Дорога домой

В автобусе душно и людно, поэтому, когда они наконец выходят на улицу, Илья с облегчением выдыхает. Осенний воздух приятно холодит лицо. Алисе тоже нравится: она искоса поглядывает на парня и прячет смущённую улыбку в вороте куртки. От остановки идут в неловком молчании, пока Илья не решается. Он прочищает горло, перекладывая клюшку из одной руки в другую. – Как пробник, кстати, написала? Глупый вопрос, но Алиса оживляется. – Хорошо. Марь Степанна даже не сказала, что я вся в брата пошла. Илья удивляется. – А что, обычно говорит? – Конечно, – серьёзно кивает Алиса. – Когда опаздываю, когда веду себя не так, когда тройки получаю. Помню, когда волосы покрасила, она единственная вместо скандала только покачала головой. Ну, типа, уже смирилась с тем, что на Черных можно крест поставить. – Тре-е-ш, – тянет Илья и сочувственно поджимает губы. – Не обидно? – Обидно, конечно, – Алиса пожимает плечами. – Но я привыкла. Да и меньше года осталось. Потерплю. Оценки-то у меня всё равно лучше, чем у Фила. Они замолкают на минуту, думая каждый о своём. Потом Илья осторожно спрашивает: – Ты поэтому волосы покрасила? – Почему? – Не понимает Алиса. – Ну, чтобы быть непохожей на Фила. – А-а-а, да. И нет. Наверное, – Алиса останавливается и смотрит прямо в муромовские глаза. – Знаешь, я об этом никогда не задумывалась. Просто захотела и покрасилась. Психанула. А что, это так заметно? – Ты про цвет? – Да нет, – Алиса улыбается. – Про то, что я пытаюсь не быть тенью Фила. – Да ты не тень, – Илья качает головой. – Можешь не врать, – она взмахивает ладонью и продолжает смотреть в глаза. – Я правда не считаю тебя тенью, – серьёзно говорит Илья. – Это сейчас. А раньше? Илья задумывается. В школе он знал о существовании сестрёнки Фила, видел её мельком в столовой и на переменах, но никогда не разговаривал с ней лично. Не было между ними мостика в виде команды. – Ладно, наверное, ты права, – смущённо признаётся Илья. – Вот, а я о чём, – назидательно говорит Алиса и, повернувшись, продолжает идти. Илья догоняет её через пару секунд. – Ты обиделась? – Нет. Тут не на что обижаться. Илья не давит. Слишком тонкая грань дозволенного, слишком многое он о ней не знает. – Ты это, извини на всякий случай, ладно? – Мямлит он, отводя взгляд. – Ладно, – кивает Алиса и хмыкает. Они проходят через неосвещённый двор в тишине. Илья чувствует, что Алиса старается идти ближе к нему, и подстраивается под шаг девушки. – А про тебя Фил многое рассказывал, – говорит Алиса задумчиво. – Считай, я ещё в школу не пошла, уже про тебя знала. – М-м, и что рассказывал? – В основном, жаловался, – Алиса кидает на Илью быстрый взгляд, словно проверяет реакцию. – Ожидаемо, – вздыхает Илья. – В школе я был тем ещё… – Занозой? – Нет. – Палкой в колесе? Ябедой? Подлизой? Дурацким старостой? Алиса генерирует новые варианты с поразительной быстротой, распаляясь с каждой секундой. Похоже, ей это доставляет необъяснимое удовольствие. Илья мягко прерывает её и по-доброму усмехается. – Я бы сказал, дураком. Алиса этого явно не ожидает. Она недоверчиво улыбается. – Смотрите-ка, Илья раскаивается. Кому расскажи, не поверят. – Вот, значит, как ты обо мне думаешь? На основе филовых рассказов? Алиса вдруг смущается и отводит взгляд. – Ну, нет, я же сама думать умею, – бубнит она. – Это Фил на тебя бесился. Мне было скорее смешно. – С меня или с Фила? – С ситуации, – она пожимает плечами. – И Фил смешно злится. – Это точно, – кивает Илья. Они почти подошли к дому Черных – осталось пройти до конца улицы и повернуть налево. Илья с грустью думает, что хотел бы, чтобы дорога никогда не заканчивалась. – Кстати про тень, – начинает Алиса. – Меня же и в фигурку отдали, чтобы на Фила быть похожей. Родители думали, это круто. Дочь фигуристка, сын хоккеист – романтика. – Тебе разве не нравится? – Нравится. Сложно, но интересно. А вот хоккей – полная дурость. Хорошо хоть, на коньках стоять умеете. – Но как я играю, тебе нравится, – поддевает её Илья. – Уж получше Фила, – Алиса бессовестно показывает язык и, лениво размахивая сумкой, быстро устремляется вперёд. Илья думает, что это значит, пока в несколько шагов догоняет девушку. – Так чем тебе не нравится хоккей? – Грубо, форма тяжёлая, правила замудрённые. А чем он нравится тебе? – Она останавливается и тыкает пальцем прямо в муромовскую грудь. Илья задумывается. – Ну… Мне нравится побеждать. – Кто бы сомневался. – Подожди, это не всё. Хоккей для меня как отдушина. Когда выхожу на лёд, думаю только об игре. Мне нравится скорость, холод и азарт, вот. – М-м, типичный хоккеист. Фил мне то же самое сказал, – Алиса смотрит скептически снизу вверх. – Много твой Фил умного говорит, – ворчит Илья. – Валидно. Они доходят до знакомого подъезда. Илья выдыхает. – Мне дорога моя команда. Понимаешь? Они для меня… Ну, в общем, я рад, что сейчас мы в таких отношениях. Алиса кивает. – Я тоже рада. Кажется, она говорит искренне. Алиса достаёт ключи из сумки и неловко толкает Илью плечом. – Спасибо, что проводил. – Да не за что, – Илья улыбается. – И за разговор тоже. – Тебе спасибо. – Ну, я пошла? – Иди. Она уже открывает дверь и вдруг оборачивается. – Ой, кстати, дашь свой телеграм? Напишешь, как дома будешь. Илья дрожащими пальцами вводит свой юзернейм в строку поиска. Алиса отправляет в чат стикер с улыбающимся котом. – Ну вот, теперь точно пойду. Илья наблюдает, как за ней закрывается дверь, и чуть ли не вприпрыжку отправляется домой. Внутри него кипит буря эмоций, и он не понимает, что делать дальше. Сердце колотится быстро-быстро, и единственное, что он знает – он по уши влип.