Часть 4

      Я быстрым взглядом еще раз окинул комнату, в которой находился. Стандартное больничное помещение, ничем особо не отличается даже от привычных мне палат военного госпиталя и лазарета Академии Рейнджеров. Койка пребывала в некотором состоянии беспорядка, вставал я, видимо, слегка не в кондициях, пока не использовал Восполнение выносливости. Кстати говоря, далось мне оно нелегко, относительно обычных попыток. Хотя заклинание это низшего класса, и не требует много маны. Это может говорить лишь об одном — даже возвращение моих прежних способностей займет тут немало времени, соответственно сосредоточиться придется и на изучении здешней разновидности магии — чакре. Начиная от техник ниндзя, заканчивая ее связью и способом добычи из измерения Дельта. Темная магия никогда не берется из воздуха или только из тела, как принято считать тут в отношении чакры. В А-1 Имперским Комитетом Ученых(есть специальное ответвление науки — Темная магия, занимающееся ее изучением) давно было доказано и на основе нашего и других колонизированных миров, что мана берется из Дельты. Она течет бесконечным потоком, гигантской темной рекой со светящимися вкраплениями, похожим на звезды. Однако это ее видение с моей стороны. У каждого этого индивидуально, Дельта у всех разнится. У кого-то этот поток размером с маленький ручеек голубой, словно небо, воды. Этим «ручейком» или «рекой» определяется так же запас маны человека. При использовании маны в моем мире существо обращается непосредственно к измерению и, сконцентрировавшись и направляя поток в определенные мана-узлы в теле, использует нужное заклятье. Всего узлов 64, комбинации состоят из 8 точек соприкосновения маны с псевдофизическими точками в теле. Псевдофизические они потому, что ни одним из известных медицинских способов, будь то вскрытие, рентген и тому подобное, они не были обнаружены. Заметить их удалось при невероятной и сложной концентрации маны в глазах, позволившей заметить эти точки — светящиеся узелки и расходящуюся от них сеть мана-узлов по всему телу. По крайней мере — это очень древнее знание, и такая теория остается неизменной и считается верной по сей день. «Спасибо за экскурс, довольно интересно», — услышал я в сознании голос Курамы. «Ты можешь разговаривать со мной прямо во время моего пребывания в реальном мире?» — я удивился, но быстро логически осознал, что так даже правильнее. «Конечно могу, Наруто, — услышав новое имя я слегка поморщился, однако тут же прикинул, что такое обращение в будущем будет даже удобнее, — В мире шиноби, в целом, довольно похожая система чакры. Однако точек 361. И при использовании чакры ты должен соединить свою физическую и духовную силу, после чего направить созданную чакру в нужные точки тенкецу». То есть, система похожая. Но 361 точка… Во всех из найденных миров мана использовалась по уже изученному нами принципу — везде по 64 точки. Интересно… Еще раз оглянувшись на зеркало, я заметил, что стою перед ним совершенно голый. Я что, так и лежал тут в палате в отключке?! «Хахахаха», — пронеслось эхом у меня в голове. Кстати говоря, тело выглядело довольно неплохо, учитывая, что мне всего-то 12 лет. Был заметно выделяющийся пресс, не отставали руки и грудные мышцы. Всего в меру. Пацан-то хорош. То есть, я хорош. На животе, кстати, виднелась спиральная татуировка, похожая на печать. Быстро осмотрел окрестности кровати и нашел свою одежду — оранжевый комбинезон, верх которого(кофта) был изодран чуть ли не в клочья, какие-то сандали, являющиеся, оказывается, стандартной и повсеместно используемой обувью(выглядят то они неплохо, просто совсем непривычно), и футболку с гербом клана Узумаки — закрученной к центру спиралью красного цвета, тоже изодранной в текстильный салат. Пришлось накинуть штаны и потрепанные сандали — сохранились неплохо по сравнению со всем остальным. Я медленно шел по темноватому коридору больницы. По сторонам я оставлял все больше кабинетов, а коридор все не кончался, хотя поворот я уже видел. Что за черт? Зачем настолько длинный коридор? Номер своей палаты я запомнил — 145. Значит, я на первом этаже. Спереди показалась стойка регистрации, за ней — симпатичная медсестричка, лет двадцати. Завидев меня, она нахмурилась и произнесла: — Постельный режим, молодой человек! Еще и в таком виде! Удивившись слегка таким приветственным словам, однако сохранив полное безразличие в лице, я ответил: — Здравствуйте. Могу ли я поинтересоваться, когда я могу быть выписан? Меня зовут Наруто Узумаки, палата номер 145. Медработница быстро пролистала какую-то тетрадку и ее и без того большие глаза округлились еще больше. «Наруто… Узумаки…» — кажется, она пробормотала мое имя. Она, не обращая на меня особого внимания, пролепетала: — Погодите секундочку… Девушка в спешке унеслась в неизвестном мне направлении. По крайней мере, я пришел не из этого коридора. Что ж, будем ждать, а что еще остается. «Ну а что ты думал? Для 12-ти летнего спиногрыза ты получил весьма неприятные травмы. А очнулся ты, между прочим, всего за какую-то ночь», — сразу прокомментировала ситуацию моя спутница. «Может ты и права. В любом случае, уже идет «подкрепление»», — продекларировал я в ответ. Действительно — из этого все так же длинного коридора показалось два человека. Одна — уже знакомая медсестра, и мужчина средних лет, в медформе, однако та немного отличалась от одежды медсестры. Видимо, это был врач. Вид у него был невероятно усталый, его выдавали густая еле заметная сеть морщинок на лице и мешки под глазами. Похоже, он не высыпается уже долгое время. — Наруто-кун, ты у порядке? Ничего не болит? Прошло всего 13 часов с госпитализации! Ты был полностью истощен, такие повреждения восстанавливаются неделями! Он кажется не на шутку взволнованным. Я выждал некоторую паузу, затем сказал: — Я уверенно передвигаюсь. Могу я попросить у вас футболку? Опытный работник еще больше опешил от такого безразличия и этого нелепого в данной ситуации вопроса. «Заносчивый и гиперактивный…» — вспомнились ему слова из медкарты мальца, когда тот лишь поступил этой ночью. Тогда на уши поставили все отделение. А ведь его сенсей все еще в отключке. «Думаю, это последствия пережитого, скоро он будет в норме», — выдохнул врач и сказал, обращаясь ко мне: — Наруто, вернись, пожалуйста, в свой покой. Тебе принесут еды, а я через полчаса зайду и принесу тебе одежду. — Спасибо, господин… — Кайто. И не надо никаких господинов. Я коротко кивнул и вернулся в палату, по пути зайдя в туалет. Спустя некоторое время мне действительно принесли поесть. Довольно сносно. Таким даже можно питаться. Еще немного погодя, ко мне все же зашел врач, который, после некоторых уговоров, все же запретил мне пока что уходить из больницы. Но сам я четко понимал, что вполне себе жизнеспособен, а потому, накинув футболку и подождав пока не останусь наедине с собой в своей палате, открыл окно и спустя мгновенье оказался на улице, во внутреннем дворике больницы. «Черт. Курама, ты не видишь выхода?» — обратился я к компаньону. «Нет, Наруто, здесь вокруг лишь стены и окна. Выходы только через внутренние двери больницы, да и таких всего два», — сразу поступил ответ от тысячелетнего демона. Вот и первый урок по овладению чакрой. Хотя… Мой взгляд уцепился за лестницу, видимо, пожарную, уходящую на крышу. Спрыгнуть хоть с пятого этажа для меня задача раз плюнуть, а вот забраться по перпендикулярной стене еще нужно ухитрится, а потому лестница становится настоящим спасением. Хотя и находится на высоте почти двух моих ростов. Взяв, примерно, пятиметровый разбег, я ловко запрыгнул на лестницу и без труда забрался на крышу здания. С высоты четвертого этажа(само здание преимущественно трехэтажное, с некоторыми корпусами на этаж ниже и несколькими пяти-шестиэтажными башенками) открывался вид на всю деревню. Масштабненько. Сказал бы я, наверное, если б Родиной моей не была планета-город. А так, довольно миленько, все