Глава 186 Последнее испытание

Комната была светлой, но не пустой, наполненной тихим дыханием времени, будто сама вечность остановилась на мгновение, чтобы позволить им встретиться. Они уже были здесь. Все. Гилберт стоял первым, спокойный, но в глазах его горел тот самый огонь, который не гаснет даже после тысяч лет испытаний. Михаил рядом, прямой, как копьё, которое он никогда не выпускал из рук ни в одной из жизней. Карина чуть поодаль, тихая и собранная, словно тень, но не холодная, а тёплая, живая, настоящая. Исаму, Сьюзен, Абель, Сяонай — каждый из них прошёл свой путь, свою боль, своё ожидание. Они смотрели друг на друга и не спешили говорить. Слишком долго они шли, слишком долго не видели друг друга, слишком многое пережили поодиночке. Первой шагнула вперёд Сьюзен, обняла Карину, потом Михаила, потом остальных, и только тогда напряжение, висевшее в воздухе, треснуло, рассыпалось, растворилось. — Вы живы… — тихо сказала она. — А ты сомневалась? — усмехнулся Исаму, но в голосе его звучала дрожь. Они обнимались, смеялись, говорили одновременно, перебивая друг друга, вспоминая, как будто между ними не было ни тысяч лет, ни испытаний, ни разлуки. И всё же каждый из них чувствовал одно и то же. Это ещё не конец. Когда шум стих, когда слова закончились, когда они просто стояли рядом, ощущая присутствие друг друга, пространство вокруг них вдруг изменилось. Воздух стал плотнее, глубже, словно мир сделал вдох. И тогда прозвучал голос. Не громкий, но слышимый каждым. — Архангелы. Они замерли. — Ваш путь почти завершён. Никто не перебивал. Никто не спрашивал. — Последнее испытание ждёт вас. Тишина стала тяжёлой. — Вас ждёт поле боя. Финальная война этой эпохи. Эпохи дитя богини. Война между людьми и демонами. Михаил сжал кулаки. Карина подняла голову. Гилберт не шелохнулся. — Вы должны будете услышать решение Елены. Услышать её вывод. Услышать её ответ миру. Слова звучали спокойно, но каждое из них ложилось на сердца тяжёлым камнем. — Ваше последнее испытание — принять её решение… или опровергнуть его. Тишина стала ещё глубже. — Но прежде… Голос на мгновение затих, словно давая им время понять. — Вы должны будете увидеть всё, что видела она. Всё, через что прошла. Всё, что поняла. Они переглянулись. — Мы… должны судить? — тихо спросил Сяонай. Ответ пришёл сразу. — Вы должны решить. Слова прозвучали мягко, но в них не было выбора. Они понимали. Это испытание — не силы, не боли, не выносливости, это испытание доверия, испытание веры, испытание их союза. И прежде, чем кто-то успел сказать хоть слово, пространство впереди дрогнуло. Перед ними раскрылся портал. Он был не ослепительным, не пугающим, не холодным. Он просто был. — Войдите. Голос стал тише. — Время пришло. Они не сомневались. Они сделали шаг, один за другим. И когда последний из них пересёк границу света, мир изменился. Они вышли на землю. Под ногами была трава, настоящая, живая, знакомая. Ветер пах родной землёй. Перед ними возвышались стены. Стены Зары. Они стояли молча, глядя на них, и в этом молчании было всё — память, тоска, дом. — Мы… вернулись, — тихо сказал Исаму. — Похоже на то, — ответила Абель. К воротам уже шёл стражник. Тот самый. Тот, что когда-то проверял документы Елены и Ланселота. Он остановился перед ними, прищурился. — Вы… Он оглядел их всех, задержал взгляд на лицах, на осанке, на том, как они стояли. — Документы. Гилберт протянул их первым. Стражник взял, посмотрел, нахмурился. — Вы тоже… оттуда же, откуда та девушка? Михаил чуть усмехнулся. — Возможно. Стражник долго смотрел на них. Потом кивнул. — Ждите. Он развернулся и быстро ушёл внутрь. Они остались стоять у ворот. Никто не говорил. Им не нужно было. Они чувствовали, как мир вокруг них уже начал меняться. Спустя несколько минут ворота открылись шире. И изнутри вышел человек. Высокий, спокойный, с прямой осанкой и ясным взглядом. Глава храма паладинов Александр. Он остановился перед ними и долго смотрел. На каждого. По очереди. — Мы вас ждали, — сказал он наконец. Голос его был спокойным, но в нём звучало облегчение. — Раз вы вернулись… значит, время пришло. Они молчали. Но каждый из них понимал. Последнее испытание началось.