Часть 1

Июль 2021 Золотистый свет закатного солнца слепил глаза. Уже час, как Райли должен был быть дома, но он отдал бы все, чтобы больше никогда туда не возвращаться. Поездка в Москву на вступительный экзамен оказалась адом. Он провалил. В футбольную школу ЦСКА не взяли, хотя трое его однокомандников попали. Следующий смотр только через год. Ему будет уже четырнадцать.... Райли всхлипнул и вновь вдохнул сладкий дым электронки. Ну да, он спортсмен, футболист, метящий в сборную страны, но как же сейчас было все равно! Одноразку ему одноклассники подарили три дня назад. Маленькая, на триста затяжек, можно легко спрятать в кармане, все равно дома не обыскивают. И сейчас это казалось единственным светлым пятном в этой ситуации. Райли сидел на какой-то покрышке возле старой детской площадки. Специально выбрал это место, подальше от их жилого комплекса. Там везде камеры... И родственники. Иногда их количество просто раздражало. Три брата, из них Билл-идеальный-ребенок-чемпион-всего-в-чем-участвовал, Майк, его тень, раздражающий своей аллергией на все подряд и вечным нытьем, и Огонёк, ну, так его называли в семье. Вообще он Агний. Он был довольно тихим, да и маленьким ещё. Кароче говоря, к нему претензий не было. А вот сестры... Пятеро. Старшие — Лиза, балерина "со сдвигом", как говорил сам Райли. Больная же, вечно кричит, дерётся. И ей за это ничего! Джессика, которая, казалось, могла хладнокровно убить и не заметить, и пианистка Лаура. Порой хотелось ей засунуть её пианино в одно место. Стены же тонкие! Да и отец говорил, что она бесполезная, раз ничего не выиграла, зачем тогда раздражать? Младшие двойняшки — отдельная тема. Если Билл и Майк ещё были людьми, то эти две одиннадцатилетние бестии будто сбежали прямиком из ада. Ломают вещи, заходят без стука в комнату, вопят без остановки, и ведь им ничего не делают! Самого Райли бы за это выпороли так, что... Лучше даже не представлять. Он любил свою семью, но порой, а особенно сейчас даже упоминание вызывало злые слезы. Теперь он тоже, как Лаура, станет изгоем в семье. Ещё и ремня получит, подросток в этом ни капли не сомневался. Сразу после с треском проваленного экзамена тренер позвонил отцу. Тот все знал, и это только совершенно не прибавляло мотивации идти домой. — Райли. Услышал он оклик сзади, и тихо ругнувшись, повернулся. Билл, конечно же. Только вот что он здесь делает? Раньше он пропадал сутками напролёт на катке, но получил травму, и вот только неделю назад избавился от костылей. — Что? Билл подошёл ближе, но садиться рядом не стал: — Ты чего здесь делаешь, чего домой не идешь? — Ну представь, если бы ты на Олимпиаду не отобрался. Пошёл бы домой? — Ну... — брат задумался, — Рано или поздно пришлось бы. Что, не взяли? — Да пролетел я, — Райли раздражённо пнул камешек, — И знаешь, что самое тупое? Одна из причин — имя, блять! Видите ли "Райли Реймон" так себе для сборной! Ненавижу... — шмыгнув носом, ребёнок резким движением вытер выступившие слезы. Билл вздохнул и все же присел рядом с младшим братом. — Одна из, не единственная же. Мы с Джессикой выступаем на мировом уровне, имя не мешает. Скажи отцу, он решит этот вопрос. Или тренеру. Он что, ничего не сделал? Это же национализм получается, дискриминация. Ребёнок отмахнулся, поджав губы: — Мне сказали, что я бездарность. И ноги у меня кривые, и как вообще я центральным форвардом стал...