Часть 7

Когда Максим уехал, Алла легла спать, но заснуть ей не удалось, кто-то позвонил. - Алло? - раздроженно ответила она. - Привет, Алл, - спокойно поздоровался Кирокоров. - Филипп? - удивилась Алла. - Я, - ответил он. - В общем, завтра мы можем подать заявление на развод, пойдешь? - Конечно пойду, но почемму ты передумал? - настороженно спросила Алла. - Успокойся, Пугачева, все нормально, успокоил жену Филипп. - Значит, завтра в час дня, адрес скину. - Хорошо, пока, - попрощалась Алла и с счастливой улыбкой легла спать. *** В этот момент Филипп думал, что делать дальше. Он хотел сделать Алле так же больно, как сделала она. *** На следующий день они встретились у ЗАГСа. - Привет, Алл, - поздаровался Филипп и посмотрел на часы. - Привет, в ответ поздоровалась она. - Пойдем, нас там уже ждут. Алла гивнула головой и пошла следом за мужем в здание. Там они были недолго, черезз полчаса они вышли оттуда. - Ну что, Алл, не жалеешь? - выходя, спросил Кирокоров. - Нет, не жалею, - попровляя шубу, ответила она. - Точнее желеою, но не об этом, - сказала она , садясь в свою машину. - А о чем жалеешь? -О нашем браке, я считаю, что это была ошибка, прости, но это мое мнение, - ответила она на последок и уехала. У Филиппа в душе была буря эмоций, он сильно разозлился. - Ты пожаеешь о своих словах, - в след уходящей машине, прошипел он. *** Когда Алла приехала, рядом с ее номером стоял Максим и ждал. - Привети, - кладя руку ему на плечо, поздоровалась она. - О, привет. - Давно ждешь? - открывая дверь, спросила Алла. - Та минут пятнадцать, - заходя, ответи Макс. - Прости, разводиться ездила. - Разводи-иться? - загадочно протянул мужчина. - Да, через неделю буду официально свободна, - обнимая за его шею, улыбчиво сказала женщина. - Свободная? Значит я Вас заберу себе, - целую ее в уголок губ, сказал он. - Да я уже твоя, - улыбнулась Алла. После ее слов Максим прижал Аллу к стене, впечатал в прохладную поверхность всем телом. Она ощутила, как его твёрдые мышцы врезаются в её податливую плоть, и это прикосновение молнией прострелило от макушки до пят. - Ты даже не представляешь, как я ждал этого момента, - выдохнул он, и его губы впились в её шею. Алла попыталась что‑то сказать, но слова растворились в стоне - его зубы слегка прикусили кожу, язык тут же сгладил след. Она вцепилась в его плечи, пытаясь удержаться на ногах, но он уже подхватил её, приподнял, заставляя обхватить его талию ногами. Одежда летела на пол бесформенными комками - её платье, его рубашка, её бельё, его брюки. Ни один из них не заметил, куда всё это упало. Остались только кожа, дыхание, биение сердец, сливающихся в едином ритме. Он опустил её на край кровати, но не дал прилечь - удерживал в полусидящем положении, глядя прямо в глаза. Его пальцы скользнули вниз, нашли самое чувствительное место, и Алла вскрикнула, выгибаясь дугой. - Макс… — её голос дрожал. - Пожалуйста… - Что «пожалуйста»? - он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни капли мягкости. - Говори. Назови, чего хочешь. Она не смогла ответить - только всхлипнула, подаваясь навстречу его руке. Тогда он наклонился, поцеловал её в губы, одновременно проникая внутрь. Алла закричала - не от боли, а от того, что её тело разорвало на тысячу осколков наслаждения. Он двигался резко, без намёка на нежность. Каждый толчок выбивал из неё новый стон, каждый вздох превращался в хриплый шёпот его имени. Её пальцы царапали его спину, плечи, грудь - она пыталась удержать его, прижать ещё ближе, хотя ближе уже некуда. - Смотри на меня, - приказал он, сжимая её подбородок. Она открыла глаза - и утонула в его взгляде. В нём не было ничего, кроме голодной, необузданной страсти. Он снова ускорил ритм, и она потеряла себя - осталась только пульсация внутри, только ощущение его тела, только этот безумный танец двух душ, слившихся воедино. Когда волна накрыла её с головой, она закричала так громко, что, казалось, стёкла задрожали. Её тело содрогалось в конвульсиях, мышцы сжимались вокруг него, и этого оказалось достаточно, чтобы он последовал за ней - с глухим рыком, сжимая её бёдра до синяков, погружаясь в неё до конца. Они упали на кровать, переплетясь руками и ногами, задыхаясь. Алла пыталась что‑то сказать, но не могла найти слов - только прижималась к нему, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её собственным. Прошло несколько минут, прежде чем она смогла перевести дух. Максим приподнялся на локте, глядя на неё. Его волосы прилипли ко лбу, на коже блестели капли пота, но глаза горели ярче прежнего. - Теперь ты точно моя, - прошептал он, проводя пальцем по её губам. Она улыбнулась - устало, но счастливо. - Была твоей с самого начала. Он ответил поцелуем - на этот раз медленным, нежным, почти робким. И в этой контрастности - от бешеной страсти к трепетной ласке - было что‑то, от чего её сердце сжалось ещё сильнее. За окном медленно темнело. Первые звёзды проступали сквозь сумрак, но им было не до неба - только друг до друга. Только до этого мгновения, когда два тела, две души, два дыхания стали одним целым.