выглядело не очень-то аккуратно, будто наслаивалось тут столетиями, без каких либо градостроительных планов. Хотя, не мне судить, учитывая происходящий в Конце хаос. «Никогда бы не подумала, что кто-либо скажет так о Конохе. Самая большая скрытая деревня, между прочим. Думаю, сейчас тут проживает уже около сотни тысяч людишек», — тут же вставила свои пять копеек Курама. «Загляни в секцию моей памяти, посвященную Концу, как будет время, и сравни» — безразлично протянул я и с этими словами направился в сторону своего дома. Благодаря памяти до перерождения, в целом, в Конохе я чувствовал себя как рыба в воде. Хотя до дома тут рукой подать. Буквально напротив находился мой небольшой квартал, где и стояли здания наподобие трущоб в столице Империи, в которых живут не то, что бы малоимущие, но и не сказать, что богатые люди. Само здание моего дома представляло из себя оранжевый вытянутый овал, сужающийся скатом первой крыши ко второму уровню, находящему на высоте, примерно, третьего этажа. Там, как раз, и располагалась моя квартирка. Повсюду хаотически висели провода, были проложены всяческие жилищные коммуникации по типу отопительных труб и водопроводов. Свой вайб в этом определенно присутствует. Зайдя в свою квартиру, я обнаружил в ней сущий беспорядок: всюду разбросаны фантики от конфет, пустые пачки от рамена быстрого приготовления, где-то даже валялись нестиранные носки. Емае. И это сделал бы я, если бы рос беспризорником. Не верится даже. Спустя около часа беспрерывной уборки и пару немаленьких мусорных мешков, квартира стала больше похожа на жилье. — Фух. Ну и дела. Эта квартира, оказывается, довольно большая. Даже вид из окна приличный, — сказал я вслух, обращаясь к Кураме. Все равно больше никого в квартире нет. «Это правда. Но вот с гардеробом у тебя совсем беда, одни комбинезоны и безвкусные детские вещи. Вот что творит детство в одиночестве», — услышал я в ответ умозаключение лисицы. Ну да. С этим и правда проблема. Я бы скорее предпочел темные тона в вещах, учитывая годы моей жизни в Империи, можно сказать, в полумраке ее городов. Однако следующей моей проблемой стала отнюдь не одежда, а, скорее, денежный вопрос. Я быстро нашел свою заначку с деньгами, и обнаружил… Точнее сказать, почти не обнаружил денег. И, конечно, можно было бы сказать что вся проблема в том, что Наруто был тем еще транжирой, ведь даже на готовке можно хорошенько сэкономить, но он предпочитал все тратить на рамены и другой фастфуд, однако… Мое месячное жалование составляло порядка двух с половиной тысяч рё, тогда как на жизнь я тратил почти все деньги… После оплаты квартплаты и закупки продуктов на месяц, на карманные расходы оставалось около 400 рё. Это же сущие копейки! Так должен жить сын Четвертого, мать его, Хокаге?! Я же буквально нищий, очевидно, что я ношу эти несуразные вещи годами, у меня попросту нет денег! «Несправедливо, согласна… Между прочим… Твоей матерью была Кушина Узумаки, отсюда и твоя фамильная принадлежность клану Узумаки, хотя правильнее было бы… Намикадзе…» — начала было говорить лиса. Я слегка опешил от такой информации, потому перебил Кураму, ведь для меня было абсолютно удивительно услышать еще и имя матери, только сегодня узнав немного о своем отце: — Кушина Узумаки?… Откуда тебе это известно? «Меньше перебивать нужно!» — огрызнулась лисица и быстро продолжила: — «Она была джинчурики Девятихвостого до тебя. Она носила меня в себе. Та еще сучка была, конечно, заносчивая! Но красивая, это правда. Прекрасные алые волосы, голубые глаза. Фигура тоже нечто, неудивительно что Минато избрал ее. Использовать мою силу она так и не научилась, к слову. Лишь сдерживала меня этими противными цепями». — Полегче, ты о моей матери говоришь! Вот тебе раз — моя мать — джинчурики тебя до меня! Получается, у нас это наследственное. «Не то слово, наследственное. До нее меня держала в себе Мито Узумаки — по сути, ваша родственница. Но знаешь, что тут не вяжется… Минато и Кушина владели, кажется, немаленьким домом, я точно помню. Центр Конохи, между прочим. Вряд ли этот дом был исключительно служебным, Минато с Кушиной выполнили сотни миссий ранга S- и А-ранга. Наруто, это твой дом. Почему ты живешь здесь на столь маленькую сумму денег в месяц мне неизвестно», — продолжила Курама. Большой дом в центре Конохи? Вот уж от чего я бы не отказался. Жить в комфорте всегда приятно. В целом, неудивительно, что от меня скрывали факт его существования, ведь, судя по всему, мое происхождение остается секретом для всех, мало ли что с такой информацией сделать можно. Но сейчас я молчать не намерен. То, что годами строили мои родители, то чего они хотели для меня… Все это было закопано Третьим Хокаге в этой никому ненужной скрытности. По крайней мере, не нужной мне. Так ли мало из достойных семей Скрытого Листа отказались бы воспитать сына Четвертого Хокаге в любви и безопасности? Так ли мало было возможностей подарить Наруто нормальное детство без постоянных гонений от сверстников и, что еще хуже, всех окружающих в целом? Это аморально. *Тук-тук-тук* В дверь негромко постучали. Я, не глянув даже в глазок, повернул ручку двери и, к большому удивлению и сразу подметив про себя знаменитую пословицу Конца «вспомни солнышко — а его давно уже не видно», обнаружил на пороге «своего» дома самого старика Третьего. — Здравствуй, Наруто. Могу я войти? Кстати говоря, инстинктивно эмоции у меня к нему лишь теплые. Наивность и незнание Наруто и некоторые теплые воспоминания со стариком сделали свое дело. Ходил он всегда в облачении лидера деревни, был стар и сморщен, от глаз отходили длинные морщины, глаза не были особо выразительными и были уже полуприкрыты от старости. — Добрый вечер, Господин Хокаге, входите, — любезно сказал я, решив пока ничего не говорить о только поступившей информации. — Чаю? В щели закрывающейся двери красиво блеснуло закатное солнце, сама дверь скрипнула и закрылась. Старик, удивившись такому вежливому обращению и заприметив некоторые изменения в квартире, а именно безупречный порядок, удивился слегка и снял, последовав моему примеру(я был босый) обувь, чего обычно тут не делал. Мы прошли в кухню и Третий сел за один из стульев, я же направился к шкафчикам на стене и нашел пыльную оттого что ей совсем не пользовались, но все же коробку весьма неплохого чая. Затем поставил на газовую плиту наполненный чайник и зажег конфорку. — Ты прибрался, — заметил старик. — Люблю порядок, — равнодушно ответил я, засыпая чай и добавляя немного мяты в заварник. Вот чего старик не ожидал услышать от вечного проказника Наруто, так это любовь к ухоженности помещения. Да и интонация и повадки будто бы… Будто перед ним и не Наруто вовсе. — Кхм, — Третий обратил на себя внимание, и я обернулся к нему. — Наруто, ты сбежал из больницы. Врачи не уверены в твоем состоянии. — Зато я чувствую себя вполне сносно. Не хочется лишнее время торчать в больнице. Мне нужно тренироваться, я ведь стал генином. «Чертов старик, зачем он вообще пришел», — услышал я голос Курамы в голове. — Наруто, нельзя быть таким легкомысленным. Вчера ты израсходовал свою чакру почти полностью. Это часто приводит к гибели, удивительно, что ты вообще так быстро пришел в себя, нужно бы убедиться в твоем состоянии. Но я, в любом случае, рад, что ты в полном порядке. Ведь скоро распределение команд, ты не забыл? Точно. Сегодня пятое апреля. А это значит, что через пару дней, девятого числа, я должен появиться в академии на распределении. — Помню, Хокаге-сама. В этот момент чайник уже начал свистеть, я снял его с плиты и залил заварку кипятком. По комнате разошелся приятный запах жасмина. Я ловко достал две чашки из навесного шкафа под низким потолком и наполнил их ароматной жидкостью, после чего подал первую сандайме и сам сел со второй напротив. — Ты изменился, — сказал, отпивая глоток, Хокаге. — Разве? — как ни в чем не бывало, произнес я. — Твой взгляд… Ты будто не испытываешь