Часть 1

Обед был свежим, как и утром, несмотря на летнюю жару. Город гудел как улей, но здесь — на окраине, в районе с аккуратными фасадами и ухоженными балконами, — всё будто замерло. Машина уже уехала, и теперь Джису стояла у входа в новый дом с ключами в руке и картонной коробкой, на которой маркером было написано: “Чашки/чай/новая жизнь”. Подъезд был светлый, лифт чуть скрипел, а сама квартира — последняя в длинном коридоре, напротив ещё одна дверь. Пока она вставляла ключ в замок, кто-то громко рассмеялся за стенкой — звук был глухой, мужской, но она не придала значения. Дверь открылась. Квартира была светлой, просторной, с высокими окнами и балконом, который выходил на южную сторону. Белые стены, пустые полки, свёрнутый ковёр в углу. Ещё не дом, но уже место, где можно дышать. Джису поставила коробку, стянула кроссовки, распустила волосы, включила музыку с телефона — легкую поп-музыку.  Она разложила плед на полу, достала чай, заварила его в термокружке. И пока вода остывала, начала распаковывать вещи: книги, блокноты, любимые тарелки. Шёл второй час её «тихого уюта», когда в комнате дрогнула подставка под цветок. БАС. ЗВУК. КРИК. Джису сначала застыла. Потом достала чашку и пошла к стене, откуда доносился шум. Прислонилась — явно музыка и веселье. Через несколько секунд — звук бутылок, аплодисменты, чьи-то голоса. Она закатила глаза. — Ну конечно. Кто-то празднует конец света. Спокойно поставила чашку, завязала халат и, босиком, в пижаме, вышла в коридор. На пороге квартиры напротив — тёплый свет и облако звука. Она не церемонится: тук-тук-тук, жёстко, без пауз. Дверь открывается. На пороге — парень. Волосы взъерошены, торс голый, тело в татуировках, в руках — открытая бутылка пива. На нём только спортивные шорты. Он осматривает Джису с ног до головы. Мужчина лениво смотрел на неё. — Ты тоже хочешь зайти? — Я хочу только тишины. Он поднимает бровь, чуть прикусывает край бутылки. — Тишина? Это… сложно, соседка. У нас сегодня новоселье у друга. (он опирается о косяк) — Но для тебя, может, сделаю исключение. — Отлично. Тогда начни с кнопки «пауза». Она кивает в сторону его квартиры. Он усмехается, будто развлекается. — Ты нравишься мне, соседка. Характер есть. Ты же новенькая, верно? — Да, и я только сегодня переехала и хотела бы отдохнуть в тишине. — Я Чон Чонгук, рад знакомству. Парень протянул руку. — Ким Джису, не могу ответить тем же. Нисколько не рада. Она не улыбается. Просто разворачивается и уходит в свою квартиру, оставляя после себя шлейф лавандового крема и… напряжения. Чонгук смотрит ей вслед, прежде чем хлопнуть дверью. Через минуту — тишина. Совершенная, редкая тишина. Джису расставила всё по своим местам на кухне и в своей спальней комнате. И вырубилась на кровати, даже не умывшись. И только утром её вновь разбудила игра на барабанах. Пролежав ещё несколько минут, она вновь вернулась в коридор и стучала в дверь непрерывно. — Чем могу помочь? И снова вчерашний парень, уперся об дверь и был уже одет.  — Издеваетесь, да? Кто с утра играет черт возьми на барабанах?  — В это время никто не спит и почему бы не поиграть. — В это время сплю я.  — Хорошо-хорошо, я понял. Без барабан.  Джису вернулась к себе в квартиру и легла обратно. И в этот же момент услышал электрическую гитару. Она поняла, что не сможет заснуть и пошла в душ. После освежающего душа, приготовив завтрак себе, она распаковывала вещи дальше. И в обед, поехала закупаться за нужными вещами. Ближе к ночи, девушка закончила со всем и вновь заснула. Весь следующий день, девушка отправляла заявки на работу и её приняли. Она закупилась блокнотами, карандашами, чтобы они не заканчивались. Зная модных дизайнеров, они при неудачной попытке могли бы вырвать много листков. На следующий день, Джису не выспавшаяся проснулась. Снова всю ночь сосед играл на гитаре и на барабанах. Выходя из квартиры, она приклеила записку к двери соседа со словами: „Некоторые люди работают по утрам. Пожалей их, рок-звезда.”  — Я начинаю жалеть, что выбрала эту квартиру. Проговорила заходя в лифт. Офис оказался в старом кирпичном здании с винтажным лифтом и большими окнами. Как только Джису вошла внутрь, её обдало ароматом бумаги, кофе и свежей краски — настоящая мастерская идей. Пространство было открытым, уютным и немного хаотичным: доски с зарисовками, стопки журналов, наполовину разрисованные планшеты. К ней подошла Хан Юри — менеджер отдела дизайна. Молодая, с розовыми кончиками волос, и в кедах с вышивкой. Она сразу улыбнулась: — Ты Джису? Добро пожаловать в наш маленький творческий хаос. Не бойся, у нас тут шумно, но весело. Первую половину дня Джису провела в мини-экскурсии: её познакомили с командой, показали программы, за которыми работают, объяснили процесс — от идеи до утверждения. Все были дружелюбны, каждый за своим делом, но не забывали подмигнуть или пошутить. После обеда ей поручили первое задание: разработать концепт упаковки для новой линии косметики. Нежные оттенки, натуральные элементы, но с дерзкой подачей — «чтобы глаз зацепился, но сердце отдохнуло». Джису села за планшет, достала свой любимый стилус и… почувствовала это. Поток. Вдохновение. То самое чувство, ради которого она ночами рисовала за чашкой лапши, мечтая о такой работе. К вечеру её уже тихо обсуждали — кто-то шептал, что «новенькая быстро схватывает», кто-то — что «ей бы доверить наш сезонный проект». А сама Джису, усталая, но счастливая, в лифте вниз набирала сообщение подруге: «Кажется, я наконец на своём месте».  Подойдя к двери своей квартиры, она заметила записку от соседа со словами: “Некоторые люди не понимают магии ночной музыки. Печально.”  Она закатила глаза, сорвав записку она вошла к себе. Сняв с себя пиджак, она сразу улеглась на диван.  — Как хорошо в своей личной квартире.         Ни-ко-го.  Казалось бы идеальная тишина, но сосед по имени Чонгук решил, что пора нарушить тишину соседей. Джису вздохнула. — Надо привыкать, иначе никак.  Следующие несколько дней, они общались записками. Следующая записка пришла на обрывке упаковки от лапши для Джису:  — «Если ты опять уронишь что-то в 2:47 ночи, я вызову экзорциста. Или грузчиков.» Ответ был приклеен к его двери кнопкой в форме сердечка (и это, конечно, бесило ещё больше): — «А если ты снова затянешь свои вокалы в душе, я закажу беруши для всего дома. И веник для твоего эго.» На утро в её почтовом ящике лежала новая бумажка, пахнущая свежим кофе: — «Ты орешь на сканере, как будто он тебя обидел. Ужас. Это вообще законно — мучить технику?» Она приклеила ответ к его дверному звонку: — «Твоя музыка — это тоже мучение. Но никто ж не зовёт полицию. Хотя зря, кстати.» Позже он оставил короткую фразу прямо на её дверном коврике, вырезанную из журнала, как в дешёвом детективе: — «Ты — ходячая инструкция “Как не вести себя в жилом доме”.» Ответ не заставил себя ждать — на розовой бумаге с кошечками: — «А ты — живое пособие “Как не бесить соседей, но всё равно бесить”.»  В один вечер, Джису сидела за ноутбуком и работала. Она услышала спокойную игру на гитаре и красивый голос парня. Он пел песню “Glimpse of us”. Это была любимая песня Джису.  Она слушала с удовольствием. Сосед пел очень красиво.  Девушка наслаждалась голосом, а как только он закончил петь, она написала на стикер “Ты не сосед, ты ходячий будильник. С голосом, правда, чертовски хорошим.” Вышла из своей квартиры и приклеила на дверь соседней квартиры, а потом и вернулась к себе.  После часа работы, Джису заснула. И на утро, выходя из дома злая, она заметила леденец с яркой оберткой приклеенный маленьким скотчем и записочка.  “В знак глубочайшего раскаяния за вчерашнюю шумовую атаку — символ мира, тишины и сахарной компенсации. Пусть этот леденец заглушит твой гнев, хотя бы на пару минут. P.S. Следующую репетицию обещаю устроить в наушниках. Или в аду, если повезёт.” Настроение поднялось сразу же, это был её любимый вкус — тропический микс.  И уже радостная, она шла на работу.