Часть 4

Алья активно жевала салат в столовой и внимательно слушала Маринетт, у которой, казалось, рот не закрывался. Сезар не было на учебе почти неделю из-за отъезда в пригород Парижа к родственникам, и теперь Дюпен-Чен была обязана рассказать все последние сплетни подруге. –Иногда у меня складывается впечатление, что Нуар за мной следит…– прошептала брюнетка, оглядываясь по сторонам, и положила в рот кусок помидора. –Следить тут можешь только ты, подруга – Алья указала взглядом на Адриана, который в окружении Нино и еще несколько парней что-то смотрел в телефоне. –Аля! Это давно в прошлом…– Маринетт закатила глаза, со стыдом вспоминая свои планы по преследованию Агреста. – А вот с Котом мы только разошлись, так сразу встретились. Сезар скептически посмотрела на подругу, и снова принялась за салат, который сегодня оказался очень вкусным. Брюнетка вздохнула, встала и вместе со стулом обошла стол, чтобы сесть вместе с Альей. Та в свою очередь подвинулась и подала Маринетт её под нос с едой. –Мы с ним встретились ориентировочно в три часа ночи, и после того, как я изгнала акуму, разошлись абсолютно в разные стороны. Вот прям в разные. Мне надо было к особняку Агрестов, а… –Оу, к особняку Агрестов… Последить за Адрианом в окно? – девушка поиграла бровями, и получила укоризненный взгляд. –Аля, это потом. А Нуар вообще полетел куда-то в сторону Нотр дама. И стоило мне только приземлиться на заборе Агрестов, как этот чертов кот… –Стой, тебе серьезно надо было к Адриану в три часа ночи? –Алья! Я там была изначально, но из-за акумы… –Стой, ты ночевала у Адриана Агреста!? – у Сезар радостно округлились глаза, и она даже отложила салат, отодвигая поднос. –Тише, Алья! – шикнула Маринетт, когда на восклицание подруги обернулись пару девушек, – давай об этом потом. –Моя дорогая Дюпен-Чен, – Сезар всем корпусом развернулась к брюнетке и сделала настолько серьезный взгляд, насколько позволяла её выдержка, – ты ночевала у Агреста и ничего мне не сказала? Так у вас там… –Алья, отстань! –Ну нет, теперь то я не отстану. У нас сегодня девичник! – в эту же секунду у девушки в руках оказался смартфон, а еще через несколько минут в общей группе подруг высветилось уведомление от Альи: «Девочки, откладываем все свои дела, у нас девичник!» –Аля, а если они не смогут, и вообще, в честь чего девичник? Проигнорировав подругу, Сезар дописала еще одно сообщение: «У Маринетт БЫЛО» –О чём говорите? – гневную тираду Дюпен-Чен прервал знакомый, приятный голос и за стол сел Адриан, а после него подошел и Нино. Агрест взял вилку с подноса Маринетт и попробовал салат, но сразу поморщился и отодвинул от себя тарелку. –Да, Адриан, тут кинза – сказала Маринетт и продолжила обед, в то время как телефон постоянно гудел от новых сообщений в группе девочек. –Что-то важное? – Адриан потянул руку, чтобы взять телефон, но Дюпен-Чен его опередила и кинула смартфон в свою сумку, стоящую на полу. –Нет, ничего важного, просто девочки разговорились. –Ведь тема действительно сенсационная! –Боже, Аля, всё было не так! –Что не так? – Агрест смотрел то на одну девушку, то на другую: те, в свою очередь активно спорили между собой, жестикулируя и шушукаясь. Маринетт аккуратно хлопнула ладонью по столу и покраснела, когда Алья что-то ей сказала на ухо. –Ну, Адриан, а ты чего не хвалишься? – Сезар переключилась на бедного парня, и тот глупо заулыбался, толкая Нино локтем. –Чувак, я ваще не врубаюсь – пробубнил тот и снова уткнулся в телефон. –Адриан Агрест, птички мне напели, что некая миледи виделась с тобой ночью неделю назад. Лицо парня заметно побледнело, и казалось даже зрачки слегка сузились, и в одну секунду в голове пролетело, казалось, миллион мыслей. «Она нас видела» «Я где-то перевоплощался и она заметила» «Она знает нашли личности» «Точно, она Рина Руш и просто могла видеть нас на патруле» «Или…» –Так что скажешь, Адриан? Нино тоже не