Касание

Как и сказал мне Владыка Огня, нас оказалось шестеро. Шесть миров, шесть осколков… На Мемфисе мы все вместе дрались с тварями, страхуя друг друга. А потом обсуждали, что нам делать дальше, складывая воедино скудные сведения. И все пятеро моих попутчиков выглядели доброжелательными и дружелюбными… Нет. Никому нельзя верить. Нас шестеро, а амулет один, и он выполнит одно желание… И в конце пути мы станем врагами. Нам придется сражаться. Никому нельзя верить. И особенно этому, так похожему на человека. Прямо не отличить, если бы не золотые глаза да длинные пальцы с перепонками. Даже сама внешность его — уже обман, как можно такому доверять? А он, как нарочно, так и липнет ко мне. То расспрашивает про мой мир, то пытается взять мой вещмешок… Зачем? Что ему от меня надо? Мы враги. Не сейчас, но потом станем врагами. А значит, все это — обман. К вечеру второго дня пути мы поднялись на верхние ярусы Мирового древа. Здесь было очень светло, очень просторно, очень ветрено… И очень холодно. Мои лохмотья оказались плохой защитой от холода. Напрасно я ежилась и пыталась закутаться поплотнее. А этот, золотоглазый, вдруг взял да предложил мне свой плащ. Зачем?! Я его даже не просила. Разумеется, я отказалась. Он мне не друг. Когда мы достигнем цели, то станем врагами. Ну и потом, это было бы нечестно. Он ведь и сам мерз. Я по крайней мере привычна к холоду, а он обмолвился, что накануне первый раз увидел снег. А потом он страховал меня, когда мы лезли по стволу. И успел схватить меня за руку, когда очередной порыв ветра сбросил меня с Древа… А когда мы вернулись на Мемфис и Кетцаль показал нам добытый им первый осколок амулета, Нерей почему-то кинулся меня обнимать. Вот еще глупость! Пусть бы Кетцаля и обнимал. Разумеется, я тут же вырвалась. Это было глупо и неприлично, и неловко... Вот только почему-то мне было приятно его прикосновение. И еще долго я, казалось, ощущала его руки на своих плечах…