— Райли закрыл лицо руками и тихо всхлипнул. Его предупреждали, что отбор в ЦСКА очень строгий, а так же его предупреждали, что пройти он обязан. Не прошёл. Тренер был вне себя, ведь именно на Райли у него были самые большие надежды. А теперь все, можно и из этой школы уходить. И из дома заодно. Разочаровал всех, не справился, не прошёл... — Мне тоже так говорили,— Билл тихо усмехнулся, смотря в землю. Толстый изумрудный жук нелепо передвигался по протоптанной тропинке, ведущей от детской площадке к небольшой парковке. Младший покосился на него с недоверием. — Ага, как же,— Райли не мог себе представить, что Биллу хоть кто-то мог такое сказать. Он же совершенство, чемпион Мира и Европы, лучший фигурист планеты, в следующем году Олимпиаду выиграет. А ещё отличник с хорошо поставленной речью и репутацией, которую не смог испортить даже допинг-скандал. И тот, кого младшим Реймонам всегда ставили в пример. Билл опустил взгляд на руку брата, в которой тот все ещё сжимал электронку. — Это что? — Билл взял его за запястье, и Райли послушно разжал руку, смирившись с тем, что уже не отвертится. Если со взрослыми и могло прокатить "ой, это флешка", ну, или фломастер, то Билл и сам был не намного старше его и наверняка разбирался. — Ашка. С клубникой, будешь?— Флегматично спросил он, отводя глаза. Живот скрутило от липкого страха, но он старался этого не показать. — Нет, спасибо, воздержусь, — Билл нахмурился и забрал её из рук младшего брата, — Откуда взял? — Подарили. — Давно куришь? — Да не курю я! — Вспыхнул он, впрочем, тут же обратно сжавшись под строгим взглядом брата, — Это не сигареты... — А какая разница, один хер никотин внутри,— Билл пожал плечами. — Ну.. Примерно с сегодняшнего дня. Райли не знал, чего конкретно боялся. Билл же ничего не сделает, да даже если попытается, Райли его сильнее. Наверное того, что Билл может рассказать родителям. И ему влетит ещё и за это. — Вот давай не надо. Если считаешь, что это делает тебя крутым или взрослым, то ошибаешься,— Билл невозмутимо сунул её в карман спортивных штанов. — А если у тебя увидят? — хитро улыбнувшись, спросил Райли. Это было, скорее, нервное. — В твоих же интересах, чтобы не заметили,— Билл скопировал его улыбку и тон, — Иначе узнают, откуда она там взялась. — Да, и кому отец больше поверит? — Мне, — Билл пожал плечами, вставая. Райли вздохнул, возвращая унылое выражение на лицо. Билл был прав, естественно ему. — Тебе звонили? Райли достал телефон, проверяя. Десять пропущенных от отца, четыре от тренера, один от Лауры, и два от мамы... Последнее было плохо. Райли представлял, как его четвертуют дома, если им пришлось беспокоить маму... Та не любила, когда её отвлекали. Она очень много работала и сутками пропадала в разъездах. Сейчас мама должна была находиться в аэропорту в Сочи, где её риелторской фирме принадлежало много квартир. Почти столько же, сколько в Питере. Отец же находился дома. — Звонили... — Райли опустил руку с телефоном, чувствуя, как от бессилия хочется плакать. — Перезвони. Райли молча помотал головой. Вздохнув, Билл достал свой телефон и набрал номер. — Да? — Раздался голос отца. — Привет. Райли со мной, — легко ответил Билл, взглянув на младшего брата. — А что он делает с тобой, хотя должен быть дома уже час как? Что у него с телефоном? — Все нормально, мы скоро придём. — Под твою ответственность. Динамик был на полную, а потому Райли слышал весь разговор. Живот крутило от осознания того, что домой пойти все же придётся. — Пошли, — Билл сунул телефон в карман. Райли помотал головой, умоляюще глядя на брата: — Я не хочу... — У нас есть другие варианты? Мы можем посидеть ещё десять минут, если есть желание, но тебя же это не спасёт. Ещё и за опоздание получишь. Со стоном подросток уронил голову на свои же колени. Наказывали его довольно часто, но привыкнуть к этому было невозможно. — Ты просто не понимаешь, о чем речь, да? — Внутри вновь зародилось раздражение. Он был уверен на сто процентов, что Билл получал от родителей только пару раз в жизни. Да и это в голове не укладывалось. Стали бы бить ангелочков с открыток? Таких маленьких, хрупких, в белых одеяниях и со светлыми локонами. А представить себе это можете, да так, чтобы выглядело это