Часть 1 Принцы и Принцессы

      Принцесс похищают, в теории я об этом знала, возможно, даже восхищалась принцами и рыцарями, что их спасают, но… Оказаться на месте похищенной принцессы мне казалось чем-то нереальным. Начиная с того, что похитить ребёнка — это низость, заканчивая тем, что мой отец бы выпотрошил похитителей и выставил на всеобщее обозрение.       Таковой была моя реальность в мои десять — я знала, что отец, великий король Кирстен был завоевателем и путь нашей страны лежал через кровь, но мы были сильны. Отец часто был груб и холоден, но его вспышки ярости возникали молниеносно, так же они и поражали врагов. Отца я никогда не боялась, ведь наедине с ним было спокойнее всего, безопаснее и тише. В его присутсвии молчали все, а те, кому было позволено говорить не могли скрыть благоговейный испуганный вдох. Мягким, если о нашем короле возможно так выразиться, отец был лишь наедине со мной и матерью. Хотя она любила обнять меня и пошутить о том, что в такие моменты он чувствует себя неловко.       Всё это калейдоскопом картинок и воспоминаний кружилось в моей голове, когда я окончательно пришла в себя. Похищенная. Похищенная принцесса… но в свои десять я уже не верила в сказки. Было холодно и сыро, меня окружали аромат древесины и алкоголя, что я едва могла дышать. Ткань, которая использовалась на подобие кляпа уже была пропитана моей слюной и мешала дышать ртом. Я очнулась уже уставшей. В голове совсем не было мыслей как до этого дошло. Охрана, рыцари и телохранители — как они все могли пропустить этот момент? Я представляла какую ярость обрушит на них отец и могла бы посопереживать, но… я не знала в каком положении оказалась я сама. Мы были в военном положении с двумя странами и хрупком перемирии с третьей, так что вариантов, кто хотел бы меня использовать было огромное множество…       Дверь открылась — ладно, отодвинули ткань — и передо мной оказался крупный лысоватый мужчина, он оглядел меня — если в темноте это можно было назвать возможным и кивнул кому-то позади себя. Тогда я увидела его… того, о ком даже у нас в королевстве ходили слухи, ужасные кошмары о человеке, чья жестокость могла сравниться с жестокостью отца. Мужчина сделал шаг вперёд.       Следующее, что я помню это повозка останавливающаяся слишком резко, что я бьюсь о её стенку, в голове начинает кружится, но запаха алкоголя нет, ткани в моем рту тоже, а в довершение — я больше не связана. Естественно, это более не необходимо, я знаю у кого в руках я оказалась и если не хочу лишиться пары конечностей или органов, то рыпаться не имеет смысла. Ларсен… это имя было синонимом крови, кровавой войны, что вели наши страны последние десятилетия и вот теперь я в руках врага.       Меня охватила дрожь, я не была готова к этому испытанию, не имела ни малейшего понятия, к чему всё приведёт, но понимала, что отец будет в ярости. Метать молнии он, вероятно, начал когда меня похитили, а когда узнает кто за этим стоял — мои телохранители станут бывшими и очень мёртвыми.       Дверца, если так можно сказать, открылась и солнечный свет моментально обжег мои глаза. — Я надеюсь ты будешь хорошей девочкой и мне не придётся причинять тебе вред. — Такая простая и позитивная по сути фраза, но… Сколько же нетерпения и превосходства в голосе. Радостного ожидания.       Я кое-как выбралась из повозки, мое платье было подрано и испачкано, одной из туфель просто не было, часть окантовки осталась валяться на полу. Мои руки были сухими и испачканныии тоже, хотя я не могла вспомнить чем. Лишь грязь под ногтями намекала, что я пыталась чтоли-бо сделать, но это было ещё до того, как я поняла в чьих руках оказалась.       Мне было стыдно, любой принцессе, даже ребёнку, было бы стыдно предстать перед людьми в таком виде. Плевать, что не по собственной воле, плевать, что я ещё ребёнок — сейчас я представляла свою семью, свою страну, а мужчина передо мной представлял опасность. Даже не так, он представлял Опасность!       