Зарисовка #2

Мальчишка наблюдал, сидя на кровати в центре дома за тем, как суетились его многочисленные родственники, собираясь в долгую дорогу. Мама возвышалась над всеми, размахивая руками и командуя теми, кто находился в поле ее зрения. Наблюдать за нею было интереснее всего, вглядываться в ее черты лица, смотреть как она жестикулирует и быстро объясняет всего парой слов что нужно сделать то и дело подходящим к ней шисмаа. Она была истинным лидером, всегда умела найти общий язык, чтобы решать конфликты и заводить новые знакомства в деревне и не только, ведь это благодаря ей сейчас они с семьей едут встречать праздник прихода Весны в соседнюю зажиточную деревню. Успеть до праздника можно только сегодня, так как местные благоискатели заметили всего одного фолла, видимо, отбившегося от стада, что следовал на северо-восток. И именно поэтому сегодня все с самого раннего утра готовились и собирали с собой лучших шимов, еду, ткани и меха для подарков и подношений. Мальчик всегда ровнялся на маму, но не понимал как ей удается быть такой активной и разговорчивой. Сам он редко показывал свои эмоции и болтал, и любая беседа с ним больше была похожа на допрос, где из мальчика силком тянули слова. Иногда ему казалось, что шисмаа просто не могут ощущать настолько ярких эмоций, что все эти изменения в их лицах это лишь маски, что все это не настоящее. Как это может быть правдой, если он так не умеет, не так ли? Недаром его папа говорил, что истинные намерения любого шисмаа можно понять только по языку тела и поступкам, все остальное легко подделать, сделать более "презентабельным". "Особенно будь осторожен с гостями из Центры, они только и ждут чтобы схватить тебя и увезти в свои засушливые земли с домами из глины и камня!" - часто повторял отец мальчишке, когда в их деревню прибывали странствующие торговцы. Они были совсем другие - намного ниже, темнокожие, и глаза - чёрные чёрные! Такие, что казалось что их совсем нет в глазницах. И шерсть какая - короткая, темная и вьётся! На фоне своих белоснежных братьев по крови южане очень выделялись и привлекали внимание, и еще с детства мальчик чувствовал, что доверять им сразу не стоит. Сейчас же им предстояло добраться до соседней деревни, что находилась в пяти лесных кольцах от их собственной. За все свои прожитые восемь с половиной зим он никогда не уходил дальше третьего кольца, так как ему запрещали родители, да и провианта ему хватало максимум на пару дней жизни в лесах. А теперь он проедет аж целых пять колец, да еще и верхом на фолле, которого раньше он наблюдал только издалека, забравшись на верхушку дерева. Эти огромные животные казались ему настоящим чудом, ведь мальчик не мог себе вообразить, как что-то, что больше и без того огромных елей первого кольца, может дышать и тем более двигаться, есть и размножаться! Он знал, что будучи благоискателем фолл будет основным его средством перемещения, но забраться на него ему выпал шанс только сейчас. И вот уже его мама, папа и еще четверо родственников бодро шагали по проторенной дорожке через первое кольцо, освещая себе путь шимом в клетке. Огромные стволы деревьев были оплетены самыми разными растениями и мхами, а через еще плотный слой снега уже можно было разглядеть первые свежие травинки и даже мелкие цветочки. Боятся в первом кольце было нечего, так как оно находилось ближе всего к деревне, и всю полезную живность оттуда давно выловили или отогнали вглубь леса. Среди деревьев то и дело можно было заметить проблески света, озаряющие маленькие и большие полянки, где в основном проводили обряды и жертвоприношения. Мама шла впереди, ее длинная шерсть была заплетена в тугую косу и обмотана вокруг головы. Папина же шерсть не была столь длинной, он ограничился обычными мелкими косичками, которые свисали до плеч и смешно "подпрыгивали" после каждого его шага. Остальные родственники тоже заплели косы разных фом и размеров, некоторые завернули их в причудливые формы и закрепили на голове стебельками растений или цветами. Мальчишка же никогда не любил эти приукрашивания, поэтому как всегда шел с недлинной