Пролог. Рубинововая Фиалка

2157 год по звёздному календарю. В комнате стоял мягкий вечерний свет. Он ложился на стены ровными полосами, скользил по корешкам книг, по гладкой поверхности низкого столика и задерживался в алых глазах Шина, в которых сегодня было больше усталости, чем обычно. Он сидел на диване, чуть подавшись вперёд, локти опирались на колени. — Я не считаю, что стоит писать об этом в таком ключе, — сказал он ровно, почти безэмоционально. — Это искажает смысл. Лена, устроившаяся за письменным столом, медленно подняла голову. В её пальцах перо чуть дрогнуло, будто почувствовало вызов. А лицо стало выражать сосредоточенность и тот самый упрямый блеск, который появлялся всякий раз, когда она была уверена в своей правоте. — Нет. – возразила она, ткнув пером прямо в его сторону. – Как раз наоборот. Это придаёт сцене напряжение. Показывает, что ты почувствовал опасность, но не понял её до конца. Это важно. — Мы пишем мемуары, а не художественный роман, — ответил Шин, слегка наклонив голову. — В тот момент у меня были только очень смутные сомнения, которые по итогу нас и спасли. — Одно другому не мешает, — парировала она с лёгкой усмешкой. — Почётный Коммодор Ноузен. Его губы дёрнулись, словно по ним прошёлся слишком острый клинок. Уголок рта всё же приподнялся. — Вы знали, что вы крайне жестоки, когда используете это обращение, Генерал Миризе? — Да что вы? — Лена уже собиралась продолжить, но… Резкий, уверенный стук в дверь оборвал их разговор. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась, и в комнату буквально влетела девушка в форме. Её шаги были чёткими, почти строевыми, а выражение лица, излучало чистое возмущение. Погоны старшего лейтенанта. Длинные волосы Ониксов, кажущиеся слегка растрёпанными и глаза цвета Пирпов. Фредерика Розенфорт. Шин закрыл лицо ладонью и глубоко вздохнул. Он уже знал, что сейчас начнётся, мысленно думая как бы аккуратно уйти от темы её разговора. Девушка остановилась у журнального столика и с глухим шлепком бросила на него стопку документов. Бумаги были скреплены, а поверх, жирный штамп: «ОТКАЗ». — Шин’эй! — её голос прозвенел резко и громко. — Почему ты не одобрил мой запрос?! Этот тон… Он был почти тем же, что и шесть лет назад, когда она была маленькой девочкой, упрямым талисманом, не признающим отказов. Голос стал ниже, взрослее, но звонкость — та же. Шин медленно убрал руку с лица, сел ровно, сцепив пальцы перед собой, и поднял взгляд. — Почему ты решила, что это был я? — А тут к гадалке не ходи, — с вызовом усмехнулась она. — Я сама гадалка. Шин лишь отвёл взгляд, как-то позабыв что Фредерика, как эспер, обладала особой способностью, позволяющей ей смотреть прошлое тех, с кем она была знакома. Его лицо поморщилось. — Тебе жалко позволить мне пилотировать новую машину Греты? – бросила она, почти с вызовом. — Во-первых, не «тебе», а «вам». — его голос стал сухим, как обычно на тренировках или брифингах. — Во-вторых, не «Греты», а Генерала Вензель. И в-третьих, я не собираюсь позволять вам, Старший Лейтенант, рисковать жизнью в том, что ещё даже не прошло полный цикл испытаний. — Так значит, — она резко шагнула ближе, уперев руки в стол, — когда у тебя жена есть, с ребенком, и испытания напрямую связаны с опасностью, ты спокойно садишься в кабину. Но как дело доходит до меня, то сразу «нельзя»?! — Я этого не говорил. — Он приподнял бровь. — И при чём тут моя жена и ребенок? — Ну, Шин… — вмешалась Лена, протянув с усталой мягкостью, привычной для неё. — Дай ей проявить себя хотя бы немного. Она не ребёнок. Да и... – куда теплее улыбнулась она. – мы все здесь свои, можно обойтись и без формальностей. Шин медленно посмотрел на неё. Его алые глаза были усталыми, но твёрдыми. — Ни за что. Я против. — Вот почему ты всегда такой злюка! — фыркнула