Часть 4. Неожиданный поворот

      Но Хосок — профессионал. Он не станет спорить с партнёром на глазах у учеников. Да и все порядком устали за день, чтобы выяснять сейчас отношения. Я отчётливо прочёл это во взгляде Хосока, когда мы разошлись в разные стороны на крыше.       Мы с Юнги взяли себе по коктейлю и отошли к краю ограждения. Здесь дул приятный ветер и можно было любоваться вечерним видом на город. Солнце как раз быстро садилось за горизонт, поэтому небо было залито восхитительным буйством красок. Мы с моим другом умиротворённо наслаждались этой красотой. Хосок же веселился с учениками. Они много смеялись, танцевали и наслаждались неформальной обстановкой. Мне же хотелось просто отвлечься и ни о чём не думать.       Тёплый майский вечер постепенно становился жарче с возросшим количеством выпитого. На крыше вовсю шли разгорячённые танцевальные битвы между учениками. Чувствовались нотки флирта и возбуждения. Мне же было сонно. Юнги, сутки не спавший, разделял мою усталость. Мы переглянулись и без слов решили, что с нас на сегодня достаточно вечеринки.       — Давай по последнему коктейлю и пешком прогуляемся до дома, чтобы проветриться, — сказал я.       — Я хотел предложить тоже самое. Пусть молодёжь дальше сама веселится.       — Эй, мы вообще-то тоже не старые.       — Скажи это моей спине.       — Тебе просто стоит поменьше сидеть в позе креветки за своим компьютером.       Подшучивая друг над другом, мы потягивали последний горько-сладкий коктейль, как вдруг из толпы танцующих к нам кто-то направился.       — О, это явно к тебе, — хмыкнул Юнги.       Со смущённо поджатыми губами к нам неторопливо шла Эшли. В её руках был бокал, ножку которого она нервно поглаживала пальцами. Подойдя к нам вплотную девушка подняла на меня глаза и легонько склонила голову.       — Я хотела поблагодарить вас за подаренный шанс проявить себя.       Я расплылся в улыбке. Юнги отпил из своего бокала и сделал шаг чуть назад, давая нам пространство.       — Ты его заслужила.       — Спасибо. — Эшли заправила прядь волос за ухо и перевела взгляд на Юнги. — Простите… Это не будет слишком нагло, если мы с вами вместе выпьем?       Возникла странная пауза. Мы с моим другом переглянулись. За долгие годы общения у нас уже выработалась способность понимать друг друга по микро-мимике.       «Какого чёрта? Разве она подошла не к тебе?» — спрашивал меня Юнги.       «Я и сам ничего не понимаю. Но она точно обращается сейчас к тебе.»       — Видите ли, я — ваша давняя фанатка, — продолжила говорить Эшли.       — Правда? — удивлённо вытянул лицо Юнги.       — Да… Я обожаю вашу музыку. Первым был джингл из рекламы наушников. Вроде такая мелочь, а задала всю атмосферу. Я даже купила те наушники, хоть особо и не пользуюсь ими. Потом я услышала, как вы играете на выступлении учителя Пака. Это была настоящая магия… После этого я стала особенно внимательно следить за вашим творчеством. А ещё я купила игру «Скайкрафт», только чтобы наслаждаться вашими саундтреками оттуда. «Чёрный лебедь», который вы написали для певицы Селис, пробудил что-то глубоко во мне и до сих пор не даёт покоя. А «Тень» — это самый настоящий шедевр. Я могу слушать эту мелодию где и когда угодно на бесконечном повторе. Мне хотелось обсудить с вами всё это и узнать, чем вы вдохновляетесь. Где учились писать музыку и всё такое… Если вы не против, конечно.       Эшли водила носком туфельки по полу, с волнением покусывая нижнюю губу. На щеках девушки проступил уже знакомый мне румянец. Мы с Юнги вновь недоумённо переглянулись.       «Она, что, флиртует со мной?» — безмолвно спрашивал мой друг.       «Похоже на то, дружище. Похоже на то…»       «И что мне делать?»       «Ну… Поговори с ней. В этом нет ничего такого.»       