косичкой, которая была слегка подраспущена и явно заплетена на скорую руку. Проходя очередной поворот, путешественники наконец-то нашли то что им нужно было - в нескольких метрах от них стоял пожилой фолл и жевал верхушку дерева, переминаясь с ноги на ногу и лениво отгоняя птиц, которые то и дело норовили сесть ему на морду. Шисмаа скоординированно подошли к фоллу сбоку, каждый взял по мешку в руки. Мать вышла вперед, засучила рукава своего дорогого наряда, взяла разбег и запрыгнула на ногу животного, ухватившись за растение, которое росло прямо на нем. Тетя кинула ей толстую веревку, и шисмаа успешно поймала ее, после чего ловко полезла выше и выше по телу фолла. - Вот Шии́ра молодец, а! Уже десять зим как не выходит из дома, а как карабкается! - радостно воскликнула ее сестра, крепко сжимая, плетеную клетку с шимами. "Да, мама очень здорово умеет лазать, я видел как она ловко перебирается по складу дома!" - подумал мальчик, и гордо улыбнулся, внимательно наблюдая за своей мамой. Уже через несколько мгновений за верёвку дернули сверху, а значит пора было забираться. Сначала полез отец с подарками, затем тетя с шимами, после дядя, дедушка и бабушка с одеждой и едой. Мальчишка же карабкался последним, неуверенно дрыгаясь на веревке и неловко сжимая в руке мешочек с чем-то увесистым. Шерсть фолла была больше похожа на траву из-за количества растений, живущих в ней, и ощущалось все от этого очень странно. Наконец, забравшись на спину животного, мальчик огляделся по сторонам. Вокруг него теперь было лишь яркое светлое небо и верхушки деревьев, простиравшиеся бесконечно вдаль. Вид завораживал, и маленький шисмаа посильнее схватился за меховой покров фолла, или, скорее, за мох, который устилал спину животного словно плотный ковер. Все вокруг уже устроились рядом, и через несколько минут фолл уже медленно двинулся по своему маршруту. *** Через несколько дней семья прибыла в деревню. Завидев ее издалека, мама снова размотала веревку, обвязала вокруг пояса мальчика и приказала медленно сползать вниз, цепляясь за шерсть и растения. Спустившись, он дважды потянул за веревку, давая понять о том, что следующий шисмаа может спешиться. Через небольшое количество времени все уже твердо стояла на земле, провожая почтительным поклоном фолла в его дальний путь, а затем двинулись в сторону деревни по близлежащей тропинке. Выходя из леса, мальчишка был в шоке: такой большой деревни и таких домов он еще не видел. Красивые круглые домики, совсем как в из деревне, чередовались с двух, а то и трехъярусными домами, которые ещё и расходились вбок! "В них наверное есть отдельные комнаты!" - подумал маленький шисмаа про себя и улыбнулся, предвкушая что-то интересное. Родители вели всех в центр деревни, огибая красивые улочки и проходя мимо толп людей. Через несколько минут они подошли к дому, который находился почти в центре деревни. Он был невероятно огромен и красив, и чтобы рассмотреть его нужно было задрать голову повыше обычного. Овальные двухэтажные цилиндры с круглыми крышами были соединены различными мостиками между собой, образуя плотную сеть переходов прямо в воздухе. Сам дом в общем представлял собой большой неровный четырехугольник и был по ощущениям самым большим зданием в деревне. У приезжих перехватило дыхание, а маленький шисмаа не мог оторвать взгляда от дома и кипящей в нем жизни: внутри через узенькие окна то и дело мелькали шисмаа, спешащие куда-то, а по мостикам шустро пробегали то с узелками в руках, то с кастрюлей в обхват. "Видимо, готовятся к трапезе" - подумал мальчик и поспешил в дом вслед за мамой и остальными. Внутри дома их встретила невысокого по их меркам шисмаа с очень пушистой белой шерстью, что была небрежно завязана в пучок. Она спешно поприветствовала гостей и крепко обняла Шииру, после чего их всех развели в разные стороны неизвестные им шисмаа. Мальчишка сначала немного испугался, но потом вспомнил слова мамы о том, что это такая традиция для гостей на любом празднике прихода Весны. Их разводят в разные комнаты и знакомят с местными шисмаа примерно их возраста, чтобы приобщить