реалистично? Вот-вот. У Райли и у самого, как бы Билл его не раздражал порой, рука бы не поднялась никогда. А на самого себя? Очень может быть. — Понимаю. Райли упрямо помотал головой. — Ну что ты предлагаешь? — Иди домой, а я тут останусь. — Ага, и мне получать за то, что ребёнка потерял? — Билл тяжело вздохнул, сохраняя самообладание. — Во-первых ничего тебе не будет, а во-вторых я тебя не просил ему звонить. — Хорошо. Я иду домой. Только учти, что если ты не явишься до девяти, а осталось не так уж и долго, отец вызовет полицию. Думаешь, это тебя избавит? Нет, сделаешь лишь хуже. Ты просто откладываешь, — Билл вновь присел рядом с ним. — Мне страшно.. — признался Райли, вздыхая. — Я знаю. Но прятаться и усиливать своё наказание же не вариант. Братья одновременно обернулись на тройку подбежавших девочек. — Можно фото? — Можно сфоткаться? — Мы ваши фанатки! — О, конечно,— Билл улыбнулся и встал, а Райли раздражённо пнул камешек, оставшись сидеть на месте. Популярность брата раздражала. Можно было даже сказать, что Райли завидовал. Заходя в интернет после очередного чемпионата, Райли не мог не видеть восторженные видео и новости, возносящие Билла до уровня богов. Да, он много работает. Да, хорошо катается. Да, умеет притягивать к себе, завораживать. Но это же не повод резко забывать обо всем остальном. А об остальном забывали. Даже родители вечно твердили о том, какой Билл молодец, рекорды каждый день бьёт, золото берёт везде, отличник в школе и вообще в президенты метит, забывая об остальных детях. А Райли, между прочим, тоже хочет внимания! Но получать его выходило лишь в негативном виде... — А ты поедешь на Олимпиаду? — Послышался вопрос одной из девочек. Райли прислушался. Тот тон, с которым она задала этот вопрос, вызывал раздражение и... Зависть. Такое искреннее восхищение, которого Райли, казалось, не добиться никогда ни от кого. — Я собираюсь не только поехать, но и выиграть её,— Билл взял её за руку и заглянул в глаза, а девчонка, казалось, сейчас взорвется от того восторга, что даже издалека был виден в ее глазах. — Райли? Услышал мальчик голос второй из них. Немного повернув голову, он перевёл на неё раздражённый взгляд и опустил глаза в землю, проигнорировав. После секундной паузы, Билл смерил его возмущённым взглядом и перевёл глаза на девочку, которая, казалось, была растеряна. — Не переживай, он просто сегодня не в духе. Не принимайте на свой счёт, пожалуйста. — Да можешь и принять,— Пробурчал подросток и ухом почувствовал испепеляющий взгляд старшего брата. Постаравшись разрядить обстановку, и, убедившись, что девочки ушли, Билл подошёл к брату и резко поднял его на ноги, взяв за ухо. — Ай, блять, Билл!—воскликнул Райли, схватившись за ухо и вырвавшись из его хватки. — Во-первых не матерись, а во-вторых это что такое было? Что они тебе сделали? Райли обиженно отвернулся, обняв себя руками. Обидно становилось чуть ли не до слез. — Ничего они мне не сделали. Иди домой уже, чего пристал ко мне?! Билл устало вздохнул: — Я не могу вечером оставить тебя одного на улице. Ты ребёнок и на данный момент за тебя отвечаю я. — Да сам ты ребёнок! — Райли развернулся и показал ему кулак, чувствуя, как глаза наполняются слезами от собственного бессилия. Билл даже не вздрогнул, лишь подняв брови: — Домой пошли. Ты все равно не отвертишься. И не советовал бы тебе со мной ссориться, иначе о вот этом, — он достал из кармана и покрутил в руках электронку, — станет известно отцу. И о том, что ты людям хамишь... Домой идти не хочешь, задерживая ещё и меня. Младший метнулся к нему, стараясь выхватить сигарету из рук, но Билл оказался более ловким, мгновенно оказываясь у него за спиной. — Ты подраться со мной решил что ли? — Билл снисходительно улыбнулся и склонил голову вбок. — Не говори пожалуйста...