Часть 89 (Первое приглашение)

Зима, беспощадная ты сволочь! Какого хрена в ноябре Сугробов море по колено? И снегопадов тьма везде! А нам бы солнышка немного и теплоты хотя б чуть-чуть, а не вот это вот творенье, Рожденное от слова «тварь»… Неожиданное начало, да? К слову, данный стишок очень даже подходит к тому, что происходит в данный момент в Великобритании и на территории Хогвартса в том числе: Кейл сидел посреди пустого кабинета. Только он, безлюдные парты и гора тетрадей, которая наконец-то уже была проверена. Недалеко на столе стояла пустая чашка, не так давно любезно принесенная Роном. Её все же пришлось полностью выпить. А за окном прямо сейчас бушевала буря. Буря в начале ноября… Особо мерзлявых студентов и учителей очень удручало такое положение дел, и наш красноволосый исключением не был. За окном выл ветер. Холод снаружи пробирался даже сквозь толстые каменные стены замка. И спасали только тёплые свитера и уютные пледы. Всё ещё, конечно, существовали камины, но не во всех классах они были установлены. — М-да, погодка нас не балует. Наконец-то положив перо и откинувшись на свое гигантское, мягкое и такое уютное кресло, сильно выбивающееся из общей строгой стилистики класса, Кейл посильнее укутался в плед и, тяжело вздохнув, уставился в незанавешанное окно. Снежинки на ветру кружились в своеобразном танце. Буря и не собиралась утихать. Видимость была никудышной: дальше собственной руки не видно совершенно ничего. Так что оставалось только медитировать, смотря на кружащиеся белые облака. Если забыть о столь неприятной погоде за окном, то наконец-то спокойствие, тишина и долгожданный отдых наступили. Даже как-то настроение сразу поднимается. — Пап! Дверь отворилась, и в класс вбежали котята в своем человеческом обличье, спеша в объятья своего опекуна. Кабинет вновь ожил, словно тот до этого стоял на ненадолго на паузе, а сейчас её наконец-то сняли. Вместе с детьми пришла и суета замка, доносящаяся из коридоров. Да, Он и Хонг уже давно устроились на новом месте и стали полноценной его частью. Кажется, только сейчас Кейл по-настоящему вылез из своих мыслей, возвращаясь обратно на землю и наконец-то обращая внимание как на детей, так и на то, что уже давно прозвенел звонок, а коридоры полны криков, гама и веселья. — Куда вы так спешите? Хотите мне о чем-то рассказать? Повернувшись к детям, спросил Кейл, а после, положив им на головы руки, немного потрепал их. Брат с сестрой, стоявшие, облокотившись на подлокотник кресла, только посмеялись. На их лицах расцвели улыбки — не просто счастливые, но ещё и до боли хитрющие. Эти двое явно что-то задумали. Только что? — Пап, младшенький рассказал нам, что ты будешь вести уроки танцев и этикета, ня, — начал Хонг. Вскоре к нему присоединилась и его сестра, дополняя рассказ: — Еще и то, что вести ты их будешь сразу у всех четырёх курсов. И это как бы будут дополнительные занятия. В воздухе ненадолго повисла слегка неловкая пауза. Кейл ждал чего-то от детей, а те в свою очередь наблюдали за его реакцией. По итогу надо было что-то делать. — Да, я буду вести дополнительные уроки. Так к чему вы все это начали? — Ну… тебе случайно не нужны помощники? Мы знаем, что ты не хотел, чтобы мы сильно высовывались, но хоть это и не знакомое нам место, тут довольно спокойно. Осмелела Он. — Учеников будет много. Одному будет сложно. А Дедушка Лимонад уже знакомил нас с правилами этикета, ня. Присоединился к уговорам Хонг. — Да и Дедушка Голди нас танцам обучал. Так что мы можем помочь! Неожиданно для девочки последняя фраза вышла у нее слишком громкой, и она затихла. — Ладно, я вас понял. Но с чего вдруг такое рвение? — Ты в последнее время много работаешь и устаёшь, ня. Мы просто хотим помочь. — Да и время так мы сможем с тобой провести… Немного тише добавил Хонг. * Кажется, я и впрямь слишком сильно заработался. * — Хорошо, тогда я на вас рассчитываю. А пока пойдёмте ужинать, я как раз закончил со всем. Вставая с кресла и ленно потягиваясь, произнёс красноволосый. После дети подхватили его за руки, и все они, такие довольные, побрели к Бикросу.

