глᴀʙᴀ ɪ: пыльʜый бᴘᴀᴄлᴇᴛ.

— Ах ты ублюдок! Возмущенное и полное гнева восклицание пробасило будто через весь лес, после чего последовал громкий и раскатистый смех, что распугал некоторых птиц. — Мы так не договаривались! Ло'ак! Ней'лира бежала, перепрыгивая через лужи, которые образовались вчера во время сильного ливня, и пыхтела под нос, пока парень под громкий хохот улепетывал прочь. Ноги его были априори длиннее, поэтому убегать ему не составило огромных проблем. — Я обнародую коллекцию твоих грязных тряпок! — она рявкнула уже более грозно, но запнувшись о какой-то камень, забыла свое предупреждение и чуть не упала на колени, схватив пальцы и шикнув себе под нос, — Ах ты... блять. Возможно, вид бедной подруги, а может и её жесткая угроза подействовали на Ло'ака, поскольку тот замедлил бег, потом и вовсе останавливаясь. — О-о-о, а я помню, что это значит! — он улыбнулся во все зубы гордо и глупо, словно не улепетывал от неё несколько секунд на всей скорости. Скорее всего, он надеялся на разгневанную тираду девушки, поскольку, не услышав таковой, его улыбка увяла, а уши дернулись вверх чуть обеспокоенно, когда он направился к ней аккуратно, — Эй, ты как? Сильно болит? Ло'ак приблизился, обхватив её за талию, чтобы поддержать её равновесие и посмотреть на ушибленные пальцы ноги. Но как только он наклонился, Лира схватила свой браслет с его набедренной повязки и толкнула его возмущенно. От неожиданности он чуть покачнулся, смотря на нее чуть удивленно. — Несильно, значит, ударилась, — он закатил глаза, цокнув языком, — Вот нахрена тебе сейчас этот браслет? Ты целый день не обращаешь на меня внимания, — Ло'ак чуть надулся, что заставило её издать рык возмущения. — Вот что ты опять ноешь? — Ней'лира покорчилась, все еще потирая ударенные пальцы, — Пойди к другим и радуйся жизни. Или они заняты? — Еще как заняты! — Ло'ак чуть не задохнулся от возмущения, когда начал в красках описывать свое негодование, жестикулируя и кивая в сторону клана. «Человеческих фильмов поди насмотрелся. — Лира закатила глаза про себя, пока она распутывала узлы недоделанного браслета. — Такой экспрессии даже тсахик Мо'ат позавидует» На самом деле, подобное состояние Ло'ака было очень даже выгодным — от него можно было требовать что угодно и в целом делать с ним что тебе только захочется. Гневные тирады или возбужденные рассказы с жестикуляцией никогда не сопровождались повышенным вниманием к окружающему миру (за исключением если реакции собеседника или слушающих), так что Лира с удовольствием пользовалась данным преимуществом, когда потянула друга за руку и усадила под дерево. Она продолжила распутывать украшение, незатянутые узлы которого чуть закрутились от хватки и бега Ло'ака, едва ли кивая и хмыкая на его тираду. По ощущениям, несколькоминутное возмущение парня можно было разместить в короткое и лаконичное «Тук сегодня слишком капризная (на этих словах Лира насмешливо хмыкнула, зыркнув на Ло'ака многозначительно, на что он шлепнул её бедро хвостом), "да и вообще, гиперактивная малявка", Паук с Кири милуются на озере, а Нетейам помогает отцу с "какой-то охотничьей херней"» Что ж, слушать бессмысленную тираду Лире было не впервой, так что она попросту промолчала, вытягивая из себя тупое и «многозначительное» мычание. — Какой ты бедный и несчастный, — она протянула почти что буднично, — Может, тебя еще пожалеть и по голове погладить? Уши Ло'ака дернулись и он даже выпрямился, надув губы, когда он понял, что это был сарказм. — Вот тебе смешно, а у меня, может... — он замолчал, запыхтев и ожидая от себя гениальную ответку, — Социальная потребность, — он выдал и с гордым глупым видом заулыбался, что вспомнил такое выражение. Ней'лира, надув щеки, расхохоталась, опрокинув голову назад и качнувшись чуть назад, пока она сжимала в руках браслет. — Ты опять проводил лишние часы с планшетом на базе? — она закатила глаза, не сдержав ухмылку, — Откуда такие познания в психологии? Улыбка Ло'ака чуть погасла, когда он озадаченно моргнул на последнее слово, но Лира махнула рукой и продолжила: — Тебе же говорил Макс, что экраны вредны для зрения. Особенно для на'ви. Ты думал, почему я заставляю тебя делать гимнастику? — она все продолжала говорить, распутывая узлы браслета аккуратно, — Потому что очки для на'ви ещё не придумали. Она хотела добавить «да, такой хуйней на Пандоре ученые еще не занимались», но любезно промолчала. — Очки? — его уши дернулись, и он нахмурился в недоумении, — что это? — Это такая конструкция, которая цепляется за нос и уши и позволяет лучше видеть, — Лира дернула его за две передние косички мягко. Ло'ак был настолько удивлен, что даже не поморщился и не оттолкнул руку подруги, когда она привычным движением дернула его за волосы. — И что, ее прям... носят? — он сморщился в неверии, — Весь день? На носу? — Skxawng, ты Макса все время в очках видишь, — она цокнула, закатив глаза. На лице Ло'ака было написано множество эмоций, пока он анализировал полученную информацию, приподняв брови, затем протянув едва ли слышимое «а-а-а...», полное восторга, удивления и понимания, но в то же время и неверия, что спустя столько времени он только сейчас узнает название двух прозрачных кругляшков, сцепленных дугами. — Кстати, почему бы тебе не пойти на базу? — Лира приподняла брови чуть вопросительно, когда она достала из кармана набедренной повязки остальные бусины, которые она в спешке засунула, оставив свое рабочее место и погнавшись за обнаглевшим другом, — Поди, Макс или Норм найдут тебе работу. Ну или же мои родители тебя поймают, — она уже добавила с ухмылкой. — Вот поэтому я туда и не иду, — Ло'ак закатил глаза, облокотившись назад на ладони и вытянув ноги вперед лениво, — Я, конечно, люблю твою маму, но в человеческом теле она будто еще более активная и полная энтузиазма. А у меня сегодня настроение ничего не делать, — он цокнул языком, приподняв нос. — Так за эти годы же ничего не поменялось, — она саркастично удивилась, приподняв брови, и издала тихий смешок, когда хвост Ло'ака возмущенно приподнялся, а сам владелец пихнул её ладонью, — Нет, правда, сходи хотя бы к Нетейаму, раз уж ты так боишься энтузиазм мамы, — она чуть ухмыльнулась, когда Ло'ак недовольно просопел, — Если ваш отец его и мучает, то это хотя бы разделится и на твою бестолковую голову. А то если ты еще раз помешаешь мне делать браслет, то я, честное слово... — она сделала паузу, очевидно, размышляя, чем пригрозить еще, поскольку казалось, что этого обормота уже мало что испугает. Наконец, она разразилась гениальным: — Я тебя покусаю. Ло'ак приподнял бровь и издал короткий и тихий смех. — Ну только если после этого останутся засосы, — он широко улыбнулся, насмешливо подмигнув, и рассмеялся с довольным видом, когда увидел её лицо, полное омерзения. — Конченный.