знал? – Сезар перевела подозрительный взгляд на своего парня, но тот уже сидел в наушниках. –А…о чем? –О том что у тебя ночевала Маринетт! –Алья, да тише ты! – Дюпен-Чен уже была готова закрыть рот подруге, чтобы та не оповестила об этой «сенсационной» новости всю столовую. Адриан же заметно выдохнул и заулыбался, откидываясь на спинку стула, а его лицо сразу приобрело самоуверенный вид. –Но, у нас ничего не было! – Маринетт сложила руки на груди и повернулась к Але боком. –Да, но ты хорошо смотрелась в моей футболке. –Боже, Адриан! – Дюпен-Чем закрыла лицо руками и покраснела, понимая, каким взглядом сейчас её сверлит Сезар. – Неужели больше нет тем для разговоров? –О, чувак, прикинь, про твоего отца еще один пост выложили, – Нино снял наушники и придвинулся ближе к другу. –Да ладно, их уже миллион – улыбка Агреста снова сошла с лица, и тот даже не стал по началу смотреть в телефон. – каждое утро в ленте я читаю про героя и дизайнера, спасшего Париж. –Чувак, этим гордиться надо, в Париже даже памятник ему поставили. Алья и Маринетт молча переглянулись и закивали, как будто Нино сказал очень умную вещь. –Но тут какой-то другой пост: Габриэль Агрест – дизайнер с сюрпризом? Ладно, звучит смешно, забейте. –Ляиф похихикал и продолжил листать ленту, как от Альи пришло уведомление. «Скинь мне пост» Адриан же уставился взглядом в уже пустую тарелку Маринетт и глубоко задумался. Всё это было как-то странно. Прошло уже три месяца с победы над Монархом, но заголовки, пестрившие именем его отца, до сих пор отзывались болью в сердце. –Адриан, не обращай внимания, он дурень. – подала голос Алья и толкнула своего парня под столом прежде чем одарить его многозначительным взглядом. –Нет, он прав. Мне хочется верить, что отец был по истине легендой, которой его сделали, ведь даже в последние часы жизни думал о том, как оставить след в этом мире. И к тому же, каким бы строгим он ни был, его преданность искусству была... невероятной. Маринетт почувствовала, как внутри всё сжалось. Каждое слово Адриана об «искусстве» Габриэля отзывалось в её голове вспышками Катаклизма и разрушенного Парижа. — Да, это... это впечатляет, —проговорила она, натянуто улыбаясь и слишком активно жестикулируя. — О! Кстати, вы видели, что в пекарне у моих родителей сегодня день особых круассанов с малиной? Нино, ты же обожаешь малину! Может, зайдем после уроков? Нино поднял голову, оживившись: — О, малинка — это тема! Бро, ты как, пойдем? –Да, я не против – Адриан подумал минуту, а после добавил – нет, у меня сегодня фехтование вечером, в другой раз. –Да брось, теперь ты волен отменить занятие, когда захочешь. –Да, но меня как будто мучает совесть. Отец всегда стремился к совершенству. Я только сейчас начинаю понимать, под каким давлением он находился. Он хотел защитить наше наследие, защитить меня. Наверное, поэтому он и был таким закрытым. Он нес всё это на своих плечах в одиночку. Маринетт почувствовала, что ей становится трудно дышать. Габриэль Агрест сейчас был последним человеком на земле, о котором она хотела поговорить. –Ну, у всех бывают свои трудности, – перебила она Адриана. – Алья, ты же говорила, что у тебя новый пост в блоге… Алья перевела подозрительный взгляд с побледневшей Маринетт на потерянного Адриана. Она понимала, почему подруга ведет себя странно, но Адриан выглядел так, будто ему жизненно необходимо выговориться. Ситуацию спас звонок, оповещающий начало урока, и брюнетка сразу вскочила и схватила рюкзак. –Подожду вас у выхода из столовой. – Кажется, ей всё еще тяжело это обсуждать, – вздохнул Нино, сочувственно глядя на Адриана. – Наверное, она слишком сильно переживает за тебя, чувак. Адриан посмотрел вслед Маринетт, и в его глазах снова мелькнула та самая потерянность. –Да... наверное, – прошептал он. – Она такая добрая. Иногда мне кажется, что она чувствует мою боль даже сильнее, чем я сам. Но…она в последнее