Седьмой круг Ада

Вечер был шумным. Это уже изрядно бесило Игуро, отчего он уже жалел что согласился прийти. Но раз он уже дал согласие, то просто уйти не получиться. Шиназугава точно не даст. Он сел в самом спокойном месте, диванчик в углу кафешки. Наблюдал за людьми, и старался вести себя как можно естественней. Не ожидал он еще подставы от лучшего друга. Омега думал что они будут тусить втроем, он, Санеми и Гию. Окей с Геньей и Муичиро. Генья брат Санеми, а Муичиро его парень, так что даже не удивительно. Но почему никто не сказал что придет Мицури??? Она кстати сейчас общалась с кем-то со своего факультета. — Устроим игру в правду или действие? Кто не отвечает, пьет по рюмке алкоголя, — предложил кто-то рядом. Игуро едва заметно напрягся. Игра. Прекрасно. Просто прекрасно. Он медленно перевёл взгляд на компанию. Смех, лёгкость, кто-то уже потянулся за стаканами. Всё выглядело безобидно. Настолько безобидно, что становилось подозрительно. — Я пас, — коротко бросил он. — Ой, да ладно тебе, — протянул Генья, плюхаясь рядом. — Ты и так как призрак сидишь. — Потому что это и есть его хобби, — хмыкнул Муичиро, даже не отрываясь от телефона. Санеми уже ухмылялся. Плохой знак. — Не ной, — сказал он. — Это просто игра. Просто игра. Да, конечно. Люди всегда так говорят перед тем, как начинают задавать самые неудобные вопросы в своей жизни. Игуро выдохнул через нос. — Один раунд, — сказал он. — И всё. — Записали! — довольно отозвался кто-то. Круг замкнулся. Стаканы передали по рукам. Игуро даже не стал смотреть, что там налито. Первый вопрос прошёл мимо него. Второй — тоже. Кто-то смеялся, кто-то отнекивался, кто-то пил, не желая отвечать. Игуро почти расслабился. Почти. — Так, — голос стал громче. — Игуро. Конечно. Он поднял взгляд. — Правда или действие? — Правда. Ошибся. Он понял это сразу. Улыбка у задающего вопрос стала слишком широкой. — Ты влюблен в кого-то? Игуро даже не удивился. Он посмотрел на стакан перед собой, потом на того, кто задал вопрос. Шум в кафе на секунду будто отступил. Остались только взгляды. Ожидающие. Лёгкие. И при этом цепкие, как крючки. Он мог выпить. Самый простой вариант. Но это было бы слишком… заметно. Слишком уклончиво. Слишком подозрительно. Он медленно откинулся на спинку дивана, скрестив руки. — Да, — сказал он спокойно. Тишина длилась ровно секунду. Потом кто-то прыснул. — Серьёзно? — Неожиданно… — Кто? Конечно. Люди не умеют останавливаться. Игуро чуть наклонил голову. — Это был один вопрос. Кто-то хмыкнул. — Не-не, так не работает. — Работает, — лениво отозвался Игуро. — Я ответил. Муичиро даже не поднял взгляд, но уголок его губ чуть дёрнулся. — Технически он прав. Санеми молчал, но в глазах у него мелькнуло что-то одобрительное. Типа «не облажался». Как будто это экзамен, а не вечер в кафе. Но воздух уже изменился. Интерес стал плотнее. — Ну хоть намекни, — протянул кто-то. — С нашего факультета? — С этого универа, — сказал он. Правда. Формально. Мицури в этот момент смеялась где-то в стороне, даже не глядя на них. Солнечная, яркая, абсолютно не подозревающая, что сейчас её имя почти произнесли вслух. Игуро отвёл взгляд. — Альфа или омега? — не отставали. Вот тут стало чуть опаснее. Он сделал паузу. Ровно настолько, чтобы это выглядело как обычное раздражение, а не расчёт. — Альфа. Снова правда. Снова безопасно. Почти. Генья свистнул. — Ничего себе. Наш мрачный химик и альфа. — Контраст, — пробормотал Муичиро. Кто-то засмеялся. Кто-то потерял интерес. И вот это было главное. Интерес не зацепился. Он скользнул дальше. Игра пошла по кругу. Игуро медленно выдохнул. Сердце всё ещё билось чуть быстрее, чем нужно, но внешне он оставался спокойным. Ровным. Почти… нормальным. Как бета. Санеми наклонился чуть ближе, так, чтобы слышал только он. — Видишь? — тихо сказал он. — Жив. — Пока, — так же тихо ответил Игуро. — Уже прогресс. Игуро фыркнул. Где-то сбоку Мицури наконец обернулась, заметила компанию и помахала рукой. Улыбка у неё была всё та же. Тёплая. Настоящая. И это было хуже любых вопросов. Потому что теперь в голове крутилась только одна мысль: она не знает. И он только что признал это вслух. Пусть и не напрямую. Он опустил взгляд в стакан. Игра продолжалась. А он впервые за вечер почувствовал, что держится на тонкой грани — между тем, чтобы быть «нормальным», и тем, чтобы сказать слишком много. Но его мысли оборвал резкий возглас. — Муичиро! — Ха? А что мы только что делали? — парень озадаченно оторвал взгляд от телефона. — Муичиро ты серьёзно? Правда или действие? — А, точно.. Правда, — не задумываясь ответил подросток. — Так как все таки первая встреча, поинтересуюсь. Ты омега? — спросил кто-то с другого диванчика. — Да, но я уже в отношениях, — Муи сразу пересек все дальнейшие вопросы о вторичном поле, и вновь засел в телефон. — Понятно... Ну