Фредерика, отступая и скрещивая руки на груди. Воздух между ними искрил. Фредерика почти кипела, руки на груди, взгляд сверкал. Шин чуть ли не такой же, просто явно этого увидеть было нельзя, если не знать, как именно он показывает свои истинные эмоции. Лена же едва заметно прикрыла рот рукой, сдерживая улыбку: всё это напоминало перепалку упрямого старшего брата и капризной младшей сестры. — Я отлично пилотирую фердрес! — выпалила Фредерика. — Ты бы видел мои манёвры на полигоне! — Видел, — отрезал Шин без тени улыбки. — Как чей-то «Регинлейв», после чьих-то манёвров вспахал землю так, будто это был плуг. Фредерика резко отвернулась, волосы качнулись, глаза спрятались в тени. С каждой его фразой она словно теряла почву под ногами. — Мне просто… в тот день не повезло, — пробормотала она, стиснув зубы. — Переволновалась. Подумаешь. — А как же история с анкером, застрявшим в дереве? — продолжил он хладнокровно. — И как следующая машина споткнулась о твой же трос. — Я… не понимаю, о чём вы. — Она резко вздёрнула голову, стараясь сохранить вызов в голосе. — Наверное, это был кто-то неопытный. — А перевёрнутая машина, оказавшаяся в окопе? Фредерика вспыхнула. — Так! Вот тут я не виновата! — вскрикнула она, сжимая кулаки. — Откуда мне было знать, что в той ситуации уклоняться можно только назад?! — Инструктажи я для кого провожу? Для воздуха? — его голос был холоден, безэмоционален, но за ним чувствовалась усталость. — Ой, будто ты сам никогда не косячил в бою! — её голос дрогнул, но она не собиралась отступать. И в этот момент наступила тишина. Шин не ответил. Его взгляд стал чуть тяжелее, а губы сжались в тонкую линию. Фредерика почувствовала, что зашла слишком далеко, но отводить слова назад не собиралась. Сердце билось так громко, что, казалось, его слышали все в комнате. Воздух давил на грудь, словно перед выходом в бой, тот самый миг, когда отступать уже некуда. — Это совершенно другое… — произнёс Шин наконец. Глухо, почти с надломом. — По этому и не пускаю тебя туда, где тебе не место, ибо слишком хорошо знаю, чем это может закончиться. — Опять ты за своё, Шин’эй, — Фредерика шагнула ближе, будто бросая ему прямой вызов. Расстояние между ними сократилось до опасного. — Сколько тебе говорить? Я уже не маленькая девочка! И времена сейчас не такие, как шесть лет назад, во время войны! Её плечи дрожали, от злости, от напряжения, от всего сразу. Но голос оставался удивительно твёрдым. — Я справлюсь. Да, может у меня не всегда выходит идеально. Да, я ошибаюсь. Но я могу за себя постоять! — она резко выдохнула. — В моём возрасте ты сам пилотировал «Регинлейв», сражался с Легионом. И тебя никто не останавливал. Никто из вас тогда не остановился. Шин сжал кулак так, что побелели костяшки. Мышцы на предплечье напряглись, будто он держал не пустоту, а рукоять оружия. Его губы дрогнули. Он хотел ответить, но слова застряли где-то глубоко внутри. Потому что она была права. По своему права. Лена сидела неподвижно, держа в пальцах перо, словно клинок, готовый рассечь тишину. Она не вмешивалась, но в её взгляде читалась тяжесть, та самая, что приходит с опытом, когда понимаешь: в этом споре нет ни победителей, ни проигравших. Только правда. И она больна для всех. Фредерика вдохнула, собираясь бросить ещё одну фразу, но Лена мягко положила перо на стол. Лёгкий звук коснулся тишины, и именно он остановил её. — Шин, — сказала Лена спокойно. Но её голос рассёк воздух, как лезвие. — Давай поступим иначе. Если она через неделю сдаст экзамен по пилотированию, ты разрешишь ей участвовать в испытаниях. Шин медленно повернулся к ней. — Зачем ты ей потакаешь? — спросил он тихо, глядя прямо ей в глаза. — Я не потакаю, — ответила Лена ровно. — Я предлагаю взвешенное и адекватное решение.. Фредерика расправила плечи. В алых глазах вспыхнул