Часть 11. Прощальная клятва дракона

Собираясь в дорогу, Кьярра понимала, что никогда не увидит больше ни своих собственных чертогов, ни чертогов отца, ни самого родителя. Печаль переполняла её сердце при мысли, что даже такая могущественная Демоница, какой она была, не в состоянии ничего изменить в жизни своей или самых близких для своего сердца. Но она была не в силах противостоять пророчеству, а также зову любви, передумать и остаться дома под покровительством отца, согласившись на брак с равным для неё по расчету. В снах, глубоких, затягивающих её в иной мир, империю потусторонних сущностей, как в глубокий омут, к ней приходила и тень отголоска души её пока ещё не рожденного сына. Проснувшись, ей казалось, что во сне демонёнок протягивал к ней маленькие ручки, словно прося о помощи, но о чем именно он хотел попросить, так и оставалось тайной. Возможно, душа демонёнка, желающего войти в реальный мир, переместившись из несчастливого мира духов, хотела, чтобы Кьярра не отступила от своего предназначения. А возможно, заранее оплакивала их семейную трагедию, зная, что им троим не суждено прожить вместе долгую и счастливую жизнь. Когда пришла пора прощаться со своим домом, Царством Истиных Днмонов и теми, кто ей дорог, Кьярра не стала превращать сожаления и опасения вечной разлуки в громкие слова и фразы. Она решила, что официального прощания с Демонами Клана ей лучше избежать, ведь даже сердце Демона - не каменное и его можно разжалобить, но поддавшись уговорам,  почти вечная Демоница могла упустить время жизни предназначенного ей смертного, ведь век людей так короток. Слабые создания! Но даже среди них есть те, кто заслуживает того, чтобы пожертвовать ради них своей вечностью. Однако, были в Царстве Истинных Демонов те, прощания с кем было не избежать: конечно, первым был сам Глава Клана, а вторым -  Огненный Дракон Авэнис. После смерти матери Кьярра всегда полагала, что ближе отца и Авэниса в её жизни нет ни одного более близкого ей по крови и духу живого существа, хотя были у неё и учителя, и наставники, поклонники, и многочисленные подруги, приятели и приятельницы, собеседники для интеллектуальных бесед и товарищи по смелым шалостям. Но все равно, главным хранителем её секретов оставался названный кровный брат. Разве могла она, зная, что покидает царство Истинных Демонов навеки и никогда больше не увидится с ним, уйти, не попрощавшись? Это означало бы, что ей совершенно безразличны его братская любовь, дружба и единомыслие. Время прощания было для девушки не самым легким часом. И её предстоял не просто сложный прощальный разговор, а необходимость попросить дракона о том, о чём можно попросить лишь самого близкого тебе, того, кому ты готов доверить не только свою жизнь, но и свою душу. - Брат мой, я знаю, что тебе так же горько, как и мне самой, но я прошу тебя, не грусти обо мне долго, ведь я следую своей судьбе. – Не стала тратить время зря Кьяра, чтобы смягчить горечь разлуки, сразу переходя к делу. - И идти по предсказанному пути - исключительно мой личный выбор. Прими его, встань на мою сторону, когда меня и мой выбор будут обсуждать в Клане и не суди строго. О, я вижу, что ты готов возразить мне, и даже могу предугадать, что ты захочешь предложить мне повернуть время вспять, а если не выйдет у меня самой, то попросить отца о помощи. Чтобы он помог тебе убедить меня остаться. - Кьярра, я не враг твой, и всегда был на твоей стороне, но рассказ о предстоящем тебе пути наполняет мою душу горечью и отчаянием. Я не представляю себе, что более не услышу твой смех, не увижу столь любимую мной зажигательную улыбку, не окажусь в очередной раз объектом твоих шуток, пусть местами не самых добрых, но я всегда понимал их, как понимаю, то смятение, что царит в твоей душе. Я не могу себе представить, что нам больше не суждено будет увидеться. Скажи мне, могу ли я помочь тебе хоть чем-то? Я готов отдать за тебя свою жизнь, разделить твое путешествие, остаться с тобой в чужих землях и охранять тебя по последнего вздоха. - Просто прими мою судьбу без лишних упрёков, пойми меня. Попробуй поставить себя на моё место. Представь, что тебе предскажут, что у тебя есть единственная в жизни возмоность исполнить свою мечту, что пусть всего лишь десять дней, но провести их неразлучно со своей родной семьей, с твоими родителями. Скажи мне, неужели ты бы стал дрожать за свою жизнь, упуская возможность узнать их? Познакомиться с ними лично, а не по рассказам и летописям, рассказать им о себе, о своей любви к ним и скорби оттого, что твоё детство прошло без них. Представь себе хоть на миг, что у тебя есть такая возможность, единственный шанс, неудели ты легко, одним моментом отвергнешь её? Дракон печально склонил голову, ничего не ответив. Разве мог сирота, хоть