~ Глава 46 ~

— ​Эй, ​милый ​Ронни-крошка, ​— ​с ​улыбкой ​подмигнул ​Джордж. ​ ​— ​Слыхал, ​вы ​с ​друзьями ​угробили ​сто ​пятьдесят ​баллов? ​— ​весело ​добавил ​Фред. ​ ​Близнецы ​подошли ​вплотную, ​сияя. ​С ​самого ​вчерашнего ​вечера ​— ​они ​были ​единственными, ​кто ​заговорил ​с ​троицей. ​ ​— ​Разве ​вы ​двое ​не ​теряли ​баллы ​с ​самого ​начала ​учебы? ​— ​зло ​возразил ​Рон. ​ ​— ​Именно… ​ ​— ​Но ​мы ​никогда ​не ​теряли ​150 ​баллов... ​ ​— ​сразу! ​ ​— ​Даже ​половину ​не ​теряли. ​ ​— ​Может ​быть, ​вместе? ​ ​— ​Даже ​вместе! ​ ​— ​Не ​за ​один ​месяц, ​вот ​что ​он ​имел ​в ​виду! ​ ​— ​Правильно, ​именно ​так! ​ ​Близнецы ​обменялись ​словами, ​а ​затем ​ушли, ​обнявшись ​плечами. ​ ​— ​Они ​правы, ​мы ​были ​такими ​глупыми, ​что ​сделали ​такую ​ошибку… ​— ​печально ​сказала ​Гермиона. ​ ​— ​Профессор ​Гринграсс ​мог ​бы ​нас ​простить, ​но ​он ​этого ​не ​сделал, ​правда? ​ ​— ​Рон, ​ты ​не ​можешь ​ожидать, ​что ​профессор ​будет ​за ​тебя ​прикрывать… ​ ​— ​Конечно, ​я ​просто ​говорил. ​— ​Рон ​тоже ​понимал, ​что ​это ​дело ​не ​касается ​Сагреса. ​ ​— ​На ​самом ​деле, ​профессор ​Гринграсс ​уже ​очень ​отличается ​от ​других ​профессоров… ​— ​шепотом ​сказал ​Гарри. ​ ​— ​Кстати, ​Гарри, ​что ​он ​имел ​в ​виду, ​когда ​говорил ​с ​тобой ​прошлой ​ночью? ​— ​Рон ​вспомнил ​первые ​слова ​Сагреса, ​обращённые ​к ​Гарри. ​— ​Что ​ты ​не ​воспринял ​его ​слова ​всерьёз ​— ​он ​что-то ​тебе ​сказал? ​ ​— ​Раньше, ​когда ​мы ​оставались ​в ​Хогвартсе ​на ​Рождество… ​— ​сказал ​Гарри, ​— ​он ​знал, ​каждый ​раз, ​когда ​мы ​выходили ​после ​часа… ​и ​то ​зеркало. ​ ​— ​Это ​было, ​когда ​ты ​потерял ​сорок ​баллов? ​— ​удивлённо ​спросил ​Рон. ​ ​— ​Точно. ​Профессор ​Гринграсс ​сказал, ​что ​на ​самом ​деле ​ему ​тоже ​не ​нравятся ​школьные ​правила ​Хогвартса. ​Он ​просто ​снял ​баллы, ​чтобы ​сказать ​мне, ​что ​мы ​были ​слишком ​беспечными, ​— ​сказал ​Гарри ​с ​сожалением. ​— ​Он ​предупредил ​меня ​тогда ​— ​сказал, ​что ​существует ​только ​одно ​настоящее ​правило ​в ​Хогвартсе: ​никогда ​не ​быть ​пойманным ​с ​поличным ​за ​нарушение ​правил, ​но… ​ ​— ​Но ​нас ​поймали ​с ​поличным ​прошлой ​ночью… ​— ​не ​могла ​удержаться ​от ​замечания ​Гермиона, ​— ​Но ​профессор ​Гринграсс ​действительно ​очень ​отличается. ​Он… ​ ​Маленькая ​ведьма ​на ​мгновение ​не ​могла ​найти ​слов, ​чтобы ​это ​выразить, ​и ​в ​конце ​концов ​сдалась. ​ ​— ​Ты ​думаешь, ​что ​он ​знал ​всё, ​что ​мы ​делали ​прошлой ​ночью, ​с ​самого ​начала ​до ​конца? ​— ​внезапно ​спросил ​Рон ​в ​ужасе. ​ ​— ​Думаю, ​да,— ​твёрдо ​кивнула ​Гермиона. ​— ​Не ​забывай, ​что ​он ​сказал ​— ​нас ​поймали ​именно ​из-за ​нашей ​собственной ​глупости, ​самодовольства ​и ​самоуверенности… ​ ​— ​Так ​что ​винить ​нам ​некого! ​— ​также ​кивнул ​Гарри. ... ​В ​тот ​день, ​когда ​прозвенел ​звонок ​на ​урок, ​Сагрес ​собирал ​свои ​учебники, ​готовясь ​покинуть ​класс, ​когда ​он ​подслушал ​злобное ​болтание ​молодых ​волшебников. ​ ​Он ​поднял ​взгляд ​и ​увидел, ​как ​Гарри ​и ​его ​два ​друга ​проходят ​мимо ​Слизеренов ​с ​учебниками ​в ​руках. ​Слизерены ​аплодировали ​и ​свистели, ​некоторые ​даже ​кричали: ​ ​— ​Спасибо, ​Поттер, ​ты ​действительно ​наш ​хороший ​друг, ​наш ​великий ​благодетель… ​Вчера ​я ​ещё ​гадал, ​как ​бы ​мне ​догнать ​твои ​очки, ​а ​сегодня ​моя ​мечта ​сбылась! ​ ​— ​Да, ​если ​спросить ​меня, ​Малфой ​действительно ​потрясающий… ​ ​— ​Именно, ​он ​привёл ​даже ​своего ​собственного ​наставника, ​чтобы ​поймать ​их! ​Не ​каждый ​может ​сделать ​такое. ​ ​— ​Правда! ​Малфой ​потерял ​20 ​очков, ​но ​благодаря ​ему ​они ​потеряли ​150! ​ ​— ​Думаю, ​Малфой ​просто ​хвастается. ​Я ​слышал, ​что ​именно ​Филч ​поймал ​их! ​ ​— ​Хахах! ​Да ​кому ​это ​нужно? ​Думаю, ​всё ​благодаря ​великому ​мистеру ​Поттеру… ​ ​Когда ​они ​смеялись, ​они ​оттолкнули ​Гарри ​и ​его ​двух ​друзей ​в ​сторону ​и ​покинули ​класс ​группами. ​ ​Студенты ​из ​других ​трёх ​домов ​тоже ​не ​смотрели ​на ​Гарри ​и ​его ​друзей ​добрыми ​глазами, ​ведь ​они ​тоже ​не ​хотели, ​чтобы ​Слизерин ​выиграл ​Кубок ​— ​а ​в ​этом ​году ​Гриффиндор ​был ​самым ​вероятным ​претендентом ​на ​победу. ​ ​А ​результат? ​ ​Малфой ​сделал ​жертвенную ​игру ​и ​изменил ​ход ​событий ​так ​сильно, ​что ​теперь, ​куда ​бы ​ни ​шли ​трое ​из ​них, ​их ​встречали ​взглядами ​и ​насмешками. ​ ​Даже ​на ​тренировке ​по ​квиддичу, ​люди ​больше ​не ​называли ​Гарри ​по ​имени ​— ​его ​называли ​просто ​— ​тем ​Задерживающим. ​ ​Думая ​об ​этом, ​Гарри ​заметил ​Вуда ​среди ​толпы. ​Он ​позвал ​его ​уныло ​и ​выразил ​своё ​желание ​уйти ​из ​команды. ​ ​Сагрес ​давно ​предчувствовал ​эту ​ситуацию, ​но ​он ​не ​хотел, ​чтобы ​Гарри ​уходил ​из ​квиддичной ​команды. ​Хотя ​он ​и ​не ​слишком ​интересовался ​квиддичем, ​профессор ​МакГонагалл ​приглашала ​его ​на ​каждую ​игру. ​А ​Гарри ​действительно ​был ​очень ​талантлив. ​ ​Если ​бы ​он ​мог ​завершать ​игру ​быстро, ​разве ​это ​не ​сэкономило ​бы ​время ​для ​всех? ​ ​Думая ​так, ​он ​шагнул ​вперёд, ​чтобы ​заткнуть ​шумную ​толпу ​и ​спасти ​Гарри, ​Рона ​и ​Гермиону ​от ​окружения ​трёх ​домов. ​ ​— ​Когтевран. ​ ​Он ​взглянул ​на ​студентов ​Когтевран ​в ​толпе ​и ​сказал ​без ​выражения, ​— ​Мне ​очень ​любопытно ​— ​какое ​это ​имеет ​отношение ​к ​вам? ​ ​Увидев ​молчаливую ​толпу, ​он ​продолжил ​беспощадно: ​ ​— ​Возлагаете ​надежды ​на ​других, ​а ​потом ​разворачиваетесь ​против ​них, ​когда ​эти ​надежды ​рушатся? ​Даже ​если ​бы ​вы ​унаследовали ​хотя ​бы ​малую ​часть ​мудрости ​Когтевран, ​вы ​бы ​не ​поступили ​так ​глупо. ​ ​Он ​напомнил ​им: ​ ​— ​В ​конце ​концов, ​независимо ​от ​того, ​потерял ​ли ​Гриффиндор ​очки, ​Когтевран ​всё ​равно ​не ​стало ​первым, ​не ​так ​ли? ​ ​Когда ​он ​говорил, ​он ​намеренно ​или ​ненамеренно ​взглянул ​на ​студентов ​Когтевран. ​Те, ​на ​кого ​он ​посмотрел, ​сразу ​опустили ​головы. ​ ​— ​Что ​касается ​вас, ​— ​он ​поднял ​подбородок, ​указывая ​на ​другую ​группу, ​— ​Распределяющая ​шляпа ​всегда ​говорит, ​что ​студенты ​Пуффендуя ​лояльны ​и ​справедливы ​к ​своим ​друзьям, ​но, ​к ​сожалению, ​я ​не ​увидел ​этого ​здесь... ​ ​Он ​добавил: ​ ​— ​Я ​не ​знаю, ​только ​ли ​те, ​кто ​никогда ​не ​ошибается, ​имеют ​право ​считаться ​вашими ​друзьями ​— ​или ​же ​ошибка ​означает, ​что ​ты ​теряешь ​право ​быть ​другом? ​ ​Никто ​не ​ответил. ​ ​— ​Восхищаться ​ими, ​когда ​они ​полезны, ​презирать ​их, ​когда ​они ​ошибаются ​— ​ваша ​проницательность ​и ​снобизм ​ничуть ​не ​меньше, ​чем ​у ​Слизерина, ​— ​без ​всяких ​предисловий ​сказал ​Сагрес. ​ ​На ​этом ​этапе ​даже ​Гриффиндорцы ​немного ​смутились, ​потому ​что ​когда ​Гарри ​зарабатывал ​баллы ​за ​квиддич, ​все ​называли ​его ​Спасителем, ​но ​теперь, ​когда ​баллы ​были ​потеряны, ​они ​немедленно ​дистанцировались ​с ​самодовольным ​возмущением. ​ ​Смотря ​на ​молчаливую ​толпу, ​Сагрес ​поднял ​подбородок, ​не ​выражая ​эмоций. ​ ​— ​А ​теперь ​убирайтесь ​отсюда. ​Немедленно. ​ ​Студенты ​побежали ​из ​класса, ​как ​испуганные ​куропатки, ​и ​Гарри ​с ​двумя ​друзьями ​тоже ​собрались ​уходить, ​но ​обнаружили, ​что ​не ​могут ​сдвинуться ​с ​места. ​ ​Менее ​чем ​через ​минуту ​в ​классе ​осталась ​только ​троица ​и ​Сагрес, ​и ​только ​в ​этот ​момент ​они ​смогли ​снова ​пошевелить ​ногами.