эмоций вовсе, хотя раньше был довольно озорным и веселым. Странно вообще говорить о таком с двенадцатилетним подростком. Хокаге проницательно посмотрел на меня, я же ответил ему тем же, просто продолжив смотреть ему в глаза и вдруг сказал: — Девятихвостый лис… Почему? Я даже не спрашиваю почему именно я… Но ведь можно было хотя бы сказать об этом мне. Третий грузно вздохнул, выдержал небольшую паузу. — Ты, Наруто, очень важная персона в деревне, на самом деле. К сожалению, люди не осознают важности твоего пребывания здесь. Твой статус секретен, и никто, фактически, из новой генерации не знает о том, что ты джинчурики. Мне пока неизвестно, какие мотивы были у Мизуки. Наруто, понимаешь, люди просто чувствуют опасность. Все это, конечно, своей логике поддается, однако это явно был не единственный путь для решения проблемы. Все же он величайший ниндзя деревни, очень влиятельный. — Неужели нельзя было как-то объяснить людям, я не понимаю. Неужели я заслуживал всего того, что происходило со мной все это время? Эта скудная квартирка, месячное жалование, которого еле хватает на жизнь… Старик вновь про себя отметил изменения в характере мальчика. Он говорит не как малолетний генин. В его словах боль, пережитое трудное детство. Никогда он таким не был. Самое обидное — все это, каждое слово до единого, — правда. Это слабость старика, его неумение поставить на место Данзо и других старейшин. Он пытался сгладить детство мальчика, поучал его. Но сделать с тем решением не мог ничего. Точнее, мог. Но не стал. Я заметил, как старик опустил свой взгляд прямо в чашку за неимением правильных слов, которые нужны были мне в ответ сейчас. А потому сразу дополнил: — … неужели сын Четвертого Хокаге, героя деревни, остановившего Девятихвостого, и не менее заслуживающей уважения Кушины Узумаки, пожертвовавших собой ради деревни, заслужил к себе такого отношения? Неужели они хотели бы, чтобы их сын рос в таких условиях, гонимый собственными соотечественниками? Сандайме резко поднял на меня взгляд, не его лице читалась гримаса ужаса, руки затряслись, а глаза неумолимо заслезились. В целом, говорить в этой ситуации было нечего, я даже не знаю, каких слов ожидал услышать от старика. Спустя некоторое время, тот все же выдавил из себя скудные «извини, Наруто» и удалился в уборную. «Сильнейший ниндзя», — язвительно процедила Курама. — «Смешно просто». «На самом деле, я не виню его. На плечах Хокаге, как и на плечах любого правителя, лежит огромная ответственность. Пусть он и проявил слабость в этом вопросе, я его уважаю. Он всегда был ко мне добр», — отозвался я. Наконец, Хокаге подозвал меня к себе. Он сидел на стуле в моей комнате. Я сел напротив на кровать и стал терпеливо ждать пока он не начнет говорить. — Если честно, я даже не подозреваю о том, откуда ты знаешь такие подробности, Наруто, — начал он. — Ситуация действительно сложная, я лишь хотел обезопасить тебя от внешнего мира. Я уже хотел было ответить ему, но он жестом призвал меня к молчанию и продолжил: — Я признаю. Я признаю, что это было не лучшее решение тогда. Я предлагал старейшинам множество компромиссов, но они были неумолимы, мои слова отвергли. Я должен был быть более настойчивым, я… — его кулаки непроизвольно сжались на коленях. — … я сломал тебе жизнь, извини. «Ну. Он хотя бы извинился. Лучшего тут и не сделаешь», — заметила лиса. Я лишь покачал головой в ответ на слова старика. — Я не виню вас. По крайней мере, прошлого не вернуть. Я бы хотел услышать от вас, какими они были… Мои родители… Старик вдруг тепло улыбнулся, наверняка подумав «наконец, я чувствую в нем Наруто». — Твои родители… Следующие пару часов мы просто разговаривали о достижениях Минато в войне, о том, что Третий знал об их с матерью взаимоотношениях, вспоминал их детство. *** Было действительно интересно услышать все то, что было сказано им, побеседовать на эту тему. По крайней мере, мальчишка внутри меня был удовлетворен. Да и я сам тоже. Это все же часть моей нынешней жизни. «Они и правда были выдающимися, не так ли, Курама?» «Согласна. Разговор был интересен и мне, хотя многое я знала, пусть часть уже давно позабыла. Кто вообще знал, что мне понадобятся эти воспоминания?» — с ноткой удивления в голосе спросила Курама. — … а вообще уже десять часов, Наруто. Мне пора бы откланяться. Я правда рад, что нам удалось так поговорить. Я пересмотрю решение насчет денег, получаемых тобой в месяц. — Спасибо, господин Хокаге. Прежде чем вы уйдете… Эта квартира. Не то, что бы я жил в тесноте здесь, или около того. Но ведь у меня есть дом, не так ли? Третий уже который раз за вечер вздохнул. Он уже попросту не знал, как ему урегулировать вопрос малой кровью с учетом того, что Наруто уже и так все знает. А потому решил ничего не утаивать и не спрашивать, откуда же Наруто узнал о доме. Поэтому просто сказал: — Твой семейный дом. Дом Минато и Кушины. Это займет некоторое время, пойдем. «И что, он вот так просто решил отдать тебе дом? Странно, что его еще никуда не задействовали, территория там немаленькая», — тут же живо отреагировала лиса. «Я и сам думал, что будет хотя бы небольшой спор. Не спрашивай, Курама, я уже не особо понимаю, что тут происходит», — ответил я и просто последовал за сандайме. *** Мы подходили к одному из самых величественных зданий Конохи. Не Капитолий, конечно, но вполне себе неплохо. Никакой готики, только практичность. По меркам Листа постройка была немаленькой: помимо приличной прилегающей территории, оно составлялось из трех отдельных зданий, соединенных, по видимому, коридорами внутри, где головной корпус был представлен тремя секциями по два этажа, а четвертой секцией была большая площадка на крыше здания, побочные здания были на секцию ниже. «Подожди меня здесь», — такими были последние слова Хокаге, которые он сказал мне пару минут назад, скрывшись за высокими дверьми резиденции. Он точно не обозначил время, а потому я принялся терпеливо ждать. «Эй, Курама, что ты думаешь обо всем этом?» — вдруг спросил я компаньона. «Что ты имеешь в виду?» «Ну, мой приход в этот мир, как события разворачиваются сейчас. Может, ты бы чего-то желала изменить?» — пояснил я. Курама чуть призадумалась и ответила: «Я рада, что появился ты. С тобой я чувствую себя… Увереннее, что ли. Мне нравится тебе помогать и разговаривать с тобой. Тысячелетия в одиночестве ничем хорошим не сулят даже такому демону, как я», — сказала лисица даже несколько грустно. «Вообще-то, ты не демон, мы же вроде с этим разобрались. Я встречал настоящих демонов, ты, кажется, немного путаешь понятия», — ответил я. Курама как ни в чем не бывало продолжила: «Помимо простой помощи тебе я бы, наверное, хотела оказаться рядом с тобой физически… Хотела бы трогать тебя и осознавать, что ты рядом», — аккуратно смущенно сказала кьюби. Я улыбнулся, ведь совершенно очевидно в такой ситуации стало даже мне, человеку, который совсем незнаком с чувствами, что у лисы ко мне чувства. Она была лишена всего, а я дал ей хоть что-то. Самую малость, но ей этого хватало, она привязалась ко мне. И это взаимно. Оттого я и улыбался. Я рад, что она у меня появилась и в этом новом для мире я отнюдь не одинок. Я снял ограничение со своего сознания и, чтобы Курама снова могла меня слышать, сказал: «Нам необязательно быть рядом физически, чтобы ощущать то, что мы чувствуем. Необязательно прикасаться друг к другу в реальном мире, чтобы помогать. Мы уже есть у нас. Но если вдруг есть хотя бы малейший шанс, за который можно зацепиться, чтобы когда-нибудь взяться за руки… Я думаю, мы что-нибудь обязательно приду…», — наш разговор прервал звук приближающихся шагов. Их было трое: подняв глаза, я обнаружил, что помимо Хокаге в мою сторону движутся еще двое. Один в маске совы, другая, очевидно, девушка, в маске тигра. Это были элитные ниндзя из отряда АНБУ. Своеобразные «рейнджеры» Листа, насколько я понимаю из воспоминаний. — Наруто, это мои подопечные из АНБУ, отряд