Том 3. Глава 25. Начало Великой истории.

      Утро над Конохой занималось медленно, окрашивая небо в цвета спелого персика и холодного золота. Воздух, пропитанный запахом свежего соснового сруба и влажной земли, был неподвижен. Это было не просто очередное начало дня — это был финал трехлетнего марафона.       На краю высокого утеса, возвышающегося над главными воротами, замерли две фигуры, это были шестнадцатилетние молодые главы и сооснователи деревни, скрытой в Листве. Хаширама беспокойно переминался с ноги на ногу, то и дело поправляя протектор. Его лицо выражало целую гамму чувств: от детского предвкушения до глубокой, почти отеческой гордости за каждый дом, дым из труб которых уже начал подниматься над деревней.       Рядом, скрестив руки на груди, стоял Мадара. Его плечевые щитки, находящиеся поверх его праздничного одеяния, поблескивали в лучах восходящего солнца. В отличие от друга, Учиха казался каменным изваянием. Лишь его взгляд, скользивший по ровным рядам улиц и возведенным стенам, выдавал крайнюю степень сосредоточенности и задумчивости.       Мадара даже не повернул головы, но его голос прозвучал на удивление спокойно: — Мы лишь сложили камни, Хаширама. Настоящий фундамент закладывался не здесь, а в залах столицы. И сегодня мы узнаем, насколько он прочен. — Конечно, не стоит забывать о Тобираме и Изуне, без их самоотдачи не было ни академии, ни военной полиции Конохи, — спокойно добавил Хаширама.       Чуть поодаль, у самых ворот, стоял Адар-двойник. За эти годы он стал для жителей лицом Конохи. Он не участвовал в диалоге сооснователей, и просто смотрел на дорогу, ведущую в Кио. В его позе не было напряжения — лишь холодное, расчетливое ожидание.       Тобирама вышел из тени ворот, одетый в свою повседневную-рабочую одежду. Он посмотрел на Адара-двойника, затем перевёл взгляд на брата-основателя и его друга Мадару. Эта «неразрывная тройка» — мечтатель, воин и строитель — создала нечто невозможное.       "Но сегодня миф о «строителе» должен был разбиться, уступив место правде о «наследнике»." — подумал про себя Тобирама.       Вдалеке, там, где тракт уходил в густые леса Страны Огня, показалось первое облако пыли. — Едут, — коротко бросил Мадара, и его Шаринган на мгновение вспыхнул, фиксируя приближение элитной кавалерии Даймё.       Хаширама выпрямился, принимая серьезный вид. Двойник Адара сделал шаг вперед, выходя на середину дороги. Время ожидания истекло.       — Они прибыли, — сказал Двойник Адара, выходя вперёд навстречу делегации. Он был в своей привычной рабочей одежде — идеальный, но слегка измотанный лидер и сооснователь Конохи.       Кортеж замер, подняв облако дорожной пыли, которая тут же осела под тяжелыми взглядами основателей. Охрана Даймё слаженно заняла периметр, но Мадара даже не удостоил их кивком — его внимание, как и внимание Хаширамы, было приковано к дверце главной кареты.       Когда Адар вышел на мостовую, по толпе собравшихся жителей прошел шелест. Это был он, и в то же время — кто-то совсем другой. Дорогие шелка Кио и аура власти, накопленная за три года в кулуарах дворца, давили сильнее любой чакры.       Двойник сделал три шага вперед. Оригинал остановился напротив.       Они не стали размениваться на пустые слова. Благодаря частым медитациям и ментальной связи, оригинал уже «видел» отчеты о каждом возведенном здании, а клон «чувствовал» ледяное спокойствие залов престолонаследия. — Фундамент заложен, — негромко произнес Двойник, глядя в глаза самому себе. Это не был отчет, скорее констатация факта для свидетелей. — Пора возводить стены, — отозвался Оригинал.       Адар протянул руку и коснулся плеча своего двойника. Провернув свою кисть по часовой стрелке на плече двойника.       — Поглощение. Стоило слову сорваться с губ, как под ладонью Адара возникла точка сингулярности. Воздух взорвался свистом вакуума, а плечо двойника начало закручиваться по спирали, превращаясь в поток чистой материи. Поток этот, словно втянутый гигантским насосом, беспрепятственно влился в ладонь Адара, не оставив от Двойника и пыли.       Это не было шоком. Это было долгожданным возвращением домой. Память о сотнях бессонных ночей над чертежами, вкус пыли на стройплощадках и тепло рук рабочих, которые клон пожимал годами — всё это окончательно срослось с политическими интригами и указами Даймё в сознании Адара.       На секунду его глаза, обычно "карие" стали совершенно черными, поглощая свет и материю, а затем вернулись в норму. Он глубоко вдохнул воздух деревни, который теперь чувствовал не через посредника, а своими легкими.       Адар повернулся к Хашираме и Мадаре, которые молча наблюдали за этой мистической сценой. — Извините за ожидание, — Адар позволил себе едва заметную улыбку, достав из рукава тяжелый свиток с печатью правителя страны. — Узаконить Коноху и сделать из неё главную военную столицу, оказалось чуть сложнее, чем я думал. Но теперь мы — часть официальной истории.       Адар повернулся к Хашираме и Мадаре, а затем обвел взглядом застывших в ожидании жителей деревни. Голос его звучал громко и уверенно, разносясь над площадью: — Страна Огненного Водоворота (Хи-но-Узушио-но-Куни*) официально признана Даймё!       На мгновение повисла тишина — люди переваривали вес этих слов. Это означало, что отныне они не просто группа беженцев или наемников, а легитимная административная единица, равная по статусу самому Кио, столице Страны Огня. — Мои соотечественники, воины, чей дух был закален в бесконечном пламени Сенгоку!       Слишком долго наша земля впитывала лишь кровь, а не дождевую воду. Эпоха Сражающихся провинций превратила наши сердца в пепел, а наши кланы — в заложников вечной мести. Но я говорю вам: железный век крови должен уступить место веку Изумрудного Порядка!       Мы не просто сажаем деревья. Мы воздвигаем живой бастион нашей воли! Каждое дерево, пустившее корни в нашу священную почву, станет печатью, сковывающей хаос прошлого. Мы создадим страну-сад, где шелест листвы заглушит звон стали, а чистота наших рек отразит чистоту наших помыслов. Это не просто природа — это наша Техника Созидания, преображающая мир по нашему образу и подобию!       И посмотрите на наших соседей за границами... Они всё ещё блуждают в тумане своих мелких распрей. Они цепляются за свои никчемные обиды, как утопающие за обломки. Разве мы, познавшие истинный путь к гармонии, можем оставаться равнодушными? Нет!       Наш долг — принести им это счастье. Мы прервем их бесконечный цикл ненависти своей несокрушимой волей. Мы придем к ним не как захватчики, но как освободители от их собственного невежества. Мы подарим им наш мир, нашу красоту и наш порядок — даже если для этого нам придется связать их узы нашей истинной силой!       Пусть весь мир станет единым садом под сенью нашего знамени! Одно Солнце, один Порядок, один Вечный Мир! Наше созидание — это высшая справедливость! — Закончил Адар свою проповедь, своё волеизъявление и его слова были встречены ликующими криками.       Жители деревни, которые три года вкалывали, не покладая рук, теперь поняли, что их труд не был напрасным.       Адар улыбнулся, ведь это было только начало. Начало великой эпохи их нового дома!