Часть 1. Ох уж этот понедельник

19:13, 10 декабря 2035 год. Город N, Россия. Офис врачей общей практики. – Ой, мам, ну перестань, сейчас другое время. Я никуда не опаздываю! – чуть вздохнув, девушка повесила свой белый халат, который от легкого касания, готов был вновь сползти с вешалки. Серый шкаф, где висела рабочая одежда, располагался в углу кабинета рядом с дверью, напротив умывальника с зеркалом и мусорным ведром. – Ну и что? Мне теперь что, обосраться? Нормальные мужики на улице не валяются, а дети уж тем более, – проворчала наша собеседница, попутно надевая куртку и осматривая свой кабинет. – А за кого попало я не хочу выходить! Уж лучше помереть старой и бездетной, чем всю жизнь страдать от какого-нибудь лоха! Подойдя к столу, расположенному возле окна, девушка выключила свой рабочий компьютер. Поставив черную сумку на стул, она одним плавным, но быстрым движением смела все нужные ей вещи в нее. – Ладно! Все, мам, мне некогда. Приду домой и я перезвоню тебе, – в голосе послышались нотки раздражения. – Господи ! Где этот чертов ключ! Я его привяжу на веревочку когда-нибудь, – устало вздохнув, девушка вывернула содержимое сумки на стол. Среди множества вещей: записные бумажки, чеки, пара ручек, даже бахила, косметика и прочая мелочь, искомого предмета не нашлось. Подняв голову вверх и посмотрев на потолок в голове пронеслась нецензурная брань. Грузно упав на рядом стоящий стул, она вновь перевела взгляд на кучу вещей, беспорядочно лежащих на белом рабочем столе. В кабинете раздался стук. Повернув голову в сторону входной двери, девушка спросила, – Кто там? Проходите! Серебряная ручка плавно повернулась, из-за двери показалась голова в синей шапочке, больше напоминающая бахилу. Это была женщина, лет 50, невысокого роста, слегка полноватая, в серой хирургичке. На ее лице появилась смущенная улыбка, а взгляд то блуждал по кабинету, то снова возвращался к нашей героине. – Анна Владимировна, извините, что потревожила. Тут такое дело, я ключи какие-то нашла сегодня днем. Вот здесь у входа, под скамейкой, когда полы мыла. Думала попозже занесу, а то вы заняты, – обеспокоенно сказала санитарка и продолжила, – вот не знаю, что делать теперь. Думала оставить их в регистратуре девочкам. Но раз уж они валялись возле вашего кабинета, то подумала, возможно, это могут быть ключи вашего пациента. И может первым делом он придет к вам? Женщина подошла к столу и присела на соседний стул, который предназначался пациентам во время приема. – Вот, – протянув руку, санитарка положила упомянутую вещь на стол перед девушкой. – Не знаю что и делать теперь. Вот они все спешат куда-то, пациенты эти. Спешат, ломятся без очереди, ругаются, а потом теряют свои вещи! Ходи потом, собирай, ищи их! Ведь еще нужно позаботиться о ней. Вещь то значимая! Спрашивать то потом с меня, со всех будут! Ну вот мне надо оно, вот эти переживания? – уже возмущенно сказала собеседница, и подняв глаза с надеждой посмотрела на врача. – Хах. Подожди, Людочка, успокойся. Все в порядке, можешь больше не переживать! – весело сообщила девушка, узнав в потерянной вещи свои ключи. – Ой, Людочка! Как хорошо, что на свете есть такие люди, как ты! Что бы я без тебя, моя дорогая, делала! – взяв ключи и улыбнувшись, она быстро подскочила и обняла женщину. – Анна Владимировна, что такое? Что случилось? Чему вы так радуетесь? – чуть удивленно спросила санитарка, опешив от такой резкой смены настроения. – Да ничего, Людочка! Я просто нашла свои ключи! – весело подняв руку вверх, девушка потрясла ими. – Анна Владимировна! Ну как же так! Я так переживала. Весь день ходила и думала о них! Места себе не находила! Все ждала, когда придет какой-нибудь человек и начнет искать ключи. А я же их никуда не относила, никому не сообщила. Все ждала, что бы с вами это обсудить. – возмущенно протараторила покрасневшая санитарка, и положив руку на сердце, тяжело вздохнула. – Анна Владимировна! Ей богу, я вам их на веревочку привяжу! Если бы я знала! Эх дурная голова покоя не дает. Ладно, хорошо, что все разрешилось. Женщина улыбнулась, и ее лицо стало мягким и спокойным, будто напряжение, тяготившее ее весь рабочий день, спало. Встав, она направилась к двери и обернувшись сказала, – вы кабинет пока не закрывайте, я тут полы помою. Днем не успеваю. 