фуиндзюцу(прим. Запечатывающий отряд), — начал Третий, а я кивком поприветствовал прибывших ниндзя, — В свое время они наложили мощное гендзюцу на твой дом, чтобы скрыть его от посторонних глаз. Сейчас он «законсервирован». Нейтью-сан, будь так добр, отдай Наруто ключ. Мужчина в маске совы молча достал из подсумка свиток с печатью клана Узумаки и бросил его мне. — Это… — Это ключ для снятия барьера с твоего дома. Сейчас пространство, на котором он стоит, просто «вырезано» из нашего мира. Запечатано здесь, — он указал рукой на свиток. — Чтобы открыть дом взору, требуется лишь прийти на то место, где он располагался, раскрыть свиток и поставить отпечаток твоей кровью, — Третий снова посмотрел на Нейтью и добавил: — Нейтью-сан, отведи Наруто к его дому. А мы с тобой, мой мальчик, на этом расстанемся на сегодня, — сказал вновь он, обращаясь уже ко мне. — Спасибо, Хокаге-сама, — поблагодарил я и двинулся за «совой». Не успел я пройти и десяти шагов, как вдруг услышал: — Да, и Наруто… Мы с моим новоиспеченным «знакомым» из АНБУ синхронно остановились и я вполоборота, не вынимая рук из карманов, повернулся к старику и вопросительно посмотрел на него. — Не нужно тратить средства впустую на всякую ерунду… — с этими словами он подкинул мне два блеснувших в свете фонаря ключика, на которых болтались две кожаные красивые бирки «Банк Конохи. Минато Намикадзе.», «Банк Конохи. Клан Узумаки». — Ты теперь глава клана, все таки, — с этими словами Хирузен подмигнул мне и продолжил идти. Я еще немного постоял, а затем крикнул ему вслед: — Намикадзе! Это мой клан, — и в его сторону обратно полетел один из ключиков банковского хранилища. Хирузен на секунду остановился, протянув руку вверх и схватив ключ. Затем, улыбнувшись про себя и сделав затяжку из трубки, продолжил идти в своем направлении. Я же оставался на месте и смотрел ему вслед. Все таки, он не плохой человек. — Наруто-кун. Пойдем, — вдруг подал голос «сова» и я двинулся за ним. *** Шли мы недолго, всего пару кварталов прямо от резиденции, как вдруг член АНБУ остановился и указал мне на одно конкретное место. Точнее, на лавку. Затем ниндзя откланялся и удалился, оставив меня наедине с собой, прежде поставив вокруг места временный барьер, чтобы не потревожить жителей деревни. «Ну, и что ты думаешь?» — вновь обратился я к Кураме. «А что тут думать? Ты же сам хотел этого! Делай!» — воскликнула лиса. Другого я и не ожидал. Я вновь взглянул на лавку. Ничем не примечательная. Напротив стояла такая же, прямо через тянущуюся вдоль дорожки клумбу с деревьями и кустами, как бы разделявшую стороны движения. Улица уже давно была пустынна, только у располагавшегося недалеко торгового квартала болтался какой-то пьянчуга, все равно не способный увидеть меня из-за барьера. За лавкой, кстати, располагались два небольших квартирных дома, стыкующихся по одному ребру. Места там было, ну, может, на сарай. Хотя сам район был явно поприятнее моих трущоб. Я подошел к лавке и сел на нее. Затем, чуть ли не с замиранием сердца, я надломил печать Узумаки на свитке и развернул его. Внутри красовался небольшой украшенный завитушками и узором квадратик, под которым было написано «Кровь Узумаки». — Или Намикадзе, — хмыкнул я. Нет, безусловно, я уважал клан матери. Но меня просто напрягало то, как легко они отринули наследие Четвертого Хокаге. Желтая молния Конохи. А я, его сын, должен во что бы то ни стало продолжить его дело. Пока не наступит время отдать долг Империи, конечно. — Что же… Я немного надкусил большой палец правой руки, медленно провел им в рамках квадрата внутри свитка. И… Ничего не произошло. — Что за черт? Почему не сработало? Я стал оглядываться и, ничего не заметив, плюхнулся было обратно на скамейку, как вдруг… *Тдщщщщщ* От резкого звука я вскочил на ноги и обернулся на шум. С грохотом и скрежетанием два этажных дома стали отъезжать друг от друга на приличное расстояние, пока не остановились, являя взору большое пространство, соток 15-20. Затем из пространственного кармана стал, вибрируя и поднимая столбы пыли, возвышаться высокий, метра три, каменный забор с деревянными воротами. На заборе были высечены различные узоры, он был украшен колоннами и выглядел действительно величественно. Дома я еще не видел, так как стоял почти вплотную к большому забору. Ворота, по сути, открывать было необязательно, в одной из створок удобно была продумана калитка высотой примерно в половину(метра 2.5) от общей высоты ворот, включая их уровень относительно забора. Я медленно отворил калитку и ступил на прилегающую к дому территорию. Она была невероятно просторна. Впереди слева, в углу, возвышался традиционный для этих мест красивый особняк в два этажа. Снаружи он был великолепен. Фасад был выполнен из белого дерева, украшенного резными традиционными узорными панелями из тонкой красной доски, сам он стоял на платформе из натурального камня, накрытой красным деревом, продолжающейся от стен в каждую сторону примерно на полтора метра. По краям платформы через каждые два метра — балки из того же бордово-красного дерева подпирали деревянную платформу второго этажа, выдерживающего тот же стиль, что и первый этаж здания. Справа от основного «корпуса» дома от него отходила одноэтажная веранда. Но настоящим произведением искусства была крыша. Она представляла из себя зеленого цвета пирамидку, отходящую от дома на пару метров с каждой стороны, вытягивающуюся к вершинам основания и слегка закручивающуюся кверху там же. Сверху крышу венчало окно, составляющее около 1/3 от всей высоты крыши. Ребра его обрамлялись зеленым металлом крыши, рама в цвет остальных окон красная. К дому вела выложенная из камня дорожка, которую украшали традиционные, в гамме дома, деревянные арки. Не доходя до дома, дорожка разветвлялась: уходила вперед, по направлению к зданию, и отходила в сторону, плавно переходя в мостик над небольшим прудом. Вдали виднелся небольшой полигон для тренировок, повсюду росли деревья, образуя небольшой лесок вокруг дома. — Твою же… мать… — непроизвольно выругался я, а Курама лишь посмеялась в ответ. Спустя некоторое время я все же пересилил себя и смог пройти в дом. Он был открыт, и зайдя в него, я не обнаружил ожидаемого запаха сырости и сантиметровой пыли вокруг. Все было чисто. Даже легкий запах недавней готовки присутствовал здесь. Словно хозяева покинули этот дом не 12 лет назад, а вчера. Прихожая была просторной, и представляла собой геккан(прим. Большая традиционная прихожая), отсюда же можно было пройти в туалет и в гостиную, совмещенную с кухней. В конце же прихожей размещалась лестница, ведущая на второй этаж. Здесь располагались жилые комнаты — родительская, кабинет, гостевая и… Моя… Уютная приличных размеров комната, с детской кроваткой, шкафом и столом. Конечно, комната не была еще обжита. Ведь по меркам этого дома я родился примерно… Вчера. «Хороший дом. Богатый, но по простому. Ничего лишнего», — заметила лиса. Это верно. Но, если честно, я уже порядком устал. Продолжить исследование придется завтра, как и сходить за новыми вещами и предметами по хозяйству. Еще и переезд… Поужинав, наверное, самым вкусным супом в моей жизни, который моя мама заботливо приготовила для отца буквально вчера по здешнему времени, я отправился спать в родительскую комнату, сразу перестелив постель. — Вот я и дома… ***следующим утром в кабинете Хокаге*** Хирузен сидел в своем кабинете и перебирал очередную кипу документации по подготовке и проведению экзамена чуунина. Он уже достаточно устал, хотя провел сегодня в кабинете лишь три часа. И вот, когда он вновь потянулся за своей трубкой дабы слегка расслабиться, в дверь постучали и известили о прибытии одного из старейшин: — Господин Хокаге, к вам Данзо-сама! «Черт, этот навязчивый проныра уже обо всем узнал», — сказал про себя Третий, и добавил уже вслух: — Пропустите. В кабинет не то, что бы «прошел», буквально влетел человек средних лет в длинном одеянии