По словам отца я знала как его характер так и внешность, но действительность оказалась ярче и пугающе. Наш враг, уж после моего похищения вряд-ли военное положение сменится на мирное, был высоким светловолосым мужчиной со льдистыми голубыми глазами и резкими чертами лица. Его взгляд словно препарировал меня заживо заставляя сьёжиться, но я не могла себе этого позволить. «Стоять перед врагом стóит с ровно поднятой головой» — говорил отец, только вот мне голову приходилось задирать.       Мужчина кивнул глядя на меня и, развернувшись, направлися прямо к замку, а у меня задрожали колени. Я едва стояла на ногах, но когда один из стражников озвучил чёткое «вперед» я заставила свое тело двигаться.       Мама часто говорила, что я сильна духом и сейчас я молила всех Богов, чтобы это хоть как-то мне помогло. Мы шли по замку в тишине, нарушаемой лишь стукотом мужских тёмных ботинок и я сосредоточилась на этом звуке. Пускай, у меня и была возможность разглядывать огромные ворота с резьбой или стены замка, высокие, но светлые, с огромными витражными окнами на первом этаже, с крутыми ступенями вверх…       Мои размышления прервал юношеский, даже детский голос: — Боже, почему она такая грязная?       Я вспыхнула до кончиков волос, да как они вообще смеют, это насмешка какая-то? Но затем увидела того, кто задал вопрос. Передо мной буквально из ниоткуда появился парень, мальчик такой блондинистый и улыбчивый, что я растерялась. Его волосы были в полном беспорядке, одежда выглядела так, словно он успел поваляться в грязи, но золотавый цвет кройки и внимательный прищур небесно-голубых глаз наталкивали на мысли о его происхождении. — Мой принц! — высокий женский голос подтвердил мои догадки и спустя мгновение перед нами появилась женщина, она побледнела увидев короля, — Ваше Величество, — и, поклонившись, попыталась утащить принца, но мальчик сопротивлялся. — Это принцесса Фрея? — Его глаза метнулись от короля ко мне. Я не могла не улыбнуться.       Принцесса в обносках и принц перепачканный невесь в чём. Атмосфера стала более напряжённой — если до этого король не обращал на меня внимания, то сейчас его взгляд вновь был прикован ко мне. — Да, Миккель, это принцесса Фрея и… — Она может побыть под моим присмотром, — Начинает принц, а я не могу не прыснуть смехом, — Я против того, чтобы Вы вели её в темницу.       По моему телу пробежал неприятный холодок, я знала как выглядят темницы нашей столицы и это было зрелище более чем мрачное. Я невольно сделала шаг от короля, мысль о ночёвке в темнице казалась ночным кошмар, да и любое провождение времени там это… — Миккель, ты… — Даже если принцесса здесь не по своей воле, мы можем уделить ей определённое уважения. Я, как принц, — мальчик улыбнулся, — могу за ней присмотреть, ну или она за мной. — Он посмотрел на меня: — Уверен, принцесса не будет пытаться убежать, а проведёт со мной время.       Я неосознанно кивнула. Согласиться быть в сопровождении маленького принца в любом случае лучше, чем оказаться в темнице. Хотя о попытке сбежать я всё ещё размышляла. Его Величество недовольно смотрел на принца, идея ему явно не понравилась. Атмосфера была колючей до жути, стражники сами сделали пару шагов назад, да и гувернантка принца выглядела напуганной. Это напоминало атмосферу, когда отец был в ярости — что-то знакомое, но такое болезненное в этот момент. — Ты понимаешь, что если что-либо случиться с принцессой, что угодно, то ответственным будешь ты? — Король очевидно давил на своего наследника, но мальчик не отступал. — Ничего не случится, — улыбнулся принц, а затем обернулся ко мне: — А теперь, Принцесса Фрея, нам обоим стоит принять душ.       Он засмеялся, а затем подошёл ко мне и протянул руку, а я улыбнулась и позволила меня увести.

