Глава третья: деревня и рынок. Часть первая

Глава третья: деревня и рынок . Часть первая.

С утра радостный Орфей, после того как встал и умылся, начал готовить замаринованное мясо. Пожарив его, он половину отложил, а вторую часть использовал для завтрака вместе с кусочком чёрствого хлеба и чашкой воды. Закончив все свои дела, Орфей вышел из дома для прогулки в церковь, чтобы посмотреть товары, которые там предлагают. Чем ближе парень подходил к церкви, тем больше на него косились люди, в глазах которых отражались холодность и презрение. Заметив своих родителей, Орфей пропустил мимолётную улыбку, но, посмотрев на них, он увидел всё те же глаза, наполненные раздражением и холодностью. Пройдя мимо них, мальчик проследовал в церковь, возле дверей которой собиралась всё большая толпа. Не увидев какого-либо движения со стороны церкви даже спустя десять минут, жители деревни начали активнее перешёптываться, чуть ли не разговаривая в полный голос. Устав ждать, Орфей решил обойти церковь и посмотреть внутрь через витражное окно. Сделав это, он увидел, что пожилой священник с седой бородой напряжённо раздаёт указания и готовится к празднику. Церковь была самым большим зданием в деревне, и по совместительству это был ежегодный большой рынок. С правой и левой сторон, возле стен, были места для торговли, по центру в три ряда скамьи для молитвы, а чуть дальше под окном, из которого наблюдал Орфей, находились амвон с кафедрой. Рынок в церкви действовал так: для записи и возможности выставить свой товар на продажу необходимо было подойти к служителю церкви, который стоял с записной книжкой, и продиктовать своё имя, а после сказать ему, что вы выставляете на продажу, и вот, вы в очереди на место для продажи! Когда ваше время подойдёт к концу или же к началу торговли, вам обязательно сообщат. Рынок работает до глубокой ночи, но чаще всего после первых признаков наступления темноты большая часть народа расходится, остаётся лишь крупица из тех, кто ещё хочет попытать удачу или же раздумывает над приобретением чего-то необычного. Если же вы не смогли продать свой товар, то можете вновь встать в очередь для повторной попытки. Орфей был из тех, кто выставляет свой товар ночью, но, придя утром, он надеялся приобрести что-то полезное и съедобное. Не найдя ничего интересного, парень решил вернуться и спокойно ждать открытия церкви, как и все. Спустя некоторое время главный священник в соборе открыл ворота, представ пред жителями, и начертил пентаграмму — священный символ, олицетворяющий Созерцателя Пустоты, жители сделали то же самое, абсолютно все, включая Орфея. Также этот символ находился при входе в храм на его дверях, в нём самом на полотне над кафедрой и в глазу Орфея, хотя там он казался каким-то незавершённым, неправильным и искажённым… Все служители церкви бросали на паренька косые взгляды, но в этот день они ему ничего не собирались делать и спокойно пропускали внутрь собора. Поскольку собор представлял собой самое большое здание в деревне, куда могли вместиться все жители, он также являлся и убежищем от всяческих бедствий, которое было окружено мощнейшим барьером. На что опирался этот барьер, было для всех загадкой, хотя даже самые безграмотные должны были в состоянии понять, что почти ни одно живое существо не способно поддерживать этот барьер активным хотя бы десять минут из-за своего малого количества духовности. Подумав немного, Орфей решает помолиться вместе со всеми, а после уже посмотреть товар. Сев на скамью в центральном ряду, он очистил свой разум и начал смиренно ждать. Через три минуты послышались шаги священника к кафедре, а после он ещё с пять минут рассказывал о великом посте, какой он замечательный и прекрасный. Орфей же в свою очередь пропускал добрую половину слов, ожидая молитвы, и вот он её застал: О, созерцатель Пустоты, Владыка основ, Ты — противник смерти, что сеет увядания. Ты — мать, что роняет семя, И утроба, дарующая новое бремя. Твой дух — начало, что таится в конце, И в бездне — обещанное возрожденье. Мы — тень в Твоём бесконечном теченье, Миг меж Небытием и Твореньем. Дай нам не знания — дай смиренья С простым законом, что Тобой храним: Что нет для вещи окончанья, Всё, что падёт — в свой черёд восстаёт. Хранитель круга, благослови наш путь И вплети наш миг в свой божественный ут. Просим мы о твоём благословении: даруй нам прекрасный следующий год с обильными урожаями и охотами, чтобы ни один житель деревни не голодал. Закончив с молитвой, все, включая священника, сидели молча и неподвижно еще две минуты, а после одновременно встали, воскликнули «Хвала Пустоте!» и начертили пентаграмму на груди. Увидев и поучаствовав в этом, Орфей в приподнятом настроении пошёл к местам для торговли. Подойдя к первому прилавку с овощами, он начал выбирать их и спрашивать цену каждого. Когда Орфей взял достаточно, торговец назвал ему цену: — Четыре немезиды, — продавец бросил на него презрительный взгляд, специально завысив цену. Орфей не обратил внимания, бросил продавцу монеты и пошёл к другому прилавку. Закупившись фруктами и овощами на две недели вперёд, у него осталось еще три искорки, одна комета и десять немезид. Время подходило к обеду, не собираясь больше задерживаться у церкви, Орфей вернулся к себе в дом на окраине деревни, чтобы поесть и дождаться ночи. Сделав суп с овощами и оленьим сердцем, он быстро поел и оставил половину похлёбки на завтра. После обеда Орфей решил отдохнуть, а после прогуляться по улице, заодно и узнать, какое волшебство ему теперь подвластно. Выйдя на улицу, парень подошёл к своему чучелу, которое стояло бесцельно на пустом поле на десять метров, и навёл свою руку на силуэт. Через секунду в воздухе материализовалась острая сосулька — ледяное копьё, которое использовал олень в схватке с Орфеем. — Мда уж... Копьём это трудно назвать, только если его наконечник? — с этими словами снаряд рванул к цели на высокой скорости, пронзив соломенную цель насквозь. — Фух, это, конечно, и копия, но сила у него есть. Телог я должен пробить на ура, не говоря о кожаных доспехах. — Хотя духовности потребляет не очень много, это грозная магия. В процессе пробы новой магии Орфей изрешетил всё чучело. Когда он закончил, время подступило к вечеру, и на улице холодало. — Нужно вернуться в дом и начать собираться на рынок. Холодрыга! — сказал парень, быстро забегая в сарайчик.

Конец первой части третьей главы.