Часть 14

Едва они выехали за пределы городка, как густая, почти непроницаемая темнота окружила броневичок со всех сторон. Реденькие бледные звезды совершенно ничего не освещали, слабый свет от кореловского реактора почти не доставал до дороги, а виднеющиеся впереди скальные выступы, обрамляющие въезд в ущелье, выглядели очень зловеще. Диландау нежно поглаживал ствол огнемета и выглядел странно расслабленным. Сефироту это совсем не нравилось: если в городе он уступил инстинктам напарника и тоже немного отвлекся на свои мысли, то сейчас подобная беспечность виделась ему практически халатным отношением к своей миссии. - За дорогой следи, - коротко бросил он, но альбинос только слегка раздраженно хмыкнул: - Чего еще!? Машину ты ведешь, а не я. - Веду, - покладисто согласился с ним юноша, внимательно глядя вперед, словно стараясь просканировать местность на предмет наличия врагов: - Но, думаю, будет не лишним и тебе подглядывать по сторонам. - Скучный ты, честное слово, - недовольно буркнул Альбато и демонстративно зевнул: - Чего на каменюки эти пялиться без толку? Вот, когда повылезут оттуда повстанцы эти, тогда и будем на них отвлекаться. А пока смысла не вижу напрягать себя лишний раз. И потом, ты же у нас, вроде как, элита, нэ? Я не глухой, и не тупой, все слышу и понимаю... Думаю, нам с тобой эти самые уроды, что засели тут в ущелье, не страшны, от слова совсем. Нас обоих ведь всю жизнь учили убивать, и это мы с тобой умеем намного лучше, чем кто-либо еще. И дело не в том, что я или ты - какие-то там имбы, или сверхлюди. Смешно, хотя и это тоже правда отчасти. Главное наше с тобой отличие от обычных людей это то, что мы, по сути своей изначально - ходячие оружия, специально для этого созданные. Наша жизнь практически вся расписана так, как было удобно тем, кто нас придумал и сотворил. Мы не должны бояться, это нас стоит опасаться... - закончил он со странной горечью в голосе и Сефирот с удивлением понял, что лично его эти слова очень сильно... покоробили. Оружие. Ходячая смерть. Диландау прав. Их обоих сделали такими, но вот в чем лично для него загвоздка: его личный создатель позабыл при этом отобрать у своего создания душу, и вытравить из груди такое иррациональное, глупое детское желание - быть просто человеком. Слабым, сомневающимся, наивным, обычным... А еще нужным не как инструмент, не как непобедимый механизм, а просто как... просто как Сефирот, не солдат, не боевая единица, а мальчик... Юноша упрямо сжал челюсти, и снова уставился на дорогу: - Думаю, навряд ли эти ребята так сильно напугаются пары подростков. Пусть даже и Солджеров. Потому осторожность никогда не помешает. Лучший бой - это тот, которого удалось избежать! - Я и говорю, скучный ты, - отмахнулся Диландау и зло оскалился: - Я, между прочим, тоже все эти учебные трактаты, мать твою, читал! И думаю, что все это одна херня! Дипломатия! Видел я в своей жизни эту дерьмовую дипломатию! Так вот, напарничек, скажу тебе, как человек в дворцовых интригах имеющий печальный опыт: вся эта дипломатия в итоге все равно рано или поздно оканчивается одним и тем же - хорошим и нехилым мордобоем. Человек так устроен, что голос разума чаще всего он принимает за слабость и лишь грубую силу согласен уважать. А еще у меня сегодня очень паскудное настроение, знаешь ли, - он вдруг резко и нервно хохотнул: - Есть просто непреодолимое желание набить кому-нибудь морду. Или сжечь что-нибудь... Ну, не тебе же рожу разукрасить, право слово! Вот потому я и надеюсь, что эти самые повстанцы наткнутся на нас как можно скорее, и обретут на свою голову проблем. Сефирот удивленно округлил глаза: - Ты серьезно? У тебя, хммм, все в порядке с... - Вот еще один намек на то, что я - чокнутый, и зубы я тебе все же выбью, - лениво протянул Альбато, опасно сузив глаза: - Не позволю такое о себе говорить никому, даже тебе! Я, может, и псих на самом деле. И, думаю, так оно и есть... А ты смог бы остаться нормальным после всего того, через что прошел? Ты сам-то нормален?! Я лично в этом сомневаюсь. И вовсе не потому, что ты себя соответственно ведешь. Нет, ты слишком хорошо держишь себя в руках, но я вижу в глубине твоих глаз свое отражение, напарничек. Ты такой же псих с поломанной личностью, как и я. Просто пока, ПОКА, можешь еще это сдерживать внутри себя, давить и душить. Но мы оба знаем: шрамы... не обязательно бывают снаружи. Те, что внутри - они страшнее! - его голос стал странно монотонным и Сефироту это совсем не понравилось. Диландау говорил сейчас, по сути, очень страшные вещи. Честные, правильные, но страшные. И то, как он это делал, каким голосом, и то, как остановился его злой и колючий взгляд, вызвало у Сефирота странное ощущение ползущих по спине ледяных мурашек. Альбато псих. Не просто малолетний алкоголик, а совсем съехавший с катушек. Но при этом до ужаса нормальный. А еще внутри, глубоко в подсознании, билось осознание, что