и с крестовидным шрамом на подбородке. Волосы его были взъерошены, а обычно узкие глаза сейчас выдавали внутренний ярость и были открыты насколько это возможно. — Ты, чертов старый маразматик, Хирузен! Какого хрена ты творишь?! Глава клана Сарутоби заметно напрягся от такой фамильярности и неуважения, однако он понимал, как со стороны выглядит его поступок, потому ответил сдержанно и непринужденно: — Не понимаю о чем вы, Данзо-доно. Эти слова, кажется, еще больше раззадорили мужчину и он окончательно сорвался. — Этот огромный дом посреди Конохи, взявшийся буквально неоткуда! Кто там сейчас находится?! А ладно, черт с тобой, можешь не говорить, Корень уже все проверил, — он буквально брюзжил слюной, — Ты вернул дом Минато его маленькому поганцу? Мы же все обсудили еще тогда, никто, НИКТО не должен знать о его происхождении! Даже он сам! Хирузена аж передернуло от таких слов. Чего-чего, а оскорбления сына героя деревни от старейшины он не ожидал. Старик даже непроизвольно привстал со стула, однако тут же взял себя в руки и опустился обратно. — Не забывай о ком говоришь, Наруто спас деревню в тот день. Держи себя в руках. — Это ничего не меняет! — Лучше иди и спроси Мизуки, какого черта и откуда он узнал о Девятихвостом и происхождении Наруто. Ведь об этом рассказал мальчику именно он, как я понимаю. Данзо, наконец, смог обуздать эмоции, а потому, взяв непродолжительную паузу, ответил: — Корень уже допросил его после Морино. Он не рассказывает ничего. «Ситуация действительно из ряда вон», — подумал старик. — Наруто сам спросил меня о доме. Я уже ничего не мог поделать. По помещению раздался характерный звук скрежетания зубов от злости. — Явно были выходы… Ты мог выкрутиться! — Как и тогда мы могли сделать из Наруто героя деревни, — Сарутоби так злостно посмотрел на Данзо, что тому стало не по себе, — Но ты предпочел унизить Наруто и оставить ни с чем. Очень жаль, что мне тогда не хватило характера пресечь это на корню. — Да я… — начал было Шимура, но Хирузен тут же перебил его. — Проваливай, Данзо. Не сейчас, не сегодня. Видеть тебя не хочу. — Ты еще ответишь за все, — разъяренный старейшина еще раз кинул яростный взгляд на Хокаге, развернулся на месте и направился прямо к выходу. — Ах да, Данзо-доно… — Третий явно с небольшой издевкой обратился к уходящему мужчине. — Вчера был знаменательный день, между прочим. Коноха обрела новый клан. Данзо еще секунду постоял в проеме и удалился, явно осознав, о чем идет речь. Уходя, он демонстративно хлопнул дверью. ***9 апреля, класс Академии ниндзя*** Шикамару сидел за партой в дальнем ряду и разглядывал жирную ворону за окном. — Эй, Чоджи, — лениво протянул брюнет, — Гляди, твое тотемное животное. Толстый парень в зеленой кофте и с футболкой с эмблемой клана Акимичи резко оторвался от очередной пачки чипсов, глянул в окно и отвесил: — Ленивый ты дурак, Шикамару. «Он прав. Что-то я не учел, что вороны довольно умные, в отличие от тебя», — подумал Шикамару. — «Какая морока… Еще и Ирука-сенсей задерживается». Он был прав. Хотя назначенное время распределения не наступило, сенсей уже должен был быть на месте. Так было всегда. Он приходил минут за 10 до указанного в расписании занятий времени, всегда. А уже без пяти. Задняя дверь класса вновь отворилась, колокольчики в проеме зазвенели, оповещая о приходе ученика. Шикамару, превозмогая лень, повернул голову в сторону звука и, что необычно, удивился. — Наруто? А ты что тут делаешь? Разве ты не завалил экзамен? К тому же, он был одет совсем не как обычно. Черные шорты с желтыми лампасами и футболка, точнее, лонгслив с желтой незнакомой эмблемой на груди. Орел с крыльями в форме молний и причудливой формы кунай над ним. Интересно. Между прочим, что-то похожее красовалось на воротах того особняка, который откуда ни возьмись появился прямо в центре деревни. Как и сотни других зевак за пару-тройку последних дней, Шикамару с Чоджи, конечно, тоже посетили это место. — Привет, Шикамару. Я сдал экзамен в другой день, повезло, — с полным безразличием в голосе ответил блондин и посмотрел прямо на заядлого тунеядца. «Что-то странно он смотрит. Будто, насквозь…» — подумал Шикамару. Наруто тем временем прошел дальше в класс. *** Я слегка ускорил шаг, уже подходя к академии. Зайдя на территорию, я осмотрел место своего заключения на протяжении прошедших лет шести. Грустно. Хотя какие-то воспоминания сами лезут. Пакостил я тут будь здоров. Само здание Академии Ниндзя было довольно скучным. Ничего не цепляло взгляд, особенно с учетом того, что формы оно уже приевшегося в Конохе овала. Когда я вошел в класс, колокольчик в дверном проеме зазвенел, привлекая внимание некоторых из бывших одноклассников. Кто-то из них удивился, с одним из них — парнем по имени Шикамару я даже перекинулся парой слов. Окинув взглядом последние пару рядов, я заметил место рядом с Саске — здешним гением и просто молчаливым парнем, безразлично подперевшим голову кулаком, и закрывшим от скуки глаза. Подошел и спокойно занял место, ожидая начала мероприятия. За прошедшие пару дней я освоил Кодекс законов ниндзя, а так же некоторые основы владения чакрой — пару базовых техник, по типу клонирования(натренировался, ведь Наруто фактически ничего не умел), прикупил себе пару адекватных вещей по одежде. Заказал на свой новый дом новые отличительные знаки своего клана, предварительно проверив счет отца в банке. Сумма там была внушительная — сорок пять миллионов Рё. На возрождение клана, конечно, маловато, но это исправимо со временем. Относительную тишину класса нарушил визг розоволосой девушки, привлекший к себе лишнее внимание со стороны окружающих. — О боже, Саске-кун! Ты уже здесь! Сакура Харуно, кто ж еще. Девушка, в которую «я» был влюблен раньше. Конечно, никаких эмоций она у меня не вызвала прямо сейчас. Даже некоторое отвращение, если учесть все мои воспоминания о ней в прошлом. Какой же я был наивный в этом мире. — Эй, Наруто! Какого черта ты занял мое место рядом с Саске-ку… — Сакура крикнула на меня и дернула за плечо, похоже, собираясь ударить. Но мой натренированный годами инстинкт самосохранения не дал ей продвинуться в этом деле. В момент, когда ее кулак уже почти коснулся моей щеки(мне необходимо было удостовериться, что ее намерение заключалось во вреде мне), я оказался прямо за ее спиной с кунаем прямо у ее горла. — Двигаться не советую, — холодно произнес я, а девочка застыла на месте от страха, сглотнув, — Никогда не позволяй противнику оказаться за спиной. Сказав это, я направился вниз по рядам, к началу кабинета. К этому моменту ошеломленные взгляды всех одноклассников были прикованы ко мне. И их вполне можно понять. Вечный идиот Наруто вдруг поставил на место «королеву» класса. Да при том чуть не убил. — В следующий раз, просто попроси меня пересесть. Как раз в этот миг в класс зашел Ирука-сенсей. Слегка побитый. Видимо, еще не отошел от событий пятидневной давности. — Всем привет. Извините за опоздание. Начнем наше распределение. *** Ирука по очереди называл команды, а их члены расходились по своим кабинетам, в ожидании будущих наставников. — Шестая команда Хаяши Нори, Дакай Аташи, Хиато Шиба. Сенсей Кана Васанаги. Аудитория 189. Очередная тройка генинов ушла в назначенную аудиторию. На самом деле, мне не было важно кем будут мои товарищи. Хотя немного наладить коммуникацию с окружением не помешало бы. Тем более, с сокомандниками. «Ну ты больше пугай их своими выходками, и все точно получится», — съязвила лиса. «Она хотела ударить меня, что мне оставалось?» — все с тем же безразличием протянул я. «Ну точно не угрожать ей смертью перед столькими людьми, идиот…» — возможно, Курама и хотела продолжить мысль, но ее перебил голос учителя. — Команда номер семь. Учиха Саске… Среди девочек с разных сторон раздалось что-то вроде «как же я хочу оказаться в команде с Саске…». Но выделилась как обычно Сакура. Как только учитель продолжил называть состав команды