время такая странная. – Ты о чем? – к разговору присоединилась Сезар, которая уже успела отнести подносы с пустыми тарелками. –Она стала более скрытной, не тактильной что-ли…из нее ничего не выбьешь, но я же вижу, что её что-то тревожит. Может, может она меня… –Агрест, даже не заикайся – Маринетт любит тебя, просто она слишком эмпатичная и перенимает всю боль на себя. Я поговорю с ней. –Спасибо, Аля. Андриан дождался, пока Нино завяжет шнурки, и покинул столовое помещение. *** В комнате Маринетт пахло сухой пастелью, чаем и дождем. Снаружи Париж накрыло тяжелым серым одеялом, и крупные капли с силой барабанили по стеклянному люку на крыше, создавая мерный, чуть гипнотизирующий шум. Маринетт сидела, согнувшись над альбомом, почти касаясь носом бумаги. Её пальцы, испачканные в графите, уверенно вели линию — она рисовала новый эскиз жакета. Тонкий грифель карандаша с тихим шуршанием скользил по шероховатому листу. На столе царил творческий хаос: разноцветные катушки ниток, обрезки мятного шелка, россыпь булавок в фарфоровой блюдце и раскрытый блокнот с техническими заметками. Она как раз вырисовывала линию плеча, когда в комнату, не прерывая своего занятия — пролистывания ленты в телефоне — вернулась Алья с чашкой чая. Она по-хозяйски снова устроилась на кушетке, поджав ноги. Какое-то время в комнате слышался только шум дождя и скрип карандаша. — Слушай, Маринетт... — вдруг подала голос Алья, не отрываясь от экрана. — Ты только не падай, но я тут рассматриваю фотки с последней фотосессии Адриана. Те, где он в этом черном свитере с высоким горлом. Маринетт замерла. Кончик карандаша оставил на бумаге жирную точку. – И что? Он там... как обычно, идеальный? – голос звучал буднично и даже слегка мечтательно. — Да нет, — Алья прищурилась, увеличивая фото. — Посмотри на это лицо. Он здесь такой... взъерошенный. И этот взгляд. Хитро-грустный, что ли? Тебе не кажется, что он в этом образе до жути напоминает Нуара? Маринетт резко обернулась, едва не смахнув альбом со стола. Внутри неё всё похолодело. — Кого?! Алья, это... это смешно. Адриан — это Адриан. Он... он послушный, вежливый, он модель! А Кот... ну, ты сама знаешь. Он же ходячее недоразумение с каламбурами. Алья встала и подошла к подруге, сунув ей телефон под нос. — Да я не про характер, а про вайб! Маринетт смотрела на экран. Со снимка на неё глядел Адриан, и в какую-то секунду ей вдруг действительно показалось, что из глубины этих зеленых глаз на неё смотрит её напарник. Она судорожно сглотнула, вспоминая, как Кот Нуар иногда склонял голову точно так же, как юноша на фото. — Глупости, — выдавила она, отворачиваясь к эскизу. — Просто... просто похожий типаж. Светлые волосы, зеленые глаза. Пол-Парижа таких. Алья вернулась на кушетку, продолжая дальше листать ленту. Она та и сама не вкладывала серьезного подтекста в свои слова, пока аргументы не стали сами приходить ей в голову. Это стало даже весело. – Стой, но ты сама говорила, что Нуар учит китайский, как и Адриан, и что… –Боже, Аля, да тут добрая треть Парижа учит китайский, да у меня вообще, мама китаянка! –Да ладно, я прикалываюсь, не нервничай. – Сезар лениво сделала глоток чая – жаль, девичник не состоялся. Любая другая уважающаяся себя девушка, попав на всю ночь к Агресту, уже бы изнасиловала его. –Меня там даже не было полночи. И вообще, мне стало с ним тяжело. Алья чуть не поперхнулась. –Что значит, тяжело? Ты три года за ним бегала, а спустя три месяца отношений стало тяжело? – Я в том плане, что…– Маринетт вздохнула, подбирая слова, – что я смотрю на него и мне больно врать, но он неоднократно заводит темы об отце. Диалог девушек прервал стук, и напольный люк приоткрылся. В проеме показалась голова мадам Чен, и та окликнула дочь. –Маринетт, ты забыла телефон на кухне. Тебе звонили. –Спасибо, мам. Девушка забрала телефон и плюхнулась к Алье на кушетку, открывая список пропущенных. – О