Юнги едва заметно кивнул мне и перевёл взгляд на Эшли. Та смущённо смотрела вниз и крепко сжимала пальцами бокал, словно боясь отказа.       — Можем отойти в сторону, если хочешь.       Эшли тихо ахнула и с восхищённой улыбкой посмотрела на Юнги. Меня это почему-то смутило. Захотелось куда-нибудь деться.       — Тут уютно. Оставайтесь здесь. А я прогуляюсь, съем чего-нибудь.       Юнги благодарно улыбнулся мне. Эшли уже вовсю не сводила с него глаз. Я медленно развернулся и пошёл к столу с закусками.       Взяв тарелочку с заветренными канапе, я отошёл к другому концу крыши и сквозь танцующую толпу смотрел на болтающую пару. Юнги изображал, как играет на фортепиано, используя для этого балку ограждения на крыше. Эшли активно кивала и ловила каждое его слово. Оба выглядели воодушевлённо. Но какого чёрта? Почему я так странно себя чувствую? Я, что, ревную?       Сколько себя помню, если мы выходили вдвоём гулять, и к нам подходили девушки, то они всегда уделяли внимание мне. Юнги просто отходил в сторону и думал о своём, идя рядом. Он всегда был лучшим другом главного героя. А сегодня что? Теперь главный герой — он? А я просто его лучший друг? На этот раз моя очередь тихо идти рядом и не мешать? Я не умею так… Никогда не приходилось раньше попробовать.       Я окинул взглядом снующих по крыше учеников. Они изредка улыбались мне, но не больше. Вежливо. Сдержанно. Хотя в глазах многих уже горел голодный огонёк, разожжённый изобилием коктейлей. Те немногие парни, что были у нас, пользовались в тот момент огромным спросом. И я определённо замечал в толпе учеников тесные парные танцы и первые робкие поцелуи. Хоть девушек было большинство, а я стоял отдельно ото всех, ко мне никто не подходил. Они все понимают, что я — учитель, и держат дистанцию именно по этой причине?       Я нашёл глазами Хосока. Он болтал одновременно с несколькими учениками. В том числе и с Дахён. У них там явно было хорошее настроение. Хосок даже улыбался и шутил, что было нечастым явлением. Ученики, наверное, были в приятном шоке от такого контраста. Учитель Чон умеет не только командовать? Вот так новости…       Но кстати… Почему Дахён не подошла и не сказала мне «спасибо»? Ведь это я включил её в число дублёрш. А она опять все лавры отдаёт Хосоку. Арым хотя бы принесла мне коктейль, когда я отошёл сюда, и искренне отблагодарила. Эшли тоже выразила признательность. А Дахён — ничего. И все остальные меня игнорируют… Обиделись, что я их не выбрал? Поэтому ко мне никто не подходит? Я не ждал приглашений на танец или, тем более, ночного флирта в углу. Но хотя бы просто подойти и поболтать — можно? С Хосоком же болтают. Даже Юнги удостоился порции внимания. Вон как расслабился в присутствии красивой девушки. Улыбается широко, активно болтает с ней. Хотя обычно ходит как мрачная, сонная туча.       Почему-то я резко почувствовал одиночество тогда. Разве я хуже других? Неужели на моих занятиях все улыбки были показными и фальшивыми? А стоило выбрать не тех, как всеобщая любовь мигом прошла. И больше я никому не интересен. Продолжит ли кто-то вообще посещать мои тренировки после этого?       Я поднял свой бокал и посмотрел на тёмно-бордовый напиток, принесённый Арым. Это ты вызвал во мне все эти депрессивные мысли? А с крыши полететь не хочешь, жалкий коктейльчик?       Как же мерзко мне было в тот момент…       Когда я доедал третий подсохший капкейк, ко мне подошёл Хосок.       — Стрессуешь?       — С чего ты взял? — ответил я с набитым ртом.       — Потому что ты — единственный, кто не брезгует есть всю эту заветренную еду.       Тон Хосока не звучал издевательски. Он был на удивление мягок, что фигурально сбило меня с ног. Я тут же снял появившуюся маску сарказма и не стал огрызаться в ответ.       — Переволновался наверное…       — Ну да. Кастинги — всегда дело нелёгкое. И неблагодарное. С почином тебя, Чим.       — Спасибо.       Я почувствовал странную признательность Хосоку за то, что он один из всех подошёл ко мне поговорить. Да даже если бы он просто молча посидел рядом, мне уже было бы чертовски приятно.       — Мои глаза меня не обманывают? — спросил Хосок.       Я проследил за его взглядом. Он смотрел на болтающих Юнги и Эшли. Точнее на то, как они стоят почти вплотную и с милыми улыбками касаются одежды друг друга. И когда только они успели так сблизиться?..       — Да. Там определённо происходит некая форма флирта.       — Надо же… — выдохнул Хосок.       — Теперь будешь и Юнги отчитывать за интерес к ученице?       — Нет. Он же не учитель. Может строить свою личную жизнь, как угодно. Просто это немного неожиданный поворот вечера.       — Тут не могу не согласиться.       Я отложил недоеденный капкейк и сделал большой глоток из бокала. Хосок повернул лицо ко мне.       — Спасибо, что дал шанс Дахён. Признаю, что мне это польстило.       — Мог бы и сам организовать для вас с ней парный номер.       — Мог бы. Но это точно нарушит границу «преподаватель\ученик». Я же не тупой. Вижу её интерес ко мне.       — Но ведь ты весь такой из себя правильный.       — С чего ты взял? — усмехнулся Хосок. — Разве ты знаешь, что у меня в голове? Разве знаешь, сколько цепей я повесил на своё сознание, чтобы не пировать в этом царстве?       Я удивлённо посмотрел на его развязную улыбку, направленную на танцующих вокруг девушек.       — Ах ты, одержимый пошляк… Поди клеишь тех расстроенных учениц, что отчислились, чтобы совесть потом не мучила.       — Было пару раз, признаю. Но если ты кому-то расскажешь, то я тебя уничтожу.       Хосок широко улыбнулся мне и забрал бокал из моих рук. С нарочитым наслаждением он отпил и расслабленно выдохнул. Я покачал головой.       — Когда ты только успеваешь? Я последний раз был на свидании года два назад.       — Какой кошмар… Сдерживаться — очень вредно для здоровья, Чим. Найди кого-нибудь. На ночь, другую. Только не среди учениц.       — Да помню я, помню… — грустно вздохнул я. — Посмотри. Никто из них даже не подошёл ко мне за вечер. Так что можешь не переживать на этот счёт.       — Не расстраивайся из-за них. Подуются и забудут. А если не забудут, тогда им нечего делать в этой индустрии. Здесь надо уметь вновь подниматься и не отступать.       Хосок посмотрел на Юнги, который уже накидывал на плечи девушки свою куртку.       — То есть ты правда что-то разглядел в этой Эшли? Не просто шёл по зову своего голода?       Я попытался скрыть своё раздражение. Удивительно, насколько Хосок проницателен. От него нереально сложно что-то утаить. Или это просто я неспособен…       — Она воплотила то настроение, которое мне хотелось создать. Я же описывал тебе общую концепцию танца, над которым работаю.       — Помню. Недоступная красотка Эсмеральда, топчущая сердце мужчины, который имел неосторожность увидеть её танец на улице и влюбиться.       — Мне показалось, что Эшли может передать это настроение, в точности, как я хочу.       — И всё же я настаиваю на кандидатуре Арым.       — Да я не спорю. Но ты ведь не станешь отрицать, что в дублёршах тоже есть надобность. Одной Дахён может оказаться мало. Потому я и решил добавить Эшли в список. Они втроём могут дополнить друг друга и обменяться навыками. Как это сделали мы с тобой.       — Да, возможно ты и прав. Посмотрим, к чему приведёт тебя чутьё.       — Я ценю твоё доверие. Правда.       Хосок довольно улыбнулся и залпом допил мой коктейль.       — Поеду домой, — сказал он. — Хочу отоспаться в завтрашний выходной. Ты со мной?       — Я подожду…       Мне хотелось сказать «Юнги», но, подняв глаза на своего друга, я внезапно увидел, как Эшли проводит ладонью по его лицу и приближает к себе с намерением поцеловать. А Юнги при этом совсем не сопротивляется. Хосок тоже посмотрел в ту сторону и удивлённо поднял брови.       — Видимо, ты его не дождёшься сегодня.       Я недовольно отвёл глаза.       — Похоже на то. Пошли.       Не знаю почему, но я почувствовал, будто Юнги меня предал. Хотя на деле это было не так. Просто впервые за долгое время мы уходили домой порознь. Сбилось моё привычное и устоявшееся «расписание». А может это просто те дурацкие коктейли дурили мне разум… Как бы то ни было, я ушёл вслед за Хосоком.       Дома я не мог уснуть. Было неуютно находиться в пустой квартире. Юнги всегда был тут. Либо спал, либо работал. Но всегда был рядом. А сегодня я остался один… И от одиночества в голове роились странные мысли.       Когда вообще у Юнги было последнее свидание? Я ведь видел его с девушкой. Он точно состоял в отношениях когда-то. А, ну да… Она ушла от него, обидевшись. Юнги так долго работал над большим заказом, что забыл про их годовщину. Я-то привык к тому, что он не помнит дат и дней рождения. А вот девушкам это критично важно. Хотя, на мой взгляд, работа всё же не менее важна. Уж можно было бы проявить понимание… А встречался ли он с кем-то ещё потом? Возможно я проглядел этот момент, пока занимался студией с Хосоком.       Я размышлял обо всём этом, лёжа в своей кровати и глядя в потолок. Рядом горела тусклая лампа, бросая рыжеватые блики на тёмные поверхности. Я пытался сосредоточиться на их замысловатом рисунке, чтобы загипнотизировать себя и таким образом провалиться в сон.       Но мне помешал звук открывающейся двери. Юнги, наконец, вернулся с вечеринки. Я почувствовал значительное облегчение. Показалось, что теперь-то я точно смогу спокойно уснуть. Ведь с его приходом всё встало на свои места.       Но когда Юнги проходил мимо моей комнаты, я увидел, что он ведёт за собой Эшли… И без того зыбкий сон тут же растворился без следа. Мой друг бесполезно пытался скрыть глупую улыбку. Увидев меня, он лишь чуть вздёрнул брови вверх, как бы говоря: «не поверишь, но да. Вот так всё сложилось сегодня.» Эшли шла за ним, чуть прикрывая лицо ладонью. Как будто пыталась спрятаться от меня. Хотя смысла в этом не было никакого.       Они тихо прошли в комнату Юнги и заперли за собой дверь. А я продолжил также лежать в своей кровати и смотреть в потолок. Но теперь с широко раскрытыми глазами.       Как день вдруг обернулся таким образом? И почему я чувствую такой дискомфорт? Юнги — почти мой брат. Я желаю ему только лучшего. Должен желать… Почему не выходит?       Эшли… Я не мог понять, что чувствую по отношению к ней. Разве можно ощущать от неё нехватку чего-то, если мне ничего не обещали? Она никогда не говорила, что хочет сблизиться со мной. Я прикусил язык. Стоп… Хосока нет в моей голове. Я могу быть честен наедине со своими мыслями. Да… Мне показалось, что у нас возникло некоторое приятное напряжение и флирт. И да, я нашёл это привлекательным. Не чувствовалось, что я противен Эшли. Разве девушки всем подряд доверяют застегнуть молнию на своей одежде?       Я хмыкнул. Застегнуть может и немногим. Но вот расстегнуть — ещё меньшему количеству. И я оказался не в этом числе. Как Юнги удалось стать тем, кому позволено сейчас раздевать Эшли? Чем он привлекательнее меня? Что со мной не так?       