и прозвучало: «Харуно Сакура». Та тут же вскочила и победно вскинула руки, отвешивая условные пощечины глазами ее вечной сопернице — Ино Яманака. Которая, впрочем, была довольно сдержанна в этом вопросе, и, между прочим, по своему красива. Она носила короткую фиолетовую юбку в сочетании с жилеткой, под которой носила белую блузку или футболку. Не особо разбираюсь в женской одежде. — И последний член команды Наруто… — сенсей несколько секунд вглядывался в лист имен и, осознав, что ошибки нет, закончил: — Кхм, Наруто Намикадзе. Ваша аудитория 166, та, где мы и находимся. Среди оставшихся новичков пробежала волна шепота. «Ты слышал? Намикадзе!». «Да-да, прямо как фамилия Четвертого Хокаге!». Только сидящий на последнем ряду Шикамару отреагировал относительно просто, лишь подумал: «Так вот что означает символ на его одежде…» Вскоре в классе не осталось ни одного генина, а Ирука-сенсей, попрощавшись и пожелав нам удачи, удалился вслед за всеми. Сакура все крутилась возле Саске и радовалась их воссоединению в команде. — Саске-кун, я так рада, что мы в одной команде! Теперь нашей любви ничего не помешает! — девочка как назойливая муха все не отставала от брюнета из знаменитого клана. Однако тот совсем на нее не реагировал. И спустя какое-то время, на удивление, обратился ко мне. — Эй, Наруто. Намикадзе… Это ведь фамилия Четвертого Хокаге, так? Я оценивающе посмотрел на парня. Сейчас он не выглядел так, как обычно. Не смотрел на меня с отвращением. Скорее, с любопытством. — Да, — равнодушно ответил я. — Он мой отец. — Ясно, — просто ответил Саске и отвернулся, вновь обращаясь к своим мыслям. Сакура же заметно удивилась, но старалась не подавать виду. Было так же заметно, что она все еще напугана недавно произошедшей ситуацией. — Не обращай внимания на этого выскочку, Саске-кун, он как обычно все выдум… — начала была Сакура, но… — Заткнись уже, Сакура, — с некоторым отвращением заткнул сокомандницу мальчик. — Давай просто посидим в тишине. И так учитель уже заметно опаздывает, еще и ты тут орешь. Хорошо, что Саске, наконец, отреагировал. Мои нервы, может, и стальные, но и сталь имеет свойство разрушаться и плавиться. А потому мы, уже втроем, не произнеся ни звука, просто дождались учителя. Не было его, кстати, около двух часов. Все остальные команды уже давно покинули здание. Дверь с негромким писком отъехала в сторону и в проеме показался седовласый мужчина в облачении джонина. Точнее, он им и был, ведь за каждой троицей генинов непременно должен приглядывать шиноби высшего ранга, пока они сами не смогут за себя постоять. Левый глаз вновь прибывшего прикрывала стандартная повязка ниндзя, он так же был в маске, закрывавшей нос и рот. В остальном ничего необычного. — Добрый день, ребята. — Здравствуйте, сенсей! — ответила задорно Сакура, а затем слегка успокоилась, оглянувшись на нас, потому что мы с Саске ее не поддержали. Мы выждали еще пару секунд, и с разницей в пару мгновений спокойно поздоровались с сенсеем. «Интересно», — подумал Какаши про себя. — Предлагаю развеяться и познакомится поближе, — сказал сенсей и отправился к выходу, а мы последовали за ним. Мы забрались на крышу академии, после чего учитель первым начал разговор. — Может вы, ребята, представитесь? Расскажите о себе, своих целях, интересах и хобби. Никто не решался начать. Но вскоре Сакура задала логичный вопрос: — Может, вы, сенсей, покажете нам пример? — Ну ладно, — начал взрослый ниндзя. — Меня зовут Какаши Хатаке. Я джонин деревни Листа. Цели и мои интересы, в целом, неважны. Хобби у меня немного. «Да он же нихуя не сказал! Что за бред?» — мгновенно отреагировала на пустословную речь сенсея Курама. И правда, из этих слов понять о нем можно было только, что зовут его Какаши Хатаке. Звание его и так было известно заранее. От такого ответа у Сакуры едва заметно дернулся глаз. — Меня зовут Намикадзе Наруто, — начал я, а Какаши слегка удивился, ведь в его бумагах Наруто все еще звался Узумаки. — Целей у меня много. Одну из них знают, наверное, все одноклассники — стать Хокаге. Вторая же — положить начало клану моего отца. Интересы и цели в пределах жизни шиноби, в общем. «Этот парень…» — подумал сенсей. — «Интересное начало». — В таком случае… Меня зовут Харуно Сакура, — с нотками нетерпения в голосе начала девочка, — Мои интересы в жизни, точнее, что я люблю, — Сакура покосилась на Саске, — Или кого я люблю… Что мне не нравится, а, точнее, кто не нравится, — она злобно посмотрела на меня. — Достаточно, Сакура, мы все поняли — прервал ее бессмысленное лепетание Хатаке. — Теперь ты, — джонин передал эстафету Учихе. — Меня зовут Саске Учиха. Особых интересов у меня нет. Моя единственная цель — отомстить кое-кому. «Мда, такой составчик. Заработает ли он? Посмотрим», — вновь обратился к себе Какаши и уже вслух произнес: — Что ж, раз мы все уже познакомились…. С радостью сообщаю, что ваша первая миссия уже завтра. Рано утром, в 5 часов, встречаемся на третьем полигоне. Наконец-то, мы приступим к заданиям ниндзя. Отличная возможность проявить себя и начать продвижение по карьерной лестнице. — Ах да… Не советую завтракать, а то и стошнить может, — с этими словами Какаши будто испарился. — Ну и что это значит? — с явным волнением в голосе спросила Сакура. — Наверное, будет что-то опасное. Надо потренироваться перед миссией. Я домой, — оповестил нас Саске и направился к выходу с крыши. — Погоди, Саске-кун… Пойдем вместе, — предложила Сакура. — Нет, — отрезал Учиха. Розововолосая девочка заметно расстроилась, но так как делать мне все равно было нечего, я решил предложить ей пройтись со мной. — Можем пройтись с тобой, если хочешь, Сакура, — спокойно предложил я. — Еще чего! Катись куда… — девочка вдруг запнулась, наткнувшись на мой взгляд. Я очень холодно смотрел на нее, с некоторым отвращением, после чего очень размеренно, как ни в чем не бывало, сказал: — Ну ладно. Пока. Я направился к своему дому. Планов у меня не было, так что быстро перекусив в раменной «Ичираку-рамен», я отправился отдыхать. *** Вечером я довольно рано, часов в 9, чтобы выспаться, лег спать, перед этим решив ненадолго проведать своего компаньона. Я лег, устроился поудобнее и погрузился в сознание. На удивление, никакой клетки во вместилище лисы я не обнаружил. Меня окружали поля, засеянные пшеницей. Вдалеке виднелось пару деревянных деревенских домиков и некое каменное строение за ними. По мере продвижения к этим «признакам жизни», я все думал о том, что у Курамы неплохое владение сознанием, раз она смогла воссоздать нечто подобное прямо у меня в голове. Домики не представляли из себя ничего необычного, просто сельские постройки. Что более интересно — было наполнение в виде людей. Они жили своей жизнью: работали, веселились. Вот это действительно потрясающий навык — создать таких «живых» статистов. Наконец я смог разглядеть замок. Большое строение, вокруг ров с водой и опускающийся мост. Два уровня стен и много башен по периметру. На стенах у входа висели два знамени — символ клана Намикадзе и какой-то незнакомый символ, представляющий, видимо, Кураму. Мост был опущен, а потому я спокойно прошел по нему мимо стражи, не обратившей на меня никакого внимания. Одним мощным толчком я отворил запертые ворота и вошел во внутренний двор замка. Основное здание располагалось чуть поодаль. По двору шныряла прислуга, суетились жители замка. Зайдя внутрь, отчетливо услышал запах еды — готовился, возможно, пир или что-то около того. Я прошел уже во внутреннее помещение замка, впереди было что-то около прихожей — высоченные потолки, и величественное убранство. Дальше — двери. Большие, уходящие чуть ли не к потолку. Я решительно открыл и их и зашел в большой зал, подпираемый четырьмя толстыми колоннами. Потолок ниже не стал, напротив, даже как будто приподнялся. На каждом из столбов была красивая узорная металлическая врезка, висели роскошные подсвечники. Прямо от дверей к трону вела красная