боже, семь пропущенных от Адриана – взвывала Дюпен-Чен, – еще и сорок минут назад. Девушка посмотрела уведомления, и среди них прочитала: «если что, я попытаюсь поспать, если захочешь перезвонить, перезвони в 9, люблю» –А это кто? – Сезар указала пальцем на неизвестный номер, пропущенный от которого был буквально пару минут назад, из-за чего Сабина видимо и принесла телефон. –Я не знаю, перезвоню потом. Может ошиблись. Маринетт вернулась к своему эскизу, но на душе кошки скребли. Вдохновение ушло, а живот неприятно крутило, будто перед экзаменом. Внезапно двух подруг заставил вздрогнуть приглушенный звук на балконе от чьего-то прыжка. –Алья, это Нино в образе Карапаса тебя навещает? –Он бы не пришел к тебе домой в образе Карапаса. Маринетт тихо пересела обратно на кушетку, и казалось, девушки пугали друг друга еще больше своими испуганными глазами. Телефон Дюпен-Чен снова зазвонил, и та моментально убрала звук, когда на дисплее высветился тот же самый номер. По балкону явно кто-то сделал несколько шагов, и складывалось впечатление, что на каблуках. –Может перевоплотимся? – прошептала Алья, вжимаясь в спинку кушетки. Маринетт не успела ничего ответить, как телефон засветился от входящего уведомления. «Не заставляй меня разговаривать лично, по телефону куда удобнее» «тем более когда ты дома» Снова послышалось, как кто-то спрыгнул с балкона, и со стеклянного люка исчезла тень. –Боже, Маринетт, только не говори, что ты обзавелась маньяком! –Да мне самой усраться как не по себе, – Дюпен-Чен нервно прошагала по комнате и осторожно выглянула в окно, но улица в дождливую погоду была совершенно пустой за исключением редко проезжающих машин. –Никого. –Да ну, а ты думала обычный человек спрыгнет с третьего этажа и пойдет как ни в чем не бывало? –Думаешь, это был кто-то с талисманом? Диалог был снова прерван, но на этот раз отцом Маринетт, который приоткрыл люк. –Малиновые круассаны для моих девочек! –Спасибо, пап. Брюнетка поставила поднос с круассанами на туалетный столик и схватила сумку. –Я хочу увидеть Адриана. Маринетт открыла шкаф и достала оттуда розовые джинсы и серый кардиган, который сразу накинула на такую же серую обтягивающую футболку. –Думаю, тебе тоже не стоит сегодня оставаться у меня. –Я бы и за тысячу евро не осталась тут одна на эту ночь, – отшутилась Алья и взяла сумку Маринетт, – я положу тебе пижаму. *** Серый особняк с тем же приглушенным светом в холле и тарабанящим дождем по окнам показался девушке еще более депрессивным, а Габриэль Агрест на портрете – еще более грозным. Маринетт поблагодарила телохранителя Адриана за то, что тот впустил её, и оставив мокрые кроссовки и зонт у входа, направилась в нужную ей комнату. Внутри было тихо и темно несмотря на то, что окна не были занавешены. Дисплей телевизора светился, и на нем на паузу был поставлен какой-то фильм. Девушка аккуратно, почти не дыша, прошла дальше и взглянула на кровать. Под тяжелым одеялом тихо спал Адриан, повёрнутый лицом к ней. Маринетт настолько аккуратно, насколько могла проскользнула мимо кровати в ванную комнату и открыла рюкзак – в верхней одежде, да еще и после дождя садится на кровать не хотелось. –Вот же…Алья– прошептала Дюпен-Чен, доставая светло-розовый шелковый халатик, украшенный серыми кружевами. Однако, делать было нечего: девушка уже рада была стянуть джинсы, мокрые в районе щиколоток, и такой же мокрый на рукавах кардиган. Развесив вещи на бортике ванной, Маринетт так же тихо прошла через всю комнату и остановилась, не решаясь сесть. Адриан спал всё в той же позе и тяжело, громко дышал. Девушка аккуратно обошла кровать и наклонилась, убирая светлую челку со лба парня. Тот поморщился и открыл глаза, не поняв сначала, кто перед ним стоит. –Маринетт? –Я…Я просто, просто соскучилась. Прости, что без просу и всё такое, но, просто… –девушка начала активно тараторить, внезапно испытав стыд за незваное