And in the fields, they're planting seeds... / И на полях они сажают семена

Роджер вздохнул. Это был усталый, безнадёжный звук. Он видел не пророка, слившегося с космосом, а своего друга, своего фронтмена, тающего на полу в лучах заходящего солнца, обожжённого до состояния беспомощного младенца. Война была неравной. Роджер сражался за реальность — тусклую, логичную, расписанную по часам. Сид сражался за право остаться в своём мире.