— Райли решил сменить тактику. Он был сильнее и реально мог бы отнять силой, но на Билла у него рука не поднималась. *** Дверь открыл Майк, и сразу кинулся на шею Биллу, на что Райли лишь закатил глаза. — Привет. Мы уж думали, что-то случилось! — Майк взглянул на младшего брата. Тот вновь закатил глаза и прошёл в квартиру. Двойняшки, тоже находящиеся в прихожей, вприпрыжку поскакали сообщать отцу о том, что блудный ребёнок вернулся и можно вновь брать ремень. — Он переживает,— шепнул Билл близнецу, но Райли это услышал. — Ничего я не переживаю, ясно?! Вы просто меня раздражаете! — Ты че орешь? — Лиза высунулась из комнаты. На ней был один лишь белый топ и короткие шорты. Видимо, пришла домой давно. — Да ниче, пошла ты нахер! — Он направился к себе, но девушка вышла из комнаты с крайне возмущённым видом. Близнецы решили не вмешиваться, только Майк вцепился в рукав Билла, понимая, что эти двое могут и подраться. Оценив обстановку, Билл затащил его в свою комнату. Райли с Лизой остались одни в коридоре. Райли уже понял, что сейчас будет потасовка. Лиза не Билл, и терпением не обладает от слова "совсем". И вспыхивает за секунду. Под внезапно возникшие звуки "Лунной сонаты" из комнаты Лауры, которой было, в общем-то, ровно, что происходит в коридоре, Лиза шагнула к нему и резко впечатала брата в стену, да так, что он зажмурился и зашипел от боли. — Ты кого на хер послал, пидор мелкий? — Прошипела она практически ему на ухо, чуть ли не до хруста сжимая запястье. Открыв глаза, Райли резко выкрутил её руку и прописал удар под дых, делая резкий шаг в сторону. Не растерявшись, девушка пнула его по коленкам и повалила на пол, мгновенно заламывая руки за спиной. Тело пронзила резкая боль, и он едва не отключился, стукнувшись лбом об пол. В глазах потемнело уж точно. — Так! — Раздался громкий голос отца. Сестра сразу вскочила, А вот Райли ещё секунд пять приходил в себя, чувствуя, как начинает подташнивать,— Вы что здесь устроили?! Райли, встал быстро! Быстро не вышло, как бы он не старался. — В комнату. Тоже получишь потом,— Сказал отец девушке и она молча ретировалась. Сквозь гудение в голове и круги перед глазами Райли почувствовал, как его подняли на руки. И все же он находился в сознании. *** Отец посадил его на диван в кабинете и принёс воды. Райли принял из его рук стакан, уже окончательно придя в себя. — Сильно головой стукнулся? Скорую вызовем? — Нет, все у меня нормально! — Как знаешь,— Отец развёл руками и облокотился на шкаф,— Ну и что это такое, скажи мне пожалуйста? — А что я? Это она... Психическая! —Райли возмущённо взмахнул свободной рукой. Отец вздохнул: — Ты прекрасно знаешь, что у Лизы проблемы с агрессией. И она лечится. А наша, и твоя в том числе, задача — не провоцировать лишний раз. — Да она сама! — Я все прекрасно слышал,— Отрезал отец,— Грубость в её сторону для неё, как красная тряпка для быка. С ЦСКА что? Райли сжал кулаки. Вот оно. Началось. — Не приняли. — Это я знаю. Почему? *** — Нет. Даже слушать не буду. Во-первых нам нужны универсальные игроки. Любой защитник должен уметь в любой момент заменить вратаря. Реймон мало того, что слишком медленный для центрального форварда, так он ещё и в остальных ролях бесполезный! — Уважаемый.. — Даже слушать не хочу!,— Мужчина замахал руками и тренер Райли был вынужден отступить. *** — Имя! Пап, они решили, что канадское имя в русской сборной не смотрится! — Райли стукнул кулаком по дивану. — Билла взяли в сборную тоже с иностранным именем. И он самый перспективный в России, на его фамилию всем плевать. Джессика тоже пробилась на юношеский чемпионат мира. Лизу зовут на роль примы в театрах, и это не дожидаясь окончания училища. Ты правда думаешь, что имя — это помеха? — Так это же не я сказал, а он! — Это все причины? Спокойствие отца обезоруживало. Приходилось тоже разговаривать не так громко, да и кричать расхотелось. — Ну... Они сказали, что я не универсальный... И медленный для нападающего...