Фокс. Прямо сейчас

Обитая акустическим поролоном студия выглядела как палата для буйных сумасшедших. Подумав об этом, Фокс с трудом подавил ухмылку. Не хотелось смущать подкастера, бодро вещающего в микрофон. Судя по аккуратной бородке и брендовой толстовке, тот много о себе воображал. — Интеграция «Мэтч» с соцсетью «На Связи» стала настоящей сенсацией. Но вместе с миллионом новых пользователей вы получили очень резкую критику. Хештег «скажи нет сталкингу» уже неделю висит в топ-10 популярных тем. Что вы думаете по этому поводу? Подкастер сформулировал вопрос крайне вежливо и выбрал для него максимально нейтральную интонацию. Но Фокс хорошо знал эту блогерскую шушару — ценителей бессмысленно дорогих шмоток и дешевого хайпа. И в бархатном голосе подкастера чувствовал азарт гончей, почуявшей жирную дичь. Зная, что слушатели подкаста его все равно не увидят, Фокс мило улыбнулся, немного потянул паузу, а затем уточнил: — Думаю или чувствую? — И то, и другое. — не растерявшись, быстро ответил подкастер. А вот Фокс снова заговорил не сразу. Сделал глоток воды, задумчиво посмотрел в потолок и только потом небрежно бросил: — Мне абсолютно насрать. Подкастер, решивший по его примеру промочить горло, поперхнулся и закашлялся. — Вы серьезно? А как же репутация приложения? — Меня больше волнует не репутация, а качество приложения. И его показатели эффективности. Количество регистраций, длительность сессий, процент встроенных покупок. В общем, индекс лояльности реальных пользователей, а не виртуальных троллей. У любого сервиса есть хейтеры. — То есть, вы придерживаетесь позиции, что черный пиар это тоже пиар? Фокс все-таки не выдержал и поморщился. — Я придерживаюсь позиции, что продукт либо решает проблему пользователя, либо нет. Если говорить об обвинениях в сталкинге, то они беспочвенны. Да, мы используем геолокацию, чтобы определить местоположение пользователей и позволить тем, кто видел друг друга вживую, ставить лайки. Но никак не делимся информацией об их дальнейшем передвижении. Подкастер ухмыльнулся. — И все-таки вы сейчас как будто оправдываетесь, — подколол он Фокса. — Напоминаю, что вы попросили меня поделиться своей позицией. Вот я ее и излагаю. — холодно парировал Фокс. — Меня не беспокоят обвинения хейтеров, потому что они беспочвенны. Хотя тема, между прочим, очень серьезна. Вместо того, чтобы нападать на «Мэтч», который всего лишь помогает двум незнакомцам найти друг друга в сети, стоило бы на самом деле что-то сделать для борьбы со сталкингом. — Что, например? — Ну, например, лоббировать внесение поправок в уголовный кодекс, чтобы добавить туда наказание за преследование, а не только угрозу неприкосновенности частной жизни. Но это долгий и сложный путь для тех, кто предпочитает проводить время на диване с телефоном в руках, понимаю. Тогда можно было бы как минимум заняться информационной грамотностью. Большая часть пользователей Сети даже не задумываются, где и какими данными они делятся в открытом доступе. — Ауч! — скривился подкастер. — Это сейчас прозвучало больно. Я понимаю, что лучшая атака — нападение, но вам не кажется, что ваши слова похожи… ну, давайте честно, на виктимблейминг? Фокс поморщился. — Я ни в коем случае не обвиняю жертв в том, что с ними произошло. В сталкинге всегда виноваты сталкеры, это аксиома. Также как грабители виноваты в воровстве. Продолжая аналогию: я не говорю, что все должны иметь дома железные двери, сейфы, сигнализацию и пару охранников. Но если есть возможность повысить собственную безопасность и не жить нараспашку — этим точно стоит заняться. Наше приложение, повторюсь, всего лишь инструмент для знакомства двух людей. И со своей стороны мы делаем все, чтобы обеспечить пользователям безопасность. Хочу напомнить, что нашу базу данных за все время существования «Мэтча» еще никому не удалось взломать. Хотя приложения сервисов знакомств, служб доставок и банковские сервисы регулярно подвергаются атакам хакеров. Переведя