их "чужеродную" энергию к уже сформировавшейся энергии домашних. Шисмаа которая вела его по коридору была немолода, но очень добродушна, и всю дорогу пыталась вывести мальчика на разговор, что у нее в итоге так и не вышло. Уже подходя к нужной двери стали слышны громкие вопли, доносившиеся за ней. Пожилая шисмаа кинула быстрый взгляд на своего подопечного, затем резко выдохнула и повернулась к нему, положив руку на плечо. - Послушай, а́сай, это там за дверью моя внучка. Она немного... Капризная, но она наша единственная наследница, так что будь с ней аккуратен, хорошо? - Хорошо, я буду,- ответил мальчик сухо, тут же сделав серьезное лицо, будто приготовившись к тому, что ждет его за дверью. - Ну, ступай, - проговорила его спутница, легко подтолкнув дверь. Шисмаа зашел внутрь большой просторной комнаты, но, не успев как следует оглядеться тут же увернулся от летящей в него подушки, и, удивлённо вскинув брови, повернулся в сторону нападавшей. Вторая подушка не заставила себя долго ждать, но и от нее увернуться было легко. В середине комнаты на просторной кровати стояла маленькая шисмаа. Ее огромные светло-голубые глаза были наполнены слезами, а длинная, дозодившая до пола белоснежная шерсть взъерошилась, показывая плохое настроение хозяйки комнаты. Девчонка уже хотела что-то выкрикнуть, но, увидев неожиданно для нее появившегося гостя, вздрогнула и обернула себя, начав нервно приглаживать шерсть и расчесывать ее пальцами. Мальчик, немного замявшись, подобрал обе подушки и медленно подошел к кровати. - Можно мне?- спросил он, указав пальцем на кровать. - Да, да, садись конечно...- неуверенно ответила девочка и сама села, скрестив ноги, по центру кровати. - Как зовут-то тебя? - Меня? Меня Шинма, а тебя как? - А меня 💧︎♒︎♋︎⬧︎⬧︎. Девочка ненадолго задумалась, немного прикусив губу, вспоминая. - А, поняла! Это же вроде значит "огонь", да? Простое у тебя имя какое-то, - выпалила она не подумав. - Ну конечно, не то что твоё царское! - тут же ответил ей мальчик слегка раздражённо. - Да ну и что, главное что есть, а остальное неважно! Это про тебя мне наверное рассказали сегодня с утра. Мама сказала что приедут из другой деревни ее новые знакомые. Сказав это, брови Шинмы поползли вниз, а на красивом детском личике стала явно читаться грусть и обида. - Что такое? Ты не хотела чтобы мы приезжали?- спросил мальчишка, пытаясь выдать на лице эмоцию сострадания. - Да я хотела сначала, а потом мама сказала что я больше не пойду на улицу до конца дня, и что если не буду слушаться то меня за тебя замуж выда... выдаду-у-у-ут! Слезы потекли рекой из больших глаз Шинмы, и она снова разревелась. Мальчик и сам немного испугался столь внезапно ставшего возможным замужества, но попытался неловко успокоить девчонку, что у него не получилось. Наконец, прекратив попытки погладить или обнять, он решил отвлечь ее так, как это сделала бы его мама. - Знаешь, а может не так это и плохо если выдадут! Знаешь кем я стану уже этим летом?- спросил он и выпятил грудь, чтобы казаться крупнее. Шинма наконец-то перестала вопить и повернула свое заплаканное лицо к мальчику. - Кем?..- только и смогла она спросить, хлюпая носом и всхлипывая. - Благоискателем! - гордо воскликнул мальчик,- я буду лучшим из лучших, меня даже можно будет найти на Костях Героев! - Правда?- голос девочки озвончал, а в глазах забегали искорки радости, - ты же еще маленький чтобы быть благоискателем! - А вот и нет, мама мне сказала что можно! - Ой, тогда я с тобой ходить буду! Как же ты без меня да столько интересного увидишь! Видимо, теперь перспектива выйти замуж в свои пять зим больше не смущали Шинму, она была полностью заинтересована приключениями. - А я уже был в столетнем лесу! На первых двух кольцах вообще-то! - еще более уверенно сказал маленький шисмаа, чувствуя на себе взгляд своего первого обожателя. - Да ну! Расскажи! - потребовала девочка, вытирая остатки слез, и разговор завязался уже по-настоящему. Так мы, наверное, болтали около часа или даже больше, но остальное я плохо помню. Знал бы я, что будет после этого прекрасного праздника...