ладно, крутим дальше! — Я пожалуй пойду развеюсь, — Игуро встал с диванчика. — Уши от шума уже болят. Вернусь чуть позже. Он сам не понял почему вдруг решил уйти. Просто, было странное предчувствие, что именно сейчас надо уйти. И запах вокруг стоял немного странный, будто альфы в гоне. Коротко совершенно не охота было сидеть в помещении, так что Игуро направился к балкону. Дышать на свежем воздухе было легче. Ушла какафония запахов людей, сигарет и алкоголя. Музыка, что била по ушам, теперь осталась позади. Холодный воздух на балконе врезался в лёгкие резко, почти болезненно. Игуро опёрся руками о перила, чуть наклонившись вперёд. Внизу шумел город, но это был другой шум. Далёкий. Терпимый. Не тот, что лезет под кожу. Он сделал глубокий вдох. Потом ещё один. Запахи были проще. Асфальт. Пыль. Чужие сигареты, но уже не такие удушающие. И — главное — не было этого давящего фона из десятков феромонов, перемешанных в одно липкое нечто. — Лучше, — тихо пробормотал он сам себе. Скрипнула дверь. Игуро машинально обернулся. Какой-то незнакомец. Не придав этому значения омега отвернулся. Человек встал рядом, тоже облокотился на перила. — Куришь? — он протянул пачку сигарет, на что Игуро отрицательно замотал головой. Парень пожал плечами, достал сигарету сам, щёлкнул зажигалкой. Огонёк на секунду высветил лицо — обычное. Ничем не запоминающееся. Именно такие чаще всего и оказываются проблемой. Дым поплыл в сторону. Игуро чуть сдвинулся, чтобы не вдыхать. Уже хотел вернуться к своим мыслям, как почувствовал это. Запах. Не резкий. Но неправильный. Тяжёлый. Тёплый. Слишком плотный для спокойного вечера. Феромоны альфы в гоне. — Ты посетитель или работаешь там? — Не думаю что если бы я там работал, то стоял бы здесь в толстовке и джинсах, — коротко отрезал Игуро. — Не хочешь выпить? — Нет. Не люблю особо алкоголь. И если что я бета. Ты не сможешь меня как либо подцепить — сквозь зубы проговорил Игуро. — Ну ты ведь и без того чтобы быть омегой симпатичный. Игуро даже не моргнул. Но внутри что-то неприятно щёлкнуло. Не слова. Интонация. И запах. Он стал гуще. Давление в воздухе изменилось почти мгновенно, как перед грозой, только хуже. Не природное. Намеренное. Альфа. И он перестал притворяться. Игуро резко выпрямился. — Хватит, — коротко. Он сделал шаг назад, но тот шагнул следом. Медленно. Уверенно. И тогда это случилось. Феромоны. Не фон. Не случайный выброс. Целенаправленно. Тяжёлые, тёплые, давящие. Они не просто заполняли пространство — они наваливались, как вес на грудную клетку. Игуро замер. Тело среагировало быстрее головы. Сердце сбилось. Дыхание стало поверхностным. Внутри что-то откликнулось — глубоко, неприятно, предательски. — Видишь, — тихо сказал парень. — Я знал, что ты не бета. Игуро стиснул зубы. — Отойди. Слова прозвучали тише, чем он хотел. Плохо. Очень плохо. Он попытался сделать ещё шаг назад — упёрся в перила. Ловушка. Феромоны давили сильнее. Они не были резкими, нет. Они были… убедительными. Липкими. Как чужая воля, которая пытается просочиться под кожу. Игуро резко вдохнул — ошибка. Мир на секунду качнулся. — Расслабься, — продолжал тот, подходя ближе. — Я не делаю ничего плохого. Рука снова потянулась к нему. И на этот раз тело подвело. Игуро дернулся — но медленнее. Слишком медленно. Пальцы альфы коснулись его плеча. И в этот момент что-то внутри сорвалось. Запах. Его. Слабый, но настоящий. Морская соль. Металл. Мята. Предательство. Парень усмехнулся шире. — Вот и всё. Игуро резко выдохнул, пытаясь оттолкнуть его, но движения были вязкими, как во сне. — Убери… руки… Голос сорвался. И это было хуже всего. Потому что это уже не звучало как приказ. Это звучало как просьба. — Ты что творишь? Голос. Яркий. Резкий. Совсем не тот, который должен звучать в такой ситуации. И запах. Тёплый. Сладкий. Цветочный. И прянный. Сильный. Давление изменилось мгновенно. Как если бы в комнату с удушающим воздухом резко открыли окно. Парень обернулся. Мицури стояла у двери балкона. Она больше не улыбалась. Её глаза были широко раскрыты, но не от растерянности. От злости. — Отойди от него, — сказала она. Тихо. Но в голосе была сталь. Альфа рядом с Игуро хмыкнул. — И что ты сделаешь? Ошибка. Мицури шагнула вперёд. И её феромоны ударили. Не мягкие. Не тёплые. Доминантные. Чистые. Давящие. Без колебаний. Парень на секунду напрягся. Инстинкт сработал против него самого. — Я сказала, — повторила она. — Отойди. Он скривился, сделал шаг назад. Потом ещё один. Ситуация изменилась слишком резко. Не в его пользу. — Больные вы, — буркнул он, отходя. — Оба. И ушёл. На этот раз без паузы. Без попытки вернуться. Дверь захлопнулась. Тишина. Только тяжёлое дыхание. Игуро не двигался. Он всё ещё стоял, упираясь в перила, пальцы сжаты, плечи напряжены. Теперь скрывать нечего. Вот и всё. Конец.