и воспитывавшийся в любви и заботе упустить такой шанс. Возможно, дитя человеческое, но не дракон, для которого кровные узы – священные нити судьбы. Кьяра не торопила его с ответом, да она и не ждала от него ответа, слишком хорошо зная своего кровного брата. Однако, ей предстояло задать ему не менее важный вопрос и вот его-то без ответа она оставить никак бы не смогла. - Прости меня за жестокое сравнение, брат мой. Но ты, Авэнсис, спросил, можешь ли ты сделать для меня кое-что. Нечто настолько значимое, что может стоить тебе жизни, души, утраты собственного достоинства или внутреннего равновесия и покоя. Нечто, из-за чего тебя могут возненавидеть твои родные по крови, я говорю сейчас не о себе или моём отце, я говорю о твоём народе: Огненных драконах. Кьярра знала, что сейчас она со своей прощальной просьбой балансирует на тонкой грани. Она собирается попросить Авэнсиса о том, чтобы он нарушил два основных правила, которые до конца дней своих соблюдает любой Огненный дракон, в противном же случае он становится изгоем не только в собственной семье, клане, а в мире драконов в целом. Кьярра знала, что насколько бы сильной ни была душа Лин Ин Сенио как представителя рода людского, какие бы магические способности не передавались в его семье из поколения в поколение, её кровь, кровь Истинной Демоницы всегда одержит верх. Их ребенку суждено родиться Истинным Красным Демоном, от неё он получит неограниченную власть над тропами между параллельными реальностями, он станет совершенным строителем магических переходов между временами и эпохами, истинным повелителем петель времени. От отца же их сын получит мужество и неукротимость, что дадут ему возможность побеждать в любом бою не только грубой силой, а изящностью стратегии, красотой тактики и умением убеждать. Но у всех Красных Демонов есть одна общая цель, когда они путешествуют между реальностями и разными временами: делается это не только для того, чтобы познать новые миры, оказать влияние на ту или иную реальность, повернуть время вспять, достичь желаемого, получить удовольствие от собственных шуток и розыгрышей, до которых любой Красные Демон от рождения весьма охоч. Вышеперечисленные цели Красные Демоны открыто озвучивали всем желающим, откровенно похваляясь своим могуществом как перед Демонами иных Кланов, так и перед людьми, да и при необходимости чтобы произвести впечатление на приглянувшуюся молоденькую и наивную Ведьмочку Холодных Вод. Таковы уж эти Красные – игривые шалунишки! Но одна из самых важных целей подобных частых переходов из одной эпохи в другую, из дома в прошлое или будущее, из предшествующих событий обратно в настоящее была – обеспечить собственное существование или просто порадовать себя материальными благами. Красные Демоны являлись самыми опасными охотниками за сокровищами. И горе тому, кто вставал на пути Демона, вышедшего на тропу охоты на чужие богатства. Не будь Демоны как сильнейшая раса, каковыми они и являлись в реальности, столь ленивы, их чертоги ломились бы от краденых сокровищ. Правда, к чести этой части Демонического общества, надо отметить, что лишь слабенький демон мог опуститься до банальной кражи, по их мнению, такие поступки не только не являются развлечением и весельем, а отрицательно сказываются на имидже всего клана. Демоны, желая сорвать значительный куш, выбирали в свои жертвы особенных людей: очень богатых, наживших своё богатство нечестным или преступным путем, или тех, кто буквально спал на мешках с золотом, но ни разу в жизни не угостил бедняка паровой булочкой и не удосужился отдать ненужную вышедшую из моды одежду нищенке. Жадность, жлобство и зависть Демонам были не по душе. - Разве жадина может быть веселым собеседником? – Любил нравоучительно наставлять молодых демонят Глава Клана. Особенно часто он толкал такие речи, сидя за праздничным столом. – Жлоб только и будет думать о том, что кто-то съест на рисовое зернышко или выпьет на рюмку больше, чем он сам. А завистник, вся жизнь рядом с таким будет посвящена погоне за вечной конкуренцией. А это не в правилах Демонов, постоянная борьба с пустым намерением доказать, что твои мандарины больше – утомляет. Так зачем же напрягаться? Общение с себе подобными, истинными ценителями легкой жизни и отличных шуток – вот настоящее счастье приятного общения! Однако, несмотря на вроде бы, слегка, условно-относительное благородство некоторых Демонов, которые действительно, жадными не были никогда и активно раздавали милостыню, подаяния в храмы и делали много не таких уж плохих вещей, их жизненная позиция категорически не принималась Огненными драконами. - Ворьё, все они - наглое ворьё. – В старые добрые времена поучал маленьких дракончиков в предыдущем мощный Повелитель огненных драконов. – С такими