* * *

Разумеется, в покое он её не оставил. В это было даже глупо верить. Ло'ак был словно смесью гиперактивного, возбужденного ребенка, который то и дело пихал свой нос куда только не надо, и паренька в расцвете пубертата, который только и делал, что грязно шутил, что аж у стойкой к такому чувства юмора Лиры расширялись от ужаса глаза. Так и не скажешь, что ему уже было восемнадцать лет по человеческим меркам, а по на'вийским он был и подавно молодым парнем, достойным охотником клана, которого вполне бы поприветствовали, если бы он нашел себе жену. Но в нынешних реалиях затяжной войны с Небесными людьми привычный темп жизни на'ви на долю изменился. Сейчас было некому заводить семью, учитывая, что на патрули постоянно выходили охотники и защищали землю от дронов Людей. Это уже не считая, что периодически проходили полноценные битвы, когда Небесные люди отправляли полноценные корабли в надежде продвинуться вперед и перебить побольше на'ви. Отныне поэтому в кланах никто не осуждал, когда молодые не задумывались пока о тсахейлу и рождении ребенка. Все ресурсы и жизненные силы уходили на войну. Ну или на дурачество в свободное время, как это любили делать Ло'ак или Ней'лира с другими на'ви, как и все другие нормальные подростки. Младший сын Салли всё задавал вопросы, подперев подбородок ладонью, размахивая хвостом возбужденно и радостно, когда получал какую-то реакцию подруги. Да, ему определенно нужно было найти занятие. Желание Ней'лиры просто найти его родителей, чтобы те нашли ему работенку, было превеликим и растущим с каждой мучительной минутой. Но всё же, она этого не сделала, зная и помня, что недавно Ло'ак сильно провинился, за что получил нагоняй — ему надо было проветриться подальше от родителей, ради его же блага. — Так кому браслет-то? — Ло'ак опять нетерпливо встрял. — Вал'мору, — Лира цокнула, закатив глаза и надевая бусины на нитки. Лицо парня чуть помрачнело при упоминании её старшего брата, и он чуть нахмурился, а его хвост дернулся чуть раздраженно. — А он хоть оценит? — он язвительно спросил, — Как по мне, этому ублюдку никогда ничего не нравится, — он ловко увернулся, когда Лира попыталась пнуть его ногой. — Ты, конечно, прав, — она хмыкнула, сжав губы, — Но мама хочет, чтобы мы общались. Многого хочет, иногда с некоторой горестью думала Лира. Вал'мор был уже давно взрослым мужчиной — все-таки по человеческим меркам он был старше её на целых семь лет, что делало его человеком, который давно уже сепарировался от родителей и должен был воспитывать детей. Несмотря на свой скверный и отвратительный характер, он нашел свою пару — примерно такую же сдержанную и неразговорчивую девушку, с которой он установил тсахейлу где-то несколько лет назад, пока не успев родить ребенка до войны. Вал'мор был человеком настроения — с утра он мог быть энергичным и очень общительным, но из-за одной мелочи был в состоянии начать раздражаться и с нарочито яркими эмоциями показывать, как он не рад, что к нему обращаются. Впрочем, сам он тоже начинал двигаться дерганно, будто бы сам лук принес ему какое-то неприятности. Часто из-за вспыльчивости он портил настроение другим, поэтому Лира несильно горела желанием с ним общаться, да и, как это ни было странно, не о чем было, потому что он не был иницитивным. Резкие перепады от глупых поддразниваний даже во взрослом возрасте и шутливых шлепков по голове часто сменялись раздражением, а порой и грубыми выпадами. Так что Лира от души радовалась, когда ей больше не пришлось жить с ним в одной хижине. — Ты не виновата в том, что он не ценит такие вещи, — Ло'ак продолжал настойчиво, пока ловкие пальцы девушки плели браслет, — Да и вообще... что за повод такой? — День рождения, — Лира закатила глаза, — родители всё настаивают, чтобы мы продолжали эту человеческую традицию... Всё-таки, глупость какая-то, да? Небесные люди радуются, что человек ближе ко дню смерти, — девушка рассмеялась насмешливо. Ло'ак закатил глаза, но не смог сдержать легкой ухмылки. — Ну, знаешь, в этом что-то есть, — он постучал по губам подушечками пальцев задумчиво, — типа... Человек не умер за один... как там?.. год?.. Так вот, не умер за год — и уже круто. Что пережил трудности и вот перед всеми сидит, — он усмехнулся, — Чего еще бубнить-то? — Небесные люди не способны на такую философию, — Лира издала смешок, качая головой, — Они даже свою планету-то не способны были сберечь, не думая о проблемах, что уж говорить про трудности человека? Ло'ак чуть приподнял брови, глядя на нее чуть удивленно, но потом кивнул задумчиво. — Слушай, а ты умная, — он воскликнул привычную фразу, толкнув её плечо легким движением, вызвав у нее короткий смех, — Плети давай. Может, он вдруг раздобреет и оценит? — Ло'ак потянулся за бусинами, чтобы их разложить удобным образом для нее.

