Когда рассеялся дым

17 апреля 2016, 14:30       Боль пришла не сразу. Сначала было ощущение падения сквозь слои гула, криков и всепоглощающего рёва. Потом - удар. И тишина. Не тишина покоя и умиротворения, а густая, выжатая, как будто из города выкачали весь звук, оставив только звенящую пустоту.       Макар открыл глаза, уставившись на трещину на потолке, похожую на застывшую молнию. Вкус меди и пыли на языке. Запах - гарь, тротил и что-то сладковато-химическое, пробивающееся сквозь пыль. Он лежал на спине среди обломков мебели и осколков стекла. Пошевелившись, ощутил тупой пожар в рёбрах и острую боль в виске. Застонал - и звук собственного голоса показался просто оглушительным в этой мёртвой тишине.       Он поднялся, опираясь о стену. Третий этаж. Через выбитые окна от пола до потолка офиса открывался вид на опустевшую площадь в сердце делового квартала. Уже позеленевшие молодые деревья колыхались от легкого ветра. Пустующие скамейки с кое-где валяющимися брошенными сумками. Место, где ещё пару лет назад, наверное, офисные работники спешили на ланч. Теперь же площадь казалось неестественно живой в окружении зияющих выбитыми окнами офисных высоток. На брусчатке валялись обрывки бумаг, разбросанные ветром. В замершем городе этот живой ветерок казалось, был единственным нарушителем спокойствия.       "Спокойствие... так, стоп..." - Макар поймал себя на мысли. Нет, сейчас не время для этого.       Рывком, через боль, сел. Первым делом - проверить оружие. АК-12. Механика, слава всем известным богам, безотказная. Затвор привычно лязгнул, патрон в патроннике.       "Какого черта... Ребра?" - он опустил голову и провел руками вниз по бронеразгрузке. Слой пыли и штукатурки с потолка несколько обесцветил камуфляж, но бурых пятен крови Макар с облегчением не заметил и не нащупал. Руки привычно прошлись по подсумкам - магазины при себе. Вот выше, на груди - шеврон BEAR. Рядом - нашивка с позывным. "Молот". Да, характеру Макара его позывной вполне соответствовал. Отклеив шеврон, Макар повертел его в руках и приклеил на рукав. Эта нашивка была настоящей ниточкой, связывающей его с командованием, с приказом, с мыслью об организованной эвакуации.       «Соберись - подумал он, - продержаться, а там, глядишь, к своим выйду. Зоны эвакуации мы повторяли на каждом брифинге. Выйдем, перегруппируемся. Прорвемся!»       И тут Макар заметил первую странность. Встав, он привычно вложился в автомат - скорее чисто рефлекторно, проверяя, все ли в порядке. На коллиматоре он не заметил привычной точки прицела. "Выключился?" - Молот нажал на кнопку включения, но прицел не реагировал. "Батарейка? Вроде недавно новую ставил..." - он привычно потянулся к боковому подсумку своего "Багрия". Уже на ощупь он понял, что с батарейками что - то не так -поверхность батарейки, которую он нащупал пальцами, показалось ему шероховатой. Достав батарейку, Макар осмотрел ее на ладони беспалой перчатки - так и есть, потекла щелочь. "Странно, это ведь ЛиПо" - и тут он осекся. "Тишина. Наушники? Рация!?" - Макар судорожно сбросил с себя шлем - под 6б47 он носил наши надежные ГСШ. Уши молчали. Проверил рацию в подсумке - без признаков жизни. Коммуникатор со встроенной навигационной системой - тоже. Механические часы на руке шли, но стрелка магнитного компаса плясала на месте. Все признаки указывали на применение ЭМИ. Физику в школе Макар не пропускал, даже на четверки вышел, так что суть явления уловил. Оставался неясным лишь масштаб явления.       "Надо выбираться из эпицентра... Да и запах мне не нравится, ой как не нравится" - Вместе с очередным вдохом в нос опять ударил сладковато- пряный запах. Не привычная пороховая взвесь или запах разложения - что-то незнакомое и подсознательно пугающее. Вместе с этим запахом пришло мимолетное счастье - слава богу что жив... "Отходить, сваливать отсюда надо... Сориентируюсь на местности, дальше видно будет"       Молот ещё раз проверил свою разгрузку - пять магазинов и еще один в автомате, из них с патронами только три считая заряженный. "Жаль гранаты все раскидал при штурме" - вздохнул он. Прицел сейчас был бесполезен, так что Макар снял его и закинул в рюкзак. К слову о рюкзаке... Помимо пачки галет и фляги воды в рюкзаке лежал свеженький отечественный ПНВ "Аргус" в защитном контейнере. "С учетом того, что выжгло даже батарейки - ПНВ можно уже не проверять" - с сожалением подметил он. Фонарик тоже не работал, но надежд на него было больше - там сложной электроники минимум, нашлись бы рабочие батарейки. Закинув рюкзак за спину, Макар вскинул автомат и выглянул в коридор.       Следы штурма - щербины от пуль на стенах. Несколько тел без движения. "Вот мертвый Usec, падла импортная. А это?" - в одном из них Макар с ужасом узнал боевого товарища - Кирилла. Явно без признаков жизни, тот лежал ничком в луже бурой подсохшей крови. Устойчивая психика бойца дала сбой - сейчас рациональность отступала на второй план, уступая место желанию поскорее покинуть это место...       Спуск по служебной лестнице в торце коридора был похож на путешествие в преисподнюю. На площадках - следы коротких, жестоких схваток: стреляные гильзы, тёмные пятна на стенах, иногда - неподвижные фигуры. Молот не останавливался, стараясь не смотреть в лица. Останавливаться было нельзя.

