Часть 1

Гено тяжело опустил трубку и ещё полчаса, как приколоченный, стоял в прихожей. Но так не могло продолжаться вечно, даже если он этого искренне желал. Он не мог позволить себе слабость... Кухня кипела. Они готовили ужин, когда новость ворвалась вихрем в их дом и превратила обычный день в трагедию. Как он должен рассказать своим младшим братьям, что их родители мертвы? - Мне жаль... так жаль. Голос Гено надломился. Он рассказал, но на душе отнюдь не стало легче. ... Если бы Фреш мог любить, несомненно, он бы обернул всю свою нежность в горе. Но подросток, предпочитающий кислотный, несуразно большой, розовый пиджак, не чувствовал абсолютно ни-че-го. - Не грусти, пожалуйста, не надо. Подросток-хиппи теряется и не знает куда себя девать, когда видит всплеск эмоций, которые не разделяет. Он хотел бы вытереть выступающие слёзы брата, но не посмел приблизиться, пока рядом с ним находился Эррор. Тот стоял прямо, как стрела, и минуту тому назад содрогаясь плакал в сгиб руки. Но резко обернулся, когда услышал слова. - Не... Не говори, что мм. М.. Мы НЕ должны чувство-вать! Не г-говори того, в чч-ч-чём не р-разбира-аешься! Протянутое вафельное полотенце Оши не принял, лишь с укором смерил сначала ткань, а потом и сводного брата. - Спасибо. Натянуто улыбнулся Гено, принимая своеобразную поддержку. Возможно он должен был шикнуть, указать Эррору на его грубость, но не стал, попросту не мог — не сегодня, не сейчас... Только не сейчас, когда меньше часа назад пришла весть о страшной аварии. - Суп осты-ты-ты-вает. Я раз-золью по т-тарелкам, пока г-горячее. Эррор заикаясь вытер рукавом кофты слёзы и пошёл выполнять данное самому себе поручение... Он напрочь забыл о персоне паразита, а плакать в его присутствии считал унизительным. Гено тяжело вздохнул. Ему было больно отпускать, но и остановить его он не мог, как и сгрести обоих в объятия — Эррор почти физически не переносил касание, а Фреш... С ним сложнее. Подросток-хиппи появился в их семье меньше года назад и понять, что творится у него на уме — порой трудно, а отследить эмоции — невозможно. По крайней мере Гено старается, но выходит откровенно хреново. Эррор как и сказал ранее, разливал по тарелкам суп без картошки. Картошка лежала почищенная и уже порезанная на доске — бери и ложи, но он забыл и об этом, хотя сам чистил и нарезал. Плывёт по течению: без задней мысли и каких-либо вообще раздумий — механически выполнял поставленную задачу... Фреш же вернулся к своему занятию — помидоры на салат. Они молчали. В воздухе повисла напряжённая тишина и он оказался единственным — кто её не почувствовал. - Хей, бро. Передай соль. Эррор не с первого раза понял, что обращались к нему, но когда понял, всё равно проигнорировал. Только на третий повтор схватил банку и с силой толкнул в бок, чтобы та проехалась по столешнице и угодила на другой край. - Было близко! Улыбнулся Фреш, успев перехватить до того, как она слетит на пол, а ему придётся нести веник с совком. - Забыл. Ещё молотый перец, будь добр. Эррор не ответил, машинально отправил тем же ходом идентичную банку, только с наклееной поверх этикеткой "чёрный перец". Гено поставил чайник и достал стаканы, искоса наблюдая за младшими. Теперь он — глава семьи и обязанность присматривать за ними лежит сугубо на нём... Признаться, он беспокоился, что они подерутся, как случалось уже не раз и не два. Неприязнь между ними зародилась в первую же неделю. И первая драка не заставила себя долго ждать, но что тогда послужило поводом он не знал, его не было в тот день дома. На стол накрыли без происшествий. Молча они расселись так, чтобы между ними образовался треугольник. Фреш по привычке снял бейсболку и положил себе на колени, поправив оправу чёрных очков. Оши в свою очередь одел салфетку, но синий шарф не убрал. Гено уже и не помнит последний раз, когда тот ходил без него, за исключением тех часов, когда вязанный шарф не был в стирке или на сушке. Впрочем, у него тоже был свой шарф только из красной пряжи — подарок на прошлый день рождения... Гено не могла не улыбнуть мысль, что это вроде как их объединяет — то, что они никогда не снимают. Очки и два шарфа. - Восемь... Время без пяти восемь! - Взглянул на часы Фреш и резко вскочил из-за стола. — Сегодня же воскресенье! - Сядь! Твёрдо и без заикания рявкнул глюче, что собственно случалось с ним редко. Он попросту знал, что сейчас будет и был категорически против! Паразит, как часто называл сводного брата, а скорее подкидыша Эррор — приклеилось к нему как прозвище, а Фреш не стеснялся и носил с гордостью. В общем паразит не обратил на приказ ни малейшего