* * *

Ней'лира направилась по тропе легкими шагами уже ближе к вечеру, хоть и не могла сдержать некое волнение перед вручением этого дурацкого браслета. Она очень не любила такие моменты. Она не любила проявлять любовь к семье, хоть её мама часто и обнимала или целовала в волосы, называя различными нежными прозвищами. Отчего Лира не любила показывать любовь — она не знала. Но порой приходилось это делать. Как только она уже хотела завернуть за угол очередной хижины, как она увидела брата, который вышел из жилища широкими и раздраженными шагами. «Ой бля...» Лира уже хотела повернуться назад и даже допустила мысль, чтобы вручить этот конченный браслет уже завтра (но по-хорошему, конечно, выкинуть его или подарить какому-нибудь благодарному ребенку), но тот увидел ее и сжал зубы. — Ну чего тебе еще надо? — Вал'мор чуть ли не простонал, сжав зубы, пока его хвост извивался сзади. Ней'лира также сжала зубы, неохотно подходя ближе. — Мне? Мне-то ничего от тебя не надо, боже упаси, — она закатила глаза, цокнув языком и протягивая украшение, — На, может, хоть что-то украсит твои страшные руки. Злить его, конечно, в таком состоянии было не совсем правильно, но Лира никогда не шла у него на поводу. Уши Валмора же дернулись еще более раздраженно. — Мне твоя хрень не нужна, — он рявкнул, — ты думаешь, я такую же себе не смогу сделать? Да я просто такую безвкусицу не надену, — он оглядел украшение особо брезгливо, морща губы. Мягких оттенков бежевого, коричневого и тёмно-серого бусины переплетались друг с другом с помощью мягкой тростинки и вязаных ниток. Кончик переплетенных линий чуть свисал, гремя звонкими бусинами. — Зачем ты вообще это принесла? Лира глянула на него с нарастающим гневом, когда уши повяли вниз — то ли от обиды (чего она не хотела признавать), то ли от злости. Хвост чуть дернулся сзади, когда сжала зубы коротким движением, будто бы борясь с желанием рявкнуть что-то еще более обидное. — Думаешь, это была моя идея? Это мама всё захотела. Жалеет тебя зачем-то, — она скривила губы брезгливо. — В твоем-то возрасте слушать маму? — он фыркнул насмешливо, закатив глаза пренебрежительно и сложив руки на груди, когда он посмотрел на ее руку, что сжимала браслет, — Я бы постыдился твоей несамостоятельности. Иди и захвати планшет с базы, посмотришь человеческие мультики. Ней'лира издала под нос рык, полный злости и некой обиды, когда она швырнула браслет с силой, и тот пролетел расстояние, рухнув на траву. — Иди и высморкай сопли, истеричка, — она бросила ему в ответ брезгливо, развернушись и уходя с разрушенным настроением. В прочем, как и в большинстве случаев после разговоров с братом.