Глава 183 Поляна и озеро молний

Последний месяц в Миднайте Елена не спешила возвращаться в столицу. Она знала, что скоро придётся принять решение, которое изменит всё, но прежде ей нужно было дойти до ещё одной точки. До места, о котором шептались даже демоны. До земли, где небо никогда не молчало. Дорога вела через каньоны, где скалы были рассечены будто гигантским клинком. Камень здесь был чёрным, прожжённым, но не разрушенным. В воздухе чувствовался металлический запах — запах грозы, которая никогда не заканчивается. — Мы почти пришли, — сказал Ланселот, глядя вперёд. Они вышли на край обрыва, и перед ними открылась равнина. Огромная. Почти круглая. Земля на ней была тёмной, как уголь, испещрённой трещинами, внутри которых мерцал слабый свет. И в эту землю, с разной частотой, били молнии. Не хаотично. Не разрушительно. Словно кто-то невидимый проверял её прочность. Молния ударяла — и земля не раскалывалась. Воздух вспыхивал — и снова становился прозрачным. Гром здесь не был оглушительным. Он был глубоким. Как дыхание чего-то древнего. Чуть дальше, за разломом каньона, лежало озеро. И туда тоже били молнии. Вода не кипела. Она принимала удары спокойно, как будто это было её предназначение. Поверхность вспыхивала серебром и снова становилась гладкой. — Красиво, — тихо сказала Елена. — Опасно, — добавил Ланселот. — Для тех, кто боится. В этот момент за их спинами раздался знакомый смешок. — Видимо, я единственный столп, который после встречи с вами остался жив. Елена обернулась. Пайман стоял на камне, руки в карманах, с привычной насмешливой улыбкой. Ветер трепал его волосы, но молнии будто обходили его стороной. — Значит, ты всё-таки не злишься, — сказала она. — На что? На то, что ты меня не убила? — он усмехнулся. — Я благодарен. Это редкий случай. Ланселот фыркнул. — Ты привёл нас сюда? — Нет, — Пайман покачал головой. — Это место само притягивает тех, кто должен его увидеть. Он подошёл ближе, взгляд его стал серьёзнее. — Знаешь, что это? Елена посмотрела на равнину. — Место силы. Древнее. — Людское, — уточнил Пайман. — Очень древнее. Когда-то здесь собирались волхвы. Он произнёс это слово спокойно, но в нём прозвучала память. — Волхвы поклонялись Перуну, богу грома и молний. Они не строили здесь храмов. Им не нужны были стены. Они приходили сюда, чтобы проверить себя. Не силу — преданность. Не мастерство — доверие. Молния ударила совсем рядом. Камень под ногами дрогнул. — Если человек приходил сюда с гордыней — его сжигало. Если с сомнением — он не выдерживал. Если с верой — молния проходила мимо. Елена смотрела на равнину внимательнее. Внутри неё что-то отзывалось. Не страх. Узнавание. — А озеро? — Очищение, — ответил Пайман. — Те, кто выдерживал поле, шли к воде. Там принимали удары снова. Если выживали — считались достойными нести силу дальше. Он усмехнулся. — Люди забыли это место. Им стало проще строить безопасные храмы, чем приходить туда, где бог может ответить молнией. Елена шагнула вперёд. Ланселот хотел остановить её, но не стал. Молния ударила в нескольких шагах. Свет вспыхнул. Ветер поднял волосы. Она шла дальше. Её не трогало. Не потому, что она была сильнее. А потому, что внутри неё не было страха. Не было желания доказать что-то. Она не пришла за силой. Она пришла понять. Молния ударила прямо перед ней. Свет прошёл по земле, по воздуху, коснулся её кожи — и исчез. Пайман наблюдал молча. — Видишь? — сказал он тихо. — Стихия чувствует намерение. Елена остановилась в центре равнины. Гром прокатился над ней. Она закрыла глаза. Перед её внутренним взором вспыхнули воспоминания — войны, потери, смех друзей, тишина кофейни, разговор с матерью, лица демонов, лица людей. Всё это было частью неё. Она не отвергала ни одну сторону. Молния ударила рядом снова. И снова не коснулась её. Пайман рассмеялся. — Перун бы тебя принял. Она открыла глаза. — Я не пришла, чтобы быть принятой. — Я знаю. Он посмотрел на озеро. — Это место всегда было источником моей силы. Для существ вроде меня — оно живое. Люди ушли, но молнии не перестали бить. Стихия не нуждается в поклонении. Елена подошла к краю каньона. Озеро сияло внизу. — Мир тоже не нуждается в поклонении, — сказала она. — Он нуждается в понимании. Пайман на мгновение стал серьёзным. — Ты собираешься изменить всё? — Я собираюсь сказать правду. — Люди её не любят. — Знаю. Он усмехнулся. — Знаешь, если бы мы встретились сейчас, а не тогда… возможно, мы бы просто поговорили. — Возможно. Они стояли в молчании. Молнии продолжали бить. Гром гремел, но не угрожал. — Ты уходишь? — спросил Пайман. — Да. — В столицу? — Да. Он кивнул. — Тогда это будет последняя гроза перед бурей. Она посмотрела на него. — Ты не придёшь на поле боя? — Я больше не столп войны, — спокойно ответил он. — Я — буря. А буря не выбирает сторону. Ланселот подошёл ближе. — Пора. Елена ещё раз взглянула на равнину. На землю, по которой ходили древние волхвы. На озеро, куда били молнии. На небо, которое не молчало. Это место не было ни светлым, ни тёмным. Оно было честным. И она была готова. — Спасибо, — сказала она Пайману. — За что? — За то, что остался жив. Он рассмеялся. — Иди. Пока молнии не передумали. Они ушли, оставив за спиной поле грома. Последний месяц в Миднайте подходил к концу. Впереди была столица. И решение.