— Райли вздохнул и скрестил руки на груди. — Ты мало тренируешься. Тебя Лиза заломала, как пятилетку, а она балерина. Самому не стыдно? — Да она любых амбалов уделает, причём тут я?! — Райли...— Отец вздохнул и потер веки пальцами. — Что? Я много тренируюсь. — Всего по три часа в день. И никогда не остаёшься на дополнительные. — Не всего, а целых! — Билл тренируется по восемь. Иногда по двенадцать. Где пропадал час? — Нигде,— буркнул подросток, чувствуя, как кулаки сжимаются сами собой. — Не увеличивай себе наказание. — На улице. Билла встретил, поболтали,— Он решил соврать. В то, что он просто сидел и наслаждался закатом никто не поверит, а вот говорить, что боялся, было нельзя. Окрестят слабаком. Уже окрестили. — Билла ты встретил спустя час после того, как должен был быть дома. — Нет, мы... довольно долго стояли. Минут пятьдесят может.. — Хорошо, давай у него спросим. Отец вышел из комнаты и Райли остался один. Восьмой этаж, из окна не выпрыгнуть... В коридор выйти тоже бесполезно. Он знал, что хоть сиблинги против него не настроены, но и защищать не станут. Отец вошёл внутрь уже с Биллом. Райли все это недолгое время провёл в такой же застывшей позе, а когда брат зашёл внутрь, уставился на него умоляющим взглядом. Он готов был на коленях просить не выдавать его. Билл выглядел испуганным. Он уже был в домашней одежде, а судя по ярко красной коже и мокрым волосам, только что из душа. Отец подтолкнул его вперёд и прошёл сам: — Чего испугался-то? Тебя наказывать не собираюсь. Билл сел на диван рядом с Райли, обменявшись с ним затравленными взглядами. — Рассказывай, как встретились. Билл помолчал пару секунд, глядя в глаза младшему брату и пытаясь по ним распознать, что тот именно наплёл, чтобы наплести нечто похожее. — Билл. — М? Ну, я шел с катка, встретил Райли... Поговорили, домой пошли...— Билл хотел сказать максимально общие слова, но не вышло. — Что он делал? О чем говорили? — Ничего не делал... Ну, при мне ничего. Говорили о разном, возможность выдалась ведь, не общались нормально давно... Райли мысленно уже всем богам молился, чтобы отец поверил ему. — Долго разговаривали? — Минут.... Тридцать? — Биллу хотелось провалиться сквозь пол. Ну не договорились они! — Тридцать? Ты с тренировки раньше ушёл? — Отец поднял брови, уже понимая, что, естественно, нет. И Билл сдался, обречённо махнув рукой. — Дача заведомо ложных показаний какая статья? — Триста седьмая... Часть первая,— Билл обнял себя руками. Хотелось провалиться сквозь землю, по большей части от того, что это слышит ещё и Райли. — А укрывательство? — Триста шестнадцатая... — Правильно. В следующий раз не отделаешься. Вон отсюда. Отец указал глазами на дверь, и Билл быстро покинул комнату, бросив на Райли сожалеющий взгляд. Тот перевёл удивлённые глаза на отца. Это он Билла отчитал сейчас? Серьёзно? Так бывает? — Что ты на меня так смотришь?— Отец развёл руками,— Чем ты на улице занимался до прихода Билла и почему не шёл домой? Почему не отвечал на телефон? — Мне страшно было...— Райли опустил голову. — Страшно ему! А мне знаешь как страшно? Ребёнок из автобуса вышел и пропал на час. В сумерках. Раздевайся. Последнее слово прозвучало слишком уж холодно и вызвало табун мурашек. Райли кивнул и начал развязывать шнурок на штанах, понимая, что руки дрожат. Привыкнуть к этому было невозможно. Отец подошёл к двери. Щелкнул замок, отрезая путь к отступлению. Развязав шнурок, подросток молча уставился на отца. Бессильная злость захлестнула с головой, но он ничего не мог сделать. — Ну? Давай бегом. Быстро стянув штаны с бельём, подросток плюхнулся на кровать, уткнувшись в свои сложенные руки. — У тебя предыдущие следы только-только