тему на взломы, Фоксу удалось переключить внимание подкастера. И немного попесочить конкурентов. В результате запись затянулась на полчаса дольше, чем изначально планировалось. Когда все наконец закончилось, Фокс дежурно распрощался с подкастером и тут же полез в смартфон. Нужно было предупредить тимлидов, что не успеет на общую встречу. Взглянув еще раз на время, он подумал и написал, что сегодня в офис вообще не приедет, и велел помощнику перенести всю оперативку на завтра. Только после этого Фокс слегка успокоился. А когда вышел из студии и вдохнул влажный после после дождя воздух, понял, что настроение резко поднимается вверх. Он пережил неприятное интервью и неожиданно получил индульгенцию от других хлопот. Чувство свободы приятно вскружило голову. И Фокс решил не идти до ближайшей станции, а немного прогуляться, чтобы сесть в метро сразу на своей ветке. Погода тоже неожиданно переменилась к лучшему, став релевантнее его ощущениям. Тучи разошлись, обнажив за собой нежное, как пузо щенка, небо. Оказалось, что прямо сейчас тот самый — золотой час перед закатом. Свет заходящего солнца заставил порозоветь здания и пустил золотые искры по припаркованному у тротуара ряду автомобилей. Фокс неторопливо шел по проспекту, наслаждаясь редкой минутой безмятежности. Кругом все так же спешили по своим делам люди. Некоторые, обгоняя его, недоуменно оглядывались. Как будто спрашивая: неужели в этом городе можно никуда не спешить? Разве в этой бесконечной гонке бывают передышки? «Не бывает», — согласился про себя Фокс. И мысленно добавил, чувствуя, как губы растягивает улыбка: «Поэтому и торопиться в общем-то бессмысленно». Сегодня ему не хотелось думать о тасках с задачами и прогрессе выполнения ки-пи-ай. Искать вместе с ИИ-помощником баги в свежем коде. Проверять котировки акций и курсы валют. Медитировать на дебетовые вклады и считать будущие проценты. Все было лень. На мгновение Фоксу в голову закралась невероятная мысль: быть богатым ужасно хлопотно и неприятно. Когда денег нет, все, что тебя беспокоит, как их заработать. А когда они есть — только и делаешь, что переживаешь, как бы ими повыгоднее распорядиться, и страшно боишься потерять, вложив не туда. Нырнув в прохладный полумрак метро, Фокс ненадолго отвлекся, чтобы приложить банковскую карту к турникету. И только встав на ленту эскалатора, продолжил философствовать, мысленно оппонируя самому себе. Нет. Бедность может пахнуть свободой возможностей и отсутствием обязательств только для того, кто ее уже преодолел. Или никогда на самом деле не нюхал. Фокс же, как никто другой, хорошо знает аромат нищеты. Эта вонь окружала его с рождения. Даже то, что сейчас он едет в чистеньком столичном метро, в модном технологичном составе от Гусева-Карпова, уже фантастика. О которой кривозубый мальчишка с оттопыренными ушами когда-то даже не смел мечтать. Если бы Фокс мог вернуться в прошлое и спросить шестнадцатилетнего себя, что вероятнее с ним случится — он полетит на Луну или станет миллионером — его юная версия наверняка бы назвалась космонавтом. И долго смеялась. Самое ужасное, что родители Фокса не были какими-то пропащими алкашами, наркоманами, игроманами или жертвами несправедливости. Они просто были идиотами. И эгоистами. Мамка еще как-то пыталась экономить, а вот папашка уходил в разнос с каждой получки. Ему деньги словно карманы жгли, так быстро он их тратил на всякую чушь. Однажды даже притащил ананас — невиданное чудо для их замшелого городишки в то время. Где папашка откопал этого бронированного монстра, так и осталось для Фокса загадкой. Но везли экзотику явно издалека и не сразу нашли, кому впарить. По крайней мере, когда они наконец смогли этот несчастный ананас вскрыть, он вонял так, будто стух еще в прошлом году. От неприятных воспоминаний блеклое отражение Фокса в окне вагона скривилось. Приближалась его станция. Насильно вернув лицу спокойное выражение, он прогнал из головы глупые мысли и начал осторожно