Семья

Татию всегда пугали перемены, даже когда они были в лучшую сторону… Паршивое состояние. А сейчас ещё и тошнить начало, ну вообще отлично… — Эй, Татия, ну ты чего? – растерянно смотрит на неё Андерс, глазами так хлопает — чистое дитё. Это в нём и умиляет её ещё с их знакомства во время той войны… И боится за неё он искренне, вот что греет. За неё так искренне не боялся никто и ни разу. Кроме родни, пожалуй. Но это – другая история. А вот из неё мать будет, вероятно, паршивая. — Всё в порядке, милый, — с начала беременности Татия чувствовала себя как-то иначе: и движения у неё стали мягче, и взгляд более туманный и спокойный… да вот если б ещё кошмары отпустили, вообще всё бы было отлично. – Мне просто неспокойно. — Родная… — обнимает и нежно гладит; «Ну какой он у меня славный», — радуется девушка, расслабляясь в руках мужа. Замечательный. — Татия, ну не бойся, — они смотрят прям глаза друг другу, его нос – её нос, его лоб – её лоб. У неё слёзы катятся – у него щека от них мокрая. Полное единение сердец, один единый организм. – Татия, ну что ты? Я никому не дам нас в обиду…Всё будет хорошо…Правда… — Я верю…любимый. Я верю тебе… *** Дочку которая родилась 14 февраля следующего года, назвали Леей.