***

— Наконец-то уроки закончились! Кстати, я не один заметил, что Филивик сегодня был особенно радостным? Закинув на плечо сумку, воскликнул Седрик. У ребят только что закончился последний урок. — Не один. Кстати, говорят же, всеобщего помешательства не бывает, но, думаю, это не в нашем случае. Оглядел коридор Винцент. И тут, и там обсуждали приближающийся бал. Кто-то уже начал придумывать себе наряд, а кто-то вовсю думал о своём партнёре. В общем, только прогремели новости о турнире и первом этапе, как все тут же нашли новую тему для разговоров. — Он сегодня весь урок напевал себе что-то под нос и норовил рассказать какую-то историю из своей жизни. Думаю, Святочный бал сыграл в этом не последнюю роль. Добавила девушка. — Что, Рин, думаешь, тоже собрался с нами отжигать? — Утверждать не могу, но преподаватели всё равно, наверное, на нём присутствовать будут. Вряд ли нас одних оставят. — Чхве Хан, а тебе профессор ничего об этом не говорил? Спросил Седрик. — А? Да, Кейл-ним говорил, что тоже присутствовать будет. Преподаватели всё так же приглашены как гости, но присматривать за нами всё ещё будут, конечно. — Вот как? Тогда как думаете, кто из профессоров будет отжигать на танцполе? — Флитвик явно просто в сторонке стоять не будет. Но и на танцполе, думаю, будет не самым примечательным гостем. — Может, Хагрид? — Чхве Хан, думаешь, он вообще придёт на бал? Мне кажется, он предпочтёт ему времяпрепровождение со своими «милыми» зверушками. — Называть их милыми — это, конечно, сильно. А сюсюкаться с ними, как с собственными детьми, — это… лучше промолчу. — Мне кажется, вы двое свернули куда-то не туда в своих размышлениях. — Тебе не кажется, Рин. Поддержал мечник. Обычно он почти не разговаривает, но во всю старается хоть как-то поучаствовать в разговоре. — Ладно, тогда вернёмся. Секундочку... Хм, кхм. Винцент ненадолго остановился и откашлялся, после чего вновь продолжил говорить: — Хагрид, вы серьёзно?! Что ему делать на танцполе? — Ну знаете ли, ему, кажется, очень симпатизирует мадам Максим. Так что я не удивлюсь, если он осмелется и пригласит даму своего сердца на танец. Даже Чхве Хан это заметил. — Он просто иногда гуляет с ней по лесу, и я их пару раз замечал вместе. Ничего особенного. Так бы я тоже не догадался об его чувствах. — Ладно, мы опять куда-то не туда ушли... Чхве Хан, пока есть время, пойдём, что ли, в библиотеку? Время так-то идёт, а загадку с яйцом мы так и не отгадали. Приобнял за плечи мечника Диггори и стал зазывать в библиотеку, незаметно для их подруги одним глазом подмигивая ему. — Конечно, пошли. * Кажется, он хочет оставить их одних. Но с нашей ситуацией всё ещё надо что-то делать. Помнится, Кейл-ним говорил, что догадывается о кое-чём, но поможет только если мы сами ничего дельного с яйцами придумать не сможем.* — Вот, наши драконьи мамаши нас опять бросают. Но мы понимаем, вам ещё о детях заботиться, а Хагриду их доверять не очень хочется после его соплохвостов, которые чуть не поубивали друг друга. Так что идите. Очень наигранным и слишком любезным тоном, выделяя паузами разные слова, проговорил Винцент, глядя на постепенно удаляющихся друзей. — Премного благодарны, только вашего добавления мы и ждали. Всё так же слащаво пробубнил Седрик и поклонился на прощание как можно ниже, активно жестикулируя свободной рукой. Так наша четвёрка и разделилась. И вот Винцент с Катрин одни идут по коридору в своё общежитие. Повсюду сновали ученики, беседовали о чём-то, но эту парочку тишина не покидала. О чём им сейчас говорить? Хороший вопрос. Правда, нуждается ли он в своём ответе? Эти двое просто дальше шли себе по замку, преодолевали