ковровая дорожка с золотым вплетением. — Эй, дорогая! Неплохо устроилась, — с небольшой подстебкой в голосе обратился я к лисице. Конечно, она восседала на троне. Как же еще могло быть? Ее окружала парочка девиц в откровенных нарядах и мужчин, подкачанных, в не менее интересных прикидах. — Что, пользуешься своими новыми игрушками, а про меня совсем позабыла? — вновь подал я голос, не дожидаясь ее ответа, проходя все глубже в зал. Девятихвостая сидела неподвижно и молчала, подперев рукой подбородок и закинув ногу на ногу, но ее взгляд выдавал ее с головой. Она смотрела на меня невероятно хитро, явно поджидая момента, пока я подойду поближе. Однако, вопреки моим ожиданиям, она все же ответила мне. — Не видишь, кто сидит перед тобой? Склонись. Звучало реально круто. Очень брутально, будь я сейчас в Конце в тронном зале Императора, храни его Архитектор, точно преклонил бы колени. Но тут же… Передо мной мой компаньон… Не знаю, чего ты от меня хочешь, но я сыграю по твоим правилам! — Склонится? На мою память, когда я заходил в это место, на стене развевалось два знамени, — невозмутимо прозвучал мой голос. — Это лишь знак моего благоволения. Я подчеркиваю наши союзнические взаимоотношения, но здесь ты — мой верный подданный. Такое поведение лисы мне даже нравится. Очень сексуально. При этом совершенно очевидно, к чему она ведет. Благо, хотя бы в этом вопросе я подкован — за время, проведенное с Матерями(прим. Если не читали введение, что очень рекомендую, Мать — женщина, носящая в себе рейнджера и дающая ему жизнь. Чтобы рейнджер появился, очевидно, нужно ее оплодотворить. А потому у рейнджеров существуют специальные задания — занятие любовью с женщиной-матерью, дабы на свет появился новый солдат Империи. Само собой, рейнджеры не знают ни собственного биологического отца, ни матери) я испробовал много видов утех, ведь не все из них консервативны в этом вопросе, а потому намеки понимал с ходу. — Знаете, моя хорошая, я — человек дела. А потому, если существует какой-никакой способ, доказать, что вы находитесь выше меня по статусу… — я намеренно выделил слово «выше» интонационно, и намек тут же не остался без ответа. В мгновенье ока я оказался на земле, мое лицо было прикрыто огненно-красными распущенными волосами Курамы, которая уже сидела прямо на мне и еле слышно мне на ухо властно прошептала: «Так понятнее?» — Гораздо, Ваше Величество, — ответил я с удовлетворением и отдался процессу целиком. *** Подходя к площадке, мне сразу открылся вид на большой, с виду, полигон для тренировок шиноби, пустовавший сейчас. За исключением двух моих товарищей, уже пребывавших там. Сакура и Саске стояли, опершись на два из нескольких тренировочных столбов, служивших мишенями для ниндзя. — Привет, — обратился я к сокомандникам, — Сенсей еще не появлялся? — Нет, — грубовато ответила Сакура, а Саске лишь сказал: — Привет. Уже что-то. Не оба, так хотя бы один. Я пришел ровно ко времени начала миссии и, как и просил Какаши-сенсей, ничего не ел. Хотя на вряд ли случится что-то такое, от чего меня прорвет. Сакура время от времени предпринимала тщетные попытки поговорить с брюнетом, а я лишь молча наблюдал рядом. Затем, уже порядком подустав от вечного лепетания девочки, я отошел к близстоящему дереву и сел в тени под ним. «Какаши уже заметно припозднился», — заметил я, обращаясь к лисе. «Может, случилось что», — на удивление спокойно ответила она. Я было собирался продолжить разговор, но нас прервали. — Эй, Наруто, — послышался рядом голос Саске. Я поднял голову и вопросительно посмотрел на него. — Сенсей порядком опаздывает. — Ну да, — ответил я, слегка задумавшись, почему такой, как он, вообще подошел ко мне. — Я, конечно, не об этом хотел поговорить, — вновь начал он. — Что-то изменилось в тебе. Ты не был таким… Парень запнулся на полуслове. — Каким? — Таким равнодушным. Сейчас ты кажешься гораздо более рассудительным и… Умным, что ли. Я задумался над ответом. Разумеется, правду ему говорить не вариант совсем. А потому я сказал первое, что пришло в голову: — Мне уже говорили об этом. Но я не понимаю о чем ты. Я это я. — Я и не надеялся особо на другой ответ, — ответил Учиха. Он сел рядом и мы продолжили дожидаться сенсея уже вместе, изредка перекидываясь парой слов. Сакура неподалеку понемногу закипала, но лезть не стала. *** — Ну привет, ребятки! — задорно сказал сенсей, взявшись буквально из не откуда. Уже было около 9:45 утра, это означало, что наш горе-пунктуальный наставник опоздал на 4 чертовых часа. «Этот идиот…»— прорычала Курама. — Сенсей! Вы опоздали на 5 часов! Ради чего я ничего не ела с утра, мало того встала в три утра! — Упс. Понимаете, так вышло… — начал оправдываться Какаши. — Бабушку через дорогу переводил… «Да он же нагло врет!» — взвыла лисица, на что я лишь улыбнулся. «Значит, никакая это не миссия. Иначе б не подумал даже он опоздать», — проговорил я мысленно кьюби. Саске просто промолчал и продолжал буравить сенсея взглядом. — Так что там… Ах, да! Наша миссия, — он посмотрел прямо мне в глаза, но, не выдержав и двух секунд моего пустого взгляда, сразу отвернулся. — Сегодня вы пройдете некий отбор. Конечно, вы уже выпустились с академии. Однако, на этом ваш экзамен не окончен. С этими словами он достал два небольших колокольчика и, разведя их в стороны, заставил издать звенящий звук. После чего продолжил: — На сегодня ваша задача отобрать у меня колокольчики до полудня. Кто справился и у него по окончании в руках окажется колокольчик — сдал экзамен и со следующей недели мы начинаем выполнять миссии. — Но сенсей. Колокольчика всего два. Каким образом мы можем иметь в конце по колокольчику, если нас трое, а их всего два? — спокойно спросил я, пока мои сокомандники будто воды в рот набрали и стояли с глазами по 5 роккунов(прим. Валюта в империи низшего номинала, аналог нашей копейки). Сенсей скорчил удивленную гримасу и ответил: — Но в этом же и смысл отбора, разве нет? Один из вас лишится возможности стать ниндзя навсегда. — Но… Мы ведь сдали экзамен в академии… — ошеломленно пробормотала Сакура. — Все верно. Это несколько другое, — невозмутимо ответил сенсей и заметил: — Сейчас на часах 10:00. Времени у вас ровно два часа. Экзамен начался, удачи. С этими устрашающими словами учитель сунул в карман. Саске заметно напрягся и встал в боевую стойку. Сакура, заметив это, последовала его примеру и достала кунай. Я же продолжил стоять и наблюдать за происходящим. Медленным движением сенсей стал вытаскивать из сумки некий оранжевый предмет. Через секунду стало понятно, что это книга, причем, судя по обложке, довольно примитивная туповатая романтика. «Да что с ним не так!» Саске сразу скрылся где-то в листве деревьев, девочка тоже убежала в лес, планируя, видимо, организовать некую ловушку и застать сенсея врасплох. Я же оставался на поляне и пристально разглядывал Какаши, придумывая план действий. В моем распоряжении прямо сейчас находились 6 взрывных печатей, метров 5 стальной нити, с десяток кунаев и столько же сюрикенов. О своем боевом стиле я еще не раздумывал, да и возможностей мало покамест. Так что экстра-оружия у меня не было. Не стоит забывать, что у меня есть еще и две разменные монеты в виде Сакуры и Саске. — Эй, Наруто. Не думаешь, что лучше бы спрятаться и тщательно продумать стратегию? — не отрываясь от своей книги, задал вопрос наставник. «Действительно, стоит там прямо перед ним как идиот. Получит же сейчас», — подумал про себя Саске. Однако я предельно четко ответил: — Ну вы же заняты сейчас. На вряд ли нападете. С этого момента один единственный глаз Какаши был прикован ко мне. За всю жизнь он не видел настоль равнодушного и безразличного молодого шиноби. Даже он в свои годы таким не был. А, если вспомнить досье на него, врученное его детским наставником Ирукой, то для этого кадра это было из ряда вон. «Что же произошло с ним в тот день… Впрочем, думает он нестандартно», — заметил Хатаке. В это же время