотела бы попробовать поговорить с тобой, Иссей.       А затем он больше ничего не знал.

48 часов спустя       Риас Гремори не считала себя сложной девушкой.       Она много чем увлекалась и среди ее увлечений было много простых вещей.       Обычная жизнь в стране, в которой она могла стоять на своих собственных ногах и тень имени Гремори не нависала над ней. Те немногие ожидания, с которыми ей приходилось иметь дело были связаны с ее собственным желанием преуспеть и с тем, как другие стали видеть в ней фигуру, на которую можно было равняться.       Ей это нравилось, и она наслаждалась покоем, который приносила ей рутинная жизнь. Школа, клубная деятельность, собственные личные увлечения. Это все было низменными удовольствиями, которых бы она ни в коем случае не испытала реши иначе и останься дома.       Ей пришлось бы так и остаться Риас Гремори и никогда не довелось бы стать просто Риас.       Поэтому она никогда не пожалеет о том решении, позволившем ей наконец получить шанс вырваться и построить что-то новое для себя собственными усилиями. Будь то просто репутация, взаимопонимание с одноклассниками или же человеческое образование в школе. Это были те вещи, которые она хотела сделать, что то, на что можно было обратить внимание как на плод ее собственных усилий. Вспомнить и понять, что есть то, чего она добилась сама.       Неудивительно, что в этих условиях факторы, нарушающие эту драгоценную отсрочку от ее скучной повседневной жизни в Преисподней, очень сильно раздражали Риас.       Одним из подобных элементов можно было назвать, к примеру неожиданный визит одного из самых влиятельных людей в обществе демонов. Так можно ли тогда считать неожиданностью, что Риас Гремори разозлилась?       — Ты не можешь вечно относиться ко мне столь холодно, понимаешь?       Девушка не ответила на эти слова, сохраняя свой самый невеселый взгляд.       — Я не стану камнем если ты так будешь на меня смотреть.       Это не было контраргументом для того, чтобы не попробовать поэтому она продолжала смотреть, для большей убедительности.       К сожалению, ей не хватало подобной способности. Да и вряд ли это сработало бы будь все иначе. Между ней и ее старшим братом, мужчиной, который поднялся до положения одного из четырёх владык, была до безумия огромная пропасть.       Опять же, попробовать никогда не помешает.       — Президент, если продолжите в том же духе, то у вас непременно появятся морщины.       Риас усмехнулась, бросив раздраженный взгляд на темноволосую девушку, стоящую рядом. Ответом ей послужила просто изящная улыбка, совершенно не затронутая гнилым настроением рыжеволосой девушки.       Риас все же осмелилась указать что ей это не нравилось:       — И как мне ещё реагировать на внезапный визит посреди отпуска? Я только вчера вернулась с дома. — её родители никогда б не позволили бы ей проводить столько времени в человеческом мире не будь с ее стороны определенных уступок.       Но вернуться в Японию только для того, чтобы к ней без предупреждения прибыл ее брат?       Это было за пределами того, что можно было назвать элементарными приличиями. Этот же брат, со своей стороны, казалось, нисколько не пострадал от ее неудовольствия его выходкой. На самом деле он вероятнее всего получал от этого какое-то удовольствие. Хотя, к счастью, иное чем Акено. Хотя Риас могла точно сказать, что с обычно невозмутимым владыкой что-то однозначно не так.       В нем не чувствовалось той расслабленности, которую она привыкла ощущать при каждой встрече с ним. Это было далеко от его обычного поведения.       Во всяком случае, он выглядел так будто ожидал появления кого-то постоянно проверяя часы каждые несколько минут при этом ударяясь ногой о журнальный столик и украдкой бросая взгляды на горничную, которая послушно стояла у двери.       Горничная же делала свою работу гораздо лучше выглядя при этом так будто все было в порядке.        — Ну, это хотя бы не выглядит так будто вызывают домой — Риас вздохнула.       Все же как бы она ни была раздражена, но даже она осознает, что есть моменты, когда следует относиться ко всему серйозно.       — Но всё еще остается вопрос о том, зачем тогда визит? — С таким же успехом она могла бы стиснуть зубы и подождать объяснений. Но она точно не собиралась этого делать если речь на самом деле будет идти о Фениксе пытающемся еще раз перенести дату её свадьбы. В этом случае ей продеться найти способ превратиться в жабу и тогда удачи в объяснении почему их сыну вдруг пришлось жениться на жабе!       — Но я могу ведь выделить время в своем плотном графике для того, чтобы увидеть тебя? — Он криво улыбнулся, наклонившись вперед и положив подбородок на ладонь.       Риас вздохнула.       Временами общение з собственным братом ее утомляло.       — Можешь, но мы виделись меньше недели назад. Что-то случилось?       Дернувшаяся левая бровь выдала его игру как нельзя лучше.       Это действительно значило, что Сазекс был чем-то сильно обеспокоен. И даже более того, она это заметила, что было очень редким событием. Итак, улыбнувшись ей Люцифер отказался от притворства.       — Для девушки твоего возраста, ты весьма проницательна. Я говорил это когда-нибудь? — Старший дьявол откинулся на зад, его плечи облегченно опустились. Он… пытался сделать вид, что всё в порядке?       — Я уже потеряла счет этому, брат.       И это на самом деле было правдой. Вероятно, не было ни одного положительного слова, которое можно было бы сказать о ком то, чего Сазекс не сказал о ней раньше, перед посторонними или же на едине.       Обычно, когда она была моложе, это сопровождалось щипанием за щеки.       И ему лучше не думать о том, чтобы сделать что-то подобное здесь и сейчас. Ее гордость не настолько крепка что бы выдержать подобное.       — Что ж, тогда я начну немного издалека и отвечу на этот вопрос немного иначе. Ты помнишь, как мы обсуждали детали твоего пребывания на Земле? И почему именно мы решили пройти через все трудности переговоров с кланом Баел ради позволения тебе взять власть в Куо?       Риас задумалась пытаясь вспомнить.       В тот момент ее не особо интересовали политические маневры и уступки, о которых просили тли, скорее требовали. По ее мнению, практически любого города в любой части страны было бы достаточно, если бы она хотела остаться в Японии.       Больше ничего ее не волновало.       — Если не ошибаюсь… то были проблемы с безопасностью? — последнюю часть предложения она закончила вопросительно.       Сазекс еле заметно улыбнулся.       — Да, можно сказать и так. Когда мы договаривались о том, чтобы у тебя была возможность быть здесь, мы позаботились о том, да бы разместить тебя и твоих слуг на территории, которая бы не находилась под прямым влиянием человеческих организаций. Поскольку фракция Ёкаев выступала в качестве землевладельцев, мы хотели быть уверенными, что не будет никаких шансов в том, чтобы один из людей-тиранов увидел вас с Соной как свои цели.       Риас провела пальцем по губах.       Человеческие тираны.       В Японии их еще называют Убийцами Богов… но за границей было распространенным иное название.       — Кампионе?       Сазекс кивнул.       — Ты могла бы назвать их естественными врагами… или точнее высшими хищниками человеческого мира. В отличии от тех из нас, кто происходит из других измерений планеты, Кампионе – изначально человеческое существо, претендующее на господство над этим миром. Помнишь почему?       Младшая дьяволица припомнила то, что знала.       Кампионе, или же богоубийцы. Существа, что благодаря случайности, удаче или совокупности различных факторов одержали невероятную победу над богом и узурпировали его силы себе. Естественные враги еретических богов. Но так как в нынешние дни было мало интересующихся человеческим миром, помимо частного бизнеса, то было верным считать их тиранами правящими человеческими миром из тени.       Как член семьи Гремори, она прекрасно понимала какую опасность они могут представлять. Особенно если бы она находилась вдали от своей территории в стране в которой её семья не могла немедленно прийти ей на помощь. Хотя, на самом деле, почему это произошло именно сейчас?       — Думаешь один из Кампионе направляется сюда? — Это было разумное предположение раз он решил заговорить о них с ней сейчас.       — Есть подозрения, что они уже здесь.       Риас замолчала на мгновение пока ее разум сосредоточился на словах, которые сказал брат. Это было не то, чего она ожидала.       — Эту будет проблемой?       — На данный момент нет уверенности. Появление Еретического Бога является предзнаменованием прибытия Кампионе. Был ли тот которого мы обнаружили убит одним из шести известных или же это было зарождением седьмого… мы не можем знать наверняка пока они не покажут себя. — Ответила Грейфия, ее невестка, которая заговорила впервые с момента прибытия.       Ее брат вздохнул.       — Это был перебор, не так ли?       Служанка бесстрастно смотрела на него.       — Ты бы приукрасил происходящее. Это серозная проблема и мы здесь что бы предупредить о потенциальной опасности до тех пор, пока не станет известно больше о нынешней ситуации, было б лучше вести себя сдержанно.       Сдержанно?       Это было осуществимо. Хотя ей и не нравиться это.       Когда она вернулась из дома раньше, она ожидала, что у нее останется немного времени, чтобы развлечься перед началом занятий. Ей действительно не хватило месяца для реализации всего что она хотела сделать. Особенно после возвращения Соны.       Теперь же ей придётся прятать голову в песок пока этого предполагаемого Кампионе останется рядом?       — Ты уверен, что кто бы он ни был, он все еще здесь?       Сазекс вздохнул, ущипнув бровь.       — Действительно, если бы они были поблизости это не было бы проблемой узнать. Присутствие Кампионе, честно говоря, заметно. Любой понял бы, кто они, как только их присутствие окажется вблизи. Те же кто нечеловеческого происхождения, тем более.       Значит нет уверенности кем является человек, пока он не подойдет близко?       — Есть так же вероятность, что Кампионе уже ушли, но на всякий случай я все же советую вам всем держаться подальше от публики, пока школа не начнётся.       Риас не хотела соглашаться.       Не было ли это преувеличением? Несмотря на то, что Япония островная страна, ее площадь не была маленькой и здесь хватало людей и мест, которые могут быть более интересными для Кампионе чем ее город. Если бы эти богоубийцы были готовы причинить вред, они бы наверняка уже что-нибудь об этом услышали не так ли?       Не похоже, чтобы у кого-то из этих людей была какая-то причина приезжать в Куо.       Не так ли?