пробираться в сторону выхода. Снова вынырнув на свежий воздух, Фокс обнаружил, что на город уже спустились сумерки. А хорошее настроение оказалось полностью потрачено на вонючий ананас. От такого транжирства стало мучительно обидно. В результате домой Фокс вернулся в помрачневшем настроении. Раздевшись, тщательно почистил ботинки и смазал кремом, чтобы снизить агрессивное влияние реагентов и подарить обуви шанс прожить подольше. Закинул вещи в стиралку к уже скопившейся куче и запустил центрифугу. Заварил зеленый чай с эфирным маслом манго и, не зная чем себя занять, по привычке полез проверять счета и финансовые программы. Где-то Фокс слышал, что если положить курицу на пол и нарисовать длинную прямую линию от ее клюва, птица впадет в гипнотический транс и не сможет пошевелиться. Что-то подобное испытывал он сам, разглядывая длинный ряд цифр в банковском приложении. Если вдуматься, это же всего лишь бессмысленный набор точек, пиксельная абстракция, которая складывается в древнее семиотическое заклинание — десятичную систему счислений. И словно насмехаясь над законами физики, превращая квантовую механику в магию, а эффект наблюдателя в ритуал, цифры трансформируются в главный симулякр времени. Деньги. Полностью потерявшие связь с реальностью, оторванные диджиталом от каких-либо материальных носителей и тем самым достигшие своей собственной, уникальной нирваны. Завораживающая рекурсия. Вырваться из цифрового транса Фокусу помогла вибрация браслета. Напоминалка на экране угрожала, что если он прямо сейчас не встанет из-за компа, то профакапит последний дедлайн для ужина. К счастью, заниматься готовкой не было нужды. Черный двухкамерный монстр на кухне хранил запас сбалансированных рационов на неделю. На холодильник Фокс не поскупился: взял из черного стекла, с ледогенератором и внешним диспенсером для воды. Пять лет назад, когда он только приехал в Мозгву, снял комнату с тремя студентами-медиками. Квартирка была небольшая, с еще дореволюционным ремонтом и стареньким финским холодильным шкафом Lumipallo. Тот с завидной регулярностью пытался заснуть вечным сном, но престарелая хозяйка отказывалась заменить старичка-суицидника современным аналогом даже за счет квартирантов. Говорила, что он дорог ей как воспоминание юности. Рецидивы у холодильника случались как по расписанию, каждый месяц. А из-за сентиментальности бабки страдали все, не имея возможности делать нормальные запасы еды. В основном жили на гречке и макаронах с сосисками, иногда балуя себя пельменями. Поэтому, купив квартиру, Фокс не стал экономить на бытовой технике. И сейчас с удовольствием пользовался подпиской на сервис доставки готовой еды. Это было не только удобно, но и весьма выгодно, если учитывать не только стоимость продуктов, но и времени, которое можно с большей пользой потратить на работу. Микроволновка пронзительно зазвенела, оповещая, что справилась с разгоревом ужина. Переложив бургер с индейкой из пластикового контейнера в тарелку, Фокс достал из шкафа салфетки и черные одноразовые перчатки. Он никогда не понимал, зачем ходить в рестораны, если можно устроить аналогичную подачу и дома. А вот огуречный лимонад с базиликом и свежими огурцами Фокс сделал сам. Напитки — самая дурацкая статья расходов. Еще и вредная: даже самая низкокалорийная газировка содержит кучу сахара и грозит в перспективе расстройством желудка. Проще уже съесть кусок торта, если так хочется сладкого. За едой Фокс не пользовался гаджетами, чтобы не портить пищеварение. Поэтому уведомление о новом сообщении в «Мэтч» увидел, только расправившись с бургером. И на мгновение застыл у открытой посудомойки с грязной тарелкой в одной руке и смартфоном в другой. Он совершенно не ожидал в ответ на банальное приветствие получить предложение встретиться. Казалось, сегодня его ничто уже не сможет так удивить. Через пять минут выяснилось, что Фокс глубоко ошибался. Когда Лиза попросила у него адрес и пообещала через полчаса приехать.