***

      На улице в лицо Макару ударил резкий балтийский ветер, несущий запах гари от пожара в офисном здании напротив.       "Кажется до штурма там ничего не горело..."       Непривычная тишина давила на барабанные перепонки, заставляя прислушиваться к собственному сердцебиению. Лишь где-то в глубине города, за много кварталов, эхом перекатывалась сухая трескотня перестрелки. Потом - два одиночных выстрела, похожих на сухие хлопки. И снова тишина.       Макар старался двигаться как можно ближе к стене здания, частично скрывая свой силуэт в тени колоннады первого этажа. Цель в его понимании была проста: уйти подальше от этого стеклянного склепа. Выбираясь из здания он нес слышал внутри никаких звуков. "Искать выживших... или выжить самому?" - инстинкт самосохранения в тот момент оказался куда сильнее моральных принципов.       Он вышел с площади и нырнул в переулки между высокими коробками элитных жк. Ноги несли его сами, но чутье, а так же примерная схема города с брифингов подсказывали - он двигается на юг и скоро попадет в жилые кварталы. Вот жк сменились девятиэтажками, и Макар замедлил шаг. Минуя брошенные машины во дворе одной из них, он не мог отделаться от ощущения, что за ним наблюдают. Подняв голову, Макар заметил их - в окне дома на одном из верхних этажей мелькнули и скрылись два лица - бледные, испуганные. "Гражданские. Оставшиеся..." - Теперь они были пленниками собственных квартир, немыми свидетелями кошмара. Плотнее прижавшись к стене дома, чтобы его не было видно из окон, Молот двинулся дальше.       Квартал кончился, и нужно было пересечь небольшой бульвар, чтобы двигаться дальше. Пересекая небольшую площадь на перекрестке перебежкой, Макар боковым зрением заметил Их. Из-за угла магазина в первом этаже одного из домов вывалилась группа.       "Пятеро. Не военные. Дикие" - пригнувшись и укрывшись за скамейкой, Макар присмотрелся. Лица, искажённые страхом и злобой. Одежда - мешанина городского и камуфляжного. У одного - старый, но грозный АКМ, у других - охотничьи ружья, обрезы. Теперь они копошились вокруг брошенной на тротуаре сумки, с веселым улюлюканьем извлекая из нее вещи.       "Быстрее проскочить, лишний контакт мне сейчас ни к чему" - пронеслось в голове. Передышка - и рывок подальше, на противоположную сторону перекрестка, в арку дома. Будь Дикие все так же увлечены сумкой, возможно все бы и обошлось, но видимо всё ценное в ней уже кончилось.       - Эй! А ну стоять! Ты чей будешь? - услышал Макар за спиной. Не оборачиваясь, Молот со всех сил рванул вперед. Голова предательски загудела, а в ребрах опять заныло. Сзади взвыли:       - Держи! Стреляй!       Уже забегая в подворотню, Молот инстинктивно вжал голову в плечи - прозвучал выстрел. Пуля шлёпнулась в стену над головой, осыпав его штукатуркой. Он не сбавлял хода, понимая: в его состоянии он вряд-ли от них уйдёт. Они скорее всего знают дворы. Они догонят. Холодный расчёт мгновенно взвесил варианты и выдал единственный.       Макар резко развернулся в конце прохода, вскинул автомат. Дикие, выбегая за ним в проход, не ожидая такого на мгновение застыли. Макар выпустил короткую очередь в брусчатку перед их ногами. Фонтанчики осколков камня и пыль брызнули во все стороны.       - Стоять! Назад! - прокричал Молот хрипло.       Но эффект был обратным. Вместо того чтобы разбежаться, они вскрикнули от ярости и страха. Человек с АКМ вскинул оружие, и Макар увидел в его глазах не просто агрессию, а намерение убить. Этот взгляд он привык видеть у противника по ту сторону прицела, но никак не у гражданских. "Они не испугались. Они озверели"                                                 