20:00, 10 декабря 2035 год. Город N, Россия. Проспект N. – Как же вы меня заебали, ебаные китайские фары! – Почти прошипела девушка, сидящая за рулем серого автомобиля. С момента популяризации китайского авто, на дороге было практически не возможно находиться. Казалось, что одно неверное движение руля, и почти прожигающий сетчатку свет приборов, уведет тебя в головокружительную карусель из бордюра и встречной полосы. Движение в это время суток никого не щадило. Понедельник, как школьный звонок, напоминал о начале трудовых будней. Все спешили домой. Хотелось поскорей добраться до своего района, поставить авто на свободное место и, забежав в свою квартирку, укрыться пледом от серого дня. Очередной поворот и перед взором предстала знакомая кирпичная пятиэтажка. Нет она не отличалась от других, таких же пятиэтажек в округе, но ее отчужденное расположение, почти на окраине района, выделяло постройку от всех остальных. – Фух, – с облегчением вздохнув, Анна начала отключать все обогревательные и прочие приборы в машине, попутно заворачивая на место стоянки. – Заебись! – уже позитивно, будто выйграла миллион, подумала она про себя, радуясь свободному месту на парковке. Казалось, что вся та нервотрепка на дороге и работе, уже и не занимала ее мысли, окутанные приятным, хоть и не значительным событием. Быстро собрав всякую мелочь, в виде ключей и телефона, забрав черную сумку с переднего сиденья, девушка пошла в сторону дома. Держа руку с ключом в кармане, уже готовую открыть домофонную дверь, она замечает боковым зрением серое пятно на краю лавочки. – О боже! – немного испугавшись от резкого осознания, что в этой темноте кто-то сидит, Анна остановилась и оглядела это "пятно". А поглядеть было на что, худенький мальчик, лет 5-6, а может и больше, в сером костюмчике из плотной ткани, рубашке, гольфах и потрепанных черных ботинках сидел на лавочке и, кажется, всеми силами старался не дрожать. Одежда его была явно не для холодного декабрьского вечера. – Дурачок что ли? – нахмурив брови, подумала про себя девушка, неся в этой мысли какой-то сестринский упрек для младшего брата, который учинил очередную глупость. Оглядевшись по сторонам и никого не найдя, Анна осторожно подошла к мальчику и спросила, – Э-э, ты что тут делаешь? – вежливая улыбка, которую она применяет ежедневно для пациентов, проявилась на ее лице. Мальчик не шелохнулся. Сидя на заваленной снегом скамейке, он прятал свои ладошки в рукава. Немного поерзав от холода, он шмыгнул носом и, кажется, плотно сжал губы. – Мальчик, я тебя спрашиваю. Кто ты такой и что тут делаешь? Где твои родители? И почему ты тут один... в такой одежде? – все не унималась героиня, уже озадаченно смотря на ребенка. В голове проносилось тысяча мыслей, начиная от, – это не моя проблема, вызову полицию и пускай сами разбираются, – и заканчивая, – он же совсем еще ребенок, ему холодно, надо его согреть, а вдруг что! Сняв с себя зеленый шарф, она ни секунды не думая накинула его на мальчика. Тот резко выпрямился и ударил девушку по руке. – Стой где стоишь, – прошипел он, пристально посмотрев на Анну. Казалось, его темные глаза, даже не высмеивали, а презирали ее и все окружающее. Мальчик резким и точным движением откинул шарф, дав понять, что не нуждается в помощи, а потом и вовсе встал со скамейки. – О боже, – в который раз за сегодня повторила девушка и подскочила к ребенку. От зимнего холода и плотной, но все же легкой, одежды, мальчик стал быстро терять равновесие. Ноги его подкосились.