огонь. — Я согласна! Несколько секунд Шин молчал. Казалось, сама комната затаила дыхание. Он закрыл глаза и выдохнул медленно, глубоко, будто сбрасывал с себя груз сопротивления. Противостоять он мог кому угодно. Сотне беспилотных машин. Десятке решительно настроенных на драку человек. Спор с Фредерикой. Но не Лене. Никогда Лене. — Только при одном условии… — произнёс он наконец. Голос был низким, напряжённым. — Машина не должна превратиться в хлам. Фредерика прищурилась. В её голосе зазвучала почти колкая насмешка: — Не волнуйтесь, почётный Коммодор Ноузен. Трансмиссия останется целой. Его глаз едва заметно дёрнулся. Лена это заметила и усмехнулась, прикрывая рот рукой. Слишком хорошо она знала эту «больную тему». Привычку Шина изматывать свои машины до полной недееспособности, будто испытывая пределы не только техники, но и самого себя. — Ты играешь с огнём, Фредерика, — произнёс он устало. Она склонила голову, изображая невинное непонимание: — Не понимаю, о чём вы. Он устало провёл рукой по лицу. В его взгляде мелькнула обречённость. Понимание, что уступил накатило быстро, но ему всё равно не верилось, что это закончится чем-то хорошим. Лена молчала. Её взгляд, направленный то на Фредерику, то на Шина, был мягким, но слишком внимательным. В уголках губ дрогнула лёгкая, почти невидимая улыбка — но в ней не было легкомыслия. Она словно наблюдала за двумя упрямыми детьми, которые отчаянно не хотят уступать друг другу. Тишину разорвал стук в дверь. — Войдите, — сказала Лена, слегка повернувшись. Дверь открылась, и в кабинет один за другим вошли Анджу, Крена, Райден и Шиден. Все четверо давно носили звёзды капитанов, но вели себя всё так же свободно, будто годы службы и ответственности не имели над ними власти. — О, наша Принцесска тут! — выпалила Шиден, едва увидела Фредерику. С радостной наглостью она подхватила её в объятия, оторвав от пола. — Ну иди сюда! Фредерика пискнула, но улыбка всё равно прорезалась сквозь показное возмущение. — Капитан Ида, — с холодной упрёком отозвался Шин, — какой пример вы подаёте молодому поколению? — Ой, закройся, Ноузен. — выдала она, не выпуская девочку. Шин тяжело выдохнул, прикрыв лицо рукой. — Давно не виделись, Шин, Лена, — сказала Анджу, улыбнувшись тепло. — С пару недель как, — отозвалась Лена. — Как там Дастин? — Всё хорошо. Он передавал вам привет. А ещё Юфа так же интересовалась как у вас дела. — Передай что у нас тоже всё хорошо. — Лена кивнула, затем повернулась к остальным. — А у вас как, Крена, Райден? Райден почесал затылок, и коротко ответил что все хорошо, а вот Крена почему-то замялась, выдавливая из себя слова. — Ну… как бы это… — говорила она, явно не зная, как сказать. — Ей сделали предложение. — коротко выдал Райден. В ту же секунду получил серию ощутимых ударов кулаками в плечо. — Райден!! — вспыхнула Крена, отворачиваясь. — Ого! — Лена оживилась, не скрывая эмоций. — И кто же он? Глаза её загорелись искренним интересом. Рядом тут же навострили уши Шиден и Фредерика — одинаково любопытные, будто сейчас должны были услышать секрет века. Крена едва не спряталась за спиной Райдена, бормоча что-то невнятное, но дальнейшие расспросы прервал новый звук — дверь снова открылась. В кабинет вошли Сео и Аннет, оба с кипой планшетов в руках. Сео, как всегда, с лёгкой ухмылкой. Аннет, собранная, но заметно уставшая.. — Ого, тут народу… — заметил Сео, окинув взглядом комнату. — Что, праздник какой-то? — Обыкновенный сыр-бор, — спокойно ответил Шин, поднимаясь, чтобы принять у них планшеты. Аннет переглянулась с Леной, словно спрашивая: «Что тут произошло?» Но та только едва заметно пожала плечами. Атмосфера в комнате стала теплее, живее. Будто на миг стерлись все звания, должности и годы. Остались только те самые ребята — упрямые, шумные, но всегда рядом.