очередные лестницы, любовались серебристым сиянием за окном. Им было хорошо просто от того, что кто-то рядом есть. Кто-то очень знакомый, понятный и такой близкий. Иногда всем нужно немножко отдышаться от окружающей их суматохи — можно сказать, именно этим они сейчас и занимались, медленно шагая вперёд. А куда им торопиться? Холод их не беспокоит. Катрин была укутана в большой бежевый кардиган Винцента ещё утром за завтраком: именно тогда она поняла, что оделась слишком легко. Он согревал получше всяких чар. Ну а что до самого Винцента? Что ж, ему и так было тепло. Он в целом славился своим хорошим здоровьем и устойчивостью к морозу. Сегодня утром, посмотрев на температуру в замке, он спросонья просто на рефлексах схватил этот кардиган, толком не думая, а нужен ли он ему? Так что всё вышло очень даже удачно... Как и всегда. — Всё же красивые узоры рисует мороз на стёклах. Остановившись у очередного окна, всё же заговорила Катрин. Она высунула руку из тёплого кармана и стала водить ею по хрустальному кружеву на окне. — Да, очень красивые. И ведь все абсолютно разные, но такие схожие. Однажды увидишь и будешь находить их в каждом окне, правда, присмотревшись, всё же поймёшь, что это не одно и то же. Природа взаправду таит в себе много чудесного и прекрасного, а это лишь его малая часть. — Хах. Опять ты так говоришь. — Как? Не совсем тебя понимаю. — Ну, зачастую ты как-то шутишь, может, говоришь первое пришедшее в голову, иногда ты серьёзно рассуждаешь на разные темы, но бывает, из твоего рта доносятся такие красивые слова и выражения. Как сейчас. Вот как писатель или поэт мог бы высказываться, но не простой человек в обычной жизни. — Да? Не замечал. — Просто у тебя это слишком естественно выходит. «Природа взаправду таит много чудесного и прекрасного»... Вот кто так говорит? — А я-то... — Да, именно так. Даже интересно, как ты в следующий такой раз выскажешься и когда он настанет. Девушка только отвернулась, собираясь продолжить их путь, как остановилась. Кажется, Винцент ещё не собирался возвращаться в общежитие. — Катрин, не изволишь ли ты сходить со мной на бал? — Я? Я уже думала, ты позовёшь кого-то другого. Девушка обернулась, посмотрев в лицо своему собеседнику. — Значит ли это, что ты только этого и ждала? — Я ещё на прорицании поняла, что кто-то сегодня меня пригласит. Вот только имени я узнать не смогла, впрочем, как и профессор. — Так, твой ответ? Винцент отвёл взгляд в пол. Непонятная сила вдруг пробудила в нём сильное любопытство к чему-то столь обыденному. Даже не минуты, а секунды длились вечность. Откуда вдруг взялась эта давящая тишина? Один ли он это чувствует? Недавно этого всего не было. Это было ещё даже не признание, но нечто очень близкое к нему. Самый обычный жест — просто посмотреть в глаза собеседнику — кое для кого в данный момент стал непосильной задачей. А Катрин лишь подошла ближе. — Я пойду с тобой. Всё тем же неизменно спокойным и тихим голосом ответила Рин. Услышав ответ, парень наконец-то оторвался от своего занятия и осмелился взглянуть ей в лицо. Не успел он поднять голову, только карие глаза встретились, как тут... поцелуй. Винцент был немного выше девушки, так что той пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться до его лба. После она сразу же отстранилась, произнеся следующие слова: — Спасибо, что пригласил. Мне очень приятно. И она поспешила удалиться. Ошарашенный парень остался посреди пустого коридора. Интересно, как же совпало, что в нём были только они, а он именно в этот самый момент решился? Впрочем, неважно. Этим двоим сейчас явно нужно немного побыть наедине со своими мыслями и чувствами.