внимания. Он подошёл к радиоприёмнику, лежащему на подоконнике рядом с цветами, включил и настроил на нужную волну. "Радио-Хайп приветствует вас!" — громко раздалось из динамика и Оши не собирался ждать, когда оттуда польётся, как из канализационной трубы, — ретро, фолк-рок и дурацкая психоделика! - Выключи! Фреш лишь шикнул на него. Эррор сцепил челюсть до боли, обнажая белоснежные зубы, хватаясь за лишнюю тарелку. Гено схватил свободный край кирамики, перехватывая попытку швырнуть её в любителя старомодной какофонии. - Сегодня не лучший день для музыки. Пожалуйста, выключи. Широкая улыбка померкла, когда он обернулся и посмотрел на него, но Гено покачал головой... Пришлось подчиниться, но Фреш не мог совершенно смиренно этого сделать. - Они бы разрешили. Буркнул он, садясь обратно. - Но их больше нет! Резко отрезал Эррор и тут же с сожалением поглядел на Гено. Неуловимая тень залегла в серых глазах, но он ничего не сказал. Возникшее молчание гложило больше, нежели ненавистная музыка. Создав видимость, что он ест, вскоре оттолкнул тарелку и положил вилку на край стола. - Я н-наелся, было вк-кусно. Можно я пойду проветрюсь? - Спрашиваешь? Как мииило. Можно, иди. Эррор проигнорировал Фреша. Он вовсе не к нему обращался — это и было очевидно, а паразит всё равно встрял куда не просят! Подавляя раздражение растущее в груди, глюче дождался ответа. - Иди, но не надолго, ладно? Завтра. — Гено замялся. — Если не хотите, то можете не идти в школу. - Зашибись! "Ну разумеется" — злость опять накатила... Паразит — кутила и прогульщик, ему халявный выходной — то же самое, что праздник, а почему, разве важно? - Вернусь дотемна. Домашку на завтра приготовил. Отчитался Эррор. Он собирается целый день сидеть дома наедине с Фрешом. Тот как обычно врубит на всю звук и будет всячески действовать ему на нервы. Не переобуваясь, выскочил прямо в сланцах на улицу. Благо лето и вполне себе тепло с голыми ногами. Он торопился, шёл быстрее обычного. Пересёк пару улиц, пруд и целый парк — главное, что подальше от дома... Вытащив из кармана шорт телефон, набрал знакомый номер. Гудки. Гудки. Вибрация. - Внимательно слушаю. Отозвалось на другом конце. И Эррор потерялся. Что он хотел сказать? Сообщить вроде: "Привет, представляешь, мои родители сегодня погибли!" Возможно, Найт уже слышал это из новостей. Глюче намеренно не коснулся пульта от телика: он не видел и не хочет видеть, как равнодушные журналисты, словно стервятники, будут вещать и попутно показывать обломки, кровь и... Тела... Ком подступал к горлу. Если Оши сейчас ничего не скажет, то после врят ли окажется способен связать хотя бы два слова воедино. С трудом, но он выдавил из себя: - ... Не занят? Резко его перебил автоответчик. - Много наболтал? Прибереги на сообщения после сигнала. Писк резанул слух. Эррор повесил трубку и не оставил сообщение, да и зачем? Завтра они увидятся вживую... Но он не мог ждать до завтра! Почему, ему до ужаса обидно, хотя ни чьей вины здесь нет и не было? Только от понимания проку ноль. На грудь безжалостно давила горькая обида. Обида на Найтмера, ведь он не караулит у телефона круглыми сутками. На Фреша просто за то, что тот был таким, какой есть. И на себя тоже, поскольку даже на одну грёбанную минуту не мог стать как паразит — стать бесчувственным... Впервые он позавидовал ему, когда притворство спало. Мир перед глазами поплыл. Плечи дрогнули, и слёзы потекли по щекам. Его прорвало. *** "Вечереет. Зря я его отпустил... Зачем я его отпустил!?" — Гено ходил из угла в угол и каждые десять секунд поглядывал на стрелки часов. Они неумолимо двигались к одиннадцати ночи... Глаз задёргался, если бы не Фреш, то он бы давно позвонил в полицию. - Глюче вот-вот вернётся. Не переживай. Фреш сидел на лестнице на второй этаж. - Угу. Согласился Гено, вовсе не вникая в слова. Он подошёл к окну и отодвинул в сторону тюль со шторой, заглядывая на улицу. Пусто. И опять принялся наворачивать круги. Скрип. Хлопок. Фреш облегчённо выдохнул — ну наконец-то! Покрутив в руке пузырёк с валерьянкой, убрал поглубже в карман... Гено в миг очутился в прихожей, где встретил Эррора. Слабая, виноватая улыбка на лице невредимого брата стёрла всю тревогу, которая только терзала его душу... Гено хотел было наброситься на него, задушить в объятиях. Но он не успел. Его опередили. Эррор — с того момента, как они стали семьёй — впервые сам обнял его. - Прости, я не-немного зз-адержался. - Ничего, главное — ты дома. Фреш улыбнулся ему здесь делать нечего, во-первых, всё прошло более чем хорошо, во-вторых, он успел сделать фото... Теперь точно — ему пора.