появление, но Агрест её перебил. –Маринетт… Парень поднялся и притянул её к себе, сжимая руки на бедрах, а после обнял и щекой прижался к теплой тонкой шелковой ткани, под которой вздымалась грудь. –Я очень хотел, чтобы ты пришла. Отпрянув, Адриан потянул Маринетт за руку, и та тоже села на кровать, облокотившись о спинку и вытянув оголенные ноги. –На улице холодно? – поинтересовался Агрест, дотрагиваясь до холодных коленей. –Да, есть немного. – пробормотала Дюпен-Чен, наблюдая как длинные пальцы погладили её ногу. Адриан внимательно посмотрел в глаза возлюбленной и медленно поцеловал её в щеку, а после в нос, лоб и наконец в губы. Сначала поцелуй был невесомым, аккуратным, но Маринетт взяла на себя инициативу углубить его. Она провела пальцами по голой широкой спине, а после запустила их в мягкие светлые волосы. –Ты останешься до завтра? – серьезно поинтересовался Агрест, прежде чем его рука взялась за край шелкового тонкого пояса. –Да. Адриан развязал пояс и аккуратно отложил его в сторону. Тонкая ткань халата сама проскользила по коже, оголяя живот и грудь, которая сейчас вздымалась быстрее и больше обычного. Маринетт закрыла глаза, когда тыльная сторона ладони прошлась по её обнаженному телу вверх-вниз и остановилась в районе нижнего белья. Адриан, оставив два ярких пятна на шее, спускался всё ниже; сжав руками тонкую талию, он ласкал нежную грудь, когда Маринетт издала тихий стон. Девушка опустилась и полностью приняла положение лёжа, удобнее устраиваясь на подушке и заглядывая в зеленые глаза. Её руки прошлись по плечам, груди и прессу Агреста, и остановились у пояса его пижамных шорт. Тот, не раздумывая стянул их вместе с боксерами и снова поцеловал Маринетт, и та судорожно вдохнула, когда к её бедру прижалось что-то твёрдое. –Думаешь, я поспешил? – пробормотал Адриан куда-то ей в шею, но девушка сразу опровергла его слова. Парень полностью избавил её от халата и отстранился, внимательно рассматривая каждый участок тела в полумраке. Маринетт инстинктивно хотела прикрыться, но её рука оказалась схвачена сильной хваткой и прижатой к кровати. –Я хочу видеть тебя. – возбужденно прошептал Агрест, прокладывая дорожку поцелуев от груди до пупка, –ты красивая. Дождь всё еще громко тарабанил по окнам, заглушая стоны двух влюбленных, чему квами были не сказанно рады. –Да, Сахарок, ладно у меня хозяин горячий и озабоченный, но от Маринетт не ожидал, – как обычно, с набитым ртом говорил Плагг, расположившись в носках Адриана в ванной. –Да брось, бывали парочки и поинтересне, – Тикки же удобно прилегла на кардиган хозяйки: её уже клонило в сон. –Да, на самом деле я думал, Адриан соблазнит её быстрее. –Плагг! Что ты понимаешь в людских утехах? –Я понимаю только то, что у меня невозможно сексуальный хозяин, на него все девчонки западают. Я то знаю. – квами черного кота деловито развел лапками и заулыбался, когда послышались шаги в сторону ванной. –Прячься, Плагг. –Да, что-то быстро они закончили. *** Маринетт посмотрела на яркий дисплей телефона – часы показывали десять ночи. Девушка вернулась на подушку и взглянула в сторону ванной, за дверью которой только что скрылся Адриан. Сердце всё ещё бешено стучало, а ноги подрагивали от ярких ощущений, которые он ей только что подарил. Маринетт удобнее затянула пояс на халате и укрылась одеялом, которое, как ей показалось, приятно пахло Адрианом. Веки начали становится всё тяжелее, сон почему-то так и наровил прийти прямо сейчас, и из дремоты её вырвало шуршание постели. –Ты пришел? – пробормотала Дюпен-Чен, слегка приоткрывая глаза. –Да. – Адриан залез под одеяло к своей девушке и как можно сильнее прижал её к себе, пытаясь запомнить, чем она пахнет. – в последнее время мне тебя не хватает. Всё в порядке? –Да, просто…просто осень, погода такая депрессивная, знаешь как бывает, да? – Маринетт крепче обняла парня, утыкаясь носом в его ключицы. –Да, понимаю.