заживать начали. Есть желание походить с лопнувшей кожей? — Голос отца звучал жестко, но пока что он ничего не делал. Райли тихо помотал головой: — Нет.. — Тогда зачем нарываешься постоянно? Первый удар не заставил себя долго ждать. К нему подросток готов не был. Мгновенно вскинувшись, он перекатился на спину и взглянул на бесстрастное лицо отца. Тот поднял брови: — Ляг. По уже травмированной коже ощущалось намного хуже, но Райли всё же послушался, ложась на живот. А ведь предыдущие синяки только-только заживать начали. — Ну, начнём с малого. Ты должен всегда возвращаться домой вовремя. Удар. — Потому что ты ещё ребёнок. Удар. — Или мне придётся нанять тебе охрану. Ты меня понял? Последовало молчание. Спустя секунды три, когда в ушах перестало шуметь от боли, Райли понял, что от него ждут ответа. — Да...— Проговорил он, чувствуя, как голос готов сорваться. Нельзя, нельзя, нельзя! — Дальше. Лизу мы не трогаем и не нарываемся. Удар. — Я не хочу, чтобы все её лечение пошло насмарку. Серия ударов. Райли не считал, только примерно на пятом вскинулся и закрыл ягодицы руками, не в силах терпеть адскую боль. — Руки. Голос отца все такой же холодный. Райли всхлипнул и убрал руки, утыкаясь в диван. — Дальше. Вновь последовал удар. — Ты слишком мало тренируешься. Удар. — И в том, что тебя не взяли, никто кроме тебя, не виноват. Три удара по бёдрам. Райли вскинулся и чуть не взвыл от боли. — Без этого ты бесполезен. Ты должен работать, если не хочешь всю свою жизнь быть никем. Ты это понял? Райли. Подросток попытался что-то сказать, понимая, что это едва ли не большая пытка и унижение, чем сама порка. — А ты чего ревешь-то? Не нравится? Райли ничего не ответил. Жуткая боль не давала нормально мыслить. — У тебя месяц на то, чтобы твой тренер мне сказал, что ты улучшил навыки. В противном случае будешь заниматься со мной. Райли, я не слышу ответа. Удар — Я понял! — Выкрикнул подросток, вцепившись пальцами в обивку дивана. — Не кричи, стены тонкие. Людей напугаешь. Вновь последовавшая серия ударов выбила вскрик и заставила его вновь закрыть ягодицы руками. Отец остановился и молча дождался, пока ребёнок снова уляжется. — Ты должен стремиться к мировому уровню. Здесь даже футбольного клуба нет, а значит твой талант абсолютно бес-по-ле-зен. Каждый слог сопровождался довольно сильным ударом. — Ты у меня тренироваться по семь дней в неделю будешь. И не по три часа, а по двенадцать, как Билл. Понятно?! Райли не почувствовал, в какой момент начал плакать, но когда он поднял лицо, слезы катились градом. — Не кричи. И убери руки. — Пап, не надо пожалуйста... Мне очень больно... Я буду тренироваться, я поступлю на следующий год, обещаю. Только не бей больше... — Что-то ты рано на этот раз. В прошлый выдержал раза в два больше,— Отец положил ремень на спинку дивана и отошёл к столу. Райли ничего не ответил, вновь уткнувшись в диван. — Можешь быть свободен. Потребовалось время, чтобы Райли смог подняться и натянуть штаны. Будь он в своей комнате, делать бы этого не стал, но тут надо было выйти из кабинета и пройти по коридору. Ненависть ко всему происходящему пульсировала в висках. Он ненавидел отца, эту комнату, "идеального" Билла, футбол, себя и свою жизнь. *** — Райли? Можно? — Нет! — Выкрикнул он, понимая, что Билл самый последний, кого он хочет сейчас увидеть. — Райли.. В его голосе звучало.. Сожаление? Райли выпутался из-под одеяла и взглянул на старшего брата. Тот и правда выглядел виноватым. — Чего тебе? — грубо ответил подросток, чтобы хоть как-то перевести внимание со своих красных от слез глаз. — На, держи, — Билл подошёл ближе и поставил на прикроватный столик стакан с водой и блистер с таблетками, — обезболивающее. — Спасибо. Иди отсюда. Не хочу тебя видеть, — Райли вновь отвернулся к стенке, а Билл вздохнул, отступая.