***

      Как отнять жизнь, когда напротив тебя такой же человек - из плоти и крови. Прямо как ты. У него тоже есть родители, те кому он дорого и уто дорог ему... Такие сомнения часто бывают у новобранцев. Но Макар уже знал - за полтора года контрактных войн он привык - перед ним - не человек, а цель. "Чем меньше человеческого ты видишь в противнике, тем проще в него выстрелить". Конечно, в пылу боя сомнения отходят на второй план, но первый выстрел...

***

      Короткая, прицельная очередь. Человек с АКМ дёрнулся и рухнул. Второй, с обрезом, вскрикнул и упал, схватившись за ногу. Остальные трое, ошеломлённые внезапной и смертоносной реакцией, замерли. Этого мгновения хватило. Макар развернулся и исчез в лабиринте дворов-колодцев, пользуясь их замешательством. Сзади ещё раз что-то неуверенно крикнули, но выстрелов уже не было.       Адреналин разогнал кровь и притупил боль. Только пробежав через два квартала, Макар остановился сделать передышку. Солнце уже клонилось к закату - на часах было около семи.       "Слава богу оторвался... Но организм явно просит отдыха. Нужно найти укрытие - пробираться дальше буду завтра." - с этими мыслями Макар подходил через двор к подъезду девятиэтажки. Электричества не было - магнитный замок подъезда не работал и дверь со скрипом открылась, впуская бойца в спасительный полумрак подъезда. Поднимаясь в полумраке, Молот прислушивался - в голых стенах подъезда гулко отражались эхом лишь его собственные шаги. В тусклом свете он видел, что двери некоторых квартир приоткрыты - жильцы покинули их, видимо в спешке - за одной из приоткрытых дверей Макар успел заметить коробки с вещами в прихожей.       "Готовились к эвакуации, а пришлось просто бежать. Иронично, прямо как я сейчас " - подметил Молот. Поднявшись на предпоследний, восьмой этаж, он остановился. Он поймал себя на мысли, что смотрит на номер на приоткрытой двери одной из квартир. "58 - да, все верно. Улица Металлургов дом 12 квартира 58... Ох, да, мне действительно пора отдохнуть" - Воспоминания о гражданке, о доме - Макару сейчас было явно не до этого.       Войдя в квартиру, он осмотрелся. Небольшая типовая однушка. Вот единственная жилая комната - шкафы и полки пусты, несколько сломанных стульев. Кровати нет. Груда одежды на полу, видимо из опустошенного шкафа. С некоторой надеждой, Макар проверил кухню. Пусто. "Сегодня на ужин - галеты и вода. Блеск..."       Прикрыв входную дверь и положив на ручку с внутренней стороны несколько осколков разбитого зеркала, Молот удовлетворенно хмыкнул. Если кто-то захочет открыть дверь снаружи - осколки упадут на пол. Достаточно громко, чтобы разбудить бойца. Макар аккуратно подошел к окну комнаты, стараясь оставаться в полумраке комнаты. Шторы были сорваны, окна квартиры выходили на улицу, на которой и стоял дом. Город в последних лучах заката выглядел безжизненным и темным. Ни в одном окне не горело света, лишь где-то вдали над промзоной небо освещало зарево. Макар присмотрелся -две заводские трубы.       "Солнце заходит справа, трубы прямо. Значит, я смотрю примерно в сторону юга. Туда мне и надо, насколько я помню. А эти трубы... Что-то до боли знакомое" - На ум приходили столкновения на Полихиме. Одна из горячих точек контрактных войн. Сам Молот в этих боях не участвовал, но сводки и брифинги видел.       Стараясь не сильно высовывать голову из окна, Макар посмотрел на улицу под собой - в сумерках на противоположной стороне улицы через несколько домов виднелись витрины и вывески - первый этаж дома занимали магазины.       "Поход по магазинам отложу на завтра. Нужны какие-нибудь карты, чтобы нормально сориентироваться. Куда меня ноги занесли... Что-нибудь вроде автомобильного атласа подойдет. Батарейки надо поискать. Ну и кушать конечно" - Молот перетащил часть одежды поближе к стене и сел, привалившись спиной к стене. Рюкзак лежал тут же, в ногах. Дожевывая сухие галеты и запивая их водой, Макар смотрел, как за окном меркнет свет.       Руки всё ещё пахли порохом. Перед глазами стояло лицо того Дикого - не злое, а скорее ошалевшее, в момент перед падением. "Гражданский. Запуганный, озлобленный человек..."       Укол совести был острым и холодным. Он не убил оппонента в честном бою с другим бойцом. Он убил испуганного зверя в человеческом обличье. Ради собственного выживания. Последняя мысль наконец-то принесла ему спокойствие.       Макар допил воду, положил флагу в рюкзак, взял автомат в руки, и положив его на грудь, прикрыл глаза. Невыносимая тяжесть навалилась на веки. На грани сна и яви ему слышались или же просто чудились тихие голоса за стеной. Женский шепот и тоненький, детский голосок.        В сознании всплывали смутные образы: светлые волосы, детский смех, и её маленькая ладошка в его руке на прощанье. Серьёзные серые глаза, так похожие на глаза её матери. По ту сторону кордона, где-то далеко за уралом его день ото дня ждала Лиза - маленький лучик света в непростой жизни бывалого вояки. "Деньги, деньги, чертовы деньги..." - Пронеслось в голове у Макара. Чтобы одному растить дочку и содержать больную маму, ему нужен был этот контракт. А сейчас - сейчас ему нужно было просто выжить.       Гул в ушах нарастал, сливаясь с навязчивым шёпотом за стеной, превращаясь в белый шум. Сознание потонуло в тёмной, бездонной воде.       За окном Таркова царила непроглядная, неестественная для большого города тьма. Лишь на горизонте, там, где был порт, время от времени вздрагивало зарево, окрашивая низкие тучи в багровые тона. Макар погрузился в сон, держа автомат на коленях, готовый к тому, что новый день в аду начнётся слишком рано.