сейчас он слышит не Диландау, а самого себя. Странно поломанного, обозленного себя, единственной радостью которого остались лишь смерть и разрушения. Это пугало и... завораживало. А еще почему-то вдруг захотелось узнать: осталось ли в этой жуткой бездне злости и отчаяния хоть что-то иное, вроде его сокровенных наивных надежд, дающих ему силы жить и сражаться дальше? Найти ответ на этот вопрос ему помешали: впереди, за небольшим поворотом узкого коридорчика ущелья, внезапно зажегся очень мощный прожектор, на миг ослепив его чувствительные глаза. Этого хватило, чтобы машинально дать по газам и рвануть вперед, навстречу поджидающим врагам, которые совсем растерялись при виде такой странной реакции. Диландау довольно взвыл: - Не сбавляй скорости, напарничек! Прорвемся! Ох, и повеселимся же мы сейчас! - он с размаху шарахнул тяжелым стволом по лобовому стеклу кабины броневичка, выбивая его. - Мать твою, чего ты творишь?! - яростно зашипел Сефирот, едва успев отпрянуть от брызнувших в стороны острых осколков: - Придурок! Окно открыть боковое не судьба была?! - Мо-э-ро! - весело проорал в ответ Альбато и нажал на гашетку. Яркий огненный столб ударил прямо в прожектор, уничтожив его за долю секунды. Засевшие возле него в укрытие повстанцы мгновенно высыпали наружу, как потревоженные тараканы. - Спасибо за прожектор, - буркнул Сефирот, не сбавляя скорости: - Глаза у меня слишком чувствительные к такому... Блядь, что-то многовато их! Думаешь, сможем?.. - Веди машину, не отвлекайся, - самодовольно хмыкнул Диландау и снова выстрелил, стараясь задеть огненной струей как можно больше людей сразу. Громкие вопли и ругань подтвердили его попадание. Альбато разочарованно фыркнул: - Не, эта херь слабее моей Орейды. Они еще достаточно живые... Гони, блин, как можно быстрее! - и, прежде чем Сефирот успел ему что-то ответить, альбинос ногой выбил заднее стекло кабины, с проворством кошки выбравшись в кузов и плюхнувшись рядом с пулеметом: - Ладно, посмотрим, что это тут у нас такое? Может, эта хуйня получше будет, поубойнее? - он деловито заправил ленту с патронами и старательно прицепился. Пулемет мерно затарахтел и диких криков стало гораздо больше. Диландау одобрительно хмыкнул: - Воот, это уже другое дело! Сефирот про себя очень некрасиво выругался, и, тяжело вздохнув, пробормотал под нос: - Кому что, а лысому - расческу! Хотя... Блин, я сегодня ему уже второй раз жизнью обязан? - Нашел, от чего депресняк ловить! - проорал услышавший его вздох Диландау, продолжая методично отстреливать не отстающих от них повстанцев: - Мы же теперь с тобой боевые напарники. Сегодня я твою шкуру спас, завтра - ты мою... Да, Пресветлая Каэли вас всех дери и Иетура Праматерь! Когда это долбаное ущелье закончится?! Сефирот в душе разделял его надежду на то, что преследователи немного поотстанут, если они выберутся на открытое пространство, вот только ущелье совсем не спешило заканчиваться. Мало того, впереди маячила каменная арка, нависающая прямо над дорогой. Идеальное место для засады. Но не успел он об этом сказать, как Диландау, обернувшись к нему, и, тоже заметив арку, очень грязно выругался и, понимая, что не успеет добраться до огнемета и дать по ней залп, поспешно залез в ящик с Материей, схватил первое, что попало под руку, и швырнул это Сефироту. Тот удивленно приподнял брови, но тут же привычно сжал в пальцах голубую энергетическую Материю, высвобождая мощный электрический разряд и направляя его на нависший над дорогой камень. Тот с грохотом раскололся на мелкие куски и упал, почти преградив им путь, но внимательные глаза сильверхэда заметили достаточно широкую щель, в которую и протиснулся злополучный броневичок. Диландау дал длинную очередь по повстанцам и рявкнул: - Молодца! Стены ущелья резко раздвинулись и наконец выпустили их многострадальную потрепанную машину на широкую равнину. Далеко впереди горизонт заметно побледнел и начал наливаться светлыми, словно застиранными, красками раннего рассвета. Сефирот с удивлением понял, что из ущелья за ними никто не последовал. Погоня отстала так же внезапно, как и началась. Это было очень странно. Навряд ли они так сильно испугались пары, пусть и очень хорошо вооруженных, подростков. Все это выглядело так, словно их с Альбато... проверяли? Но кто? Шин-Ра? Нет, навряд ли командование дойдет до такого маразма, чтобы прикинуться "Аваланчей". Тогда, сами повстанцы? Но для чего? И, если это на самом деле так, то настоящая цель нападения была не вертолет и не Материя, а... - Меня терзают смутные сомнения, - подал свой голос Альбато, перебираясь из кузова в кабину тем же путем: - Вот только не говори мне, что тебе не показалось, что весь этот цирк был исключительно ради нас с тобой, а, напарничек? И Сефирот лишь коротко кивнул, полностью соглашаясь с его мыслью. Но, если это так на самом деле, то командование должно узнать об этом инцинденте как можно скорее...