~ Глава 51 ~

— ​На ​самом ​деле, ​несложно ​собрать ​правду, ​если ​знаешь, ​для ​чего ​используется ​кровь ​единорога… ​ ​Он ​окунул ​палец ​в ​серебристо-белую ​кровь, ​его ​глубокие ​глаза ​были ​фиксированы ​на ​вязкой ​жидкости ​на ​его ​кончике ​пальца. ​ ​— ​Но ​в ​книгах ​не ​говорилось, ​для ​чего ​используется ​их ​кровь. ​Мы ​только ​использовали ​их ​хвостовую ​шерсть ​и ​рог ​на ​уроках ​зелий, ​— ​сказала ​Гермиона, ​выглядя ​несколько ​озадаченной. ​ ​— ​Это ​чтобы ​защитить ​их, ​— ​вставила ​Найтингейл. ​— ​Кровь ​единорога ​может ​исцелить ​самые ​глубокие ​раны ​и ​продлить ​жизнь ​— ​даже ​тем, ​кто ​на ​грани ​смерти… ​ ​— ​Однако ​как ​только ​ваши ​губы ​касаются ​этой ​крови, ​проклятие ​поднимется ​по ​вашей ​крови, ​как ​ядовитая ​лоза ​— ​сначала ​боль, ​затем ​разложение, ​и, ​наконец, ​злые ​духи ​будут ​грызть ​ваши ​органы, ​безумие ​поглотит ​ваш ​разум, ​пока ​ваша ​душа ​не ​будет ​наполнена ​дырками. ​ ​— ​Действительно… ​— ​кивнул ​Сагрес. ​— ​Мало ​кто ​об ​этом ​знает, ​и ​ещё ​меньшее ​количество ​людей ​решится ​это ​сделать. ​ ​— ​Кто ​это ​может ​быть? ​Кто ​бы ​мог ​сделать ​такое? ​— ​спросил ​Гарри ​в ​недоумении. ​— ​Я ​имею ​в ​виду, ​если ​нужно ​пережить ​такое ​проклятие, ​разве ​не ​лучше ​умереть, ​чем ​жить? ​ ​— ​Именно! ​— ​не ​мог ​не ​согласиться ​с ​Гарри ​Кентавр ​Лион. ​ ​Сагрес ​встал ​и ​вдруг ​задал ​молодому ​волшебнику ​вопрос. ​ ​— ​Гарри, ​ты ​сказал, ​что ​когда ​этот ​человек ​подошёл ​к ​вам, ​шрам ​на ​твоём ​лбу ​вдруг ​сильно ​заболел? ​ ​— ​Да, ​профессор. ​Хотя ​он ​болел ​и ​раньше, ​но ​никогда ​так ​сильно. ​ ​— ​Тогда ​разве ​ответ ​не ​очевиден? ​— ​Он ​показал ​странную ​улыбку, ​но ​она ​исчезла ​так ​быстро, ​как ​и ​появилась. ​ ​— ​Что… ​что ​вы ​сказали, ​профессор? ​ ​— ​Я ​сказал, ​что ​ответ ​уже ​вполне ​ясен, ​Гарри. ​Кто ​так ​долго ​молча ​ждал, ​стремясь ​вернуться? ​И ​кто ​цепляется ​за ​жизнь, ​готовясь ​вернуться? ​ ​Сердце ​Гарри ​почувствовало, ​как ​его ​сжала ​гигантская ​рука. ​Слова ​Сагреса ​эхом ​разнеслись ​в ​его ​разуме, ​с ​каждым ​вдохом ​голос ​становился ​всё ​яснее. ​ ​— ​О ​боже… ​неужели… ​— ​Гермиона ​выглядела, ​как ​будто ​у ​неё ​внезапно ​озарило. ​— ​Но ​разве ​это ​не… ​разве ​это ​не… ​ ​В ​трансе ​Хагрид ​снова ​проревел ​своим ​глубоким, ​грубым ​голосом: ​ ​— ​Говорят, ​что ​он ​мёртв? ​Это ​просто ​заблуждение ​трусов! ​Такая ​душа ​может ​только ​бродить ​на ​грани ​жизни ​и ​смерти, ​никогда ​не ​найдя ​истинного ​покоя. ​ ​— ​Ты ​хочешь ​сказать… ​Волан-де-Морт ​не ​мёртв..? ​— ​спросил ​Гарри, ​несколько ​не ​веря. ​ ​По ​коже ​всех ​прошёл ​холодок. ​ ​Лорд ​Волан-де-Морт… ​ ​Тёмный ​Лорд, ​который ​когда-то ​командовал ​ветрами ​и ​облаками ​— ​разве ​он ​скрывается ​в ​Запретном ​Лесу ​прямо ​сейчас? ​ ​Неужели ​они ​только ​что ​встретились ​с ​ним? ​ ​Да. ​Гарри ​внезапно ​понял. ​Шрам ​— ​это ​то, ​что ​Лорд ​Волан-де-Морт ​оставил ​ему, ​и ​поэтому ​он ​так ​сильно ​заболел, ​когда ​этот ​человек ​приблизился. ​ ​Это ​правда? ​Та ​самая ​правда, ​о ​которой ​Кентавры ​не ​хотели ​говорить? ​Боялись ​мести ​Лорда ​Волан-де-Морта? ​ ​— ​Но ​все ​говорят, ​что ​наибольший ​страх ​этого ​человека ​— ​это ​Дамблдор… ​и ​он ​так ​близко ​к ​Хогвартсу, ​он ​не ​должен ​быть ​здесь… ​— ​не ​могла ​не ​сказать ​Гермиона. ​— ​Ух… ​Это ​не ​имеет ​смысла. ​Он ​должен ​был ​сбежать ​далеко, ​а ​не ​прятаться ​так ​близко ​к ​Дамблдору. ​ ​— ​Думаю, ​я ​понял… ​— ​сказал ​Сагрес, ​не ​поворачивая ​головы. ​ ​— ​Увы, ​всегда ​страдают ​самые ​невинные, ​— ​сказал ​Кентавр ​грустным ​тоном. ​— ​Так ​было ​триста ​лет ​назад, ​и ​так ​будет ​снова, ​через ​триста ​лет. ​ ​Сагрес ​ненавидел ​самое ​загадочное ​поведение ​Кентавров. ​Он ​считал, ​что ​они ​вправе ​хранить ​секреты, ​но ​почему ​они ​всегда ​должны ​открывать ​рот ​в ​критические ​моменты ​и ​привлекать ​внимание? ​ ​Это ​ощущение ​было ​словно ​напоминание ​всем: ​Подойдите ​ко ​мне! ​Я ​знаю ​секрет! ​ ​— ​Лион, ​ты ​ведь ​знаешь, ​что ​это ​за ​существо, ​не ​так ​ли? ​ ​Как ​и ​ожидалось, ​Хагрид ​сразу ​спросил, ​услышав ​слова ​Кентавра: ​ ​— ​Скажи ​нам, ​Лион. ​ ​— ​Извините, ​Хагрид, ​это ​указание ​звёзд ​— ​секрет ​леса, ​так ​что ​я ​не ​могу ​сказать ​вам… ​— ​сказал ​Лион ​неопределённо, ​глядя ​в ​небо. ​ ​— ​Но ​разве ​ты ​не ​видел ​этого ​единорога? ​— ​Хагрид ​недоуменно ​указал ​на ​труп ​неподалеку. ​— ​Он ​мёртв, ​убит ​чем-то, ​что ​скрывается ​в ​лесу, ​а ​ты ​всё ​равно ​хранишь ​секреты ​для ​убийцы? ​ ​— ​Мне ​очень ​жаль, ​Хагрид… ​— ​Лион ​снова ​извинился. ​— ​Мы ​дали ​клятву; ​мы ​никогда ​не ​должны ​нарушать ​волю ​небес ​или ​раскрывать ​знамения, ​показанные ​звездами. ​ ​— ​Почему ​ты ​не ​можешь ​оторвать ​глаз ​от ​этих ​далеких ​звёзд? ​— ​не ​выдержал ​Гарри ​и ​спросил. ​— ​Ты ​предпочитаешь ​смотреть ​на ​эфемерные ​звезды, ​а ​не ​на ​невинную ​жертву, ​лежащую ​прямо ​перед ​тобой? ​ ​Очевидно, ​ему ​было ​трудно ​понять, ​почему ​Кентавр ​остаётся ​таким ​молчаливым. ​ ​— ​Хорошо. ​— ​Сагрес ​прервал ​их ​разговор ​и ​сказал ​спокойно: ​— ​Кентавры ​мастера ​в ​астрологии ​и ​травах, ​способные ​предсказывать ​будущее ​и ​интерпретировать ​небесные ​явления. ​Но ​вместо ​того ​чтобы ​вмешиваться, ​они ​предпочитают ​наблюдать ​за ​миром ​как ​сторонние ​наблюдатели. ​ ​Он ​поднял ​руку, ​чтобы ​остановить ​Хагрида, ​который ​собирался ​снова ​заговорить, ​и ​продолжил: ​ ​— ​Я ​знаю, ​что ​все ​хотят ​узнать ​правду, ​но ​мы ​не ​можем ​ожидать, ​что ​другие ​рискнут ​местью, ​чтобы ​помочь ​нам. ​ ​Кентавр ​бросил ​благодарный ​взгляд ​на ​Сагреса, ​но ​тот ​проигнорировал ​его.