я продолжал размышлять. С какого черта ему проводить такой «отбор»? В регламенте шиноби четко прописано: «Генины делятся на команды по трое, за ними закрепляется сенсей. Для развития навыков командной работы и более легкой ассимиляции в новой профессиональной среде». Это звучит довольно логично. Не может же он наплевать на закон. Тем временем, первоначальный план по выяснению способностей джонина был уже рассчитан. Я медленно пошел к сенсею, вынув руки из карманов, и сложив их в печати для Каге Буншина. — Множественное теневое клонирование! Вокруг появилось 6 моих копий, каждый держал в руке по кунаю. «Это же не простые клоны-болванки! Это настоящие теневые двойники!» — изумился Какаши. Я же уже сидел на дереве, вроде сенсей не заметил. Я прикрылся клубами дыма и укрылся в кроне. Недалеко на дереве я заметил Саске, следовательно, учитель уже прекрасно знал о его расположении. Клоны начали толпой атаковать Какаши, а я занимался созданием взрывающейся растяжки — тоненькой нитки с парой обвязанных вокруг нее печатей, проводившихся в движение даже незначительным контактом с объектом излучающим чакру. Создав еще пару клонов, я расположил их на деревьях, отдав по три абреке на каждому. В целом, ловушка была готова. Но это еще не все. Заманивать сюда его буду тоже не я. Третий клон уже ожидал своей очереди напасть, после того как сенсей расправится с другими копиями. Я же остался на ближайшем дереве, наблюдая за избиением своих неоригиналов. Какаши мутузил их только так: они разлетались по сторонам, вновь собираясь и яростно атакуя учителя. Тот уже явно рассеял часть своего внимания, а потому настало время выпрыгивать тому самому клону-приманке из воды. — Наруто, так в лоб меня не одолеть, ты должен понимать это. Он оттолкнул очередного клона, но вдруг был схвачен клоном-приманкой. «А он неплох», — подумал Саске. Остальные мои копии тут же бросились вырывать колокольчик у сенсея, однако… Пространство вокруг них было окутано дымом, а одна из копий крепко держала в руках большое такое бревно. «Техника замены… Ну, другого я не ожидал от джонина», — подумал я и рассеял шесть клонов, нападавших ранее и оставив лишь одного приманку, дабы запутать сенсея. — Не ожидал от вас другого, — сказал клон, находившемуся на ветке учителю. — А ты думал все будет просто? — сказал вдруг Какаши прямо у него за спиной. Клон моментально среагировал, а я, все так же сидя на дереве, победно сжал кулак, понимая, что Какаши уже клюнул на мою ловушку, увязавшись за клоном. «Вот ему и конец, Какаши-сенсей уже увязался прямо за ним! А мы с Саске-куном сейчас мигом расправимся с сенсеем!»— ехидно усмехнувшись, подумала находящаяся в траве неподалеку Сакура. По правде, дело уже было за малым — сейчас сенсей попадется прямо в ловушку, а оригинальному мне останется только внимательно проследить за его уклонением, паттерн которого я уже примерно понимал, потому как видел как он уходил из лап клона. Вот клон уже приближается к двум деревьям, на которых сидят двойники с сюрикенами. *фшшшх* — со свистом вылетели шесть сюрикенов, намереваясь проткнуть шиноби с двух сторон. Клон-приманка дернулся налево, в сторону, ловко перепрыгивая нить с печатями. Сенсей, конечно, инстинктивно двинулся за ним, но о ловушке он не знал. Потому… *Ба-бах*— по округе разнесся глухой громкий звук взрыва. Эпицентром стал сенсей, но клона затронуло тоже, но только спину. Я задумал это специально, дабы создать видимость, что я тоже попал под волну и сейчас лежал «в отключке». — Наруто! — воскликнула Сакура и выпрыгнула из кустов. Из-за листьев дерева на ветке показался и Саске. — Наруто, Наруто, — отчеканил сенсей, усевшись рядом с копией без сознания. — Ловушка отличная, я даже не ожидал, но продумывать надо все до мелоч… Я в абсолютно бесшумном прыжке протянул руку к колокольчикам и даже коснулся одного из них пальцем, но… Мою голову тут же встретила ладонь сенсея, направившая мой нос прямо к земле. Я мгновенно потерял сознание, сильно впечатавшись рожей в песок. Сакура и Саске стояли, разинув рты, у Какаши же расширились от удивления глаза. — Еще немного, и я бы… *** Медленно открыв глаза, под громкие возгласы Курамы, я обнаружил, что нахожусь в подвешенном состоянии. Буквально. По рукам и ногам я был привязан к какой-то палке, полностью обездвиженный. «Ты генином то собрался быть, идиот?! Приходи в себя, кому говорю!»— яростно восклицала лиса. «Все-все, я очнулся, можешь прекращать», — обессилено пробормотал я в ответ. «Такой ты сильный, рейнджер, называется! От простого удара отлетел, между прочим!» — пристыдила меня Курама. «Удар то простой, и я рейнджер. Да вот тело-то — не мое. Слабовато по сравнению с моей истинной формой»,— парировал я. «Не оправдание», — отрезала девятихвостая. Ну, что верно — то верно. Упал я довольно никчемно. Да вот только делать надо что-то дальше. Пока есть время подумать. «Ты слезать-то не собираешься? Миссии и статус Хокаге не ждут. Лишишься возможности быть шиноби — кранты твоим мечтаниям», — съязвила вновь лисица. «Шиноби, говоришь…» «Для развития навыков командной работы и более легкой ассимиляции к профессиональной среде». Слова четко всплыли у меня в голове. «Емае! Курама! Две мы головы! Это же очевидный блеф! Он знает, более того, чудесно понимает, что нам его не одолеть! Никто не получит этот колокольчик. Другое дело, если мы объединимся! Тогда, может, у нас будет шанс!» — воскликнул радостно я и уже сложил пальцы правой руки в символ глаза. «Один черт, колокольчиков два! Как вы распределите их между собой? Как решить, кто лишится будущего шиноби?!»— с раздражением от непонимания причины моего ликования спросила компаньон. — Аркан Пространства. Малое искажение, — бросил между делом я, вытаскивая руки из искаженного заклинанием пространства вокруг них. «Здесь не будет проигравших. Нам нужно показать, что мы готовы работать в команде», — ответил я наконец лисе, освобождая ноги и мягко приземляясь на землю. — «Осталось найти ребят. Надеюсь, он их еще не убил, ха-ха-ха». Найти Саске оказалось несложно — его голова торчала прямо посреди опушки недалеко отсюда. — Эй, Наруто! Ты в порядке? — спросил темноволосый генин. — Да, вполне. А ты как? — Как видишь, — буркнул он. Следующие десять минут я занимался его извлечением из земляной ловушки. Затем сказал, что у меня есть план, но для этого нам нужна Сакура. Потому вскоре мы обнаружили и ее. Она сидела с пустым взглядом и пускала слюни. — Гендзюцу, — констатировал Саске. Он быстро подошел к девочке и применил Кай(прим. Влил немного своей чакры, дабы развеять чары). — Саске-кун… — розововолосая резко посмотрела на брюнета и вдруг кинулась его обнимать. — Я думала, ты погиб… — Сакура, отлипни, ты была в гендзюцу, это было не реально! Я же лишь усмехнулся. — Мне есть, с чем поделиться с вами. Следующие пятнадцать минут мы занимались составлением плана. Оставалось лишь пять минут до окончания «отбора», а потому следовало поторопиться и показать сенсею, что мы умеем работать в команде. — Ну, вперед! — скомандовал Саске и мы приготовились прыгнуть в разные стороны, как вдруг… *Шффффф* — посреди нашего пристанища взвился в небо столб пыли и дыма. Вокруг вдруг потемнело, налетели тучи и началась гроза. — Время истекло! — грозно процедил сенсей, наклонившись к нам поближе. — Все вы! Успешно сдали экзамен. Поздравляю. Конечно, Сакура и Саске встали как вкопанные, удивившись его словам. Я же слегка удивился лишь тому, что все сильно проще, чем я думал. — Ты молодец, Наруто, — похвалил меня лично учитель, — Ты верно подметил, единственная цель этого этапа — определить, готовы ли вы работать в команде. Мой живот предательски заурчал, а Какаши, рассмеявшись, добавил: — Сегодня обедаем за мой счет! Сакура снова полезла обнимать уже изрядно от этого уставшего Саске, а я остался стоять в стороне, улыбаясь, оставшись полностью довольным собой, ведь я наконец выполнил свою первую миссию в качестве ниндзя.