нельзя за одним столом сидеть, и уж, упаси Небеса, помочь кому-то из них в их игрищах со временем и чужими богатствами. Тьфу. Пусть будет презираем всеми тот Огненный дракон, что опуститься до служения или защиты интересов Красного Демона или Демоницы. Зная о таком отношении Огненных Драконов к себе подобным, Глава Крана Красных Демонов никогда не разрешал Кьярре и другой молодежи привлекать Авэниса к собственным играм, предпочитая в такие моменты всеобщего веселья нагрузить его изучением древних фолиантов в библиотеке, или попросить помочь разобраться с документами. Старик по-настоящему привязался к спасенному им дракончику, и в последствии не делал разницы между ним и собственной дочерью, одинаково любя обоих. Кьярра, конечно, знала и об отношении Огненных драконов к главному способу обогащения её Клана, помнила она и о том, что отец всегда просил её беречь брата от подобных дел. Вдруг, спустя годы Авэнис захотел бы разыскать, где прячутся остатки его родни по крови и вернуться к ним, найти свою дракониху и обзавестись семьей? И она никогда не нарушала установленной традиции – не звать к демоническому веселью кровного брата. Но сегодня она оказалась в безвыходном положении. Скоро на свет должен появиться её сын, отец которого – простой смертный, жизнь которого не будет долгой. Её же отец, Глава Клана, хоть до сих пор сохранил и свою силу, и своё положение, но был достаточно стар. А малыш должен был родиться достаточно сильным, а значит игривым и склонным к дополнительным приключениям. И, конечно, в Клане наследнику Главы все будут потакать, подталкивая его к новым шалостям. Так вот должен же быть в жизни ребенка тот, кто хоть иногда схватит его за руку и не даст ему зайти слишком далеко. И на эту роль подходил один единственный рассудительный и умный наставник: её кровный брат Авэнис, который для маленького Демона был бы названным дядюшкой. Поэтому Кьярре пришлось выбирать и выбор был сложным: попросить ли брата нарушить правила приличия Огненных драконов и помочь Красному Демону, или же полагаться только на своего отца. Она колебалась до последнего, так инее решаясь сделать окончательный выбор, ведь и брат был ей очень дорог. Однако, чувствительный к чужим переживаниям Авэнис, слишком хорошо знавший свою сестру, сам пришёл ей на помощь. - Я принимаю твой выбор, сестра моя, - улыбнулся он её печальной улыбкой. – Я понимаю, что сегодня мы с тобой прощаемся навсегда и никогда больше не встретимся в этом круге воплощений. Моя интуиция подсказывает мне, чего ты от меня ждёшь. И я готов дать тебе нужную клятву. Я, Авэнис, Огненный дракон, как твой кровный брат даю тебе нерушимое слово: что бы ни случилось в этом мире, как бы не сложились обстоятельства, я всегда буду защищать твоего сына, постараюсь укрыть его от всех невзгод, уберечь от ненастий, болезней и импульсивных поступков, стать для него самым разумным наставником и любящим дядей. - Спасибо, брат, - со слезами на глазах обняла его Кьярра. Прочитав её мысли, Авэнис словно снял груз с её плеч. Ведь она до конца не была уверена в том, что имеет право ради будущего собственного сына лишать любимого брата перспектив в личной жизни и возможного возвращения в настоящую семью. - Не печалься обо мне. Вы с отцом и есть моя самая настоящая семья. – Авэнис вздохнул с легкой печалью. – Он спас меня, не бросил умирать одного в лесу от голода и холода, вырастил как собственного ребенка наравне с тобой и никогда не делал между нами различий. У меня нет намерений возвращаться к драконам, тем более, что и в мире Демонов, когда утихли все отголоски предыдущих войн я пользуюсь не только уважением за свой уравновешенный нрав и знания, но и, как ты догадываешься, моя красота нравится девушкам. Так зачем бы я стал менять уютную реальность на мир, в котором меня не примут всё равно, ведь как бы я ни вёл себя, я для драконов – не более, чем отступник, воспитанный Демонами. - Я ухожу от тебя и из дома более спокойной, чем уйди бы я час назад, не встретившись с тобой в последний раз. – Кьярра чувствовала тяжесть на душе, ведь всегда сложно оставить за плечами прекрасное прошлое, хоть ты и спешишь познать лучшее будущее. – Не стоит затягивать прощание, пока мы оба не впали в уныние. Я всегда буду помнить о тебе и твоём обещании, брат мой. И когда для меня наступит час расставания с миром живых, надеюсь мне будет не столь страшно оставлять его, чтобы уйти в неизвестность. Брат и сестра обнялись напоследок, Кьярра направилась к чертогам отца, чтобы в последний раз побыть в доме своего детства и сказать ему слова прощания. Авэнис же долго стоял на одном месте, смотря ей в след, пока она не стала лишь мутной оплывающей точкой у линии горизонта из-за набежавших на его глаза слег скорби от неминуемой вечной разлуки.