***

      Назвать последующую неделю заточением сложно, это скорее похоже на очень странную дипломатическую поездку. Я не знаю, что происходит дома, какие требования выдвинул король Ларсен или как долго я буду здесь находиться, но всё не оказалось так плохо, как я представляла в первый день.       За эту неделю я поняла, что наследник Ларсена очень беспокойный и неугомонный. У нас всего пара лет разницы в возрасте, но не припоминаю, чтобы мне так же не сиделось на месте. В течении дня он успевает оказаться в большинстве покоев замка, и в конюшне, небольшом саду лекарей, саду с красивыми деревьями и цветами…       Но даже несмотря на это, у нас есть достаточно общего. Кроме гувернантки за Миккелем присматривает рыцарь и его личный наставник. Мне пришлось присутствовать на паре его занятий — они очень напоминают мои, что заставляет сердце покалывать. Большая часть истории — общая и я даже принимаю участие в обсуждении вместе с принцем и его учителем. Военное дело кажется скучным, а вот дипломатия самым простым и знакомым.       Уже сидя в покоях Миккеля, ожидая полуденного чая, мы просто смотрим на небо. Отчаянная попытка сбежать после посещения конюшни кончилась диким фиаско — лошади не любят незнакомцев, да и в платье оседлать животинку весьма трудно. — Я вот знаешь о чём думаю…       Терпеть не могу такую формулировку! Я ведь не читаю мысли, тогда как могу знать? На эти слова всегда хочется ответить: 'знаю, поэтому заткнись! ' Но я же принцесса, наследница и поэтому могу лишь ожидать продолжения слов. Хотя не думаю, что Миккель скажет что-то великоразумное. — Мы ведь оба наследники, а значит, когда вырастем, то будем держать наши страны. И вот — нам нужно заключить мирный договор. — он сидит рядом, наблюдая за бегущими по небу облаками, а я наблюдаю за ним. Ещё ребёнок, но даже он иногда дело говорит. — Поэтому неплохо было бы взять тебя в жены.       Он мгновенно оборачивается и смотрит прямо на меня. Смотрит-смотрит-смотрит… И мы оба взрываемся смехом, а когда уже получается отдышаться, Миккель продолжает: — Да, это невозможный вариант, но было бы неплохо. — Я лишь киваю. — Даже не знаю, чей отец первым успел бы сказать нет, мгновенно же.       Парнишка разваливается на полу, съезжая со своих подушек и протягивает руку к потолку. — Тогда ты выйдешь замуж за кого-то лояльного к нам. А то у меня уже руки болят от этих жестоких тренировок с мечом. — Он вновь оборачивается ко мне и на этот раз его лицо серьёзно для ребёнка: — Война приносит слишком много страданий…       Я киваю, осознавая лишь одно, чем бы не закончилось моё прибывание здесь — мирным это назвать вряд-ли получится.       Таким образом проходит ещё пара дней, а затем, когда мы сидим на полу разглядывая листья, открывается дверь. Его Величество спокойно смотрит на меня, а мне от его взгляда бежать хочется, это вызывает чёртово беспокойство в груди и дрожь в конечностях. Он игнорировал меня чуть более двух недель, что же изменилось?       Боже… элементарнейшая догадка возникает в моей голове. Неужели? — Твой отец наконец-то выполнил все наши условия, — Начинает мужчина, а я не знаю почему мне становится некомфортно, — Завтра на рассвете ты отправишься домой, принцесса.       А затем король уходит. Дверь захлопывается за ним, возвращая меня в реальность. Домой? То есть я увижу родителей, окажусь в безопасности и… а была ли я здесь в опасности? Странное ощущение рождается внутри, когда я вспоминаю все прошедшие дни — слегка пугающие, но волнующие и наполненные событиями… Если отец выполнил условия, то получается…       Получается я стала его слабостью, его причиной поступиться чем бы то ни было… и это заставляет мир становиться расплывчатым. Слёзы текут, опаляя щёки горячим и по какой-то причине это болезненно. Словно я… — Почему ты плачешь? — Голос Миккеля не сразу проникает в мои мысли. — Это не похоже на слёзы радости, Фрея.       Я тянусь к этому мальчику и обнимаю его. Слёзы всё катятся и катятся, я не могу их остановить, словно всё беспокойство и волнение, что я пережила за этот период вырывается из меня одним махом. Миккель обнимает меня, крепко. Его небольшие ладони поглаживают мою спину, а я всё никак не могу остановить истерику.       Я не знаю, сколько это длиться, понимаю лишь, что теперь лежу на полу рядом с Миккелем и смотрю на потолок. Стало легче, но… под кожей всё-равно скребётся неясное чувство, оно горчит во рту.       Миккель нависает надо мной. — Не знаю, что это было. И не хочу знать. — Он тянет меня к себе, усаживая в вертикальное положение. — Но я чертовски перепугался. И ты теперь вся красная и… — Некрасивая? — Мне хочется отшутиться, понимая, что я напугала ребёнка. — Опухшая, — странным голосом говорит принц, — такую я бы замуж не взял.       Боже… спустя мгновение из меня вырывается смех, который облегчает душу. Эта его милая шуточка разряжает атмосферу. Я улыбаюсь и прошу его попросить воды, чтобы я могла привести себя в порядок. — Не смейся, я же серьёзно!       Но я уже не слушаю. Боже…             Завтра я отправлюсь домой…

☆☆☆

Nota bene!

      Ларсен — Его Величество король вражеской страны, похититель принцессы. В действительности это было более чем удобное для него стечение обстоятельств. Изначально принцессу похитили *кто-то*, а Ларсен имея сеть шпионов воспользовался моментом.       Миккель — крон-принц, наследник Ларсена. При первой встрече 5-летний, активный, неугомонный отпрыск короля. Честный, искренний и непослушный. Умный не по годам.       Фрея — старшая принцесса второго государства, на момент первой встречи едва исполнилось десять лет. Спокойная и уверенная девочка, боится пауков и, после похищения — испытывает страх в тёмных и замкнутых пространствах.       Кирстен — отец Фреи, король второго государства. Весьма эгоцентричен, самоуверен, как и Ларсен — держит своих подданных более в страхе, чем уважении. Не умелый в проявлении эмоциональных привязаннойстей даже с родными.       Клара — королева, мать Фреи.       Лиона — королева, мать Миккеля.