И вообще, какого чёрта я завидую Юнги? Я должен радоваться за него. С его полу-пещерным образом жизни встретить девушку, да ещё и привлекательную, почти невозможно. Ко мне ещё и на улице порой подходят. Узнают. Просят фото или автограф. А он, хоть и успешнее по факту, всегда находится в тени. Я должен за него порадоваться. Почему же не выходит…       За стеной раздался тихий стон. Я думал, что мне показалось. Но через мгновение услышал ещё один томный вдох. Какого чёрта? Юнги ведь разбирается в шумоизоляции. Почему она не работает? Ну, конечно… Он говорил, что в жилом доме это почти бесполезная затея и не имеет смысла из-за того, что не способна полностью решить проблему. Потому из дома проще работать в наушниках. Юнги всегда играл на своих инструментах тихо, потому что гарнитура прятала звук. Как я раньше этого не замечал?       Стоп… Мне, что, теперь слушать их?       Очередной протяжный стон вынудил меня положить подушку себе на лицо. Но это не помогло. Звуки не исчезли. В отличие от воздуха… Откинув подушку в сторону, я сел на кровати и сделал пару глубоких вдохов ртом. Оглядевшись вокруг, я быстро выключил все ночники. Как будто надеялся, что темнота скроет меня в тишине. Так глупо… Во тьме, напротив, все звуки сделались намного отчётливее. И от них совершенно некуда было деваться.       Я прикрыл уши ладонями, зажмурился и лёг на спину. Неудобно… Повернувшись на бок, я вновь закрыл уши руками. Долго ли я так продержусь? Ладони, ожидаемо, быстро заныли.       Интересно, как они там вообще помещаются на его не особо широкой кровати? Для одного там места предостаточно, но двоим уже будет тесновато. Впрочем… Если вы плотно переплетены телами, то не так уж и много пространства вам нужно.       А Эшли так сладко звучит… Неужели Юнги настолько хорош?       Я ненавидел себя за эти мысли и в то же время думал о том, как Эшли звучала бы в моих объятиях. Моя сила в закалённых бёдрах и безупречном коре. Сила Юнги — в ловких руках и пальцах. Что для девушек предпочтительнее? Я бы многое отдал, чтобы узнать. Особенно для Эшли. Как же мне стыдно и склизко было от этих мыслей… Если вздохи из чужой комнаты я мог приглушить руками, то звуки в своей собственной голове не удавалось заткнуть никакими способами. Я бесконечно мусолил мысли о том, что, кто застёгивал молнию на комбинезоне, тот и должен был расстёгивать её. И наслаждаться потом благодарным, тихим пением в ночи. Главным героем этого дня должен был быть другой человек… Один жалкий, завидующий лучшему другу человек…       Я дико устал тогда от своих мыслей. Но уснуть смог только после наступления полной тишины. Точнее, просто потерять сознание, как мне тогда показалось. Ещё ни одна тренировка не выматывала меня до подобного состояния, как та бессонная ночь.       Утром я чувствовал себя жутко опухшим и разбитым. Постель была смятой и чуть влажной от того, что полночи меня бросало в жар. С отвращением проведя ладонью по своей шее, я решил, что этот день необходимо начать с душа и никак иначе.       В квартире стояла тишина. Дверь в комнату Юнги была закрыта. Решив, что все ещё спят, я тихо прикрыл свою дверь и проскользнул в ванную комнату.       В душе я долго стоял, касаясь ладонями струй воды, и держал глаза закрытыми. Хотелось сосредоточиться исключительно на мокром тепле и не вспоминать ничего из вчерашнего дня. Пар плавно окутывал меня собой, согревая в своих объятиях и захватывая пространство комнаты. Медленно и неторопливо я полностью встал под поток воды и облегчённо выдохнул. Погладив ладонями грудь и живот, я поднял руки и отбросил мокрые волосы назад. Горячая вода приятно потекла по моему лицу, смывая припухлости и усталость.       Появилось желание поехать к морю и полежать там в объятиях тёплых волн. Чтобы никого больше не было рядом. Только я, солнце и лёгкий бриз.       — Уф, как у тебя здесь горячо… Не против моей компании?       Я испуганно открыл глаза и чуть было не отпрыгнул, увидев то, как сквозь пар ко мне в душевую кабинку заходит Эшли.